"Прибрав в комнате, они вновь улеглись на футон, потому что до
рассвета было еще далеко. В полудреме Кита в шутку сочинил следующее:
Разделил ложе
С прекрасной подругой.
Но черепаха
Слишком благочестива -
Укусила за палец.
В ответ на это Ядзи, превозмогая боль, продекламировал такие строки:
Черепахой был
Я укушен за палец.
Корчась в муках,
Напрасно топал ногами.
Бился, как рыба об лед."
Еще одной важной чертой композиции "Хидзакуригэ" является открытый финал произведения. Как отмечает Конита Сэйдзи, "Хидзакуригэ" по существу напоминает, скорее, цикл небольших рассказов о путешествиях главных героев, продвижение которых, фактически, ничем не ограничено и могло бы продолжаться до бесконечности. Это обеспечивается прежде всего тем, что герои помещаются писателем в особую темпоральную структуру. Во "вневременном", "вечном" измерении "Хидзакуригэ" времена года сменяют друг друга, и герои неспешно продвигаются от одного пункта к другому, тогда как в реальности выход серии продолжался два десятилетия. При этом персонажи у Икку остаются неизменными как внешне, так и внутренне, и хоть сколько-нибудь заметного развития их характеров на страницах "Хидзакуригэ" так и не происходит. Можно предположить, что, начиная со второй части, у Икку уже не было четкого замысла насчет развития сюжета произведения, и он фактически отправился в путь вслед за главными героями, создавая многочисленные продолжения. Это, несомненно, в первую очередь связано с коммерческими целями, преследовавшимися Икку при написании "Хидзакуригэ". Находясь в русле общей литературной традиции гэсаку, "Хидзикуригэ" было прежде всего ориентировано на удовлетворение запросов читательской аудитории, которая требовала все новых и новых приключений полюбившихся персонажей.
Таким образом, в свете вышеперечисленных особенностей, главными из которых являются эпизодичность повествования, отсутствие жесткой композиционной последовательности фрагментов и сюжетной линии, а также "застывшие" в развитии персонажи, можно сделать вывод о том, что "Хидзакуригэ" по своей структуре действительно представляет собой совокупность весьма самостоятельных частей, которые Икку скрепляет, прежде всего, неизменными фигурами главных героев.
2.1.2 Система образов
На страницах "Хидзакуригэ", как одного из первых в литературной традиции гэсаку произведений такого значительного объема, перед читателем предстает огромное количество разнообразных персонажей. Именно персонажи и их постоянные беседы между собой и являются основной движущей силой повествования, тогда как главные герои и вовсе, как уже было упомянуто выше, представляют собой связующий элемент произведения.
Всех персонажей "Хидзакуригэ" можно условно разделить на три группы: 1) два протагониста; 2) "блуждающие" персонажи; 3) "провинциальные" персонажи. Дальнейшее их рассмотрение будет вестись в соответствии с этой классификацией.
Главные герои.
Образы двух протагонистов произведения, Ядзиро̄бэй и Китахати, обычно называемых автором сокращенно Ядзи и Кита, являются, по сути, главной художественной ценностью "Хидзакуригэ". Самобытные и яркие, эти персонажи не только во многом обеспечили произведению Икку невероятный успех, но и сумели выйти за рамки "Хидзакуригэ", укоренившись в японской культуре в последующие годы и сохранившись в японском сознании вплоть до сегодняшнего дня. При этом стоит отметить, что сам формат, при котором повествование строится вокруг путешествия двух героев-мужчин, для японской литературы не нов. Такая же структура, обнаруживается, например, в таких произведениях, как "Тикусай" (яп. 竹斎, 1615-1624) Томияма До̄я 富山道冶 (1585-1634) и "Токайдо мэйсёки" (яп. 東海道名所記, "Записки о достопримечательностях То̄кайдо̄", 1660) Асаи Рё̄и 浅井了意 (?-1691), которые представляли собой особый вид литературы о путешествиях - художественные путеводители. По похожей схеме, за исключением мотива путешествия, строится и "Инака сибай", упомянутое ранее произведение, которое считается родоначальником жанра коккэйбон. Тем не менее, как отмечает Асо̄ Исодзи, Ядзи и Кита выделяются из ряда подобных им персонажей прежде всего тем, что оба они действуют в произведении практически на равных, тогда как их предшественники обыкновенно представляют собой пару "главный персонаж - второстепенный персонаж", "рассказчик - слушатель" и т. д.
Как узнает читатель из "Начала путешествия", Ядзи и Кита происходят из провинции Суруга и являются выходцами из весьма маргинальных общественных слоев. Ядзи - представитель торгового сословия, при этом "в средствах Ядзиро̄бэй стеснен не был, но интересовали его только выпивка да женщины из веселых кварталов". В конце концов, промотав свое состояние, Ядзи вынужден бежать от долгов в столицу вместе со своим любовником, молодым актером Хананоскэ 鼻之助 из бродячей труппы. В Эдо они растрачивают последние сбережения, и тогда Ядзи объявляет Хананоскэ, "что тот уже совершеннолетний, и, причесав и переодев того так, как полагается выглядеть взрослому мужчине", нарекает его новым именем - Китахати". Так на страницах "Хидзакуригэ" окончательно рождается и второй главный герой повествования. Впоследствии, ввиду неудачной попытки провернуть денежные махинации, герои окончательно разочаровываются в столичной жизни и отправляются в путешествие, ускользая, таким образом, от жизненных проблем и злоключений.
Фигуры Ядзи и Кита - квинтэссенция комического в произведении. На первый взгляд, они весьма непривлекательные, во многом даже отталкивающие личности. Герои глуповаты и ограниченны, полны невероятного столичного снобизма, не чужды многим порокам - много пьянствуют, нечисты на руку и т. д. Интересы их донельзя приземлены и обыкновенно крутятся вокруг поиска женщин, дешевой вкусной еды, а также неизменного желания сэкономить и обхитрить окружающих. Однако при ближайшем рассмотрении становится понятно, что вся эта "отрицательность" - лишь кажущаяся, и герои, на самом деле, безобидны, а поведение их по большей части представляет собой чистый фарс и от их махинаций чаще всего страдают они сами. Такова, например, ситуация, разворачивающаяся в "Начале путешествия" - герои, задумав женить Ядзи на женщине с богатым приданым, для того, чтобы решить финансовые сложности Китахати, в конце концов, выясняют, что уплата приданого для той самой женщины и составляет корень проблем Кита. Действия их не злонамеренны, а связаны, скорее, с природной глупостью и общим низким культурным уровнем персонажей. При этом герои не лишены житейской смекалки и искрометного чувства юмора, с помощью которых они, в конечном итоге, выходят из неловких ситуаций в ходе своего путешествия.
Некоторые литературоведы считают, что Ядзиро̄бэй является олицетворением в произведении фигуры самого Икку. Эти выводы делаются как из описания внешнего вида и поведения героя, так и через ряд сцен "Хидзакуригэ", наиболее любопытной из которых представляется эпизод с "лже-Икку" из пятой части. В этой сцене Ядзи прикидывается Дзиппэнся Икку, путешествующим по Японии для написания "Хидзакуригэ", и обманывает провинциальных любителей поэзии, собравшихся поглазеть на знаменитость из Эдо. Однако вследствие плохой осведомленности Ядзи в области столичной поэзии, его хитрость быстро раскрывается, и их с Кита с позором изгоняют. Этот эпизод устанавливает связь между Икку и его персонажем не только в художественном пространстве произведения, но и апеллирует к реальным фактам биографии писателя, который действительно много путешествовал и использовал собранную информацию в работе над своим произведением. Тем не менее, по-видимому, нельзя быть полностью уверенными в том, что писатель сознательно олицетворял себя с данным персонажем. Ядзи и Кита, скорее, сосредотачивают в себе многочисленные характерные черты японского горожанина тех времен, нежели являются отражением каких-либо отдельных социальных групп или конкретных личностей. Именно это, похоже, и сделало данных персонажей настолько популярными среди читателей, ведь многие из них могли ассоциировать себя с забавными героями "Хидзакуригэ", одновременно посмеиваясь над ними и сочувствуя им.
Еще одну важную особенность главных персонажей отмечает в своей статье Конита Сэйдзи. Как уже упоминалось выше, Конита пишет, что герои на протяжении повествования не становятся старше, характер их не претерпевает никакого развития, а ситуации, в которые они попадают, во многом повторяют одна другую. Он объясняет это тем, что персонажи "Хидзакуригэ" действуют в особом "измерении вечности", которое, в конечном итоге, обеспечивает непрерывный выход в свет все новых и новых частей произведения. Таким образом, фактически обретя самостоятельность, функционирование Ядзи и Кита в произведении становится для Икку особым приемом, позволяющим не только связать между собой эпизоды "Хидзакуригэ", но и подготовить почву для неограниченного количества продолжений. Возможно, именно благодаря этому герои в итоге пересекли границы произведения, и образы их надолго утвердились и в других сферах культурной жизни Японии.
Безалаберные, но при этом свободные, порочные, но не злонравные, глупые, но забавные, Ядзи и Кита оказались настоящими "героями своего времени", выразителями общественных настроений и интересов читателей. При этом, несмотря на всю их специфику, действия и чаяния данных персонажей остаются понятны и близки и современному читателю. Именно этот "вневременной" характер образов Ядзи и Кита, наряду с их мастерски выписанной комичностью, и составляет одно из основных писательских достижений Икку в "Хидзакуригэ".
"Блуждающие" персонажи.
Термин был применен к данной группе Мацуда Осаму, который в своих работах впервые поднял вопрос об отображении в "Хидзакуригэ" общественных реалий эпохи Токугава посредством введения в произведение многочисленных персонажей, наводнявших дороги тогдашней Японии. Представая перед читателем в восприятии двух главных героев, "блуждающие" персонажи позволяют Икку нарисовать максимально реалистичную картину путешествия по главной транспортной артерии страны, а также задают, наряду с "провинциальными" персонажами, особую комическую атмосферу в произведении. При этом мастерство Икку таково, что уже одной-двумя репликами он создает яркий образ, который надолго остается в сознании читателя даже несмотря на то, что персонаж может появиться в повествовании буквально на несколько мгновений и затем навсегда исчезнуть в водовороте событий и перемещений "Хидзакуригэ". Интересно также отметить, что ни "блуждающие", ни "провинциальные" персонажи, о которых будет рассказано в следующем разделе, обычно не обладают именем. Икку почти в ста процентах случаев называет их либо по роду деятельности, либо по половой и возрастной принадлежности, но персонификации удостаиваются в "Хидзакуригэ" лишь немногие. Это наводит на мысль о том, что писатель, таким образом, дополнительно усиливает впечатление неприкаянности, отчужденности и вместе с тем массовости, типичности персонажей, живущих в изменчивом мире дорог, почтовых станций и провинциальных поселений.
"Блуждающие" персонажи представляют собой весьма неоднородную группу, которую в свою очередь можно подразделить на несколько основных классов, обладающих рядом характерных черт:
1. Персонажи, связанные с транспортной сферой: носильщики паланкинов, возницы, сюда же с натяжкой можно отнести почтовых курьеров.
Наиболее яркими представителями этой группы, несомненно, являются возницы и носильщики паланкинов, постоянно появляющиеся по ходу повествования и предлагающие героям свои услуги. Икку, прежде всего посредством их речи, красочно изображает особенности поведения данной категории, приводя многочисленные грубоватые шутки и песни острых на язык возниц. Еще одной характерной их чертой является стремление к получению максимальной выгоды. С данными особенностями представителей транспортной сферы в "Хидзакуригэ" связан ряд весьма удачных комических эпизодов. Одной из наиболее примечательных является сцена из пятой части, где Ядзи и Кита оказываются втянуты в конфликт возниц. Когда герои, после долгих пререканий по поводу цены, наконец-то садятся на нанятых ими лошадей, вдруг появляется знакомый одного из возниц и требует от того уплаты долга. Денег у возницы нет, поэтому мужчина заявляет, что в счет долга он возьмет лошадь. Далее следует забавная сцена пререкания хозяина лошади и его знакомого, в ходе которой несчастному Китахати несколько раз приходится то слезать с лошади, то вновь садиться на нее. Заканчивается все тем, что вконец замученная лошадь встает на дыбы и пытается ускакать прочь прямо с Китахати на спине, он же, не удержавшись, падает с седла.
Помимо всего прочего, фигура возницы в "Хидзакуригэ", обеспечивая перемещение главных героев из одной локации в другую, исполняет, таким образом, важную связующую функцию в повествовании.
2. Авантюристы и разного рода мошенники: дорожные воры, разнообразные нищие и попрошайки, фокусники, обманщики.
Персонажи-авантюристы в "Хидзакуригэ" являются важным двигателем повествования. Зачастую именно за счет них Икку обеспечивает остроту и комизм ситуации, дополнительно усиливая развлекательный аспект повествования. Персонажи этой весьма разнородной по своему составу группы, обычно хитры и гораздо более сообразительны, нежели главные герои, которые постоянно оказываются обманутыми. При этом изображаются эти авантюристы таким образом, что, несмотря на свои махинации, они не выглядят в глазах читателя отрицательными героями, а, скорее, предстают неприкаянными бродягами-шутниками, вызывающими даже некоторое сочувствие. Эпизоды же, в которых они участвуют, в целом безобидны по своему характеру. Такова, например, сцена встречи Ядзи и Кита с бродячим фокусником из О̄цу 大津, который, благодаря своему мастерству, обманывает героев, заключивших с ним пари о том, сколько рисовых лепешек он сможет съесть. И хотя герои в итоге вынуждены заплатить ловкачу, тот, в свою очередь отдает свои лепешки детям, направляющимся в Исэ. В другом эпизоде Ядзи и Кита в чайном домике знакомятся и разделяют трапезу с мошенником, который, после обильного угощения и возлияния сакэ, якобы на минутку уходит в уборную и не возвращается, так что героям приходится самим уплатить хозяевам чайного домика весьма внушительную сумму.
Однако сцены встречи с авантюристами не всегда заканчиваются для героев лишь мелкими неприятностями. Так, столкновение Ядзи и Кита с дорожным вором на постоялом дворе в Мисима三島 имеет весьма плачевный финал: вор, прикинувшись земляком героев, обманывает их бдительность и в итоге крадет из их кошелька все деньги, подкладывая взамен камни. Это происшествие становится переломной точкой повествования, начиная с которой характер путешествия на некоторое время меняется: герои вынуждены теперь перейти от безбедного и привольного перемещения от одного постоялого двора к другому к постоянному поиску дополнительных средств, а также способов сэкономить на дорожных расходах.
3. Персонажи, связанные с религиозной сферой: паломники, странствующие монахи и монахини, жрицы и служители синтоистских святилищ, религиозные процессии.
Паломники - еще одна многочисленная группа персонажей, с которыми главные герои сталкиваются в ходе своего путешествия. Для этой группы конфликты с главными героями не характерны, паломники по большей части лишь ведут разговоры с Кита и Ядзи, рассказывают истории из своей жизни, обсуждают столичный и провинциальный быт. Единственными эпизодами столкновения героев с паломниками являются случаи попыток Ядзи и Кита завязать отношения с женщинами-паломницами и странствующими монахинями. При этом всякий раз такие эпизоды заканчиваются для героев плачевно - пытаясь тайком пробраться к понравившейся женщине, они ошибаются в темноте и оказываются в комнате старухи.
Интересный эпизод из третьей части связан с жрицей синтоистского святилища. Повстречав ее на постоялом дворе, герои просят призвать дух умершей жены Ядзи с тем, чтобы они смогли поговорить. Жрица, выступая в качестве медиума, передает Ядзи, что его жена крайне недовольна тем, как беспечно и легкомысленно отнесся он к ее смерти. Дух жены также сетует, что Ядзи совсем не ухаживает за ее могилой. Знаменателен тот факт, что это, по сути, единственный по-настоящему фантастический эпизод "Хидзакуригэ". По ходу повествования встречается несколько ситуаций, маскирующихся под "мистические", однако развязка таких сцен оказывается весьма прозаичной и лишенной какого бы то ни было намека на сверхъестественное и таинственное: обычно обнаруживается, что призрак, померещившийся героям - это на самом деле сушащееся на улице белье или дым, поднимающийся от горящей на дороге рухляди, а блуждающий огонек лисы-оборотня кицунэ 狐 - фонарь на повозке парии. Эпизод с жрицей примечателен и тем, что с помощью него обнаруживаются упомянутые выше противоречия между основным текстом "Хидзакуригэ" и написанным позднее "Началом путешествия". Согласно "Началу", жена Ядзи в результате его хитрых манипуляций покидает дом и возвращается к родителям, тогда как из данной сцены читатель узнает, что она умерла.
С персонажами религиозной сферы связан и еще один яркий фрагмент "Хидзакуригэ" - сцена встречи героев с религиозной процессией вблизи Акахори 赤堀. Она является значимой для понимания особенностей юмора произведения, поэтому будет подробнее рассмотрена в соответствующем разделе.