«Точного определения времени нет в домашнем обиходе, где не имеется часов. Встают летом “до солнца” и зимою “чуть ли не с петухов”, т. е. еще темно. Бабы зимою действительно встают “с петухов”, в полночь, чтобы прясть, зато ложатся, как смеркнется. Немногие мужчины знают названия месяцев, а бабы не знают совсем месяцев, не имеют понятия и о числах месяца. Время определяется по важным праздникам и неделями до ближайшего из них» РК. Т. 3. С. 517 (Мещовский у. Калужской губ.)..
«В своем домашнем обиходе крестьяне определяют время днем по солнцу, а ночью по пению петуха. Перед наступлением дня петух поет трижды: первый раз в самую полночь, второй раз -- спустя несколько времени, и третий раз -- на рассвете дня. Время вставания всегда сообразуют с пением петуха; встают, смотря по надобности, или до вторых или третьих петухов. Время обеда определяют по солнцу, но вообще время обеда, ужина, отдыха определяется привычкою. Время назначают для более отдаленных действий по праздникам, а не по гражданскому календарю. Так, например, работников нанимают с Пасхи до Заговенья (Филиппова -- 14-го ноября) или с вешняго Николая до зимняго Егорья (26-го ноября). Главный сев яровых начинается с вешняго Егорья (23-го апреля) и продолжается до Николы; посадка капусты -- около Кирилловой годины (9-го июня). Сенокос начинается с Петрова дня (29-го июня), жнитво -- с Ильина дня (20-го июля), посев ржи -- с первого Спаса до Успенья (с 1-го августа по 19 августа). Некоторые работы сообразуют с переменами в окружающей природе, сообразно времени года. Так, постройки возводят чаще всего в Петровки, пока не начали косить и когда пахать бывает невозможно по случаю жаров и оводов; а внутри отделывают постройки чаще осенью, когда молоченье кончено и не установилась еще зимняя дорога» РК. Т. 7, ч. 1. С. 184 (Белозерский у. Новгородской губ.)..
«Для более отдаленных действий, напр., найма в работу, ссылаются на праздники; так, напр., нанимаются работники и работницы по большей части с Бориса и Глеба, (весеннего, 2 мая) до Покрова, или с Пасхи до Казанской (22 октября); зимою поряжаются от Козьмы и Демьяна до Борисова дня и т. д. Уплата податей рассрочена по числам 4 раза в год, а именно: 15 марта, 15 июня, 15 сентября и 15 ноября. На праздники ориентируются и при проведении работ, с учетом погоды. Например, с Пасхи начинать пашню и сев (если Пасха поздняя), с Иванова дня (24 июня) сенокос, но “смотря по траве” с Ильина дня жниво озимого хлеба и т. д.» Там же. Ч. 2. С. 528 (Череповецкий у. Новгородской губ.)..
«Днем крестьяне время определяют по солнцу, а ночью по “петухам” (по их пению). Назначая время вставания, обеда, ужина, работы, отдыха, мужички сообразуются с количеством всей работы. Летом в жаркий сенокосный день редко, если не совсем, можно видеть крестьянина отдыхающим, а зимой, которая у нас называется “медвежьей спячкой”, мужик “лежит на полатях и ноги в потолок”. Для более отдаленных действий, напр., для найма пастухов, работников, для уплаты податей, окончания и начала сенокоса, посева, жнивы и т. п. крестьяне не гражданского календаря придерживаются, но большей частью, если не всегда, общеизвестных в деревне праздников» РК. Т. 5, ч. 4. С. 407 (Тотемский у. Вологодской губ.)..
«Большинство крестьян для определения времени в своем домашнем обиходе руководствуется разными приметами. Кузнец встает и идет в кузницу, когда первые петухи пропоют. Первые петухи, т. е. их ку-ка-ре-ку, соответствуют полуночи, вторые петухи -- часу ночи, третьи -- двум часам и т. д. Хозяйка встает зимою печь топить как четвертые или пятые петухи пропоют. В ясную и лунную ночь все почти крестьяне определяют время по положению луны на небе и созвездия, называемого у нас семерик -- семь звезд в одной группе» РК. Т. 7, ч. 2. С. 251 (Череповецкий у. Новгородской губ.)..
Но по звездам время определяется не везде:
«Петухи поют в разное время, поэтому определение времени приблизительно: по моему наблюдению, в теплую погоду в первый раз петухи поют иногда около 11 ч., а в сильный мороз -- часа на 1,5 позже. “Вторые петухи” поют приблизительно через час после первых. Часто станут петь петухи перед утром (часов 5-6 утра). Соображаются с временем по луне, но по звездам никто из крестьян определять время не умеет» Там же. Ч. 3. С. 241 (Череповецкий у. Новгородской губ.)..
Время, затрачиваемое на дорогу, оценивается ориентировочно. «Если крестьянин посылает кого-нибудь в другую деревню, то он приблизительно знает, когда должен посланный вернуться. Время, употребленное на ходьбу взад и вперед, он рассчитывает так, чтобы на каждый час ходьбы приходилось 4 версты расстояния.
К этому он прибавляет еще сколько, по его расчету, посланный должен прибыть на место» Там же. Ч. 2. С. 251 (Череповецкий у. Новгородской губ.)..
В конце XIX в. в деревню из города пришли часы, но в большей степени ради показного потребления. «По часам определяют время только хвастуны, да и то при многолюдном собрании, желая заявить соседям, что у них есть часы. “Около паужина (полдника. -- Б. М.), уж шестой час шел, -- говорит хвастун, да еще прибавит, -- я нарочно на часы глянул”. Крестьяне, желая знать время по часам, спрашивают: “Который час?” и вполне довольствуются неопределенным ответом: “Третий или четвертый”, а 2 минуты третьего или 52 -- это не поинтересуются узнать. Кстати, крестьяне никогда не спросят: “Сколько часов?”, потому что такую форму вопроса высмеивают, обыкновенно отвечают: “Одни”)» Там же. Ч. 3. С. 240 (Череповецкий у. Новгородской губ.).. «Серебряные часы (карманные) покупаются отцом и сыном вместе. Первый пользуется ими только для справок дома о времени, а второй пользуется во всех остальных случаях -- для украшения» РК. Т. 5, ч. 1. С. 263 (Вологодский у. Вологодской губ.)..
«Те крестьяне, у которых есть часы, в общем, понимают их устройство. Есть даже такие, что умеют сделать небольшую починку в дешевеньких стенных часах. Но у тех, кто не имеет часов, сведения об устройстве механизма крайне скудны. Знают, что в часах есть колесики, они так-то цепляются друг за друга, а там, Бог их знает, что такое делается. Значение маятника и совсем не понимают; а кукушка, выскакивающая при отбивании, положительно “хитрая штука”. По словам одного старика, это нечистая сила качает маятник и выскакивает в виде кукушки или солдата с ружьем. В часах черти сидят; они уцепляются друг за дружку рожками, а хвостиком и двигают стрелки и маятник. Уж такой народ ныне стал: и нечистую силу заставили помогать себе. Правда, и раньше это бывало; но тогда нечистую силу покоряли постом и молитвою, например, Иоанн архиепископ Новгородский зааминил (вероятно, от слова “аминь”. -- Б. М.) беса в рукомойник и заставил его свозить себя в Иерусалим между утреней и обедней, а теперь просто дружат с чертом и продают свою душу за разные потешки на этом свете. К таким дьявольским потешкам, по словам старика, относятся и часы. Но подобный взгляд на устройство часов и других хитрых предметов, уже почти отживший» РК. Т. 7, ч. 2. С. 251 (Череповецкий у. Новгородской губ.).. «У многих есть часы, маленькие стенные за рубль, с самым простым механизмом. К часам строго-настрого запрещают подходить детям, чтобы не испортили; бабы сами не дотрагиваются до часов. Устройства часов не знают» РК. Т. 3. С. 517 (Мещовский у. Калужской губ.)..
Несмотря на распространение часов, «большинство крестьян для определения времени в своем домашнем обиходе руководствуется разными приметами» РК. Т. 7, ч. 2. С. 251 (Череповецкий у. Новгородской губ.).. Нередко часы заменяют им петушиный крик, поэтому любят часы с боем: «Крестьяне любят покупать часы получше и непременно с боем: “Без боя скучно”, -- говорят» Там же. С. 528 (Череповецкий у. Новгородской губ.).. Использование часов позволяет определять время более точно, но все же ориентировочно. «В последнее время изредка появляются дешевые стенные часы, которые служат плохим показателем времени, так как ни обращаться с ними надлежащим образом не умеют, ни поставить верно и вовремя; проверяются они только по полуденному солнцу, определение которого далеко не точно» РК. Т. 5, ч. 4. С. 173 (Тотемский у. Вологодской губ.).. Один корреспондент верно, на мой взгляд, определил причину равнодушного отношения крестьян к точности времени: «Вообще, народ мало заботиться о точном обозначении времени, мало заботиться о сохранении его, за исключением страдной поры, что подтверждается поговорками: “Русский час долог”, “У Бога дней не в решете”» РК. Т. 7, ч. 3. С. 240 (Череповецкий у. Новгородской губ.).. У земледельцев потребность в точной оценке времени отсутствовала; для бытовых нужд вполне достаточно было знать время приблизительно.
Соответственно и возраст людей определялся приблизительно, по праздникам и важным событиям. «Крестьяне в большинстве случаев в точности не знают, сколько лет ему или кому-нибудь из домашних или знакомых его, а знают, что ему сколько-то лет на третий или на четвертый десяток, причем он знает также, “перевалило” ли ему или не перевалило еще до полудесятка. В таких случаях, если ему приходится иметь дело с одним из крестьян своей или соседней деревни, то спрашиваемый о возрасте или говорит, что ровесник ему какой-нибудь Иван или Семен, или же говорит, давно ли его возили к призыву в воинское присутствие, и года его определяются путем разных расчетов и соображений». Аналогично определяется и возраст домашнего скота: «У лошади определяются года так: по первому году -- сосун; по второму -- стрижок; по третьему -- гуляк; про молодых лошадей иногда говорят, что такая-то лошадь ест первую траву, это значит, что ей 2 года, ест вторую траву, стало быть, ей 3 года и т. д.» РК. Т. 5, ч. 2. С. 588 (Кадниковский у. Вологодской губ.)..
Незнание точного возраста создавало проблемы при переписях населения. Отвечая на вопрос переписчика о возрасте, крестьяне отдавали предпочтение «круглым» цифрам, оканчивавшихся на 5 и особенно на 0. Вследствие этого «круглые» возрасты как бы аккумулировали население соседних возрастов. Для измерения степени аккумуляции на 0 и 5 демографы используют специальные коэффициенты. При отсутствии возрастной аккумуляции, т. е. при правильном распределении населения по возрастным группам, коэффициент равен 100; чем больше он отклоняется от 100 в ту или иную сторону, тем сильнее искажается возраст. Если коэффициент более 100, то данный возраст аккумулирует лиц других возрастов, если, наоборот, меньше 100, то отдает лиц данного возраста в другие возрастные группы. По переписи 1897 г. коэффициент аккумуляции равнялся у женщин 199, мужчин -- 169, в среднем -- 175, при переписи в 1926 г. -- соответственно 171, 141 и 159, в 1959 г. для обоих полов -- 109, в 1970 и 1979 гг. -- 101. Перепись 1897 г. зафиксировала 15 169 человек в возрасте 100-109 лет и 488 старше 109 лет, а всего доля лиц в возрасте 80 лет и старше составляла 0,7 %, намного больше, чем в любой западноевропейской стране. В 1898 г. Центральный статистический комитет направил циркулярное распоряжение губернаторам с указанием выяснить условия жизни и достоверность возраста столетних граждан по метрическим книгам или исповедным росписям. Проверка показала, что возраст по документам был меньше. Например, в Новгородской губернии не нашел подтверждения ни один случай. Причем расхождения оказались значительными. Одному крестьянину был 91 год вместо 100, одна крестьянка оказалась в возрасте 84 лет вместо 100, другая -- 79 лет вместо 100 и т. д.
Во время ревизий XVIII -- первой половины XIX в. возрастная аккумуляция ввиду более низкой грамотности была еще выше. Например, у крестьян Двинского уезда Архангельской губернии в 1710 г. она равнялась 883 у мужчин и 1518 у женщин, к 1782 г. она заметно понизилась -- соответственно до 139 и 262, что было в значительной степени связано с тем, что переписчики называемый при опросах возраст стали сверять с данными предыдущей ревизии. Чем ниже была грамотность, тем выше была аккумуляция. Во время первой ревизии 1719 г. у московских посадских, наиболее грамотной социальной группы податного населения, возрастная аккумуляция составляла 197, у иногородних -- 289; в последующем она у тех и других уменьшалась и в X ревизию 1857 г. снизилась соответственно до 160 и 133. В пореформенный период она продолжала уменьшаться, однако до 1897 г. коэффициент аккумуляции для массы православных земледельцев не снижался ниже 199 для мужчин и 169 для женщин. В западноевропейских странах благодаря более высокому уровню образования возрастная аккумуляция уже в начале XX в. была минимальной -- 101-104 Миронов Б. Н. Новая историческая демография имперской России: аналитический обзор современной историографии (часть 1) // Вестник Санкт-Петербургского университета. История. 2006. Вып. 4. С. 62-90.. В настоящее время в западной историографии уровень возрастной аккумуляции рассматривается как показатель культурного развития населения AHearn B., Baten J., Crayen D. Quantifying Quantitative Literacy: Age Heaping and the History of Human Capital // Journal of Economic History. 2009. Vol. 69. P. 783-808..
Восприятие абстрактных понятий и изображений
Неразвитость абстрактного концептуального, или словесно-логического, мышления, осуществляемого посредством логических операций с понятиями, проявлялась также в том, что язык крестьян тяготел к конкретным, детализированным, единичным определениям. В Программе вопрос № 246 о языке крестьян включал подвопрос: «Указать на выражения, которые употребляют для обобщений, например, чтобы придать многим предметам общий признак или подвести сходные в чем-либо поступки под общее правило». Корреспонденты в своих ответах таких обобщающих слов не привели РК. Т. 1. С. 67 (Варнавинский у. Костромской губ.), 410 (Вышневолоцкий у.), 516 (Тверской у. Тверской губ.); РК. Т. 2, ч. 1. С. 249, 576 (Пошехонский у.); ч. 2. С. 86 (Даниловский, Любимский, Романово-Борисоглебский уу.), 229 (Ростовский у. Ярославской губ.); Т. 3. С. 576, 580 (Тарусский у. Калужской губ.); Т. 4. С. 247 (Лукояновский у. Нижегородской губ.); РК. Т. 5, ч. 1. С. 37 (Вельский у.), 259, 354, 596 (Вологодский у.); ч. 2. С. 32, 83, 244, 348 (Грязовецкий у.), 640, 662, 757 (Кадниковский у.); ч. 3. С. 23, 93, 188, 228, 248, 384, 385 (Никольский у.), 440, 489 (Сольвычегодский у.); ч. 4. С. 48, 110-112, 165, 287, 380 (Тотемский у.), 546 (Яренский у. Вологодской губ.); РК. Т. 6. С. 43 (Обоянский у. Курской губ.), 142 (Вытегорский у. Олонецкой губ.), 219 (Новоржевский у.), 297 (Порховский у. Псковской губ.), 338 (Новоладожский у., Санкт-Петербургской губ.); РК. Т. 7, ч. 1. С. 99, 173 (Белозерский у.), 343 (Боровичский у.); ч. 2. C. 201 (Череповецкий у.); ч. 3. C. 226, 502 (Череповецкий у.); ч. 4. C. 30, 89, 152 (Тихвинский у. Новгородской губ.).. Зато они единодушно засвидетельствовали, что в каждой местности бытует значительное число специфических слов, не известных в других местах, обозначающих сугубо конкретные предметы, действия, явления или ситуации: адина (жадный человек), кацюля (качаться), кирилисить (худо петь за богослужением), намаазать (обмануть), шаль (даровщина) РК. Т. 5, ч. 4. С. 381-389 (Тотемский у. Вологодской губ.).. «Язык тиксненских крестьян не отличается особенно большим запасов слов сравнительно с местами, расположенными вблизи городов, но в то же время очень гибок». «В языке наших крестьян почти совсем не встречается иностранных слов» Там же. С. 380, 389 (Тотемский у. Вологодской губ.)..