Принцип 15 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме гласит: «Задержанному или находящемуся в заключении лицу может быть отказано в связи с внешним миром, в частности, с его семьей или адвокатом, в течение периода, не превышающего нескольких дней» [38]. Необходимо иметь в виду, что фактически допрос может не состояться, так как дача показаний - право, а не обязанность подозреваемого. В таком случае после заполнения вводной части протокола делается отметка о том, что подозреваемый отказался от дачи показаний. Попутно заметим, что можно пойти по наиболее радикальному пути - упразднить стадию возбуждения уголовного дела.
. О задержании гражданина иностранного государства орган уголовного преследования сообщает в Министерство иностранных дел Республики Беларусь для уведомления посольства или консульства этого государства. В законе (ч. 2 ст. 115 УПК) не указан срок, в течение которого орган уголовного преследования обязан сделать данное сообщение.
Согласно подпункту «в» п. 1 ст. 36 Венской конвенции о консульских сношениях 1963 года «компетентные органы государства пребывания должны безотлагательно уведомить консульские учреждения представляемых государств о том, что в пределах его консульского округа какой-либо гражданин этого государства арестован, заключен в тюрьму, если этот гражданин этого потребует [7].
Задержание лица по непосредственно возникшему подозрению не может длиться свыше 72 часов (в отличие от УПК России, в соответствии со ст. 94 которого срок задержания не должен превышать 48 часов) с момента фактического задержания, по истечении которых задержанный должен быть освобожден из под стражи либо в отношении его применена мера пресечения в виде заключения под стражу.
Задержание лица, подозреваемого в совершении особо тяжких преступлений, предусмотренных определенными статьями УК Республики Беларусь, не может длиться свыше десяти суток с момента фактического задержания, по истечении которых задержанный должен быть освобожден из-под стражи либо в отношении его должна быть применена мера пресечения (ч. 4 ст. 108 УПК).
В случае применения в отношении задержанного меры пресечения обвинение должно быть предъявлено ему не позднее десяти суток с момента фактического задержания (в данном случае суммируется два вида сроков - срок задержания и срок содержания под стражей, при этом порядок исчисления сроков - различный (задержание исчисляется часами, содержание под стражей - сутками), а в отношении лиц, задержанных за совершение преступлений, указанных в ч. 4 ст. 108 УПК, - не позднее двадцати суток (ч. 5 ст. 108 УПК).
Таким образом, основания для задержания лица совершившего преступление (по непосредственно возникшему подозрению в совершении преступления) предусмотрены ст. 108 УПК. Причем они не одинаковы по своим правовым последствиям, в связи с чем их можно разделить на две группы: к первой из них относятся основания, указанные в пп. 1-3 ч. 1 ст. 108 УПК, а ко второй - указанные в п. 4 этой же статьи. По основаниям второй группы задержание возможно лишь при наличии указанных в этой норме условий.
Процессуальный порядок задержания складывается из нескольких этапов: фактическое задержание; доставление задержанного в орган уголовного преследования; составление протокола задержания должностным лицом, осуществившим фактическое задержание; применении меры пресечения в виде заключение под стражу; допрос подозреваемого по обстоятельствам задержания; возбуждение уголовного дела.
2.3 Соблюдение принципа законности при задержании
Согласно ранее действовавшему законодательству целью задержания являлось решение вопроса о причастности подозреваемого к преступлению и применении в отношении задержанного меры пресечения в виде заключения под стражу. Такая формулировка закона позволяла достаточно широко применять задержание. УПК 1999 года вообще не указывает цель этого действия. Вместе с тем практические работники выделяют в качестве целевого назначения задержания возможность посредством его получить доказательства. На это, кстати, указали 62% проинтервьюированных работников органов расследования. На вопрос, какую цель они ставили перед собой при задержании лиц, подозреваемых в совершении преступлений, опрошенные ответили: получение доказательств, и в первую очередь признательных [35, с.74]. Причем, не единичны случаи, когда задержание с целью получения доказательств применялось при отсутствии на то законных оснований. А это уже затрагивает конституционные права гражданина.
Некоторые следователи рассматривают задержание и заключение под стражу не как процессуальное действие, связанное с пресечением преступной деятельности подозреваемого или попыткой скрыться от следствия и суда, а как средство доказывания обнаруженного, но еще не раскрытого преступления. В отдельных случаях задержание используется работниками следственных органов для того, чтобы получить «нужные» им доказательства, заставить задержанного признать свою вину, даже если лицо не виновно и выдвигает при этом какие-либо убедительные доводы в свое оправдание.
Анализ деятельности следственных органов также показывает, что данная мера процессуального принуждения не всегда умело и правильно используется, нередко проявляется недооценка норм, обеспечивающих интересы личности. Так, по данным Информационно-аналитического центра МВД Республики Беларусь в 2006 году правоохранительными органами республики было задержано по подозрению в совершении преступления 24 596 человек, из них освобождено из-под стражи - 7 405 (30,1%); в 2007 году - 26 800 и 7 782 (29%); в 2008 году - 23 883 и 7 140 (29%); в 2009 году - 19 252 и 6 343 (32%); в 2010 году - 23 922 и 7 360 (30%) [12].
Как видно, за последние пять лет в среднем около трети всех лиц, задержанных по подозрению в совершении преступления, в дальнейшем освобождается из-под стражи. При этом в отношении около 2% лиц этой категории такое решение принято в связи с неподтверждением подозрения в совершении преступления. Основанием освобождения из-под стражи остальных подозреваемых почти в 98% случаев явилось отсутствие необходимости применения меры пресечения в виде заключения под стражу [35, с.74].
Таким образом, ситуация с соблюдением законности при задержании лица совершившего преступление языком цифр подтверждает, что каждый год немало граждан задерживается по подозрению в совершении преступления без достаточных на то оснований. Такое происходит в определенной мере из-за несовершенства правовой регламентации данного института, а также по причине неправильного толкования норм, регламентирующих задержание.
О произведенном задержании орган уголовного преследования обязан письменно сообщить прокурору в течение 24 часов с момента вынесения постановления о задержании. Примечательно, что 100 % опрошенных практических работников делают это в установленный законом срок, а некоторые даже раньше, 54 % из них высылают сообщение письмом с регистрацией исходящего номера в канцелярии. Однако изучение случаев применения задержания показало, что в 8 % уголовных дел такое сообщение вообще отсутствовало, а 77 % уголовных дел содержали только бланк сообщения, который не имел каких-либо отметок о его регистрации, как исходящей корреспонденции [35, с.75].
Вместе с тем только 9 % опрошенных вспомнили о случаях отмены прокурором постановлений о задержании, а на случаи их отмены судом не указал никто. И это несмотря на то, что в 53 % случае задержанные обращались с жалобами к прокурору, а в 45-% - в суд [35, с.76].
Вышеизложенное свидетельствует о недостатках в осуществлении судебного контроля и прокурорского надзора за обеспечением прав и законных интересов задержанных. Именно на прокурора возложен надзор за точным и единообразным соблюдением закона при применении задержания (ст. 31 Закона Республики Беларусь от 8 мая 2007 г. № 220-3 «О прокуратуре Республики Беларусь»). При этом в п. 5ч. 5 ст. 34 УПК предусмотрено полномочие прокурора отменять незаконные и необоснованные постановления нижестоящего прокурора, начальника следственного подразделения, следователя, органа дознания и лица, производящего дознание, а ст. 142 УПК наделяет правом прокурора рассматривать жалобы на действия и решения, перечисленных выше лиц и органов ведущих уголовный процесс. Однако в отличие от суда, который должен рассмотреть жалобу на задержание в срок не более 24 часов (ч. 1 ст. 144 УПК), прокурор обязан это сделать в срок до 10 суток (ч. 1 ст. 142 УПК). В то же время прокурор может проверять как законность, так и обоснованность задержания подозреваемого. Учитывая определенные преимущества прокурорского надзора по сравнению с судебным контролем за применением задержания, с целью его усиления считаем необходимым вместо сообщения о произведенном задержании направлять прокурору копию постановления о задержании в течение 24 часов с момента его вынесения. Указанные изменения следует отразить в ч. 3 ст. 110 УПК [13, с.271].
Проводя проверку законности содержания арестованных, прокурор знакомится с документами, на основе которых лица подвергнуты задержанию.
В органах прокуратуры должен вестись учет задержанных в соответствии со ст. 108, 111-113 УПК. При установлении факта незаконного задержания лица прокурор незамедлительно, до истечения 72 часов, должен освободить его.
Осуществляя надзор за законностью задержания и содержания арестованных, прокурор следит за тем, чтобы по каждому задержанию был составлен протокол по установленной форме: время, место и основания задержания, объяснение задержанного. Прокурор освобождает задержанного, если усматривает, что он задержан необоснованно или в этом не было процессуальной необходимости.
2.4 Институт задержания: проблемы и совершенствования
Согласно ч. 2 ст. 108 УПК задержание по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 108 УПК, может производиться до возбуждения уголовного дела. Такая формулировка не исключает того, что задержание по непосредственно возникшему подозрению в совершении преступления может производиться и в рамках возбужденного уголовного дела.
Лишь первое основание (п. 1 ч. 1 ст. 108 УПК) предназначено сугубо для случая, когда задержание осуществляется по непосредственно возникшему подозрению в совершении преступления. Все иные основания могут появиться в ходе расследования. Большинство преступлений совершается в условиях неочевидности, уголовные дела возбуждаются, в основном, «по факту». В ходе расследования могут быть установлены и допрошены свидетели преступления, которые указывают на конкретное лицо как на того, кто совершил преступление (п. 2 ч. 1 ст. 108 УПК). Следы преступления могут быть обнаружены в ходе производства различных следственных и процессуальных действий (осмотр, обыск, выемка и др.) В таком случае также появляется основание для задержания лица (п. 3 ч. 1 ст. 108 УПК), но тогда не совсем правильно вести речь о непосредственно возникшем подозрении.
В связи с этим, как указывает А. Дроздов, слово «непосредственно» нужно исключить из названия ст. 108 УПК [45, с.74].
Основанием для задержания в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 108 УПК можно считать обнаружение похищенных предметов в ходе обыска, при том, что жильцы называют конкретное лицо, которое оставило данные вещи, и это лицо пыталось скрыться. В ходе расследования может иметь место явка с повинной лица, которое не имеет постоянного места жительства или проживает в другой местности. Однако законодатель ничего не говорит о порядке задержания лица совершившего преступление в рамках возбужденного уголовного дела, в связи с этим полагаю, что желательна законодательная корректировка ст.ст. 108-110 УПК, впрочем, и ст. 111 УПК. Однако наличие пробела в уголовно-процессуальном законе можно восполнить аналогией.
Необходимо также привести в соответствие ст. 109 УПК со ст. 35 УК: наделить граждан правом задержания не только лиц, застигнутых при совершении преступления или при попытке скрыться непосредственно после его совершения, но и в других случаях (например, правом задержания разыскиваемых подозреваемых и обвиняемых).
Касаясь сроков задержания, следует отметить, что согласно ч. 3 ст. 108 УПК, задержание подозреваемого не может длиться свыше 72 часов с момента фактического задержания (захвата). Для сравнения, ч. 2 ст. 94 УПК РФ предусматривает применение задержания на срок 48 часов, который может быть продлен судом на срок не более 72 часов с момента вынесения судебного решения (ч. 7 ст. 108 УПК РФ). В законодательстве большинства стран продолжительность задержания варьируется от 24 часов до семи суток. Исходя из этого, полагаю, что срок задержания подозреваемого, предусмотренный в действующем УПК Республики Беларусь, изменений не требует.
Несколько дискриминационной представляется ч. 4 ст. 108 УПК, устанавливающая особый срок задержания - 10 суток в случав подозрения лица в совершении одного из перечисленных в этой статье особо тяжких преступлений. На мой взгляд, такое увеличение срока задержания вряд ли оправданно, так как через 72 часа с момента захвата (фактического задержания) в отношении подозреваемого в совершении такого преступления может быть применена мера пресечения в виде заключения под стражу. Тем более что, согласно ч. 1 ст. 126 УПК, она может быть избрана по мотивам одной лишь тяжести преступления, в котором лицо подозревается. Следует отметить, что в ч. 2 ст. 40 УПК фактически содержится запрет на удержание подозреваемого в положении задержанного свыше 72 часов независимо от тяжести совершенного деяния.
Указанный выше запрет также иногда нарушается. Так, согласно данным Генеральной прокуратуры Республики Беларусь, инспектором уголовно-исполнительной инспекции ОВД Первомайского района г. Минска 72-часовой срок задержания был превышен на один час. Установлено, что подозреваемый X. был задержан 25 марта 2008 г. в 15 ч 00 мин, а освобожден по постановлению следователя в 16 ч 00 мин 28 марта 2008 г. По данному факту проведена служебная проверка, следователю объявлен строгий выговор [32, с.69].
Одним из дискуссионных вопросов, связанных с задержанием подозреваемого, является определение момента участия в нем защитника, но данный вопрос связан с правовыми гарантиями подозреваемого и будет рассмотрен в главе 3 дипломной работы.
Завершая рассмотрение вопросов, связанных с проблемами правового регулирования задержания по непосредственно возникшему подозрению, необходимо отметить, что при осуществлении задержания должностные лица помимо оснований, мотивов и условий должны принимать во внимание тяжесть подозрения; личность подозреваемого; род занятий; возраст; состояние здоровья; семейное положение. В связи с этим можно сделать вывод, что задержание лица - это право должностных лиц, которое при наличии определенных обстоятельств превращается в обязанность. Однако анализ деятельности следственных органов показывает, что такая мера процессуального принуждения как задержание, не всегда умело и правильно используется, нередко проявляется недооценка норм, обеспечивающих интересы личности. Некоторые следователи рассматривают задержание и заключение под стражу не как процессуальное действие, связанное с пресечением преступной деятельности подозреваемого или попыткой скрыться от следствия и суда, а как средство доказывания обнаруженного, но еще не раскрытого преступления.
ГЛАВА 3. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ ПОДОЗРЕВАЕМОГО. ДОПРОС ПОДОЗРЕВАЕМОГО
.1 Гарантии прав подозреваемого в уголовном процессе
Человек, его права, свободы и гарантии их реализации провозглашены Конституцией Республики Беларусь высшей ценностью и целью общества и государства (ст. 2).
В соответствии с Конституцией Республики Беларусь и Уголовно-процессуальным кодексом Республики Беларусь подозреваемый обладает определенными гарантиями обеспечивающими соблюдение его прав и интересов в процессе предварительного расследования.