В 1780-е гг. Екатерина II в русле своей политики унификации управления и правового регулирования в Российской империи начинает сужать привилегии и ликвидировать ранее сохраненные институты местного управления и правового регулирования в национальных регионах. Императрица первоначально указом от 3 мая 1783 г. ввела на территории Выборгской губернии (в Старой Финляндии) по общегосударственному образцу подушную подать с крестьян и мещан, а также с состояния (капиталов) купечества и подробно расписала платежи по категориям подданных [15]. Затем указом от 25 июля 1783 г. Екатерина II учредила Выборгское наместничество и распорядилась с 1784 г. ввести в нем в действие все положения Учреждения об управлении губерний 1775 г. [16]. Эти актом, отмечает Б.Э. Нольде, «введена была вся система административных и судебных мест, которая была создана учреждением 1775 г. Прежнее, конфирмированной императрицей Елизаветой право, не было при этом упразднено целиком; однако привилегии, данные краю, приняли весьма скромный объем» [17].
После создания Выборгского наместничества в Правительствующих сенат стали поступать запросы о коллизионных ситуациях при применения правовых предписаниях - противоречиях между общегосударственными российским и шведскими законами, действие которых было сохранено для финнов уже как подданных российского царя. Сенатский указ от 9 октября 1784 г. подтвердил действие общегосударственного права на данной территории: «Выборгскому наместническому правлению дать знать, что по открытии сего наместничества по образу … о управлении губернских учреждений, касательно до обряда в судопроизводстве и во всем том, на что в … учреждениях есть точное предписание, поступать должно по сим … учреждениям; по законам же, конфирмированным для … Финляндии, поступать следует в таких токмо случаях и обстоятельствах, на что нет в … учреждениях точного предписания» [18]. Указанные меры вызвали обращения представителей финляндского населения о восстановлении местного управления к Екатерине II, а после ее смерти - к Павлу I, который восстановил особенное управление Старой Финляндией. Указом от 12 ноября 1796 г. предписал: «В Выборгской губернии, … за оставление губернского правления и Казенной палаты с казначейством, восстановить присутственные места, которые по прежним тамошним правам и привилегиям существовали до открытия в оном наместничества как в губернском городе, так и по другим городам и уездам» [19].
В правление Александра I с началом активных работ по систематизации законодательства возник вопрос о ясности в правовом положении жителей Старой Финляндии, который должны были разрешить две учрежденные 19 мая 1802 г. комиссии - «для устроения Выборгской губернии» и «для рассмотрения финляндских дел» [20]. Последней из них предписывалось «рассмотреть права и преимущества, утверждающие каждому состоянию его принадлежность»; особо указывалось на необхоимость разобраться с повинностями и состоянием «отраслей хозяйства» и, «вникнув в образ судопроизводства гражданских и уголовных дел, исследовать все постановления, до того края относящиеся» и др. вопросы управления и положения местного населения. 13 декабря 1802 г. Выборгская губерния переименована в Финляндскую [21].
Присоединение Великого княжества Финляндского к России в ходе русско-шведской войны 1808-1809 гг.обозначило принципиально новый период интеграции Финляндии в государственно-правовую систему Российской империи. Российская верховная власть в условиях надвигающейся войны с наполеоновской Францией тем самым решала стратегическую задачу - создания пространства, отделявшего Россию от Швеции и обеспечивающего гео- и внутриполитическую стабильности на ее северо-западных рубежах. Сохранение местных привилегий в публичном и частном партикулярном праве в Финляндии выступало для этого важным политико-управленческим инструментом и именно поэтому, как подчеркивает В.С. Дякин, «уже при завоевании Финляндии Александр I пошел на признание за ней особого статуса и в стране были сохранены основы шведского государственного права, исходившего из представления об ограничении власти монарха сословным учреждением» [22]. Во время войны российский император манифестом «О покорении шведской Финляндии и о присоединении оной навсегда к России» от 20 марта 1808 г. объявил, что Финляндию, «страну, сию оружием нашим таким образом покоренную, мы присоединяем отныне навсегда к Российской империи, и вследствие того повелели мы принять от обывателей ее присягу на верное престолу нашему подданство» [23]. 5 (17) июня 1808 г. император манифестом, оглашенном во всех церквях Финляндии, обратился к «верноподданным обывателям новоприсоединенной Финляндии всякого чина и состояния» и, констатируя «с удовольствием … торжественные обеты, обывателями сего края принесенные на верное и вечное их скипетру российскому подданство, указывает на то, что «в чреде народов, скипетру российскому подвластных и единую империю составляющих, обыватели новоприсоединенной Финляндии с сего времени восприняли навсегда свое место». Манифестом от 5 (17) июня 1808 г. подтверждалось действие «древних установлений, страны вашей свойственных и свято нами хранимых» [24].
Принципиальное значение с включением Финляндии в состав Российской империи имел вопрос об объединении в один двух престолов - общероссийского и Великого княжества Финляндского. 25 декабря 1808 г. Александр I объявил о принятии титула «Великий князь Финляндский», который был включен в общегосударственный титул российского императора [25]. Ранее этот титул принадлежал шведским королям, но с 1718 г., со времен Северной войны в связи с переходом части Финляндии в состав России, не использовался. В условиях противостояния с Россией в конце 1803 г. шведский король Густав IV дал этот титул своему новорожденному сыну Карлу. «Русское правительство, - отмечает Э.Н. Бендерс, - было этим крайне недовольно, ибо этот титул не мог более даваться шведским королем вследствие перехода боле чем 1/3 Финляндии в русские руки на основании мирных трактатов 1721 и 1743 гг.2 [26]. В.В. Сокольский указывал, что «одна и та же верховная власть, которая господствует в Российской империи, господствует и в Финляндии. … В государе императоре не различаются две юридические личности, одна всероссийского самодержца, а другая великого князя финляндского. … Финляндия не состоит с Россией в международном отношении реальной унии, а является инкорпорированной частью российской империи, получившей развитое во всех отношениях самоуправление с особыми законодательными и правительственными органами и с особою военного силою» [27].
17 ноября 1808 г. представители местной политической бюрократии - «финская депутация» - обратились с просьбой к Александру I с просьбой созвать сейм по шведским законам с тем, «чтобы политические законы Шведского государства были в силе в Финляндии также по присоединении нашего отечества к России» [28]. Привлеченный к разработке политического курса России в отношении Финляндии и определению ее положения в составе Российской империи М.М.Сперанский подготовил предложения по интеграции края и в состав страны проекты всех правовых актов об этом, в соответствии с которыми от Александр I 20 января 1809 г. последовал «акт» о созыве в Борго Общего Ландтага (сейма) - собрания представителей четырех сословий Финляндии. Накануне открытия Сейма, 15 марта 1809 г., Александр I в г. Борго подписал манифест «Об учреждении прав Великого княжества Финляндии», в котором он объявил, что, «вступив в обладание Великого Княжества Финляндии признали мы за благо сим вновь утвердить и удостоверить религию, коренные законы, права и преимущества, коими каждое состояние сего княжества в особенности и все подданные оное населяющие от мала до велика по конституциям их доселе пользовались, обещая хранить оные в ненарушимости и непреложной их силе и действии». В манифесте также было указано, что «в удостоверение» указанных прав жителей Финляндии «грамоту собственноручным подписанием нашим благоволили», т.е. закрепил в традиционной для русского права форме жалованной грамоты [29].
Положения манифеста от 15 марта 1809 г. о сохранении шведских основных законов и местного права Александр I подчеркнул и в речи при открытии сейма 16 (28) марта 1809 г. - «Я обещал сохранить вашу конституцию, ваши коренные законы; ваше собрание здесь удостоверяет исполнение моего обещания». Затеем манифест Александра I как российского императора и великого князя финляндского от 23-го марта (4-го апреля) 1809 г. (обнародованный во всех церквях Финляндии) объявил о состоявшемся заседании Сейма и издание специального торжественного акта, в котором глава Российского государства считал необходимым укрепить и заверить (удостоверить) сохранение их религии и grundlagar (конституций. - Авт.) вместе с вольностями и правами, коими каждое сословие в особенности и вообще все жители Финляндии пользовались» [30]. Заметим, что признавая положения шведских основных законов в самых общих выражениях, российская верховная власть руководствовалась политическими соображениями и тем самым создала неопределенность в положении княжества в составе Российской империи. М.М. Бородкин по этому поводу отмечал, что «коренные законы и привилегии оказались утвержденными в общих выражениях. А между тем, если бы государь и Сперанский имели в виду шведские коренные законы 1772 и 1789 гг., то особенно легко и просто было поименовать два эти акта в грамоте 15-27 марта 1809 г. Но их не поименовали. Сперанский знал, что Форма правления 1772 г. и Акт соединения и безопасности 1789 г. во всем их объеме совершенно не приемлемы к Финляндии, как к части Российской империи, и тем не менее он не позаботился выяснить и указать, какие положения сих государственных законов Швеции император Александр I находил полезным и возможным сохранить, и какие отпали, в силу подчинения Финляндии самодержавной России. Этот вопрос огромной важности остался открытым до наших дней и никогда авторитетною русскою властью разрешен не был» [31]
Итоги включения Финляндии в состав России подвел заключенный 5 (17) сентября 1809 г. в Фридрихсгаме мирный трактат Российской империи и Шведского королевства и манифест о мире от 1 октября 1809 г. Договор констатировал: «Император всероссийский … ознаменовал уже образ правления своего жителям приобретенных им ныне областей: обеспечив … свободное отправление их веры, права собственности и преимущества, то его шведское величество тем самым освобождается от священного … долга, чинить о том в пользу прежних своих подданных какие-либо условия». Манифест определил, что «финляндские губернии со всеми жителями … будут отныне состоять в собственности и державном обладании империи российской» [32]. Данный международно-правовой акт явился правовым основанием для передачи Великого княжества Финляндского от Шведского королевства в состав Российской империи.
Процесс включения завоеванных финских земель в состав Российской империи и их объединения в рамках Российской империи в одно образование - Великого княжества Финляндского - завершил манифест российского императора от 11 декабря 1811 г. «О именовании старой и новой Финляндии совокупно Финляндиею». В нем он указал, что «с присоединением новой Финляндии к Российской империи, различие между старою и новою Финляндией, как в наименовании их, так и в самом образе управления» нашел «излишним и настоящему по предложению сего края несвойственным» и по предложению Государственного совета объединил все финские территории. В манифесте подчеркнуто - «Прежняя Финляндская губерния, наравне с губерниями, в Финляндии существующими, отныне состоять будет в главном управлении, для сей страны нами учрежденном» [33].
Указанными правовыми актами российская верховная власть представила Великому княжеству Финляндскому исключительно по своей воле широчайший автономию, образовав национально-автономистское образование в составе Российской империи. По замечанию Э.Н. Берендтса «Финляндия пользуется дарованной ей автономией не на основании какого-либо договора, заключенного между императором Александром I и населением завоеванной им части шведского королевства, а в силу свободного решения русского монарха, который, имея силу и власть завоевателя, мог по своему усмотрению определять порядок управления и законодательства в новозавоеванном крае. Он даровал Финляндии автономию не по предписанию положительного права, по соображениям справедливости и политической целесообразности» [34].
Необходимо заметить, что определенные Александром I положения относительно сохранения привилегий и местного права для населения в Великом княжестве Финляндском с вступлением каждого нового императора на российский престол подтверждались манифестами. Николай I (12 декабря 1825 г.), Александр II (19 февраля - 3 марта 1855 г.), Александр III (14/2 Марта 1881 г.) и Николай II (6 ноября - 25 октября 1894 г.) константно подтверждали это одной формулировкой- «Объявляем через сие: что произволением Всевышнего вступив в наследственное обладание Великого Княжества Финляндии, признали мы за благо сим вновь утвердить и удостоверить религию, коренные законы, права и преимущества, коими каждое состояние сего княжества в особенности и все подданные, оное населяющие от мала до велика по конституциям их до селе пользовались, обещая хранить оные в ненарушимой и непреложной их силе и действии; во уверение чего сию грамоту собственноручным подписанием нашим утвердить благоволили» [35].
2. Источники местного права Великого княжества Финляндского
Источники партикулярного права Великого княжества Финляндского отразили его принадлежность к Шведскому королевству, действие которых было санкционировано российской верховной властью. В интеграции партикулярного права региона в правовую систему России необходимо было учитывать, что «как совершенно особая законодательная область, Финляндия в историческом развитии своего законодательства шла по совершенно другому пути, ничего общего с историей русского права не имеющему» - отмечает А. Сандр [36].
Местное государственное право базировались на Основных законах Шведского королевства, главными в которых были Форма правления (Regierungs-Formen) 1772 г. и Акт соединения и безопасности 1789 г. Правовые предписания отраслевого характера в сфере местного гражданского, уголовного и процессуального права и были объединены едином кодифицированном законодательном актеа - Общее Уложение Шведского королевства (Sveriges Rikes Allmanna Lag). Оно было принято шведским Риксдагом в 1734 г. и утверждено манифестом шведского короля Фридриха 23 января 1736 г. При принятии уложения Риксдагом, его членами-финнами, был поставлен вопрос о переводе теста закона на финский язык, что было сделано С. Форсеном. После проверки перевода шведскими властями тест уложения в 1759 г. был издан на финском языке и являлся официальным источником права. В 1807 г. Уложение было переиздано с изменениями, внесенными более поздними шведскими узаконениями [37]. После включения Финляндии в состав России «шведское законодательство, действовавшее в ней в то время, было реципировано почти полностью, как в области публичного, так и частного права» - отмечает М.А. Губченко [38].