Личная и социальная идентичность
Стоит провести отличительную черту между личной и социальной идентичностью. Личная (персональная) идентичность рассматривается как первичный уровень самокатегоризации [Burke, Stets, 2000; 227], в то время как социальная идентичность имеет более сложную структуру.
И. Гофман выделял три типа идентичности: 1) социальная идентичность (интерпретация человека другими людьми в отношении групповой принадлежности); 2) личная идентичность (индивидуальные свойства человека); 3) Я-идентичность (субъективное восприятие индивидом себя, самовосприятие) [Барышникова, 2009; 167].
Личная идентичность служит предпосылкой конструирования социальной идентичности, так как она затрагивает эмоциональный компонент и ролевое поведение. В свою очередь, личная идентичность человека проявляется в социальном взаимодействии, и можно наблюдать тесное переплетение между индивидуальными и социальными предпосылками конструирования идентичности. Социальная идентичность основывается на принадлежности человека к конкретным социальным категориям. Кроме того, она предполагает осознаваемое усвоение человеком норм и ценностей той социальной группы, к которой он себя относит. В более ранней работе Дж. Тернера социальную идентичность составляли три компонента: эмоциональный (самокатегоризация), оценочный (чувство собственного достоинства) и психологический (наличие обязательств), позволяющие говорить, с одной стороны, о бессознательных механизмах идентификации, и с другой стороны, о внутригрупповой классификации [Turner, 1987]. Данная типология хотя и указывает на социальный компонент идентичности, но в ней так или иначе присутствуют черты, присущие и личной идентичности. С опорой на данные категории П. Берк и Дж. Стетс обозначили такие компоненты социальной идентичности, как: 1) чувство собственного достоинства (self-esteem); 2) уверенность в себе (self-efficacy); 2) собственная уникальность (authenticity) [Burke, Stets, 2000; 225]. Данная модель социальной идентичности затрагивает как институциональный, исторический, культурный, так и эмоциональный контексты идентификации, которые удерживают человека в тех или иных социальных категориях. Таким образом, границы между личной и социальной идентичностью подвижны, и четкое разделение не представляется возможным. Личная и социальная идентичность представляют из себя многокомпонентные структуры, которые имеют социальную природу и тесно переплетаются между собой, формируя общее представление об идентичности.
Идентичность и идентификация: сходства и различия
Стоит подробнее остановиться на разнице между идентичностью и идентификацией. Как утверждает С. Холл, еще З. Фрейд интерпретировал идентификацию как первичный способ выражения эмоциональной связи с другим. Идентификация в дискурсивном подходе рассматривается как непрерывный процесс построения связи с другим человеком или группой на основе обнаружения общих характеристик. Для продолжительности процесса идентификации необходимы материальные и символические ресурсы [Hall, 1996; 3]. Процесс идентификации беспроблемно происходит на этапе первичной социализации, когда человек еще не успел побывать в различных социальных ролях и выстраивает связи в рамках ограниченного круга лиц [Бергер, Лукман, 1995].
Роль идентификации также подробным образом рассматривается в теории социальной идентичности Г.?Тэджфелом, Дж.?Тернером, Н. Эллемерс, Д. Книппенбергом и другими исследователями в области социальной психологии и социологии. Социальная идентичность здесь интерпретируется как знание человека о принадлежности к той или иной социальной группе, а идентификация - как характеристика, объединяющая индивидов, принадлежащих к одной социальной группе [Hogg, Michael, Abrams; 1988].
Таким образом, идентичность представляет собой комплексную структуру, содержащую исторический, культурный, институциональный и другие контексты, а также субъективный компонент соотнесения себя с определенной социальной группой, в то время как идентификация служит механизмом построения социальных связей, благодаря функционированию которого и конструируется идентичность. Процесс идентификации во времени и конструирует идентичность.
Кризис идентичности
Понятие «кризис идентичности» было введено Э. Эриксоном и рассматривалось им как «решение возрастных и ситуативных задач психосоциального развития». Э. Эриксон разделял жизнь человека на восемь последовательных возрастных этапов (от младенчества до пожилого возраста), каждому из которых соответствуют те или иные сложности. Сталкиваясь с этими сложностями, психика человека либо справляется с ними, либо не справляется, что сказывается на всей последующей жизни [Эриксон, 2006; 13]. Согласно Э. Эриксону, основной кризис идентичности приходится на период между «юностью» и «взрослостью» с 11 до 20 лет, когда человек начинает осознанно искать свое место в системе идентичностей и проявляет автономию (стремление к обособлению и самостоятельной жизни). Следующий этап жизни, с 21 до 25 лет, характеризуется более осознанным подходом к выбору в семейных отношениях и в профессиональной сфере. Следовательно, в концепции Э. Эриксона психическое развитие человека «активизируется» путем переживания социального опыта в соответствии с возрастными этапами развития, и «кризис идентичности» рассматривается как процесс, имеющий социальную природу.
В норме человек проходит кризис идентичности по мере взросления и начального этапа становления личности, поэтому кризис характерен преимущественно для подростков, еще не успевших найти свое место в мире. Если кризис подросткового возраста пройден успешно, у человека формируется основное чувство идентичности, которое движет его множественными выборами относительно своего будущего (образовательной траектории, будущей профессии), если не успешно - формируется спутанная идентичность, для которой характерны сомнения относительно своего места в системе социальных отношений. Э. Эриксон был убежден в том, что кризис идентичности может быть результатом «массовой патологии идентичности» - спутанной идентичности у толпы, массовой неудовлетворенности на фоне утраты или изменения ценностных ориентиров настоящего времени. Кризис профессионального развития встраивается в общий психоэмоциональный кризис идентичности как процесс переосмысления жизненного пути и тесно связан с переживаниями об ограниченности и текучести времени [Головей, Манукян, Петраш, 2009; 33]. Кризис идентичности: профессиональный аспект
Для современного человека характерна потребность выстраивать свою идентичность в условиях свободы выбора жизненной траектории.
Такая автономность и свобода выбора характерна для общества постмодерна, которое было комплексно описано Ж. Бодрийяром [Baudrilliard; 2004]. Симуляция, как заключительная стадия «подделки» реальности, стала пронизывать все сферы жизни общества, реструктурировав особенности коммуникативных практик в информационном пространстве. Формирование виртуального пространства внесло новые смыслы в социальную повседневность и усилило отрыв от физической реальности, став очагом возникновения новых, множественных идентичностей. В то время как для представителей промышленного общества были характерны унифицированные взгляды и идентичность закреплялась в соответствии с социальным положением и рамками культуры, представитель эпохи постмодерна не лишен способности рефлексировать и осознанно конструировать свою идентичность. Согласно данной парадигме, в современном быстро развивающемся мире исторически и институционально предписанные культурные «оковы» больше не держат индивида: доступ к информации и расширение человеческих прав позволили людям задуматься о построении собственной идентичности и абстрагироваться от принудительных форм власти, иерархичных государственных структур и культурных традиций. Так, на первый план выходит индивидуальность и потребность самостоятельно делать выбор в пользу собственных интересов и одновременно социальной ценности: например, строить карьерные траектории, с одной стороны, относительно своих интересов, с другой стороны - относительно востребованности профессии на рынке труда в целях транслировать ценности современного общества.
Если говорить о профессиональном аспекте кризиса идентичности, то современные тенденции отражают сдвиг подросткового кризиса на более поздний период на фоне информационных технологий и широкого выбора карьерных возможностей, и современный взрослый человек может столкнуться с трудностями выбора не один раз в течение всей жизни [Эриксон, 2006; 15]. По этой причине человек может переживать наиболее глубокий кризис идентичности не в подростковом возрасте и не в периоде между «юностью» и «взрослостью», а в более поздних возрастных промежутках. Так, многие профессии становятся неактуальными быстрее, чем когда-либо, теряя свою ценность и востребованность. У индивидов возникает необходимость выработать адаптивные практики относительно образовательных и карьерных траекторий, быть более пластичными и уметь подстраиваться под современные тенденции без ущерба для психосоциальной идентичности (скорее, наоборот - в пользу ее развития в современном мире).
Нестабильность существования определенных видов профессий, процессы модернизации, рыночная экономика, технологические инновации, развитие цифровых технологий - эти процессы ведут к кризису идентичности, в том числе и профессиональной [Иванова, 2008; C.18]. Это приводит к тому, что границы некоторых профессий «размываются». Таким образом можно предположить, что для представителей профессий, которые подвергаются наибольшему воздействию цифровых технологий, характерен кризис идентичности, сдвинутый с периода между «юностью» и «взрослостью» на период профессиональной реализации, который приходится на возраст 21-25 лет (период раннего взросления).
Происходит значительное переосмысление ценностей и их демократизация под воздействием западного мира. Деятельность фотографов как представителей творческих профессий подвергается изменениям в том числе, так как она, во-первых, напрямую затрагивает работу с людьми, и во-вторых, на рынке появляется новая фототехника, развиваются мобильные технологии, растет вовлеченность пользователей в социальные сети и расширяется доступ к информации. В России за 2019 год количество пользователей социальными сетями возросло на 3% по сравнению с 2018 годом. Кроме того, 24% пользователей используют социальные сети в рабочих целях, и лидирующими площадками для ведения бизнеса в России стали Facebook и Instagram [We Are Social Ltfd; 2019]. Количество времени, проведенного в социальных сетях, увеличилось не только среди тех, кто посещает их с целью досуга и коммуникации, но и среди тех, кто рассматривает их как профессиональную площадку для ведения бизнеса. Таким образом, сейчас фотографическая деятельность претерпевает существенные изменения, сталкиваясь с вызовами цифровой экономики и процессом диджитализации.
1.2 Профессиональная идентичность и диджитализация
В теориях и исследованиях социологии профессий профессиональная деятельность рассматривается как ключевой элемент конструирования социальной идентичности. Согласно «либеральной» модели появления профессии, в эпоху постмодерна профессии развиваются в результате постепенного перехода общества к «свободному рынку». Рыночная экономика дает человеку возможность самостоятельно делать выбор в пользу той или иной профессии, и при выборе профессиональной траектории он ориентируется на спрос и предложение [Заковоротная, 2014; 16].
Диджитализация (или цифровизация) характеризуется проникновением цифровых технологий во все сферы социальной жизни: образование виртуальной реальности и виртуальных каналов коммуникаций, оптимизация производственных и экономических процессов посредством их автоматизации, появление онлайн-образования, расширение возможностей для жителей дальних уголков планеты относительно получения информации из сети Интернет. Все эти процессы ведут к роботизации и автоматизации социальных процессов, а соответственно, и к изменениям в социальных структурах и институтах: появление автоматизированных систем государственного контроля, изменения запросов рынка труда и стремление к применению современных, цифровых, более быстрых методов обработки информации. Таким образом, проникновение цифровых технологий в производственные и экономические отношения ведет к уменьшению роли человека во многих отраслях (хозяйственные процессы, строительная отрасль), а также ведет к сокращению материального производства в пользу цифровых товаров и услуг [Юдина, 2017; 140].
Диджитализация проникает и в сферу творческих профессий. Начиная с 1990-х годов, профессия фотографа находится под влиянием быстро развивающегося цифрового прогресса. С социологической точки зрения фотография рассматривается как один из видов искусства наряду с живописью, скульптурой, кинопроизводством и другими профессиями. Все эти профессии объединяет креативность как характеристика, которая определяется как способность находить нестандартные решения в стрессовых ситуациях [Svensson, 2015]. Люди, которые попадают под эту группу, имеют развитое воображение и принадлежат к «креативному классу». Согласно теории «креативного класса» Р. Флориды [Florida, 2002], в ближайшем будущем будет наблюдаться возрастающий спрос на креативную индустрию: работодатели будут более заинтересованы в представителях «креативного класса» из-за способности людей генерировать новые идеи и по-новому продвигать уже существующие проекты. Р. Флорида убежден в том, что развитие креативной индустрии станет двигателем экономического прогресса. Однако в креативной индустрии отсутствуют четкие границы профессионализма, так как занятость в креативном секторе характеризуется большей автономией по сравнению с другими профессиями [Broady, 2012]. По этой причине сложно однозначно очертить границы, отделяющие креативных профессионалов от любителей.