От первобытных времен до психологического анализа
она увидела, что находится в комнате, где потолок покрыт паутиной, с множеством огромных отвратительных пауков. Около десяти страниц книги посвящено символам, имеющим отношение к сексуальной сфере. Среди мужских половых символов он упоминает высокие башни, труб ки, кларнеты, ножи и заточенное оружие, бегущих лошадей и размахи вающих крыльями преследуемых птиц. Среди женских половых симво лов — узкие дворы и лестницы, по которым предстоит подняться.
После Шернера несколько авторов — со ссылками на него или без них — упоминают о тех же символах и связывают их с теми же орга нами188. Объясняя значение сексуальных символов, Фрейд ссылается на Шернера, однако у Фрейда им придается более абстрактное значение, и они не имеют отношения к физиологическому состоянию. Тем не ме нее, деятельность Шернера имела другое, неожиданное продолжение. Фридрих Теодор Фишер провел параллель между символизмом Шер нера и архитектурным символизмом Древнего Египта и Древней Индии, главная идея которого, по-видимому, состояла в изображении чело веческого тела с помощью архитектуры. В последнее время появилось множество подобных предположений относительно храма в Луксоре189. Идея Шернера также положила начало новой эстетической концепции, впервые изложенной Робертом Фишером и впоследствии разработан ной Фридрихом Теодором Фишером190. Как во сне, так и наяву мы име ем тенденцию проецировать (hineinversetzen) наши телесные ощущения на различные предметы, как это видно из некоторых идиом (например, «карликовое дерево»). Художественная эмпатия или сопережива ние (Einfühlung) основывается на скрытом стремлении к объединению с другими существами (говоря современным языком, проекции образа нашего тела на другие существа или образы).
Классический труд Мори «Сон и сновидения» вышел в свет в том же году, что и работа Шернера, однако, в противоположность последней, он несколько раз переиздавался191. Мори экспериментировал над со бой, применяя два метода исследования сновидений. Сначала он развил в себе умение записывать свои сны сразу после пробуждения, прида вая особое значение определению всех обстоятельств, которые могли вызвать то или иное сновидение. Он был потрясен, в какой мере в его сновидениях отражаются малейшие изменения в режиме питания или же изменения в атмосферных условиях. Он также считал, что гипнагогические иллюзии галлюцинаций поставляют «эмбриогенез» ночного сна. Другим методом его исследования являлась сенсорная стимуляция. Ассистент Мори давал ему нюхать духи во время сна, после чего ему снилась парфюмерная лавка в Каире. Когда ассистент создавал шум с помощью железных предметов, Мори снилось, что он слышит удары колокола, и в стране началась революция.
Глава 5. В преддверии новой динамической психиатрии
Мори, однако, не считал стимуляцию органов чувств причиной воз никновения большей части сновидений. Его длительные наблюдения и опыт в толковании сновидений позволили ему сделать заключение, что фантазия и творчество в формировании снов играют гораздо мень шую роль, чем это принято считать. Он заметил, что многие виденные им во сне события представляли собой не что иное, как забытые вос поминания, восходящие порой к периоду раннего детства. Мори также считал, что скорость восприятия сновидений сознанием гораздо боль ше скорости восприятия мысли наяву.
Деятельность Мори положила начало исследованиям в области экс периментальной стимуляции сновидений. Норвежский исследователь Джон Моурли Волд провел ряд экспериментов над собой и своими уче никами, при которых спящему связывали конечности. Обнаружилось, что во сне это порождает ощущение движения (спящий видит во сне самого себя или кого-либо другого в движении)192. Это положение ле гло в основу концепции «кинестетических реакций» Германа Роршаха, занимавшегося тестированием с помощью чернильных пятен. Санте де Санктис подверг критике эксперименты Мори, утверждая, что ожида ние увидеть некие сны само по себе способствует появлению у иссле дователя именно тех сновидений, которые подтверждают его теорию. Подобной критике подвергались все исследователи сновидений193.
Третьим великим пионером в области изучения психологии снови дений был маркиз Эрве де Сен-Дени (1823-1892), преподаватель китай ского языка и литературы в Коллеж де Франс. Его книга «Сновидения и методы управления ими», опубликованная анонимно в 1867 году, представляет собой наиболее тщательное и полное исследование собст венных снов автора194. Эту книгу можно также назвать наиболее часто цитируемым и в то же время мало читаемым (по причине своей исключи тельной редкости) произведением, посвященным сновидениям. По ут верждению Фрейда, он никак не мог достать экземпляр этой книги. То обстоятельство, что это сочинение является очень большой редкостью, представляется тем более прискорбным, что оно, как известно, содер жит эпохальные открытия в области исследования сновидений, совер шенные ученым, открывшим для науки новый путь, следовать которо му смогли лишь немногие. В первой части своего исследования Эрве де Сен-Дени рассказывает о том, как в детстве, когда ему было тринадцать лет, у него возникла идея нарисовать необычный сон, приснившийся ему ночью. Ему это понравилось, и он завел целый альбом, делая зарисовки всех своих снов. Он заметил, что развил в себе способность великолепно запоминать их содержание, так что по прошествии полугода он редко забывал какой-нибудь сон. Однако Эрве настолько увлекся изучением своих снов, что не мог думать ни о чем другом, и у него начались голов-
От первобытных времен до психологического анализа
ные боли, так что он был вынужден на какое-то время прекратить зани маться сновидениями. Вскоре он вернулся к своему увлечению и про должал рисовать и комментировать свои сновидения в течение двадцати лет. Сен-Дени утверждал, что не пропустил за это время ни единого сна, и, таким образом, ему удалось собрать двадцать два альбома, где содер жались зарисовки сновидений за тысячу девятьсот сорок шесть ночей. Эрве описал стадии, которые он успешно прошел, тренируя в себе уме ние управлять своими сновидениями. Первый шаг заключался в том, что через несколько месяцев экспериментов он научился осознавать то, что он видит как сновидение. Второй шаг был достигнут, когда Сен-Дени су мел выработать привычку просыпаться по собственному желанию для того, чтобы записать интересный сон. Третий шаг заключался в обрете нии способности концентрироваться по желанию на любой части сна, которую он хотел изучить более подробно. Четвертый и последний шаг представлял собой попытку управлять событиями, по крайней мере, ча сти собственного сна, хотя Сен-Дени пришлось признать, что здесь он натолкнулся на некоторые ограничения. Приведем всего один пример: Сен-Дени хотел увидеть во сне свою собственную смерть, в сновидении он поднялся на башню, откуда бросился вниз, но в тот же момент он об наружил, что находится в толпе людей, собравшейся вокруг человека, который спрыгнул с башни.
Вторая часть книги Эрве де Сен-Дени посвящена критическому об зору более ранних теорий сновидений; он добавляет к ним огромное количество материала, взятого из собственного опыта. Первый вопрос: «Откуда возникают образы в сновидениях?» Здесь Эрве подтвержда ет наблюдение Мори, что роль памяти гораздо больше, чем мы пред полагаем. Как и Мори, он приводит примеры картин сновидений, ка завшиеся ему совершенно новыми, однако по прошествии некоторого времени он смог случайно идентифицировать их как забытые воспо минания, при этом образы сновидений в основном представляли собой мысленное воспроизведение clichés-souvenirs (что можно перевести как «воспоминания-моментальные фотографии»). На вопрос: «Почему со держание сновидений иногда бывает путаным и абсурдным?» Эрве от вечает, что восприятие, возможно, было быстрым и нечетким, поэтому его воспроизведение во сне, в свою очередь, является нечетким и сма занным. Иногда сны воспринимаются очень неясно, потому что в них присутствуют два или больше clichés-souvenirs, накладывающихся друг на друга. В конечном счете, в сновидениях имеет место и «абстракция», когда какое-либо из качеств одного объекта присваивается другому. Таким образом, явления, которые Сен-Дени называет абстракцией или наложением, в современном научном языке соответствуют понятиям смещения и конденсации или сгущения. Согласно мнению Эрве, другое
Глава 5. В преддверии новой динамической психиатрии |
Ш2Ш |
|
характерное для сновидений явление — разговор между несколькими людьми — отражает внутренний конфликт спящего.
Однако содержание снов не составляют исключительно образы-вос поминания. Эрве утверждает, что свою роль играет в них и творческая фантазия. Хотя Сен-Дени и упоминает случай, когда во сне была ре шена шахматная задача, он с особым вниманием рассматривает удиви тельные спектакли, создаваемые человеческой фантазией в сновидени ях. Несколько его снов представляют собой примеры высокой поэтики и красоты. В одном из них Эрве смотрит в волшебное зеркало, где видит себя сначала юношей, потом он постепенно начинает стареть, пока не превращается в безобразного старика, после чего маркиз в ужасе про сыпается. Содержание другого сна удивительным образом предвосхи щает один из эпизодов романа Герберта Уэллса «Человек-невидимка». Еще более необычны сновидения, которые в юнгианской терминологии назвали бы архетипическими, и современному читателю может пока заться, что автор позаимствовал их из какого-то произведения Юнга.
Эрве также внес свой вклад в экспериментальные исследования снов. В то время как Мори довольствовался проведением эксперимен тов, где применял простые приемы стимуляции органов чувств и на блюдал реакцию на них, Эрве изобрел технику solidarité rememorative (дословно «солидарного припоминания»), представлявшую собой не что подобное регулированию сновидений. Во время пребывания на при роде, в живописной области Франции, он каждый день помещал в свой платок каплю духов, а по возвращении в Париж прекратил это делать. По прошествии нескольких месяцев Эрве попросил своего ассистента поместить несколько капель этих духов на его подушку, когда он будет спать. Действительно, через двенадцать дней Сен-Дени увидел во сне Виваре, местность, где он провел свой отпуск, а когда проснулся, понял, что именно этой ночью его подушка была пропитана духами. Затем он стал проводить более сложные эксперименты. На балу, где он танце вал с двумя дамами, Сен-Дени специально заплатил музыкантам, что бы они все время играли одну определенную мелодию, когда он будет танцевать с одной из дам, и другую мелодию, когда он будет танцевать со второй. Через некоторое время он попросил поставить ему эти две мелодии во время сна и обнаружил, что каждый из вальсов воскрешал во сне образ именно той дамы, с которой он танцевал под эту мелодию.
В заслугу Эрве де Сен-Дени можно также поставить то, что он при влек внимание исследователей к гибкости процесса сновидения. В то же время техника, разработанная им для управления и сознательного модулирования своих собственных сновидений, была настолько слож ной, что этим путем могли следовать лишь очень немногие. Одним из его немногочисленных последователей был голландский психиатр и поэт
От первобытных времен до психологического анализа
Фредерик Ван Эден, который в 1896 году начал изучать свои сновиде ния, применяя технику, схожую с методом Эрве. Как и последний, Ван Эден говорит, что его первым шагом было достижение осознания того, что он видит сон, и позднее он выработал способность направлять ход своих сновидений по собственному желанию. Сначала Ван Эден кратко изложил содержание своих открытий в романе «Невеста из сновиде ний»195. Он не осмелился опубликовать эти открытия под своим соб ственным именем, учитывая их необычный характер, однако сообщил о них в своем докладе в Обществе психологических исследований. Он различал несколько классов сновидений, среди них, например, — демо нические сновидения, где автор общался с демоническими личностями, то есть действующими и говорящими самостоятельными существами, не имеющими отношения к миру людей196. У Ван Эдена также бывали ве щие сны, в которых он по собственной воле общался с умершими людь ми, которых он когда-то знал. Ван Эден также утверждал, что в про цессе сновидения ему удалось передать сублиматическое послание ме диуму. Возможно, именно эксперименты Эрве вдохновили Жоржа дю Морье (Maurier) на создание романа «Питер Иббетсон», бестселлера 1890 года, где паре влюбленных, находящихся в разлуке друг с другом, удается каждую ночь встречаться в своих сновидениях и вместе иссле довать мир своего детства, своих предков, а также события минувших столетий197. Мир сновидений Роберта Льюиса Стивенсона, о котором мы уже говорили в главе 3, можно охарактеризовать как регулируемый полубессознательно198. Стивенсон сообщает о том, что для написания своих романов он пользуется услугами своих «маленьких человечков» или «домовых». Странно, но после Эрве де Сен-Дени почти все авторы, за малым исключением, — сознательно или бессознательно — противи лись идее энергетической податливости сновидений199.
Идеи трех основателей — Шернера, Мори и Эрве де Сен-Дени — доминировали в более поздних исследованиях сновидений в течение последней трети девятнадцатого столетия. Большинство ученых, зани мавшихся в ту пору изучением сновидений, почти забыты в наши дни и лишь вскользь упоминаются в исторических трудах, за исключени ем Бинсвангера200. Штрюмпель, профессор Лейпцигского универси тета, заинтересовался вопросом, почему мир в сновидениях выглядит совсем по-другому, нежели наяву, и пришел к следующему мнению: при пробуждении мы не в состоянии найти нашему сновидению место в прошлом или настоящем, это и объясняет наше стремление искать его значение в будущем201. На вопрос «Почему спящий считает, что видимое им во сне происходит на самом деле?» Штрюмпель отвечает, что во вре мя сна душа выстраивает «сферу сновидения», в которой проецируют ся образы и воспоминания, что создает полное впечатление восприятия