Формирование глобального управления заключается не только в транснациональном переносе властно-управленческих отношений от локально-национального уровня на глобальный. Речь также идет о сущностно-качественных трансформациях властных отношений, отходе их от однополярных, силовых и гегемонистских ориентаций в сторону более демократических, экономических и более справедливых многополярных партнерских и кооперативно-коллективных глобально-управленческих отношений на всей планете. В свете глобальной стратегии перехода к устойчивому будущему становится понятным, что все обсуждаемые здесь глобально-политические и правовые трансформации связаны с возможностью и готовностью государств и народов планеты к такому глобально управляемому «устойчивому переходу». Пора уже видеть, что такой переход сопряжен будет с глобальными УР-трансформациями властно-управленческих отношений.
Опережающие управленческие действия в планетарном масштабе будут выполнять следующие общие глобальные функции. Прежде всего, должны поддерживаться и стимулироваться те способы и тренды, которые уже существуют (либо появятся) и способствуют эффективному переходу к устойчивому развитию. Кроме того, необходимо включить такие механизмы глобального управления, которые будут вначале тормозить, а в дальнейшим существенно снижать негативные последствия и тенденции, стоящие на пути прогресса к новым глобальным целям как целям общепланетарного УР.
Важно выявить научные принципы и подходы к управлению глобализацией и другие формы глобального управления через переход к устойчивому развитию, которые в дальнейшем необходимо реализовать в течение ближайших десятилетий. Очевидно, что формирование планетарного уровня управления - беспрецедентный и весьма трудно реализуемый процесс, когда около двух с половиной сотен государств (из которых 193 - члены ООН и еще Ватикан, а также страны, не признанные большинством членов ООН и с неопределенным пока статусом) должны будут подчиняться единым общецивилизационным императивам и социальным технологиям глобального перехода к мировой устойчивости.
Усиление отрицательных последствий глобализации и обострение глобальных проблем требует становления глобального управления, которое может реализоваться различными способами и в различных направлениях - экономическом, экологическом, социальном, информационном и т. д. Однако центральными окажутся, на мой взгляд, политический и правовой аспекты глобального управления, связанные с распределением, транснационализацией, регулированием и использованием властных отношений за пределами полномочий конкретных государств, в глобальном «мире без границ».
Принятые на форумах ООН по УР документы представляют собой «информационные материалы» - источники международного права, которые имеют идейно-концептуальную базу, «мягкую» нормативно-стратегическую ориентацию, социально-политические рекомендации и основу будущих не только политических норм, регулирующих переход к этому типу развития. Формирование глобальной модели этого развития будет зависеть от становления глобального управления, необходимого для взаимосогласованной человеческой деятельности общепланетарного масштаба как императива решения глобальных проблем. Речь тем самым идет об общепланетарном управлении глобальной деятельностью всех государств и других акторов этой деятельности.
Такие попытки уже предпринимаются, во всяком случае, на концептуально-теоретическом уровне [46-48]. Так, предполагается, что становление права устойчивого развития окажется первым из ныне предлагаемых вариантов глобального права, способствующего переходу к новому типу глобального развития и становлению глобального управления.
Формирование глобального управления потребует кардинальной трансформации нравственных и правовых норм глобализирующегося человечества. Причем эти нормы в существенной степени будут отличаться от нынешнего международного и национального права и традиционных и ряда общепризнанных нравственных норм и императивов, включая общечеловеческие стереотипы. Ожидается, что право УР станет одним из наиболее вероятных вариантов не просто международного, а именно качественно нового - глобального права при переходе к УР и соответствующему этому переходу глобальному управлению. При этом будут параллельно развиваться два взаимосвязанных глобальных процесса: глобализация правовых систем и процессов (внутригосударственных, транснациональных и международных) и их кардинальная эволюционно-содержательная трансформация.
Международное и национальное право будет выступать в качестве важнейшего механизма перехода цивилизации к УР и об этом свидетельствуют документы ЮНСЕД, в частности «Рио-де-Жанейрская декларация по окружающей среде и развитию». Эта ориентация на необходимость разработки правовых проблем УР как международно-глобального права была продолжена и в документах Всемирного саммита по устойчивому развитию (ВСУР) в Йоханнесбурге и на Конференции ООН по УР (Рио+20) опять в Рио-де-Жанейро в 2012 г. сосредоточившей свое внимание на вопросах «зеленой» экономики в контексте устойчивого развития и искоренения нищеты, а также создания институциональной базы устойчивого развития.
В уже упомянутом итоговом документе этой конференции «Будущее, которого мы хотим» вновь было заявлено о том, что принявшие участие в конференции главы государств и правительств и высокопоставленные представители будут продолжать руководствоваться целями и принципами Устава ООН и полностью соблюдать международное право и его принципы. На конференции отмечались примеры прогресса, достигнутого в области устойчивого развития на региональном, национальном, субнациональном и местном уровнях. Причем усилия по обеспечению устойчивого развития уже получают отражение в региональных, национальных и субнациональных стратегиях, планах и даже на законодательном уровне. За время, прошедшее после принятия Повестки дня на XXI век в 1992 г., укрепилась приверженность правительств курсу на устойчивое развитие через создание нормативно-правовой базы и соответствующих институтов, разработку и реализацию международных, региональных и субнациональных соглашений и обязательств. Как видим, с самого начала планируется (во всяком случае, по инициативе ООН и ее рекомендательных документов «мягкого права»), что цивилизация с УР будет создаваться на правовой основе, на базе верховенства права на национальном и международном уровнях в самых различных его формах и моделях.
Имеется точка зрения, что исследование способов и методов перехода к УР является, по сути, целью современной науки глобалистики [49]. Однако, соглашаясь, что этим действительно должна заниматься глобалистика, следует обратить внимание на то, что эту область исследований интересует гораздо более широкий круг проблем. Устойчивое развитие действительно должно изучаться не только с позиций глобалистики и особенно того направления, которое связывается с изучением будущего глобальных процессов, т. е. с позиций футуроглобалистики. Формирование права УР как глобального и одновременно - международного и национального права и принятие законодательных актов, например, на государственном уровне, зависит от выработки концептуально-понятийного аппарата, которого пока не существует, по крайней мере, в достаточно разработанном виде для использования в законотворческих проектах.
Правовое осмысление УР не обязательно должно идти только через экологические принципы и нормы, через экологическое право, где впервые появилось понятие УР. Можно интерпретировать этот тип развития и через нормы и императивы безопасности (национальной и международной), и через другие составляющие, входящие в УР направления эволюции (и обеспечения безопасности), ранее рассматриваемые как относительно автономные формы человеческой деятельности. Новая модель развития цивилизации оказалась, с одной стороны, более перспективной, поскольку именно с ее помощью цивилизация сможет выжить. Но, с другой стороны, созданная пока на теоретическом уровне, эта модель оказывается менее системной и не учитывает еще многие составляющие в плане развития и безопасности, которые характеризуют современную модель развития, часто именуемую моделью неустойчивого развития (НУР). Именно эти составляющие «тянут назад» движение в правильном, но недостаточно системном, весьма урезанном направлении. Устойчивому будущему противостоят угрозы со стороны пока не включенных областей деятельности (они-то продолжают развиваться в рамках модели НУР) и они существенно тормозят прогресс на пути к УР экологической ориентации.
Нужно также иметь в виду, «экологическое измерение» движения по пути УР оказывается лишь началом осознания смысла нового пути в глобальное устойчивое будущее. Экологическая проблема в ее глобальном видения оказывается лишь частью того общего процесса, который требует решения всех глобальных проблем, на что я уже обратил внимание, как только была принята эта концепция и стратегия [50]. Не следует представлять (и тем самым зауживать), что главное в переходе к УР - это решение экологических проблем, ставших теперь уже глобальными. Речь должна идти обо всех глобальных проблемах и негативных общепланетарных процессах, которые должны решаться на пути перехода к УР.
В предметную область создаваемой теории УР должна будет войти вся антикризисная и «циклическая» проблематика. Ведь глобализация человеческой деятельности сопряжена в силу сказанного с усилением кризисно-циклических явлений во всех сферах активности людей из-за появления ограничений и пределов. Если взять циклические явления, которые стали изучаться прежде всего в экономике, то серьезно вопрос не ставился о возможности их устранения или снижения (по крайней мере понижательных фаз). Речь шла в основном о признании их объективности и понимания того, как они развиваются. Между тем, в условиях усиления действия глобальных ограничений будут расти и отрицательные последствия кризисно-циклических феноменов во всех сферах деятельности человека. Поэтому важно изучение этих процессов связать с проблемой перехода к УР. Ведь если этого не произойдет, то переход к УР не будет происходить и опять придется констатировать, что надежды не только экологов, но и других сторонников такого перехода опять окажутся не реализованными. Поэтому становится понятным, что будущая теория УР должна оказаться гораздо шире, чем это сейчас представляет большинство ученых, которые занимаются этой проблематикой.
Уместно в плане обсуждаемой темы обратить особое внимание на то, казалось бы, достаточно очевидное обстоятельство, что эта будущая теория должна будет включить в себя и политико-правовые аспекты перехода к УР. Это обстоятельство очень часто просто игнорируется, акцентируя внимание лишь на системе из ранее упомянутых трех основных компонентов - экономики, экологии и социальной сферы. Казалось бы, политические и правовые проблемы УР должны были бы войти в социальный блок теории, но, к сожалению, этот блок трактует понятие «социальное» в узком смысле, как это делают министерства (ведомства) по социальным вопросам. Это существенно сужает социальное видение УР. Между тем совершенно ясно, что политические и правовые проблемы надо решать практически одновременно с социально-экономическими и экологическими вопросами перехода к УР. А может быть, и специально их выделить в виду их особой важности для такого перехода, поскольку они будут опережать многие другие действия по такому переходу.
Становление будущей системной теории УР потребует формирования вначале теории права УР (которое, конечно, будет весьма существенно отличаться от экологического права), затем и ее реализации. В этом предполагаемом широком варианте право УР станет не только глобальным в пространственном плане, но и в качественно-содержательном ракурсе. Становление права УР как глобального права будет происходить на национальном, транснациональном и международном уровнях, причем этот последний процесс станет первое время даже опережать первый, что будет способствовать также процессу глобализации через УР.
Дальнейшее глобальное развитие и особенно переход к УР должен сопровождаться определенными управленческими решениями и действиями, которые опережающе должны приниматься в условиях риска и неопределенности. Принцип упреждения как принцип опережающих решений и действий (это принцип № 15 Рио-де-Жанейрской декларации по окружающей среде и развитию) гласит, что в целях защиты окружающей среды государства в соответствии со своими возможностями широко применяют принцип принятия мер предосторожности. В тех случаях, когда существует угроза серьезного или необратимого ущерба, отсутствие полной научной уверенности не используется в качестве причины для отсрочки принятия экономически эффективных мер по предупреждению ухудшения состояния окружающей среды.
Использование принципов темпоральной целостности и упреждения (опережающих действий) в ходе реализации перехода к УР потребует разработки системы программных и прогнозных документов для всего мирового сообщества, включая национально-государственные концепции и стратегии действий долгосрочного характера, долгосрочные глобальные нормативные и исследовательские прогнозы мировой динамики, включающие в качестве составного компонента прогнозы изменений биосферы и отдельных ее экосистем в результате планетарной хозяйственной деятельности, а также прогнозы и программы глобального уровня развития тех или иных глобальных процессов и проблем.
Глобальный переход к УР возможен только в том случае, если он обретет международно-когерентный характер, ибо устойчивое будущее в принципе не состоится в одной отдельно взятой стране либо какой-то их группе. Глобальный характер перехода к новой цивилизационной парадигме требует формирования не просто новых международных отношений, а принципиально новых - глобально-устойчивых отношений, которые руководствовались бы новыми универсальными стандартами, нормами и принципами, составляющими новую систему (форму) права - глобальное право УР. Именно глобальный характер новой цивилизационной стратегии свидетельствует не только о приоритетности международно-транснационального правового регулирования по сравнению с регулированием национального (внутригосударственного) права, хотя приоритет международного права признается многими государствами и в модели НУР. Речь идет об очевидной особенности будущего права УР, проявляющегося в том, что основные рекомендательные акты - источники права, составляющие в настоящее время концептуальную основу этого нового права, были приняты в рамках такой всемирной организации как ООН на ее различных форумах.