Согласно п. 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом, или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, (в случае с кредитной организацией дата введения временной администрации), то в силу п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.3 в связи, с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи, не требуется.
Из указанных норм права видно, что при наличии в кредитной организации реестра неисполненных платежей, который сам по себе свидетельствует о дальнейшей неплатежеспособности кредитной организации, любая банковская операция, совершенная за месяц до введения временной администрации считается вышедшей за пределы обычной хозяйственной деятельности и, следовательно, может быть оспорена в суде. Неосведомленность клиента о финансовых проблемах банка правового значения для суда не имеет.
Подводя итог рассуждениям, можно сделать вывод о том, что Агентству в подобных делах достаточно доказать арбитражному суду наличие, на момент совершения оспариваемой банковской операции, очереди неисполненных обязательств банка перед другими кредиторами и сам факт совершения сделки не более чем за месяц до введения временной администрации. Необходимо отметить, что имеют место и исключения из подобной практики судов. В частности, 11 февраля 2018 года вкладчик получил в кассе банка определенную сумму, а уже 15 февраля Банк России отозвал у данной кредитной организации лицензию.
Агентство, как конкурсный управляющий банка, настаивало на том, что вкладчику было оказано предпочтение перед другими кредиторами, в связи с тем, что на момент выдачи денег кредитной организации не хватало средств для исполнения требований иных контрагентов. Вкладчик решение суда первой инстанции оспорил в Верховном суде. В обоснование жалобы, заявитель указал на то обстоятельство, что денежные средства были выданы 11 февраля, однако заявление на выдачу было подано 26 января 2018 года, и предполагать о сложном финансовом положении кредитной организации он не мог. Помимо прочего, в материалах дела указано, что банк не исполнял требований юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, а вкладчик - это кредитор первой очереди. В связи с этим обстоятельством речи о предпочтении в данном случае быть не может.
Однако, представляется, что внесение изменений в действующее законодательство является единственно верным шагом в связи с тем, что нормы, направленные на защиту прав и интересов вкладчиков при применении на практике имеют совершенно противоположный эффект. В настоящий момент Агентство по страхованию вкладов может воспрепятствовать законному праву вкладчиков на снятие денежных средств со своих банковских счетов.
Исходя из вышеизложенного, представляется правильным внести изменения в статью 189.40 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве). Необходимо дополнить подпункт 3 пункта 5 указанной статьи словами:
«Положение абзаца первого настоящего подпункта применяется в случае, если будет доказано, что клиент знал или должен был знать о признаках неплатежеспособности кредитной организации в момент совершения оспариваемого платежа».
Таким образом, предложенное в данном параграфе изменение направлено на обеспечение прав и законных интересов вкладчиков кредитных организаций, при исполнении Агентством по страхованию вкладов обязанностей арбитражного управляющего в деле о банкротстве кредитной организации.
Заключение
Регулирование отношений, возникающих по поводу банкротства кредитных организаций в Российской Федерации, осуществляется посредством ряда нормативных правовых актов, основным из которых является Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)». Несмотря на подробное регулирование института банкротства вышеуказанным ФЗ, и другими нормативными правовыми актами действующее российское законодательство требует совершенствования в связи с постоянно изменяющимися внешними и внутренними условиями существования отечественной экономики.
В результате проведенного исследования были сделаны выводы о понятии и признаках банкротства кредитных организаций, исследована эволюция данного правового института в нашей стране, изучен порядок возбуждения дела о банкротстве кредитной организации, проанализирован субъектный состав лиц, участвующих в деле о банкротстве, выявлены положительные и отрицательные стороны мер по предотвращению банкротства, проведен анализ порядка проведения процедуры конкурсного производства, изучен правовой статус агентства по страхованию вкладов, как конкурсного управляющего, а также выявлены недостатки в регулировании рассматриваемых отношений и предложены пути совершенствования законодательства Российской Федерации о банкротстве кредитных организаций:
1) Определяя понятие банкротства кредитных организаций необходимо проводить четкую черту между двумя терминами, применяемыми в российском законодательстве как синонимы. Так, под «несостоятельностью» необходимо понимать такое состояние неплатежеспособности лица, при котором он не имеет возможности удовлетворить требования кредиторов. Что же касается термина «банкротство», то будет правильным по примеру развитых правопорядков понимать под этим частные случаи несостоятельности, в которых должники или их должностные лица организаций привлекаются к различным видам юридической ответственности за причинение ущерба кредиторам.
2) Обязанность по информированию о введении данной меры в отношении какой-либо кредитной организации несет Центральный Банк Российской Федерации, однако, физические лица не всегда обращаются к публикациям издания «Вестник Банка России». Исходя из сложившейся практики, можно сделать вывод о том, что то, насколько оперативно будет получена информация о финансовом состоянии кредитной организации, а также ее правовом статусе в конкретный момент времени, зависит качество проведения процедуры банкротства. Представляется правильным возложить обязанность по публикации сведений о назначении временной администрации банка на саму кредитную организацию.
Таким образом, необходимо дополнить статью 189.26 пунктом 4, изложив его в следующей редакции:
«4. В течение 10 дней со дня принятия Банком России акта о назначении временной администрации информация об этом должна быть опубликована на сайте кредитной организации».
3) В связи с непростой экономической ситуацией, сложившейся в нашей стране большое количество банков в последнее время подвергаются процедуре банкротства. При этом российский законодатель не посчитал необходимым сделать обязательным привлечение Агентства по страхованию вкладов к урегулированию обязательств банка при наличии признаков банкротства. Однако, следует понимать, что у любой кредитной организации существует большое количество вкладчиков, чьи права и призвано защищать Агентство. Представляется логичным сделать право о привлечении Центральным Банком Агентства по страхованию вкладов обязательным. Внести изменения в 189.47 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», заменив в п.п. 1, п. 2 слово «вправе» на слово «обязан».
4) Кредитные организации обладают значительным объемом обязательств. В том числе и перед своими учредителями и участниками. Для учредителей и акционеров экономические потери от прекращения деятельности кредитной организации являются наиболее ощутимыми, по сравнению с остальными участниками процедуры банкротства. Здесь необходимо понимать, что с момента начала процедуры банкротства участники (акционеры) не вправе получать и распределять прибыль, они утрачивают возможность получить ликвидационную квоту; по сути, прекращаются обязательственные правоотношения между организацией и акционерами (учредителями). Очевидно, что, исключая указанных субъектов из числа лиц, имеющих права участников дела о банкротстве, российский законодатель образует преграду в осуществлении ими своих прав на удовлетворение требований со стороны кредитной организации. Наиболее целесообразным будет расширить число участников дела о банкротстве, пополнив список учредителями (участниками) кредитной организации.
Представляется логичным внести изменение в статью 189.60 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», дополнив ее подпунктом 4 пункта 1, изложив его в следующей редакции:
«4) Учредители (участники) кредитной организации».
5) Российское законодательство предполагает достаточно сложный процесс возбуждения дела о банкротстве. Должники имеют возможность затягивать подобные процедуры путем задержки принятий решений по требованиям кредиторов, а те в свою очередь находятся в неравном правовом положении с другими участниками правоотношения. Законодатель, ставя государственные органы в привилегированное положение, преследует цель обеспечения интересов государства, и ничего однозначно отрицательного в таком подходе найти не представляется возможным. Однако, предоставляя больше прав одним участникам, Закон о банкротстве ущемляет права других, что в свою очередь приводит к затягиванию процесса возбуждения дела о признании кредитной организации банкротом, или к вступлению ряда кредиторов на такой стадии банкротства, когда удовлетворение их требований уже находится под большим вопросом.
В связи с вышеизложенным, представляется правильным внести изменение в ст. 189.61 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) изложив п. 2 ст. 189.61 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в следующей редакции:
«2. Право на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании кредитной организации банкротом возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника или уполномоченного органа по денежным обязательствам после отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций».
Пункт 3 ст. ст. 189.61 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» изложить в следующей редакции:
«3. Право на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании кредитной организации банкротом возникает у уполномоченного органа по обязательным платежам после отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций, независимо от истечения сроков, предусмотренных статьей 7 настоящего Федерального закона».
6) Немаловажным вопросом в процессе формирования конкурсной массы является взыскание дебиторской задолженности. Как мы знаем, на имущество, являющееся предметом залога, по общему правилу, взыскание может быть обращено исключительно в судебном порядке. При формировании конкурсной массы время должно использоваться наиболее эффективно, и его трата на участие в судебном разбирательстве является нецелесообразной. Представляется логичным сделать исключение из общего правила для случаев, когда предмет залога должен войти в конкурсную массу при банкротстве банковской организации. При этом, изменение указанной нормы не должно затронуть права и законные интересы физических лиц, выступающих собственниками жилых помещений.
Внести изменение в статью 349 ГК РФ, дополнив ее пунктом 1.1. Изложить Пункт 1.1. статьи 349 ГК РФ в следующей редакции:
«1.1. Обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется во внесудебном порядке, если залогодержателем выступает кредитная организация, в отношении которой принято решение суда о признании ее банкротом.
Если предметом залога является жилое помещение, принадлежащее на праве собственности физическому лицу, обращение взыскания в установленном настоящим пунктом порядке не допускается».
7) Агентство по страхованию вкладов, являясь конкурсным управляющим по делам о банкротстве кредитных организаций, лишенных лицензии на принятие денежных средств физических лиц во вклады, по российскому законодательству обладает правами по управлению деятельностью должника. Одним из прав, предоставленных Агентству, как конкурсному управляющему, является право на оспаривание сделок должника. При этом в суде ему необходимо доказать лишь факт совершения сделки, и наличие на момент совершения оспариваемой банковской операции, очереди неисполненных обязательств банка перед другими кредиторами. Представляется, что в рассматриваемой ситуации нормы права, направленные на защиту прав вкладчиков имеют диаметрально противоположный эффект и требуют законодательного усовершенствования.
Представляется правильным внести изменения в статью 189.40 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве). Необходимо дополнить подпункт 3 пункта 5 указанной статьи словами:
«Положение абзаца первого настоящего подпункта применяется в случае, если будет доказано, что клиент знал или должен был знать о признаках неплатежеспособности кредитной организации в момент совершения оспариваемого платежа».
Подводя итог, необходимо отметить высокую степень значимости рассмотренных в представленной работе правоотношений, возникающих по поводу банкротства кредитных организаций. Правовое регулирование несостоятельности (банкротства) кредитных организаций имеет ряд пробелов и противоречий и нуждается во внесении из изменений, направленных на повышение эффективности в работе по предупреждению несостоятельности банков, и иных кредитных организаций, соблюдение прав и законных интересов клиентов рассматриваемых организаций, а также наиболее оперативное и качественное формирование конкурсной массы.
Список использованных источников и литературы
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 07.02.2017) // Российская газета, N 238-239, 08.12.1994;