Материал: Генри Элленбергер Открытие бессознательного. Том 1

вал бессознательным отбором). Его же можно назвать и искусственным отбором. В отношении естественного отбора Дарвин предположил, что новые виды могут появляться посредством случайных изменений, и их наследственная передача может происходить по тому же самому пути, как появляются новые виды. Но как природа осуществляет процесс отбора, сравнимый с отбором, регулируемым селекционерами? Дар­ вин полагал, что главным фактором является борьба за существование

вприроде — процесс, сходный с тем, к которому обратился Мальтус

вобласти демографии. Это значило бы, что в данном виде растения или животного количество особей превышает ограничения, накладывае­ мые величиной территории и количеством пищи, поэтому существует непрерывная борьба за существование, в которой выживут особи, пре­ терпевшие такие произвольные изменения, которые сделали их более подготовленными к борьбе, в то время как неподготовленные будут уничтожены. Однако изменения, происходящие в окружающей среде, постоянно бросают вызов степени приспособленности живых существ.

Среди аргументов, предоставленных Дарвином в защиту теории трансформизма, были такие, как гомологическая структура у индиви­ дов, принадлежащих родственным видам, существование рудиментар­ ных органов (оставшихся от прежних, наследственных видов), явление реверсии, возрождение наследственных признаков и многочисленные факты, связанные с классификацией животных по геологическим пе­ риодам и месту обитания. Но для того чтобы сделать свою объясни­ тельную теорию последовательной, Дарвин выдвинул несколько других гипотез: о том, что самопроизвольные изменения могут дать развитие новым видам (не только новым расам), что приобретенные признаки мо­ гут передаваться по наследству, что продолжительность геологических периодов была крайне велика и что развитие палеонтологии предоста­ вит недостающие элементы, связывающие известные виды с их предпо­ лагаемыми наследственными формами.

В работе «Происхождение видов путем естественного отбо­ ра» Дарвин ничего не говорил о человеческом виде, но вскоре Томас Хаксли в Англии и Эрнст Геккель в Германии применили его теорию к происхождению человека. Во второй значительной работе «Проис­ хождение человека и половой отбор» Дарвин выдвинул гипотезу о том, что «человек происходит от волосатого, хвостатого четвероногого мле­ копитающего, вероятно, привыкшего лазать по деревьям и являвшегося обитателем древнего мира»136. Это существо настолько отличалось от большинства диких животных, живших тогда, насколько эти животные отличаются от цивилизованного человека. Дарвин пытался воссоздать внешний вид нашего предка и дать чисто биологическое объяснение его развития от дикого существа до современного человека. Общество, го-

От первобытных времен до психологического анализа

ворит он, произошло от инстинктов родительской любви и любви детей к родителям, от инстинктов взаимопонимания и взаимопомощи между животными одного вида. А язык начался с криков, сопровождающих не­ которые эмоции и имитации криков, издаваемых другими животными. Нормы поведения в большей части произошли от вышеупомянутых ин­ стинктов, дополненных чувствительностью человека к общественному мнению, а впоследствии разумом, образованием и привычкой. В работе «Происхождение человека и половой отбор» Дарвин не придает борьбе за выживание того исключительного значения, которое он приписывал ей в книге «Происхождение видов путем естественного отбора». Он го­ ворит об инстинкте взаимопомощи и утверждает, что в эволюции чело­ века наиболее важным фактором являлся половой отбор, который за­ ключается в том, что более сильные мужские особи стремятся выбрать самых привлекательных женских особей и что самки оказывают пред­ почтение сильным самцам, и эти пары имеют наиболее многочисленное потомство.

История дарвинизма является типичным примером теории, кото­ рая отмежевалась от своего основателя и стала развиваться автономно и в неожиданном направлении. Работа «Происхождение видов путем естественного отбора» вряд ли была бы опубликована, если бы Дарвин обнаружил, что его теория встала в один ряд с ее многочисленными про­ тиворечивыми толкованиями и что он сам превратился в живую леген­ ду137. Было сказано, что Дарвин, седобородый патриарх естественных наук, имеющий слабое здоровье, живущий изолированно и уединенно, совершил самую серьезную интеллектуальную революцию со времен Коперника138. Говорили, что он был первым, кто сформулировал тео­ рию эволюции (бывших сторонников этой теории, включая и его деда, Эразма Дарвина, в лучшем случае называли предшественниками, если не игнорировали вовсе). Более того, забыв о том, что Дарвин выдвинул свою теорию лишь в качестве гипотезы, теперь полагали, что он дока­ зал ее и поднял до уровня неопровержимой научной истины. Понятие борьбы за существование, слишком далекое от того, чтобы быть просто объяснительной гипотезой, теперь стали считать опорой дарвинизма. И совершенно проигнорировали то, что Дарвин предложил несколько других механизмов (одним из которых является половой отбор). Про­ возгласили, что борьба за существование, ныне понимаемая в более гоббсовском смысле как «война всех против всех», есть универсальный закон, который открыл и продемонстрировал Дарвин, «железный за­ кон», управляющий живым миром и человечеством, который устанав­ ливает основополагающий критерий для этики. Однако было несколько ученых, которые пытались объективно рассмотреть истинное значение идей Дарвина, оценить их с научной точки зрения и отказаться от не-

Глава 4. Предпосылки возникновения динамической психиатрии

правильных толкований его теорий, сделанных восторженными сто­ ронниками, а также ослепленными оппонентами139.

Историческое значение любой теории не ограничивается тем, что первоначально закладывал в нее автор. Оно включает в себя ее разра­ ботку, дополнения, интерпретации и искажения, которым она подвер­ гается, а также последствия, которые появляются в результате исполь­ зования теории и извращенных толкований.

Настоящей областью применения теории дарвинизма была естест­ венная история. Сам автор предложил ее в качестве гипотезы, направ­ ленной на то, чтобы доказать теорию трансформизма. В этом смысле ее последствия разнообразны. Она дала сильный толчок развитию естественных наук. Поиск потерянных элементов для воссоздания последовательности изменений, которые претерпели виды, способст­ вовал прогрессу палеонтологии, а эмбриологические доказательства в защиту трансформизма стали отправной точкой для новых иссле­ дований в области сравнительной эмбриологии. Но прежде всего пу­ бликация работы «Происхождение видов путем естественного отбо­ ра» поменяла господствующие мнения в среде натуралистов. Теория фиксизма потеряла практически всех своих сторонников, а трансфор­ мизм, называемый теперь теорией эволюции, приняло подавляющее большинство ученых. Но означает ли это, что подтвердится та отдель­ ная гипотеза, сформулированная Дарвином для объяснения механиз­ ма эволюции? Это был один из самых спорных вопросов современной науки. Несмотря на широкое признание его теории, все еще выража­ лись некоторые сомнения по поводу истинной роли, которую играет борьба за существование140·141, а также по поводу ее влияния на эволю­ цию — могут ли случайные изменения привести к образованию нового вида (не только новой расы), и действительно ли существует большин­ ство потерянных элементов?142 Гертруда Химмельфарб приводит выска­ зывание нескольких известных в то время натуралистов, которые заяви­ ли, что всеобщее принятие дарвинизма не означает его полную научную состоятельность, поскольку в основе лежат страх человека перед неиз­ веданным и то, что ученые предпочитают любое неудовлетворительное объяснение отсутствию объяснения вообще143.

Если бы дарвинизм оставался в рамках первоначальной области применения, он никогда бы не достиг той славы, которая у него была. Вскоре его принципы стали использовать и в других науках. Биологи называли «внутренним отбором» предполагаемую борьбу между ча­ стями организма на протяжении развития. Психологи допустили, что инстинкты и умственные способности также возникают в процессе ес­ тественного отбора. Подобным образом реконструировалась эволюция

человеческого общества, семьи, языков, моральных норм или религии, и ни одна отрасль науки не осталась незатронутой этой доктриной144.

Дарвин старался не вторгаться в область философии, но его после­ дователи решили, что из его идей можно вывести философскую систе­ му и, в особенности, новую концепцию эволюции и прогресса. В эпоху Просвещения идею прогресса понимали как постоянный процесс, кото­ рый проходит под руководством разума и имеет своей целью процвета­ ние и счастье человечества (включая и отверженных членов общества). Романтики размышляли о скрытом процессе, лежащем в основе приро­ ды, о бессознательных иррациональных силах, которые, тем не менее, служат рациональной цели. Теперь дарвинизм указывал на явление биологического прогресса среди живущих видов и социального, и даже морального прогресса в человечестве, который является результатом автоматического и механического действия случайных событий и сле­ пой, всеобщей борьбы. За эту идею ухватились атеисты и использовали ее как оружие против религиозной веры в Создателя и против религии вообще. Но пока некоторые круги, отождествляемые с библейским фундаментализмом, продолжали сражаться с дарвинизмом, большин­ ство теологов вскоре примирили идею эволюции с религией. Американ­ ский ботаник Эйса Грей (1810-1888), первая защитница идей Дарвина в Америке, с самого начала стала основателем «теистического крыла» идеи эволюции145.

ВСоединенных Штатах дарвинизм оказал сильное влияние на фило­ софию. В ней появился новый подход к мышлению, при котором мысли

считали не перманентными сущностями, а скорее универсальной точ­ кой зрения эволюции146. Инструментализм, прагматизм и утилитаризм являются лучшими выразителями такой философской позиции.

ВГермании философский дарвинизм принял другую форму под влиянием Эрнста Геккеля. Он был биологом, достойным похвалы за великолепное исследование инфузорий, медуз и губок. Геккель про­ возгласил себя проповедником дарвинизма и старался подкрепить

его новым доказательством, «фундаментальным биогенетическим законом»147. В эмбриональной стадии, говорил он, любое живое су­ щество претерпевает те же самые изменения, которые происходили

сего предками на протяжении всей эволюции («онтогенез повторяет филогенез»). Однако впоследствии он понял, что этот закон непосто­ янен, поскольку серии превращений могут быть ограничены или даже изменены. Но Геккель включил дарвиновский трансформизм в широ­ кую философскую систему, называемую монизмом. Природа, говорил он, — это место универсальных процессов развития от молекулы до клеточных организмов. Нет никакого различия между органической и неорганической природой, жизнь представляет собой физическое

явление, характеризующееся особым видом вибрации в материи. Все живые виды в природе произошли из материи посредством вмешатель­ ства одной элементарной живой субстанции, «монеры», одноклеточ­ ного существа без ядра. Геккель утверждал, что видел ее через микро­ скоп. Весь процесс трансформизма, начиная с монеры, включает в себя три мира: мир «протист» (одноклеточных организмов), растений и жи­ вотных. Геккель воссоздал целое генеалогическое древо человека, со­ стоящее из двадцати двух ступеней, где монера была первой, человек — двадцать вторым, а все, что было между ними, являлось гипотетиче­ скими существами. Двадцать первым, то есть самым близким предком человека предположительно был «питекантроп», относящийся к обе­ зьянам. Человек появился в Лемурии, на ныне затонувшем континенте между Индией и Африкой. Существовало двенадцать видов и тридцать шесть рас людей. Геккель учил, что клетки и даже молекулы наделе­ ны элементарным сознанием, и предложил основать новую религию, основанную на поклонении космосу. Он так и не понял, что его система была лишь последним возрождением философии природы. Он полагал, что его теории являются абсолютно научными, и сегодня трудно пред­ ставить тот фантастический успех, который сопровождал их на про­ тяжении нескольких десятилетий, особенно в Германии, где эта систе­ ма часто отождествлялась с дарвинизмом. Молодые врачи поколения Фрейда познакомились впервые с дарвинизмом именно в интерпрета­ ции Геккеля. Престиж ученого оставался настолько высок, что юный Роршахв 1904 году спрашивал его совета, когда колебался между тем, заняться ли ему искусством или естественной наукой.

Наиболее сильно влияние дарвинизма чувствовалось в социальной сфере, через учение социального дарвинизма, которое представляет собой огульное применение концепций «борьбы за существование», «выживание наиболее приспособленных» и «устранение непригодных» к явлениям и проблемам человеческих обществ. Именно натуралист То­ мас Хаксли, один из первых последователей Дарвина, в известном сооб­ щении, сделанном в 1888 году, резюмировал эту философию, связывая

еес современной ситуацией в Англии:

Сточки зрения моралистов, животный мир стоит примерно на том же самом уровне, что и шоу гладиаторов. С животными довольно хорошо об­ ращаются и выводят на поле битвы, посредством чего самые сильные, бы­ стрые и хитрые выживают для того, чтобы сражаться на следующий день. Зрителю не нужно опускать вниз большой палец, поскольку все равно по­ щады не будет. (...) В череде событий, которые составляют жизнь человекаживотного, не обнаружить ни одной более моральной цели, чем та, которая гонит волка на беззащитного оленя. (...) Действительно, среди первобыт-