Материал: Имена собственные в ранних повестях и рассказах В.И. Белова в контексте лингвистического комментирования текста художественного произведения в школе

Следовательно, Варза - это проказник; плохо ведущий себя человек. Лёньке это прозвище досталось по наследству от предыдущих родственников.

Лабутя: «Лабутя поселился в этой хоромине и утвердился в колхозе окончательно. В конторе открыли новый лицевой счет на имя Ивана Александровича Петрова, но никто, кроме председателя, не называл его по имени: только и слышно было - Лабутя да Лабутя» [Белов, с.355]. В Словаре русских народных говоров лабутя - это неаккуратный человек [СРНГ, вып. 16, с. 218].

Миша Балябинец - возможно, прозвище образовано от фамилии Балябин, также возможно от прозвища отца или деда Баляба. Ср. баляба в архангельских говорах - «разиня, рохля, ротозей, болтун» [СРНГ, вып. 2, с. 90].

В рассказах В.И. Белова зафиксированы женские прозвища, восходящие к личному имени мужа: Мирониха, Ромиха, Федулиха, Гуриха.

Прозвища женщин на -их(а) восходят ещё к старорусскому периоду развития языка и отмечены в памятниках официально-деловой письменности, ср.: «Се яз едосья прозвищем Шумиха Лазарева дочь Юрьевская жена Вологодцкого каменщика» [Купчая 1629, ГАВО, ф. 1260, оп. 1, № 10].

Таким образом, прозвища характерны для деревенской речи. Они свободно используются в повседневной жизни жителей деревни.

Отчества

Большинство отчеств, отмеченных в рассказах В.И. Белова, образованы по распространенной русской модели на -ович; -овна: Федулович, Петрович, Леонтьевич, Офонасьевич, Романовна, Михайловна, Григорьевна, Андреевна, Устиновна.

Обращение к людям по одному отчеству является принятым фактом в деревенском речевом этикете: «За деревней, хромая и махая руками, Андрея Леонтьевича догнал Христя:

- Леонтьевич! - запыхавшись, проговорил он. - Зря мы Копыта-то упекли, не виноват он, моя вина…<…> - Моя, Леонтьевич, вина…» [Белов, с. 308];

Федулович «Федулович - пожилой колхозник - ходил в мощных стоптанных наружу сапогах. У него была бородка, похожая на клочок жесткого белоуса, который растет на пригорках и не привлекает никакую скотину» [Белов, с. 265]

Также отчество является уважительным именованием среди старшего поколения. Молодые люди не могут так обращаться к старикам, в их речи употребляется другая уважительная модель обращения: « - Здравствуй, тетя Маня, - сказала Ленка и хотела пройти вперед. Романовна поздоровалась и остановила Ленку:

- Что это ты, милая, бежишь, как на пожар?

-         Да некогда, тетя Маня, мне. Коровы одне остались» [Белов, с. 325].

Люди, занимающие определённую должность, как правило, не являются коренными жителями деревни, они приехали из города, отучившись там, и работают на селе. Именуют их по-другому - официально и не так, как принято в сельском этикете. К примеру, Анна Григорьевна - врач «Врачиха Анна Григорьевна приоткрыла дверь, строго посмотрела на Романовну» [Белов, с. 327]; Андрей Леонтьевич - лесник, «Андрей Леонтьевич пробудился и закашлял

<…> Лесник босиком вышел на волю» [Белов, с. 305]; Александр Ефимович - заведующий райкома, «- Ты, батюшко, к секлетарю али к Олександру Ефимовичу? Ежели к секлетарю, так эта дверь, а Олександра-то Ефимовича в область вызвали» [Белов, с. 336].

С помощью отчества младшее поколение выражает уважение и любовь к старшим: «…Шлю свой боевой гвардейский привет. Дорогой тятя Иван Трофимович, дорогая мама Надежда Михайловна, мы теперь уж идем по чужой земле. Маршрут нам один - до самого Берлина, а фрицы на чем попало…» [Белов, с. 366].

В рассказе «Колоколёна» с помощью отчества ребенок показывает свою взрослость: «На столе стоял, весь в слезных подтеках, самовар. Двое ребятишек сидели на лавках за столом. Они пили чай и были до того смешны своими вымазанными черникой лицами, что я чуть не расхохотался.

- Как тебя зовут? - спросил я у старшего, который придерживал за бока младшего братишку.

- Иголь Алкадьевич Смилнов.

-         А его?

-         Ленькя!

Ленька забыл про ягоды, открыл рот, не отрываясь, в оба глаза смотрел на меня.

- Вот что, Игорь Аркадьевич, нате вам с Ленькой по конфете, а где у вас бабушка?

-  Колову доит, - ответил Игорь Аркадьевич, не зная что делать с конфетой [Белов, с. 329].

Отчество, таким образом, в повестях и рассказах В.И. Белова тоже является достаточно информативной в стилистическом и функциональном отношении антропонимической единицей.

Фамилии

В рассказах В.И. Белова отмечено довольно большое количество фамилий. В зависимости от статуса, положения в обществе и от значимости в повествовании, персонажи характеризуются различными структурными моделями именования, содержащими фамилии:

1.       Трёхчленная модель: фамилия, имя, отчество.

Данная модель используется, прежде всего, для обозначения персонажей «чужих» - не коренных деревенских жителей, а приехавших в село как различные должностные лица: Антонов Виктор Сергеевич, Петров Иван Александрович, Горбенко Андрей Семенович, Суховинов Евгений Васильевич и др: «Антонов, молодой специалист, как называют его в районе <…> - Ох! - Елкин долго переводил дух. - Корова… Витя, Виктор Сергеевич, корова…» [Белов, с. 385].

«Свои» - коренные жители села - именуются полной трёхчленной моделью только в особых случаях. В некоторых случаях В.И. Белов подчеркнуто выделяет героя, именуя его полным именем и отчеством: Иван Афанасьевич: «Иван Афанасьевич по-настоящему расстроился, когда вскоре после Нового года стало ясно, что корова оказалась нестельной <…> На другой день Иван Афанасьевич собрался в Раменье <…> Иван Афанасьевич тоже качал головой…» [Белов, с. 260-261]. В данном случае сам повествователь именует персонажа официальной формой, выказывая тем самым степень уважения.

В рассказе «Весна» повествуется о нелегкой судьбе жителей деревни в военное время, когда вокруг царила разруха и голод. Повествователь на протяжении всего произведения обращается к главному герою уважительно, по имени и отчеству Иван Трофимович: «Иван Трофимович поднялся с печи, прямо поверх белья надел тулуп и вышел до ветру <…> Иван Трофимович зажег лучину и вставил ее в старинный, оплывший нагаром светец <…> Иван Трофимович молчал, глядя, как бьет из сучка огненный фонтанчик, как, остывая, подергивался белым пухом потрескивающий уголек» [Белов, с. 365]. Так повестователь выражает свое уважение к герою, выделяет среди других персонажей рассказа, сравните - Полька Балашова, Витька, Ярыка, Михайловна, Мишуха Смирнов, Коля Мокрынин, Петька Марьин и Иван Трофимович. Иван Трофимович прожил тяжелую жизнь, на войне старик потерял сыновей и жену: «… пришла вторая похоронная - похоронная на младшего - Колюху. Только успели опомниться от горя после первого извещения - извещения на старшего <…> Плакали все до одного, плакали навзрыд о погибшем на чужой стороне за три дня до конца войны. Не было тут только Михайловны, матери этого последнего. Когда ей сказали о Леониде, она встала из-за стола <…> Через неделю она умерла в своей бане…». именование персонаж лингвистический общеобразовательный

Официальная трехкомпонентная модель наименования (фамилия + имя + отчество) для называния героев используется в предложениях «делового» характера: «…Так, например, колхозница пятой бригады Иванова Екатерина Трофимовна унесла с колхозного поля ношу сена» [Белов, с. 349]. «Я подошел к окну справочного бюро <…> Но вот она взяла мою квитанцию и подала мне листок бумаги. На нем, как слова откровения, было написано: Слепнов Осип Михайлович, г. Фрязино, улица, дом, квартира» [Белов, с. 298].

Различие в функционировании структурных моделей именования персонажей наглядно показывает следующий пример: «Мало кто помнит, когда и как прижился в колхозе Лабутя. <…> В конторе открыли новый лицевой счет на имя Ивана Александровича Петрова, но никто, кроме председателя, не называл его по имени: только и слышно было - Лабутя да Лабутя» [Белов, с. 356].

2.       Двучленная модель: фамилия, имя.

Так именуются в основном «свои» - деревенские: Ивойлов Христя, Ярыкин Триха, Громов Иван, Смирнова Ленка, Бутина Евдоша, Груздев Сенька, Балашов Алешка, Петряев Саша, Брагина Татьяна, Савушкина Марья, Новожилова Настасья, Марфушин Акиндин, Абросимова Катя, Смирнов Мишуха, Мокрынин Коля, Марьин Петька и др. Используются эти модели в речи рассказчика, а он - «свой», один из них, поэтому и представляет персонажей в привычной ему «системе координат».

Кроме того, полуофициальный вариант имени (Сенька Груздев, Саша Петряев и т.п.) появляется в тех ситуациях, в которых идентифицирующую функцию выполняет именно фамилия героя: «Сенька Груздев - самый веселый и беззаботный парень - женился как раз перед войной <…> Да, Сенька Груздев был взаправду веселый, ходил он быстро, не ходил, а бегал» [Белов, с. 418].

3.       Одночленная модель: фамилия.

Дроздов, Комиссаров, Рохляков, Дружинников, Тяпин, Капитонов, Малягин: «- Звонили вчера из сельхозинспекции, - сообщила она, - говорят, не разрешим сейчас ни одного теленка сдавать на мясо. Ставьте, мол, всех на откром.

– А они там не посоветовали, где денег колхозу брать? - огрызнулся Сергей Иванович. - Кто звонил-то?

– Капитонов, сам, кому больше звонить.

«Опять этот Капитонов, - подумал Сергей Иванович, - чтоб он сдох со своими звонками».

С Капитоновым - заведующим сельхозинспекцией Сергей Иванович схлестнулся еще на прошлой партконференции из-за того, что инспекция неправильно распределила по колхозам концентраты» [Белов, с. 175].

В основном, обращение по фамилии обращено к «чужим»: «- … А когда, батюшко, сняли с поста Жеребцова-то…» [Белов, с. 337].

Повести и рассказы В. И. Белова пестрят разными формами номинации: личными именами, прозвищами, отчествами и фамилиями, что служит наглядной иллюстрацией функционирования имён собственных в диалектной языковой среде. В произведениях писателя имена собственные в своем большинстве являются личными именами персонажей, они ярко отражают специфику и особенности микросоциума. Имена собственные играют не последнюю роль в создании полноценной картины идейно-тематического плана произведения. Имя имеет определенную направленность в создании образа и несет в себе функциональную направленность.

2.2 Отражение вопросов лингвистического анализа текста и лингвистического комментирования на уроках по развитию речи в учебных комплексах средней общеобразовательной школы

Предметом лингвистического анализа художественного текста является его языковая организация: связи и отношения языковых средств разных уровней, выражающих определенное идейно-художественное содержание произведения.

Важнейшей целью целостного филологического анализа является выявление и объяснение использованных в тексте языковых единиц в их значении и употреблении, причем лишь постольку, поскольку они связаны с пониманием литературного произведения как такового. Филологический анализ художественного текста является фундаментом его литературоведческого изучения.

Один из приемов лингвистического анализа художественного текста, характер которого в значительной степени определяется постановкой основной задачи, вытекающей в значительной мере из самого типа анализа текста, является лингвистический комментарий.

Главная задача лингвистического комментирования и основной его прием

словарное или подстрочное разъяснение непонятных, малоупотребительных, устарелых, специальных слов и выражений, грамматических явлений и других подобных фактов языка. Такой анализ имеет своим объектом главным образом собственно языковой уровень текста, а также частично - экстралингвистический.

Лингвистический анализ - это изучение языка художественного произведения на всех лингвистических уровнях, определение их роли в раскрытии содержания текста.

Лингвистический анализ художественного текста абсолютно необходим потому, что язык любого произведения является многоплановым, в силу чего содержит в своем составе такие речевые инкрустации, без знания которых либо непонятно, о чем говорится, либо складывается искаженная картина образного характера слов и выражений, художественной ценности и новизны используемых языковых фактов, их отношений к современной литературной норме и т.д.

В школьной практике сложилась определенная система работы с художественным текстом, основанная на работе, в первую очередь, с идейно- тематическом уровнем произведения, с сюжетным и субъектным.

Мы проанализировали учебные методические комплексы по русскому языку Бабайцевой В. В. и Львовой С. И. На уроках русского языка обучающиеся овладевают навыками работы с текстом поэтапно.

Так, на уроках русского языка в 5 классе обучающиеся знакомятся с текстом и его признаками (единство темы, наличие основной мысли, относительная законченность, определенный порядок следования предложений, их связь - смысловая и грамматическая, цепная и параллельная); изучают типы речи; учатся делить тексты на абзацы; составлять разные виды плана; изучают стили речи.

В 6 классе дети повторяют признаки текста, типы речи и их особенности, стили речи, типы связи; закрепляют умение составлять план; знакомятся с лексическим повтором, описательным оборотом и местоимением как средствами связи предложений в тексте.

В 7 классе обучающиеся изучают текст как произведение речи, а также основные этапы создания текста (определение темы и основной мысли, обдумывание плана, подготовка рабочих материалов, создание и редактирование текста); основные требования к связному высказыванию (точность, логичность, правильность, выразительность и уместность); стили речи.

В 8 классе дети углубляют знания о функциональных разновидностях языка (разговорная речь, функциональные стили (официально-деловой, научный, публицистический), язык художественной литературы; об основных способах и средствах связи предложений в тексте.

В 9 классе обучающиеся систематизируют представления о стилях речи; о тексте и его признаках, о требованиях к содержанию текста; об основных средствах связи предложений в тексте.

В 10-11 классах обучающиеся совершенствуют культуру устной и письменной речи (правильность и точность речи, ее чистота, богатство и разнообразие, выразительность, уместность).

Проанализировав учебно-методические комплексы, мы сделали вывод, что работе над художественными произведениями на уроках русского языка в школе уделяется недостаточно внимания. Во-первых, этому уделяется небольшое количество часов, а во-вторых, анализ произведения зачастую сводится к определению темы, идеи, а также к выявлению средств художественной выразительности. В свою очередь лингвистические аспекты текста учитываются в недостаточной мере.

Схемы лингвистического анализа художественных произведений, предложенные в учебниках для высших учебных заведений, представляют сложность даже для учащихся старших классов средней школы.

Таким образом, существует необходимость качественной переработки существующих школьных программ, методических пособий для уроков русского - выработки комплексной и наиболее отвечающей требованиям современных образовательных стандартов методики лингвистического анализа художественного текста.

2.3 Опыт лингвистического комментирования употребления имен собственных в ранних повестях и рассказах В.И. Белова (методические разработки для факультативов по литературной ономастике в средних и старших классах общеобразовательной школы)

Имена собственные как средство номинации и отображения действительности являются также функциональными единицами основных текстовых категорий, участвующих в формировании смыслового аспекта текста.

Взяв за основу И.Р. Гальперина «Текст как объект лингвистического исследования» [2006 г.], рассмотрим, как имена собственные отдельных произведений В.И. Белова участвуют в построении основных текстовых категорий.

Имена собственные и информативность текста.

Любой текст произведения ориентирован тематически. Понятие «тема» трактуется в широком и узком планах. В широком понимании тема несет в себе понятие информации, сообщенной в тексте, в узком понимании - называние объекта, о котором в тексте идет речь. Более узкий план трактовки темы близок к принятому в теории актуальному членению высказывания. При таком подходе темой отрезка является не информация, извлекаемая из текста, а лишь объекты, о которых эта информация сообщает [Вишнякова, с. 216]. Имена собственные являются ключевыми элементами микротем.