Материал: Особенности участия стран Юго-Восточной Азии в интеграционных процессах АТР

Во-первых, нужно снять с повестки дня проблемы демократизации, свободы слова и обеспечения прав человека. За последние полвека демократические политические институты и либеральная экономическая система утверждались скорее там, где проводилась успешная модернизация, способствовавшая повышению уровня жизни людей, укреплявшая институт частной собственности и вызывавшая у граждан готовность бороться за свои экономические права. После этого приходили демократические перемены.

Важнейшим инструментом индустриальной и технологической модернизации России, по мнению эксперта, может служить распространение на нее европейских принципов технологического регулирования, стандартов и правил.

Во-вторых, дорожная карта сотрудничества Россия-ЕС в сфере модернизации должна включать ряд конкретных и важных проектов, которые бы несли не только технико-экономический, но и социально-политический сигнал. Конкретно, речь идет о содействии со стороны Евросоюза в реализации наиболее весомых инфраструктурных проектов и создании общественно-значимых производств.

В то же время В. Иноземцев подчеркивает, что хозяйственная модернизация России не состоится, если в экономике страны останутся "стратегические сектора", защищенные от иностранной конкуренции и не стремящиеся к технологическому перевооружению. Модернизация не произойдет, если в стране не появится новая инфраструктура.

В этой связи эксперт полагает, что Евросоюзу, со своей стороны, стоило бы предложить российской политической элите реалистичную программу модернизации. Причем программу значительно более комплексную, чем существующая концепция "пяти отраслевых прорывов".

Такой программой европейцы могут убедить российские политические элиты в том, что их модернизационная повестка дня, во-первых, предельно конкретна, во-вторых, ограничена исключительно экономической сферой, в - третьих, служит быстрой технологической модернизации страны и, в - четвертых, что ее реализация послужит успеху заявленной Президентом России программы отечественной модернизации.

На многостороннем уровне внятного ответного сигнала не прозвучало. Рекомендации в большей степени услышаны на двустороннем треке, в рамках соглашений о партнерстве для модернизации с некоторыми странами - членами ЕС.

В целом получается, что развитие политических и правовых институтов необходимо, но в рамках Партнерства оно должно обеспечивать адекватное "сопровождение" конкретных направлений - прежде всего технологической модернизации. И определенная нестыковка с позицией Брюсселя, который настаивал на более быстром развитии этих институтов, по сравнению с формированием и реализацией конкретных проектов, оказала серьезное влияние на ход и предварительные результаты "Партнерства для модернизации".

1.3 Проблемы международной экономической интеграции

Первый глобальный экономический кризис изменил все. Он заставил государства переосмыслить стратегии национального развития. Ускорил эволюцию мирохозяйственных связей. Вызвал необратимые изменения в системе международных отношений. Вынудил экспертное сообщество по-новому взглянуть на окружающий нас мир. Признать очевидное. Переосмыслить происходящее. Поставить целый ряд очень сложных неудобных вопросов. В том числе о правильной оценке национальных интересов, выборе союзников, определении того, против чего или кого следует бороться сообща и какими методами, об уточнении мировой повестки дня, а также нынешних и будущих приоритетов.

Ответы на эти вопросы даются самые разные. Обоснованные и не очень. Вдумчивые и эпатажные. Сугубо консервативные, даже ретроградские, или новаторские.

Не важно. Главное, что разброс мнений серьезно усилился. Вынужденный плюрализм мнений является наилучшим индикатором растерянности политического руководства, правящего класса, экспертного сообщества.

Некоторый набор истин, в которые все раньше верили, в большей или меньшей степени, не кажутся теперь такими уж безоговорочными. Идейный багаж прошлого воспринимается как ощутимо обветшалый. Все "поплыло". Все ставится под сомнение.

В этих условиях крайне важно не потерять голову. Не бросаться из одной крайности в другую. Не предаваться новому идейному фетишизму, полностью порывающему с прошлыми чаяниями и представлениями.

В полной мере это относится к проблематике конструирования отношений между Россией и Европейским Союзом. Мы должны быть вместе. Мы обречены на это. Как бы ни складывалась жизнь в краткосрочной перспективе.

Отрицание данной констатации в практической политике способно нанести колоссальный ущерб и России, и ЕС. Привести к утрате темпа. Неэффективному использованию, говоря проще, разбазариванию колоссальных ресурсов, ограниченных сил и средств, имеющихся у семьи европейских народов.

Если мы не хотим этого - а мы очевидно не стремимся к подобному развитию событий, давайте исходить из признания существующей реальности, как она сложилась на сегодня и на многие десятилетия вперед. Будем же мыслить и действовать прагматически.

Первый глобальный экономический кризис изменил все. Он заставил государства переосмыслить стратегии национального развития. Ускорил эволюцию мирохозяйственных связей. Вызвал необратимые изменения в системе международных отношений. Вынудил экспертное сообщество по-новому взглянуть на окружающий нас мир. Признать очевидное. Переосмыслить происходящее. Поставить целый ряд очень сложных неудобных вопросов. В том числе о правильной оценке национальных интересов, выборе союзников, определении того, против чего или кого следует бороться сообща и какими методами, об уточнении мировой повестки дня, а также нынешних и будущих приоритетов.

Ответы на эти вопросы даются самые разные. Обоснованные и не очень. Вдумчивые и эпатажные. Сугубо консервативные, даже ретроградские, или новаторские.

Не важно. Главное, что разброс мнений серьезно усилился. Вынужденный плюрализм мнений является наилучшим индикатором растерянности политического руководства, правящего класса, экспертного сообщества.

Некоторый набор истин, в которые все раньше верили, в большей или меньшей степени, не кажутся теперь такими уж безоговорочными. Идейный багаж прошлого воспринимается как ощутимо обветшалый. Все "поплыло". Все ставится под сомнение.

В этих условиях крайне важно не потерять голову. Не бросаться из одной крайности в другую. Не предаваться новому идейному фетишизму, полностью порывающему с прошлыми чаяниями и представлениями.

В полной мере это относится к проблематике конструирования отношений между Россией и Европейским Союзом. Мы должны быть вместе. Мы обречены на это. Как бы ни складывалась жизнь в краткосрочной перспективе.

Отрицание данной констатации в практической политике способно нанести колоссальный ущерб и России, и ЕС. Привести к утрате темпа. Неэффективному использованию, говоря проще, разбазариванию колоссальных ресурсов, ограниченных сил и средств, имеющихся у семьи европейских народов.

Если мы не хотим этого - а мы очевидно не стремимся к подобному развитию событий, давайте исходить из признания существующей реальности, как она сложилась на сегодня и на многие десятилетия вперед. Будем же мыслить и действовать прагматически.

В Европейском союзе мало стран, имеющих столь серьезные внутренние противоречия, как Россия. Евросоюз и Российская Федерация настолько отличаются по основным положениям законодательства и принципам международной политики, что их отношения почти неизбежно выглядят проблематичными. Политика Евросоюза по отношению к Российской Федерации должна основываться на трезвом понимании собственных интересов и заслуживающей доверия оценке приоритетов российской внутренней и внешней политики, с учетом долгосрочных перспектив сотрудничества и взаимодействия на основе общих интересов.

В политике долгосрочные интересы легче сформулировать, чем реализовать. Интересы Евросоюза и России в сфере безопасности и энергетики имеют большое политическое значение, но необязательно ведут к гармоничному развитию взаимоотношений. Россия и Евросоюз во многом зависят друг от друга и сотрудничают в долгосрочной перспективе. Но нынешняя политика сотрудничества скорее ведет к асимметрии отношений, что порождает беспокойство и дискомфорт, а не безопасность и гармонию. Это вытекает из принципиально различного характера России и Евросоюза в качестве субъектов мировой политики, а также их принципиально разных позиций по вопросам энергетики, безопасности и прав человека. Роберт Каган считает что "Россия и ЕС являются географическими соседями. Однако геополитически они живут в разных веках".

Евросоюз пытается преодолеть эту пропасть. Однако если его первоначальная стратегия 1990-х годов, называемая "трансформацией посредством интеграции", была довольно успешной, то сегодня она достигла своих пределов. Евросоюз и Российская Федерация существенно изменились с того времени, когда Брюссель разработал свою стратегию в отношении России. Эффективная внешняя политика Евросоюза должна быть основана на согласии и принятии консенсуса как внутри него самого, так и между Евросоюзом и третьими странами, консенсуса, основанного на полном доверии. Но фактически часто наблюдается неравенство в отношениях, поскольку более сильный Евросоюз побуждает страны выполнять требования ЕС в обмен на определенные привилегии: от доступа к европейскому общему рынку или другим экономическим преимуществам до предоставления полного членства. Следовательно, для Евросоюза намного легче достичь соглашения посредством позитивной политики поддержки и сотрудничества, нежели путем негативной политики, такой как дипломатические демарши и санкции. В отношениях России и ЕС двухсторонний консенсус обусловлен существующими проблемами. Отношения между Евросоюзом и Россией испытывают влияние целого ряда обстоятельств, касающихся внутренних условий обеих сторон: растущий авторитаризм в России и разногласия в Европе, с одной стороны, энергетическая зависимость и геополитическая конкуренция в приграничных областях, - с другой. В своей политике по отношению к России Европа должна учитывать слабости России так же, как считаться с ее сильными сторонами. Ни политика сдерживания, ни политика жестких требований не представляются эффективными для развития отношений РФ-ЕС, также как традиционные объединяющие стратегии, основанные на мягких условиях.

Евросоюз должен сосредоточиться на эффективной борьбе с конфликтами и преодолении неопределенности, а не требовать консенсуса как такового. В этом и есть различия между экспансивной стратегией Евросоюза и подходом России - "нам теперь не обязательно быть лучше" ("мы не обязаны всем нравится"). Мы приводим доводы в пользу того, что стратегия России может быть менее амбициозной, менее всеобъемлющей, менее политически "институционализированной", но более продуктивной.

Глава 2. Интеграционные группировки юго-восточной Азии

2.1 Особенности экономики стран юго-восточной Азии (общая характеристика)

С момента учреждения АСЕАН, эта региональная группировка проявляет себя как один из самых динамично развивающихся субрегионов мира, для которого характерны высокие, устойчивые темпы экономического роста. Структурный кризис в мировом хозяйстве и циклические спады не поколебали их намерения идти по избранному пути. В течение последних 10 лет рост ВВП в странах АСЕАН был устойчивым и в среднем вдвое превышал общие показатели экономического роста в мире. Показатель ВВП на душу населения в странах АСЕАН постоянно возрастает и в 2006 г. составил в Брунее - 25,2 тыс. долл; Камбодже - 3,37; Индонезии - 4,35; Лаосе - 2,51; Малайзии - 12,47; Мьянме - 2,06; Филиппинах - 5,37; Сингапуре - 32,98; Таиланде - 9,63; Вьетнаме - 3,4, средний по АСЕАН - 5,03. При этом Бруней и Сингапур входят в число лидеров сообщества по данному показателю. В докладе Всемирного банка об индикаторах мирового развития базовыми критериями величины страны названы территория, население и экономика (ВВП). Эти три размерных параметра - размеры территории, населения и экономики - напоминают триаду классических факторов производства: земля, труд, капитал.

Доля АСЕАН-4 в ВВП АСЕАН-10 сохраняется с конца 1990-х гг. на уровне 7-8%, в 2006 г. составила 7,4%. При этом, доли АСЕАН-4 в экспорте и импорте АСЕАН-10 демонстрируют устойчивую тенденцию к росту. Так, за период 1991-2006 гг. доля АСЕАН-4 в экспорте АСЕАН-10 выросла с 1,7 до 6,3%, доля в импорте АСЕАН-10 - с 2,1 до 8,2%1. Это свидетельствует о том, что "малые" страны АСЕАН становятся все более активными участниками внешней торговли.

Таблица 1.

Основные показатели АСЕАН по состоянию на 2012 г.

Источник: // #"824266.files/image002.gif">

Самые высокие темпы роста экспорта высокотехнологичной продукции сегодня имеют Сингапур, Малайзия и Таиланд, при этом Сингапур захватил почти 10% мирового экспорта компьютерного оборудования. Таиланд выходит на одно из первых мест по производству программного обеспечения, разрабатываемого в основном по заказам западных корпораций.

В настоящее время подавляющая часть экспортного потенциала АСЕАН приходится на производство электронных компонентов: аудио-телеаппаратуры, калькуляторов, холодильников, стиральных машин и т.д. Страны АСЕАН специализируются на сборке персональных компьютеров и их компонентов в основном по заказам крупных мировых корпораций, а также на производстве компьютерных узлов и коммуникационного оборудования.

Налаженное производство этой техники позволяет удовлетворять потребность в новой технике обрабатывающих отраслей промышленности и местного населения этих стран.

Достижение этих результатов осуществляется во многом благодаря решительным и продуманным действиям государства по формированию и реализации новых экономических стратегий, отвечающих современным экономическим реалиям, обеспечивающим модернизацию производства и повышение конкурентоспособности выпускаемой продукции. В частности, в таких странах, как Сингапур, Малайзия и Таиланд, обладающих наиболее крупным научно-техническим и производственным потенциалами, на государственном уровне было признано, что инновационный путь является стратегическим ориентиром их развития. В последние годы в этих странах были разработаны и приняты программные и нормативные документы, закрепляющие такой путь. Активно прорабатываются вопросы формирования национальных инновационных систем. Постепенно формируется инновационная инфраструктура. Рассмотрим основные показатели инновационного развития в некоторых странах АСЕАН, одним из которых является уровень финансирования НИОКР, составляющего ядро инновационной деятельности.

Лидером по расходам на НИОКР в ВВП являются: Сингапур, который финансирует науку на уровне развитых стран мира - 2,36%, Таиланд - 0,24%; Малайзия - 0,63%. Это сравнение только в круге самых трех сильных стран АСЕАН. Если сравнить с остальными странами региона, то наблюдается еще большее расхождение. Однако нужно учитывать, что масштабы итоговых сумм несопоставимы из-за различий в объемах ВВП этих стран с Сингапуром.

Как и в развитых странах, основной источник финансирования НИОКР в странах АСЕАН приходится на частный сектор. Самое высокое значение этого показателя наблюдается в Малайзии - 71%, Сингапуре - 58,8% и Таиланде - 48,6%, что соответствует основным тенденциям в мировом инновационном развитии.

Следует также отметить, что хотя по основным показателям ресурсного обеспечения и результатов НИОКР, страны АСЕАН не являются аутсайдерами научно-технического развития и занимают определенные национальные ниши, тем не менее, странам региона не удастся ликвидировать ни количественного, ни качественного разрыва с передовыми странами по показателям ресурсного обеспечения и общему уровню научно-технического развития, поскольку они позже других стали формировать новый тип экономического развития и ранее занимались в основном сельским хозяйством и связанным с ним обрабатывающими отраслями производства.

В последние годы в странах АСЕАН наблюдается заметный рост научно - технического потенциала. Так, за 2002-2005 гг. количество исследователей в Малайзии и Таиланде возросло почти в два раза. При этом большая часть научного потенциала этих двух странах находится в университетах, в отличие от Сингапура, научный потенциал которого сосредоточен в предпринимательском секторе.

Из опыта, накопленного странами АСЕАН, можно извлечь несколько уроков: