От первобытных времен до психологического анализа
ных людей терпели поражение самые слабые и глупые, в то время как самые сильные и хитрые, лучше всего приспособленные к тому, чтобы справляться с обстоятельствами, но не самые лучшие в любом другом смысле, выжива ли. Жизнь была постоянной дракой, и за пределами ограниченных и вре менных отношений в семье, гоббсовская война всех против всех являлась нормальным условием существования. (...) Однако усилие нравственного человека, направленное на достижение моральной цели, никоим образом не умалялось, поскольку оно хоть немного изменяло глубоко укоренивши еся органические импульсы, которые заставляют естественного человека следовать своему аморальному кодексу. (...)148
Если уж натуралист смог интерпретировать учение Дарвина таким образом, легко можно представить, как оно было искажено в работах социологов и политиков, которые изучали его только понаслышке. Свя зав этот фантастический универсальный закон с теорией дарвинизма, его использовали в качестве разумного объяснения, которое оправды вало истребление примитивных народов белым человеком. Марксисты применяли его как аргумент в защиту классовой борьбы и революции. Криминалисты итальянской позитивной школы Ферри и Гарофало ис пользовали концепцию «устранения непригодных» в качестве аргумен та за сохранение смертной казни. Аткинсон распространил понятие всеобщей борьбы на область семейных отношений и описал закон, су ществовавший у первобытных людей, по которому взрослый сын уби вал престарелого отца149. Милитаристы всего мира обратили это учение в научное доказательство необходимости войн и содержания армии. Псевдодарвинистская философия, которая убеждала европейскую элиту, что война является биологической необходимостью и неизбеж ным законом, признана ответственной за развязывание Первой миро вой войны150. Целая плеяда политиков провозгласила те же принципы, достигшие апогея с приходом Гитлера, который неоднократно цитиро вал Дарвина151. Короче говоря, как установил Кропоткин, «нет ни од ного позорного поступка в цивилизованном обществе, будь то в отно шении белого человека к так называемым низшим расам, или сильного к слабому, который не нашел бы своего оправдания в этой формуле»152. Это направление мышления, которое можно проследить от гоббсовского принципа «человек человеку волк» до Мальтуса и от Дарвина до литературного описания «закона джунглей», сделанного Киплингом, наложило особый отпечаток на западный мир, особенно на последние десятилетия девятнадцатого и начало двадцатого столетий. Влияние любой доктрины состоит также в извращенных толкованиях и появле ниях противоречий, которые идут вразрез как с доктриной, так и с ее толкованиями. С самого начала возникла сильная оппозиция по отно-
Глава 4. Предпосылки возникновения динамической психиатрии |
ΓΤΤοΙ—I |
шению к идеологии, которую установил Дарвин. Во время тюремного заключения в Клерво (1883-1886) русский анархист Кропоткин увидел необходимость переоценки формулы Дарвина на основе данных, кото рые он обнаружил в работах русских зоологов Кесслера и Северцова. Он разработал теорию взаимопомощи как основного закона живых су ществ153. Характерно, что и эта теория, по-видимому, нашла точку со прикосновения с современными английскими натуралистами154. Другие натуралисты в течение долгого времени указывали на то, что даже если так называемая борьба за существование и применима к животному миру, то все еще нет никаких оснований применять ее к человеческо му обществу, которое имеет особые законы и структуру155. Английский экономист Норман Энджелл перед Первой мировой войной говорил об
ошибочности этого псевдозакона, который ведет народы Европы к ка тастрофе156.
Сам закон эволюции не избежал противоречий. Французский биолог Рене Кинтон провозгласил «принцип константности». Он говорил, что если все живые существа, включая и человека, вышли из моря, то они, в свою очередь, сохраняли на протяжении всех фаз эволюции milieu in térieur (внутреннюю среду), которая с физической и химической точки зрения очень похожа на состав морской воды157. Реми де Гурмон при менил этот принцип к интеллектуальной жизни и отрицал, что в разви тии человеческого мышления был какой-либо действительный прогресс. Изобретатели и художники, жившие в доисторическое время, говорил он, были много более одаренными, чем любой современный изобрета тель и художник. На протяжении всех фаз культурной революции вы сочайший уровень человеческого интеллекта оставался одинаковым158.
Закон «выживания наиболее приспособленных» и «устранение не пригодных» представляет особый интерес для динамической психиат рии. Действительно, не много нашлось бы людей, настолько же непри способленных к жизни в условиях жестокой конкуренции, как сам Дар вин, детской мечтой которого было стать деревенским священником и посвящать свободное время любимому увлечению — естественной истории. Слабое здоровье препятствовало бы любой университетской деятельности. Он не смог бы довести до конца свою работу, если бы не счастливое стечение обстоятельств и не заботы преданной ему жены. Он избегал личного участия в дискуссиях, развернувшихся вокруг его теорий, оставляя это своим сторонникам.
Альфред Адлер систематически обращался к принципу «устране ния непригодных». Он показал, что врожденные недостатки часто дают импульс для биологической компенсации. Затем он с таким же успехом распространил этот принцип на область психологии, сделав «компен сацию» основным понятием своей системы. Таким образом, неполно-
От первобытных времен до психологического анализа
ценность, не имеющая никакого отношения к причине неудачи, могла оказаться лучшим стимулом для социальной борьбы и победы.
Как и многие его современники, Фрейд был восторженным читате лем работ Дарвина, а влияние дарвинизма на психоанализ разносторон не. Во-первых, Фрейд, как и Дарвин, сформировал свою психологиче скую теорию, основываясь на биологической концепции инстинктов. Такого рода психология уже была сформулирована Галлем и его после дователями, а также несколькими психиатрами, такими, как Ж. С. Сантлус159. Но теория инстинктов Фрейда явно берет начало в работах Дар вина. Достойно внимания то, что Фрейд сначала приписывал исключи тельное значение либидо, а впоследствии решил разделить агрессивные и деструктивные инстинкты, в то время как Дарвин развивал свою тео рию в противоположном направлении. В работе «Происхождение ви дов путем естественного отбора» он строит ее вокруг принципа борьбы за существование, между тем как в книге «Происхождение человека и половой отбор» дополняет ее и отдает ведущую роль в происхожде нии и развитии человека половой привлекательности. Во-вторых, Фрейд перенял генетическую точку зрения Дарвина относительно проявлений жизни. Дарвин выявил факт локализованной задержки развития и «ре версию», то, что Фрейд впоследствии назвал фиксацией и регрессией. В-третьих, Фрейд, по-видимому, перенес на психологию и антрополо гию «закон рекапитуляции» Геккеля. Положение о том, что «онтогенез повторяет филогенез» нашло эквивалент в толковании Фрейдом инди видуального развития человека, которое проходит через те же стадии, что и эволюция человеческих видов, и Эдипов комплекс является ин дивидуальным возрождением убийства старого отца, совершенного его сыном. И наконец, влияние Дарвина можно обнаружить в фрейдовской биологической теории происхождения человеческого общества и мора ли, где в основе лежит предположение о существовании раннего, гипо тетического предка человека, который жил небольшими группами или стаями. Можно обнаружить и еще одно косвенное воздействие Дарвина на Фрейда. Поль Ре объяснял развитие морального сознания как вы ражение легализованной дарвиновской борьбы за жизнь, подобно той, что существовала среди древних исландцев160. Они провозгласили, что у человека нет права, которое он не мог бы защитить, поэтому если кто-нибудь хочет обладать собственностью другого человека, он может вызвать владельца на состязание. Если владелец побежден или убит в битве, его собственность легально переходит к тому, кто бросил вы зов. Но наконец пришло время, когда закон запретил этот примитивный обычай, а фрустрированная агрессия и стремление человека к облада нию стали источником раскаяния, в результате чего и возникла совесть. Эту теорию развивал Ницше в работе «К генеалогии морали», которая
Глава 4. Предпосылки возникновения динамической психиатрии |
ШИН- |
была прототипом понятий, впоследствии развиваемых Фрейдом в книге «Цивилизация и недовольные ею»161.
Мы видели, как последователи Дарвина трансформировали дар винизм, который первоначально представлял собой систему гипотез, сформулированных в поддержку теории эволюции, в социальный дар винизм. Он стал философией, давшей видимое научное разумное объяс нение духу жестокой конкуренции, которая оживила промышленный, коммерческий, политический и военный мир в последние десятилетия девятнадцатого века. В противоположность социальному дарвинизму, марксизм с самого начала являлся философской системой. Вскоре он также стал философией истории, экономической теорией, политиче ской доктриной и даже образом жизни. Его автором был Карл Маркс, который разработал эту систему в сотрудничестве со своим другом Фридрихом Энгельсом (1820-1895).
Как учение марксизма, так и учение дарвинизма разделяют пред ставление о прогрессе человечества, но эти доктрины расходятся в точ ке, касающейся природы основного процесса. Дарвинизм приписывает прогресс (не только эволюции видов, но и человечества) механическому и определяющему эффекту биологических явлений; марксизм приписы вает его «диалектическому» процессу, которому, тем не менее, должны способствовать сознательные усилия людей.
Еще одной чертой, одинаково характерной как для марксизма, так и для дарвинизма, является идея о том, что справедливость и нравст венность — это не абсолютные, неизменные принципы, как учили тра диционные философские системы и философия эпохи Просвещения, а относительные. Для Дарвина они являются результатом социальной эволюции, Маркс понимает их в терминах «исторического материализ ма» и истории классовой борьбы.
Основным источником марксизма как философской системы стал непосредственно сам Гегель, а также некоторые его преемники. Фи лософия Гегеля дала Марксу «диалектический метод», то есть метод анализа на вид противоречащих друг другу концепций и открытия об щего принципа, который объединил бы их в общность более высокого порядка, поступательно развивающуюся таким образом от понятия к понятию вплоть до абсолюта. Но в то время как Гегель использовал диалектический метод для построения мощной системы философского идеализма, Маркс применял его к материалистической философии.
Маркс перенял от Гегеля и концепцию «отчуждения», в которой человек «отчужден» от самого себя. «Отчуждение» означает, что ин дивид овеществляет какую-то часть себя, которую он затем восприни-
От первобытных времен до психологического анализа
мает как внешнюю данность. Эта концепция вызвала многочисленные дискуссии среди последователей Гегеля. Один из них, Людвиг Фейер бах, утверждал, что человек «отчужден от самого себя» потому, что он создал Бога по собственному подобию, таким образом как бы спроеци ровав лучшую часть своей души во внешний мир и поклоняясь ей, как будто это некая высшая сущность. Положив конец этому состоянию, человек заново создает свою собственную единую сущность. Маркс модифицировал и расширил концепцию Гегеля. Существует не только религиозное и философское отчуждение, но также и политическое, со циальное и экономическое отчуждение. Человек отчужден от самого себя, утверждает Маркс, из-за классового разделения общества, при котором руководящий класс подавляет и эксплуатирует руководимые классы. Следовательно, говорил он, бесклассовое, социалистическое общество уничтожит отчуждение и все его проявления.
Маркс утверждал, что вплоть до этого времени философия пыталась объяснить мир, в то время как истинная проблема заключается в его из менении. По этой причине его философия неотделима от деятельности, то есть особенно от революционной деятельности. (Фактически Маркс и Энгельс не удовольствовались управлением революционными органи зациями, а участвовали в различных революционных движениях в Гер мании.)
Как и Гегель, Маркс говорит, что человеческий вид подвергается ди алектическому процессу эволюции, но он рассматривает этот процесс, по существу, совершенно иначе. Философия истории Маркса базирует ся на том, что историю можно интерпретировать как классовую борь бу, которую можно объяснить понятием идеологической надстройки, находящейся на социальном базисе162. Открытие средств производства обусловило перемены в социальной структуре, то есть в разделении классов и взаимоотношениях этих классов. Правящие классы подавля ют низшие, с этой целью они навязывают им свою политическую систе му и организации. Но правящий класс также создает и «идеологию», которая включает в себя религию, моральные ценности и философию, в то же самое время являясь отражением социальной структуры и спо собов подавления низших классов. Посредством этой идеологии руко водящие классы устанавливают свод законов и судебный аппарат, не обходимые для сохранения их превосходства над эксплуатируемыми классами.
Люди, принадлежащие к правящему классу, часто не осознают, что они делают, когда применяют эту идеологию. По словам Фридри ха Энгельса, «Отражение экономических отношений в форме легаль ных принципов... происходит без осознания теми, кто действует; юрист полагает, что действует, руководствуясь априорными принципами, в то