Одним из первых ученых, изучавших связь языка и культуры, был В. фон Гумбольдт. В своем трактате «О различии строения человеческих языков и их влиянии на духовное развитие человечества» он предложил свое видение языка, как отражения культуры и индивидуальности носителя данного языка [11]. В своих работах В. Фон Гумбольдт использовал введенное Г. Гердером понятие «духа народа» - культуры и мировоззрения, свойственных определенному народу. Язык, по мнению ученого, играет важную роль в формировании «духа народа». Это взаимозависящие и взаимодополняющие явления: «Среди всех проявлений, посредством которых познается дух и характер народа, только язык и способен выразить самые своеобразные и тончайшие черты народного духа и характера и проникнуть в их сокровенные тайны» [11, с. 69].
Э. Сепир продолжил комплексное изучение связи между языком и культурой; он заявил, что культура проявляется в лексике языка, и их развитие происходит одновременно. По мнению учёного, «язык приобретает все большую значимость в качестве руководящего начала в научном изучении культуры» [33, с. 261]. Большой вклад в изучение проблемы взаимоотношения языка и культуры внесла теория лингвистической относительности Э. Сепира - Б. Уорфа, согласно которой язык играет важнейшую роль в процессе познания и мышления, так как категории, существующие в языке, формируют мышление. Соответственно, отсутствие или наличие определенных категорий в том или ином языке может привести к различиям в специфике мышления носителей разных языков.
А. Вежбицкая, развивая идеи Сепира и Уорфа, выделяет несколько параметров, показывающих, как различия в лексическом составе языков могут выявлять различия в культуре [7, с. 263-305]. Первым таким параметром автор называет культурную разработанность словаря, то есть представленное в языке количество лексических средств для обозначения объектов реальности, понятий и явлений. В качестве иллюстрации своих идей А. Вежбицкая приводит примеры из книги Р. Диксона «Языки Австралии» [48, с. 106]. Так, например, в языке йитинь можно различить более 30 лексем, обозначающих разновидности звука. Подобная высокая (по сравнению со многими другими языками) разработанность словаря свидетельствует о том, что в силу определенных причин у народа-носителя данного языка возникла необходимость различать такое количество разновидностей звука и шума.
Вторым параметром, выделенным А. Вежбицкой, является частота употребления слов в языке. На примере частоты употребления слов «дурак» (англ. fool), «глупый» (англ. stupid), «глупо» (англ. stupidly), «идиот» (англ. idiot) в русских и американских текстах автор показала особенность двух культур: в русских текстах данные слова встречались в несколько раз чаще, чем в американских, что позволило сделать вывод о склонности русских людей к резким оценочным суждениям и неуместности подобных оценок в англосаксонской культуре.
Последний показатель связи между лексическим составом языка и культурой представлен ключевыми словами. Ключевые слова - это слова, особенно значимые для культуры определенной страны. Примером такого слова может послужить «душа» в русском языке. А. Вежбицкая выделяет следующие признаки ключевого слова: это общеупотребительное, частотное слово; оно используется в какой-то одной семантической сфере; является частью целого фразеологического семейства; его можно часто встретить в пословицах, поговорках, изречениях и т.д. Анализ подобного слова даёт возможность раскрыть некоторые особенности культуры страны.
Описанное А. Вежбицкой понятие «ключевого слова» можно соотнести с введёнными в российских научных источниках понятиями «культурно-маркированных языковых единиц», «реалий» и «лингвокультурем». Неоднородность понятийного аппарата является выявленной в ходе проведения данного исследования проблемой области лингвистики, занимающейся вопросами взаимодействия языка и культуры. Эта проблема объясняется тем, что разные дисциплины изучают данные вопросы, часто формируя собственную терминологическую базу. В дальнейшем мы рассмотрим разные подходы отечественных лингвистов, но за основу исследования возьмём систему терминов, сформированную В.В. Воробьёвым.
Идея взаимосвязи языка и культуры нашла отклик и в России, и данная проблема стала объектом пристального внимания широкого круга исследователей. Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров выделяют внепонятийный компонент значения лексической единицы, которая способна выполнять функцию передачи культурного смысла и фоновых знаний [8]. Г.Д. Томахин определяет особый класс лексических единиц, которые семантически тесно связаны с ценностями духовной культуры народа - «реалии». Автор различает два класса реалий: собственно реалии (или денотативные реалии), которые могут быть представлены словами, обозначающими понятия, присущие только данному народу; и коннотативные реалии, обозначающие объекты реальности, существующие в других культурах, но получившие дополнительные значения в данной культуре [40, с. 41].
В современной лингвистике выделяют несколько направлений, изучающих взаимодействие языка и культуры: лингвокультурология, этнолингвистика, когнитивная лингвистика, лингвоконцептология, этнопсихолингвистика, межкультурная коммуникация, лингвострановедение, этносемиотика, этногенез, лингвокультурная лексикография. Каждая из перечисленных дисциплин фокусируется на различных аспектах данной проблемы, рассматривая её под разными углами. Так, например, этнолингвистика исследует связь языка с народной культурой, объектом её исследования являются фольклорные произведения; лингвострановедение изучает языковые единицы с национально-культурными коннотациями и способы передачи этих коннотаций иностранным учащимся, изучающим язык; межкультурная коммуникация исследует коммуникативное взаимодействие представителей разных культур.
Теория взаимозависимости между языком и культурой и их влияния друг на друга легла в основу новой области лингвистики - лингвокультурологии. В системе наук, изучающих взаимодействие языка и культуры, лингвокультурология выступает в роли преемницы лингвострановедения, чьи принципы и методы были сформулированы в 80-х годах. Е.С. Луткова определяет основное различие данных дисциплин следующим образом: «В отличие от лингвострановедения, в рамках которого предполагается точечная регистрация определенной культурной информации, извлекаемой из определенной национально-культурной единицы, лингвокультурологии акцентируется необходимость системного исследования того или иного пласта культуры» [23, с. 22-23].
Лингвокультурологию можно определить как «научную дисциплину синтезирующего типа, пограничную между науками, изучающими культуру, и филологией» [10, с. 36]; «…науку, возникшую на стыке лингвистики и культурологии и исследующую проявления культуры народа, которые отразились и закрепились в языке» [25, с. 8]; «…дисциплину, изучающую проявление, отражение и фиксацию культуры в языке и дискурсе. Она непосредственно связана с изучением национальной картины мира, языкового сознания, особенностей ментально-лингвального комплекса» [20, с. 12].
Ключевые понятия и характеристики лингвокультурологии объясняются в работах целого ряда российских лингвистов. Цель лингвокультурологии сформулирована В.В. Красных следующим образом: «ЛК Лингвокультурология (сокращение автора). призвана выявить с помощью и на основе языковых данных базовые оппозиции культуры, закрепленные в языке и проявляющиеся в дискурсе; отраженные в зеркале языка и в нем зафиксированные представления об окультуренных человеком сферах: пространственной, временнуй, деятельностной и т.д.; проступающие сквозь призму языка древнейшие представления, соотносимые с культурными архетипами» [20, с. 13]. В.А. Маслова определяет в качестве задачи лингвокультурологии объяснение культурной значимости языковой единицы на основании её сопоставления с определенными «кодами» культуры, известными носителю языка [25, с. 11]. В.В. Красных выделяет две составляющие объекта лингвокультурологии: язык как способ отражения и фиксации культуры и культуру, рассмотренную сквозь призму языка [20, с. 12]. Предметом лингвокультурологии автор называет единицы языка, обладающие культурным компонентом. Иными словами, предметом лингвокультурологии выступают единицы языка, которые разными исследователями определяются, как ключевые слова, культурно-маркированные языковые единицы, реалии, лингвокультуремы. В данной работе мы будем использовать термин «лингвокультурема» для обозначения языковых единиц, обладающих культурным компонентом.
Примеры языковых единиц или лингвокультурем, которые могут стать предметом исследования лингвокультурологии, представлены в работах В.А. Масловой, В.В. Воробьёва, В.В. Красных, В.И. Карасика, Е.М. Верещагина, Е.О. Опариной и др. Перечислим основные группы подобных языковых единиц:
1. Безэквивалентная лексика и лакуны. Безэквивалентная лексика - это языковые единиц, использованные для обозначения специфических для культуры явлений. Содержание безэквивалентной лексики затруднительно или даже невозможно сопоставить с каким-либо иностранным лексическим понятием. Лакуны - это своеобразные белые пятна на семантической карте языка, т.е. языковые единицы, не представленные в данном языке, но существующие в других языках [4, с. 49];
2. Мифологизированные языковые единицы: архетипы и мифилогемы, обряды и поверья, ритуалы и обычаи, закрепленные в языке. Мифологема - герой или ситуация, значимые для системы мифов данной культуры и переходящие из одного мифа в другой.
3. Паремиологический фонд языка, т.е. пословицы, существующие в языке;
4. Фразеологический фонд языка;
5. Эталоны, стереотипы, символы. Символ можно рассматривать как лингвокультурему, так как содержащийся в нём экстралингвистический компонент сильнее его языкового значения.
Эталоны чаще всего представляют собой образные устойчивые сравнения человека с окружающим его миром (нем как рыба, злой как волк, мудрый как сова и т.д.).
6. Метафоры c характерными культурными и смысловыми коннотациями;
7. Стилистический уклад языка, различия и взаимоотношения между разными стилями, представленными в языке;
8. Взаимодействие религии и языка;
9. Речевое поведение и речевой этикет [25, с. 12-24];
10. Абстрактные существительные, обозначающие чувства, мысли и межличностные отношения человека [5, с. 132-133].
Источниками лингвокультурем могут быть:
1. Произведения художественной литературы;
2. Фольклорные произведения;
3. Кинофильмы;
4. Персонажи литературных и фольклорных произведений, герои кинофильмов;
5. Повседневная речь носителей языка;
6. Исторические события и т.д.
В.В. Воробьев предлагает лингвокультурологическое поле в качестве модели лингвокультурологического анализа и описывает основные принципы этого анализа. Он определяет лингвокультурологическое поле, как «иерархическую систему единиц, обладающих общим значением и отражающих в себе систему соответствующих понятий культуры» [10, с. 60]. Лингвокультурологическое поле используется для классификации лингвокультурем, «комплексных межуровневых единиц, представляющих собой диалектическое единство лингвистического и экстралингвистического (понятийного или предметного) содержания» [10, с. 45]. Лингвокультурема - это лексическая единица, которая обозначает понятие с характерными культурными коннотациями, вызывающими определенные ассоциации у человека, способного различить данный культурный смысл. Иными словами, чтобы лингвокультурема актуализировалась в сознании реципиента, необходимо, чтобы он обладал лингвистической и экстралингвистической компетенцией, то есть не только знал на определенном уровне язык, но и владел культурным фоном страны.
Структурно лингвокультуремы могут быть представлены одним словом или словосочетанием, абзацем и текстом.
Описав основные характеристики лингвокультуремы, перейдем к рассмотрению понятия лингвокультурологического поля. В.В. Воробьев выделяет три уровня лингвокультурологического поля: ядро или имя поля, центр, детализирующий ядро и представляющий его компоненты, и периферия - лингвокультуремы, раскрывающие центр и находящиеся на границе со смежными полями [10].
Другими центральными понятиями лингвокультурологии являются языковая картина мира и языковая личность. Каждое из этих понятий основывается на лингвокультурных взаимодействиях, транслирующих культурные смыслы в языке. Кроме того, понятия языковой картины мира и языковой личности следуют важному для лингвокультурологии принципу антропоцентризма, согласно которому человеку как носителю языка и культуры уделяется наибольшее внимание в изучении вопросов связи между языком и культурой.
Большинство ученых определяют языковую картину мира как процессы и результаты концептуализации мира, которые находят свое выражение в языке (например, О.А. Корнилов; И.О. Мазирка; АА. Зализняк, И.Б. Левонтины и А.Д. Шмелев). В этой связи Е.В. Урысон пишет, что «в основе каждого конкретного языка лежит особая модель, или картина мира, и говорящий обязан организовать содержание высказывания в соответствии с этой моделью» [39, с. 9]. Авторы отмечают связь языковой картины мира с концептуальной системой, концептосферой. Термин «концептосфера» впервые был введен в работе академика Д.С. Лихачева. По определению Д.С. Лихачева, концептосфера - это совокупность концептов нации, она образуется через все потенции и комплексы концептов носителей языка [22, с. 5]. В лингвокультурологии концепты рассматриваются как основополагающие для данной нации образы и идеи, существующие в сознании людей и формирующие мировоззрение и культурные ориентиры народа.
В своем обзоре российских публикаций последних лет А.А. Яковлев выделяет четыре основных подхода к изучению языковой картины мира: когнитивный, психолингвистический, традиционалистский и лингвокультурологический. Согласно лингвокультурологическому подходу, языковая картина мира характеризуется как коллективное явление; она определяется как совокупность образов, существующих в коллективном сознании [46].
Русская языковая картина мира была проанализирована и описана рядом ученых (например, Ю.Н. Карауловым; А.Д. Шмелевым; А.А. Зализняк). А.Д. Шмелев демонстрирует, как русская языковая картина мира выражается в языке; он анализирует такие понятия (и их культурные, характерные для нашей страны коннотации), как свобода, мир, воля, правда, долг и т. д. [44] Автор стремится раскрыть все оттенки значений и ассоциаций, которые вызывают данные понятия у носителей русского языка. А.А. Зализняк, И.Б. Левонтина и А.Д. Шмелев выделяют следующие группы лексических единиц, наиболее ярко представляющих русскую языковую картину мира: