Диссертация: Коррупционная преступность в коммерческих организациях: криминологическая характеристика и предупреждение

В то же время, нужно отметить, что в учебном пособии по криминологии под редакцией Н.Ф, Кузнецовой Криминология: учеб. пособие / Г.И. Богуш [и др.]; под ред. Н.Ф. Кузнецовой. - М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. С. 164. коррупционная преступность хоть и называется взяточничеством, но к ней относятся преступления главы 23 УК РФ. При этом выделяются уровни преступности рассматриваемого вида (например, в государственном управлении, медицине и проч.), но, к сожалению, коррупционные криминальные проявления коррупции в частноправовой сфере не выделяются.

Профессор В.В. Лунеев представляет иную структуру соотношения коррупционной преступности: «экономические преступления являются исключительно значимой частью корыстной преступности. Аналогично положение коррупции в структуре экономических деяний» Курс мировой и российской криминологии: учебник. В 2 т. Т. II. Особенная часть / В.В. Лунеев. - М.: Издательство Юрайт, 2011. С. 465.. При этом автор не ограничивается криминализированными деяниями коррупции в публично-правовой сфере, и отмечает те ее проявления, которые продуцируются в частноправовой сфере. К последним относятся: скрытые взносы на политические цели, на выборы с последующей расплатой государственными должностями или использованием лобби, тайное проведение приватизации, акционирования и залоговых аукционов, переход отставных государственных должностных лиц на должности президентов банков и корпораций, коррупция за рубежом при заключении внешнеэкономических контрактов Там же с. 507-508..

Таким образом, очевидным становится криминологически значимый феномен генезиса коррупционных проявлений, которые традиционно являются объектом криминологического исследования и рассматриваются в контексте уголовно-наказуемых деяний. В данном случае речь идет о коррупционных преступлениях, уже предусмотренных главой 30 УК РФ, в происхождении которых самую активную роль играют коррупционные проявления, продуцируемые в частноправовой сфере. Это положение, как представляется, не учитывается при анализе коррупционной преступности в качестве объекта криминологического исследования.

Таким образом, тривиальное рассмотрение коррупции только в публично-правовой сфере обуславливает узкие границы исследования, которые не позволяют видеть всего возможного многообразия ее криминологически значимых характеристик (генезиса ее форм и видов, и соответствующих им потенциальных мер предупреждения).

При ином подходе познания, вне рамок юридико-догматических категорий (позволяющих рассматривать коррупцию в публичной и частноправовой сферах, в контексте деяний ее субъектов и т.д.), коррупционная преступность представляется совсем в ином содержании. Однако для реализации этого подхода потребуется условно выделить подвид коррупционной преступности - «частной» коррупции, который, как отмечалось выше, выступает генератором собственных проявлений, и донором для коррупционных преступлений, совершаемых в публично-правовой сфере.

Такой подход позволит преодолеть сложившиеся стереотипы узких подходов к изучению коррупционных криминальных проявлений, в том числе в разрезе составной части должностной и экономической преступности.

Реализация этого подхода требует пока еще гипотетического выделения в настоящей части исследовании «частной» коррупции как подвида коррупционной преступности.

В некоторых изученных выше работах данный подвид заложен в суть коррупционной преступности, но не нашел своего подробного изложения. Важно отметить, что такой подход характерен для зарубежных исследователей коррупции. Можно встретить следующую точку зрения: «научный мир США выделяет такие виды коррупции, как политическая, полицейская и корпоративная» Филиппов В.В. Антикоррупционные меры в системе государственной службы США: криминологический и сравнительно-правовой анализ: монография. - М.: Юрлитинформ, 2013. С. 20, а также Кабанов П.А., Райков Г.И., Чирков Д.К. Политическая коррупция в условиях реформирования российской государственности на рубеже веков: Монография. - М., Дружба народов, 2008. С.17-18.. Это мнение подкрепляется анализом трудов известных американских ученых (таких как Майкл Л.Бенсон, Франкус Т.Гуллен, Маршалл В.Клинард, Питер С.Егер, Эдвин Х., которые под корпоративной коррупцией понимают ее проявления в сфере бизнеса, тесно связанные с государственными органами власти и управления Там же С. 22.. Исходя из такого подхода, понятие корпоративной коррупции обладает свойствами категории, подлежащей самостоятельному исследованию.

При этом важно отметить, что такое обладание происходит несмотря на то, что в законодательстве и уголовно-правовой доктрине США принято различать четыре основные формы этого преступления Изосимов С.В. Уголовная ответственность за преступления, совершаемые руководителями коммерческих и иных организаций, по уголовному законодательству США // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия: Право. 2003. № 1. С.129. :

1) взяточничество, посягающее на деятельность публичной администрации;

2) коммерческое взяточничество;

3) взяточничество, связанное с деятельностью профсоюзов;

4) взяточничество в области спорта.

Таким образом, и криминологами, и представителями материального уголовного права определяется специфика коррупции в частноправовой сфере.

При этом в законодательстве США коммерческое взяточничество «трактуется как разновидность мошенничества (одной из форм) в области частного бизнеса». В связи с таким толкованием возникают некоторые сложности в отличии «мошенничества как традиционного общеуголовного посягательства против собственности и как одного из преступлений «белых воротничков» Изосимов С.В. Уголовная ответственность за преступления, совершаемые руководителями коммерческих и иных организаций, по уголовному законодательству США // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия: Право. 2003. № 1. С. 131, 133.. В доктринальном научно-обоснованном содержании закономерности развития коррупционной преступности в России не могут иметь иных, отличительных от США тенденций.

Следует напомнить, что смена экономической формации в России ознаменовала активизацию свободной, а порой и разнузданной, с точки зрения криминальной подверженности коммерческой деятельности. В такой крайне неблагоприятной ситуации проблемы «беловоротничковой» и корпоративной преступности не стали исключением в общей отечественной картине изменения криминогенных явлений. Такие изменения, как представляется, не были уловлены законодателем. Здесь можно даже вести речь о проблемах криминологической обусловленности законодательства, регулирующего вопросы уголовно-правовой охраны широкого спектра общественных отношений от коррупционных проявлений. Нормы об уголовной ответственности за коррупционные преступления, автоматически, с весьма несущественными изменениями и дополнениями с точки зрения их адекватности, появившимся криминальным коррупционным деяниям, перекочевали из предыдущего УК РСФСР (1961).

В этой ситуации произошло размывание однородного объекта для возможного криминологического его исследования. В частности, исходя из категорий уголовного закона, можно выделить только должностную преступность, коррупционную и экономическую. При этом без внимания остается синергия отдельных их проявлений, образующих еще один вид преступности - корпоративной.

Как отмечается в ряде работ, этот вид преступности прежде всего представлен корпоративным мошенничеством См, например,. Иванов О.Б, Кашуба В.М. Корпоративные мошенничества и коррупция как глобальные риски // Этап: экономическая теория, анализ, практика. 2012. № 6. С. 71; Кузькин А.П. Корпоративные преступления в России: структура, динамика, методы расследования и предупреждения // Поволжский торгово-экономический журнал. 2010. № 2. С. 53; и др., которое в международной правовой доктрине рассматривается как проявление коррупции См., например, Бурдикова И.П. Системы противодействия мошенничеству и их место в корпоративном управлении // Безопасность бизнеса. 2013. N 4. С. 33 - 36; Кряжевских К.П. Недействительность сделки, совершенной под влиянием взятки и иных коррупционных действий // Вестник гражданского права. 2012. № 2. С. 68 - 98 и др.. Между тем, это не единственный аргумент определения корпоративной преступности в близости к коррупционной. Важнейший элемент корпоративной преступности, окрашенной в коррупционную, заключается в возможности совершения преступлений при помощи, от имени или в интересах коммерческой организации.

В этой связи, можно отмечать взаимообусловленность коррупционных и корпоративных преступлений, ровно в том же значении, которое предлагалось в 1990-е годы отечественными криминологами в разрезе соотношения коррупционной и должностной, а также экономической преступности. Отличие заключается лишь в том, что корпоративная преступность сливается с проявлением должностной, экономической и коррупционной преступности (в публичной сфере), которые находят свое выражение (совершение) в частноправовой сфере.

При таком понимании, собирательные свойства четырех названных видов преступности образуют отдельный подвид преступности - коррупционной в коммерческих организациях. В образно-схематическом выражении эффект такого преобразования можно представить в формуле «ромашки» (см. схему 1).

Схема 1 Соотношение разных видов преступности с коррупционной преступностью в коммерческих организациях

Выделение коррупционной преступности в коммерческих организациях предопределяет внимание к ней как к самостоятельному объекту криминологического познания, соответствующего целям и задачам настоящего исследования. Такой подход не преследует праздная цель получения теоретических выводов. Изучение «частной» коррупции, совершаемой в коммерческих организациях, имеет практическую потребность. Таковая заключена в выявлении специфических свойств и закономерностей развития состояния выделяемого нового вида преступности, установлении процессов детерминации и причинности, изучении личности преступника и жертв уголовно-наказуемых и околокриминальных коррупционных проявлений. Особо важным аспектом, который позволяет аргументировать необходимость выделения «частной» коррупции в качестве самостоятельного вида преступности, является потребность в разработке и предложении таких мер ее предупреждения, которые адекватны и криминологически обусловлены действительным и реальным ее проявлениям.

Между тем, учитывая новизну и пока не очевидную с точки зрения адекватного криминальным угрозам законодательного отражения и правоприменения проблему «частной» коррупции в российской действительности, анализ ее криминологически важных свойств и тенденций предлагается проводить в контексте принятых операциональных трактовках и законодательных определениях. Ближайшим для целей настоящей работы будет выступать понимание коррупционной преступности в коммерческих организациях как подвида преступности - «частной» коррупции, которая представлена в совокупности преступлений, совершаемых должностными лицами коммерческих организаций, содержащих признаки деяний подкупа либо продажности.

В соответствии с действующим уголовным законодательством под данное определение подходят деяния, криминализированные статьями 201 - «Злоупотребление полномочиями» и 204 - «Коммерческий подкуп» УК РФ. Принимая во внимание достаточно ограниченные резервы статистического и правоприменительного материала для исследования коррупционной преступности в коммерческих организациях, информативную составляющую для подтверждения высказанных в настоящей части работы суждений будут иметь положения главы 3 диссертации.

2.2 Криминологическая характеристика коррупционной преступности в коммерческих организациях и реагирование на нее

Определить реальный масштаб выделенного в предыдущем параграфе подвида коррупционной преступности в коммерческих организациях крайне сложно. Учитывая тенденции успешного реагирования на коррупцию в публично-правовой сфере, целесообразно проводить анализ и оценку борьбы с «частной» коррупцией в сравнительном аспекте. Исходя из сопоставления данных уголовной статистики Здесь и далее приводятся официальные данные уголовной статистики по формам 2-г ГИАЦ МВД России и судебной статистики Судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации., число зарегистрированных коррупционных преступлений в публично - правовой сфере в разы выше, чем число зарегистрированных преступлений коррупционной направленности в коммерческих организациях (см. диаграмму 1).

Диаграмма 1 Соотношение числа зарегистрированных преступлений по ст. 204 - «Коммерческий подкуп», ст. - 290 «Получение взятки», ст. - 291 «Дача взятки» УК РФ в 2003-2013 гг.

Если проследить закономерности реагирования на преступления взяточничества и коммерческого подкупа, то можно отметить снижение регистрации фактов коррупции в частноправовой сфере с 2002 года. В то же время внимание правоохранительных органов в большей степени занимали задачи реагирования на коррупцию в публично-правовой сфере.

Таким образом, отмечая уклон борьбы с коррупцией в сторону публичной сферы, становится очевидным, что в вопросах измерения «частной» коррупции уголовная статистика не может быть полноценным источником эмпирических данных. Для определения состояния реальной картины необходимо обращаться к сумме зарегистрированных и латентных деяний Эминов В.Е. Концепция борьбы с организованной преступностью в России. М., 2007. С. 23..

Первичный анализ уголовной статистики позволяет установить некоторые тенденции. Так, динамика числа зарегистрированных преступлений, предусмотренных статьями 201 и 204 УК РФ свидетельствует о накоплении практики реагирования на них до 2002 года (см. табл. 2).

Таблица 2. Динамика числа зарегистрированных преступлений по ст. 201 - «Злоупотребление полномочиями» и ст. 204 - «Коммерческий подкуп» УК РФ в России в 1998-2013 гг.