Материал: Фурсенко А. Американская революция и история США. 1978
Эвакуация британских сил из Чарльстона в декабре 1782 г. Худ. Г. Пайл
Опьяненный славой победителя при Саратоге, Гейтс переоценил свои возможности. Грубейшей ошибкой, которую он допустил, был отказ направить войска по западной части Северной Каролины, населенной революционно настроенным фермерством. Гейтс избрал более краткий, но чреватый, как оказалось, роковыми последствиями путь через области, в которых трудно было рассчитывать на поддержку. Войскам приходилось продвигаться, не имея достаточных запасов продовольствия и без какой бы то ни было надежды на их пополнение. Местность была труднопроходимой. Стояла сильная жара. В войсках распространилась эпидемия дизентерии. Дисциплина расшаталась. При первом же столкновении с частями английского генерала Корнуэллиса 16 августа 1780 г. у Кэмдена Гейтс потерпел поражение, которое, по словам Д. Фримена, «открыло двери противнику» в Северную Каролину и Виргинию (Freeman D. S. Op. cit., p. 195.) . Отступление американских войск приняло панический характер. За первые сутки армия откатилась на 100 км, а когда 10 днями позже Гейтс попытался собрать ее остатки, то из 3 тыс. солдат и офицеров налицо оказалось лишь 700. Оценивая результаты сражения при Кэмдене, один из современников отмечал, что никогда еще до сих пор победа англичан «не была такой всеобщей», а поражение американцев «таким полным» (Ward Ch. Op. cit., v. II,
p. 731.).
Американская армия снова оказалась в критическом положении. Но и на этот раз исход дела решила революционная инициатива масс. Неудачи американских войск летом 1780 г. и, в частности, поражение при Кэмдене (как это было и в Новой Англии во время вторжения Бур-гойна в 1777 г.)
подняли на ноги окрестных фермеров. Было создано множество партизанских отрядов, которые все чаще нападали на английские войска и причиняли им серьезный урон. «Патриотические силы южной милиции и партизанские отряды, - пишет военный историк Д. Уэллер, - действуя самостоятельно или в контакте с Континентальной армией, спасли
положение американцев» (Weller J. Op. cit., p. 119.) .
Назначенный по настоянию Вашингтона командующим регулярными частями на Юге генерал Грин начал активные действия против неприятеля. Выходец из низов, в прошлом кузнец, Грин показал себя талантливым военачальником. Он изменил тактику ведения военных операций, разбив свою армию на автономно действующие отряды (Соakleу R. W., Соnn S. Op. cit,. p. 76.) . Грину приходилось терпеть и поражения, но они его не сломили. «Чем больше его бьют, - писал о Грине один британский офицер,- тем дальше он продвигается вперед» (Mасkesу Р. Op. cit., p. 539.) . Неукротимая энергия в сочетании с приобретенным военным опытом помогли Грину умело организовать действия против неприятеля. 17 января 1781 г. части армии Грина, предводительствуемые генералом Морганом, наголову разбили у Коупенса один из прославленных английских отрядов Тарльтона. Это сражение оказалось переломным. В нем американцам удалось блестяще организовать взаимодействие регулярных войск и партизан, проявивших исключительный героизм и военную находчивость (Weller J. Op. cit., p. 128 - 131.)
.
Битва при Коупенce было началом краха всей английской операции на Юге. Напрасно генерал Корнуэллис пытался взять реванш. Грин уклонялся от сражения до тех пор, пока не соединил вместе все части американской армии. 15 марта 1781 г. у Гилфорд-Куртхауза произошло сражение. Обе стороны понесли большие потери, но практически победа была за американцами (Соaklеу R. W., Соnn S. Op. cit.. p. 76.) . Как и при Коупенсе, американские регулярные части действовали в тесном контакте с милицией и партизанами, причем главной атакующей силой были милицейские отряды и партизанские части. Регулярная армия следовала за
ними (Weller J. Op. cit., p. 76). .
После поражения у Коупенса и Гилфорд-Куртхауза англичане вынуждены были полностью очистить территорию Джорджии, Северной и Южной Каролины. Таким образом, план Клинтона потерпел крушение. Английское командование учло слабые места противника, но недооценило возможностей революционной армии, сражающейся за освобождение своей страны.
К лету 1781 г. армия Корнуэллиса переместилась в Виргинию, заняв укрепленные позиции у Йорктауна. Тем временем основная часть английских войск во главе с Клинтоном сосредоточилась в Нью-Йорке, готовясь к сражению, которое, как было известно английскому командованию, Вашингтон планировал дать совместно с недавно прибывшим французским подкреплением. Но Вашингтон и на этот раз обманул ожидания англичан, изменив первоначальный план военных операций. Оставив часть войск у Нью-Йорка, он во главе отряда,
численностью в 2500 человек, двинулся к Йорктауну. Подоспевшая к этому времени из Сан-Доминго сильная французская эскадра под командованием де Грассе доставила крупный десант французских солдат и отрезала Корнуэллису возможность отступления морем. А с суши англичане оказались зажатыми в тиски прибывшими из штата Нью-Йорк и находившимися на Юге американскими и французскими войсками. Всего в операции под Йорктауном участвовало около 20 тыс. американских п французских солдат и офицеров (более 11 тыс. американцев - регулярных войск и милиции, а также около 9 тыс. французов). Английские силы насчитывали около 9 тыс. человек, т. е. в два с лишним раза меньше. Общее командование операцией под Йорктауном принадлежало Вашингтону, но важную роль сыграли также французские военачальники - Рошамбо, Лафайет, Сен-Симон и де Грассе. Операция закончилась блестящей победой объединенных американских и французских сил. 19 октября 1781 г. Корнуэллис капитулировал. В плен попало более 7 тыс. английских солдат, захвачено множество трофеев. Американо-французские морские силы овладели также частью английской эскадры (Freeman D. S. Op.
cit., v. V, p. 378 - 393, 513 - 515; A Id en J. R. Op. cit., p. 294 - 299.) .
Уже упоминавшийся П. Маккизи, оценивая исход этой операции, отмечает, что Йорктаун «все изменил». «Это явилось результатом стратегического сюрприза на море, - пишет он, - который совершенно опрокинул расчеты государственных деятелей» (Mасkesу P. Op. cit. p. 556 - 557.) . Вряд ли можно согласиться с такой узкой трактовкой причин поражения при Йорк-тауне, которое практически решило судьбу войны. Действия англичан были обречены на провал, п провал этот объясняется не столько военными факторами, сколько причинами исторического характера, справиться с которыми не могли никакие государственные умы. Дело американской революции было непобедимо.
Торжественное вступление Дж.-Вашингтона в Нью-Йорк 25 ноября 1783 г. Худ. Е. и Л. Рестейн
Как победа при Саратоге, капитуляция при Йорктауне имела далеко идущие последствия. После Саратоги английское правительство заявило о своей готовности отменить изданные с 1763 г. парламентские акты и помиловать повстанцев при условии, что они прекратят сопротивление и заявят о своей преданности британской короне. Однако посланная для переговоров с конгрессом комиссия парламента вернулась ни с чем, так как конгресс предварительным условием всякого соглашения выставил признание политической независимости США. Теперь же после Йорктауна английский парламент высказался в пользу мира, и война фактически прекратилась. В феврале 1782 г. английская палата общин приняла резолюцию, в которой говорилось: «Палата полагает, что дальнейшие наступательные действия против Америки... поведут к ослаблению усилий страны против ее европейских врагов и будут при данных обстоятельствах содействовать усилению взаимной вражды, столь гибельной для интересов
как Великобритании, так п Америки» (The parliamentary history of England. V. XXII. Ed. by T. E. Hansard. London, 1814. cl. 1085. ). Спустя месяц в правящих кругах Англии
произошли перестановки, в результате которых к власти пришел новый кабинет, почти целиком состоявший из вигов (Jensen M. The new nation. A history of
the United States during the confederation. 1781 - 1789. New York. 1967, p. 12) . На
протяжении всего конфликта партия вигов в парламенте выступала с критикой политики правительства тори по отношению к колониям, доказывая необходимость мирного урегулирования всех споров. Во главе вновь созданного кабинета стал лорд Рокингэм, который в 1766 г. провел постановление об отмене гербового сбора. Начались переговоры о мире.
Глава девятая. МЕЖДУНАРОДНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ США
Американская карикатура XVIII в., изображающая двуличие политики. В нормальном положении - период флирта; в перевернутом - после заключения брака
Еще до провозглашения независимости Континентальный конгресс поднял вопрос о необходимости начать переговоры с другими странами, чтобы добиться их поддержки в борьбе против метрополии и помешать Англии заключить союз с какой-либо из европейских держав против колоний. При этом выражалось опасение, что Англия готова будет вернуть Франции и Испании захваченные у них территории в случае, если те согласятся оказать ей поддержку в подавлении восстания американских колоний. Эти опасения мотивировались тем, что обе страны побоятся американской независимости, каковая могла обернуться созданием в Западном полушарии сильного самостоятельного государства, которое в дальнейшем не пожелает считаться с присутствием Франции и Испании в Америке и приберет к рукам все те владения, которые у них оставались.
Однако при обсуждении этого вопроса возобладали голоса тех, кто считал, что только при условии провозглашения независимости западноевропейские державы станут вести дипломатические переговоры с Америкой и пойдут на оказание ей военной помощи. В этой помощи американские колонии, а после провозглашения независимости новое государство США, испытывали острую необходимость. Тем более, что Англия, потерпев неудачу в попытках набрать у себя в стране нужное количество войск для посылки в американские колонии, обратилась к германским княжествам Гессен-Кассель, Гессен-Ханау, Бруысвик, Вальдек и др. с предложением подписать контракт о поставке наемников для участия в военных действиях в Америке. Наиболее значительным было подписанное в январе 1776 г. соглашение с ландграфом Гессен-Кассель- ским, поставившим в общей сложности около 17 тыс. наемников (Boatner III M.
M. Encyclopedia of the American revolution. New York, 1966, p. 424 - 426.).
Конгресс был осведомлен о переговорах с немецкими княжествами и о том, что Англия подписала с ними соответствующие соглашения. Делегаты Континентального конгресса знали также, что британское правительство обратилось с аналогичной просьбой к царской России. За несколько лет до того велись переговоры относительно возможности заключения англорусского договора о дружбе и торговле. Этот вопрос подробно обсуждался британской прессой, которая называла Екатерину II не иначе, как
«преданным другом» британского короля (Lutnik S. The American revolution and the British press. 1775 - 1783. Columbia, Missouri, 1967, p. 175.) . Поэтому в Лондоне были
почти уверены, что Россия пошлет Англии столько солдат, сколько ей потребуется. Осенью 1775 г. Георг III обратился к Екатерине II с просьбой послать солдат для подавления мятежа в Америке. Одновременно посланнику Англии в Петербурге был отправлен проект соответствующего договора и велено было добиваться соглашения о посылке 20 тыс. русских солдат. Но Екатерина, как ни велика была ее неприязнь к повстанцам, поднявшим оружие против «законного» монарха, не собиралась играть на руку Англии. Она мечтала вершить судьбами Европы и была непрочь использовать трудную для Англии ситуацию.
Русская императрица желала поражения Англии, хотя внешне и выражала ей свое сочувствие. «От всего сердца желаю, - писала она, - чтобы мои друзья англичане поладили со своими колониями; но сколько