лости в потенциале. Ответ может зависеть только от произ водной потенциала, а не от потенциала в других местах. Так, утверждение о свойстве всего пути в целом становится утвер ждением о том, что происходит на коротком участке пути.т.е. дифференциальным утверждением. И эта дифференциальная формулировка включает производные от потенциала, т. е. силу в данной точке. Таково качественное объяснение связи между законом в целом и дифференциальным законом.
Когда мы говорили о свете, то обсуждали также вопрос: как все-таки частица находит правильный путь? С дифферен циальной точки зрения это понять легко. В каждый момент частица испытывает ускорение и знает только то, что ей по ложено делать в это мгновение. Но все ваши инстинкты при чин и следствий встают на дыбы, когда вы слышите, что ча стица «решает», какой ей выбрать путь, стремясь к минимуму действия. Уж не «обнюхивает» ли она соседние пути, прики дывая, к чему они приведут— к большему или к меньшему действию? Когда мы на пути света ставили экран так, чтобы фотоны не могли перепробовать все пути, мы выяснили, что они не могут решить, каким путем идти, и получили явление дифракции.
Но верно ли это и для механики? Правда ли, что частица не просто «идет верным путем», а пересматривает все другие мыслимые траектории? И что если, ставя^ преграды на ее пути, мы не дадим ей заглядывать вперед, то мы получим некий аналог явления дифракции? Самое чудесное во всем этом—то, что все действительно обстоит так. Именно это утверждают законы квантовой механики. Так что наш прин цип наименьшего действия сформулирован не полностью. Он состоит не в том, что частица избирает путь наименьшего действия, а в том, что она «чует» все соседние пути и выби рает тот, вдоль которого действие минимально, и способ этого выбора сходен с тем, каким свет отбирает кратчайшее время. Вы помните, что способ, каким свет отбирает кратчайшее время, таков: если свет пойдет по пути, требующему другого времени, то придет он с другой фазой. А полная амплитуда в некоторой точке есть сумма вкладов амплитуд для всех пу тей, по которым свет может ее достичь. Все те пути, у кото рых фазы резко различаются, ничего после сложения не дают. Но если вам удалось найти всю последовательность путей, фазы которых почти одинаковы, то мелкие вклады сложатся, и в точке прибытия полная амплитуда получит заметное зна чение. Важнейшим путем становится тот, возле которого имеется множество близких путей, дающих ту же фазу.
В точности то же происходит и в квантовой механике. За конченная квантовая механика (нерелятивистская и прене брегающая спином электрона) работает так: вероятность того,
ш
что частица, выйдя из точки / в момент Л, достигнет точки 2 в момент /2. равна квадрату амплитуды вероятности. Полная амплитуда может быть записана в виде суммы амплитуд для всех возможных путей —для любого пути прибытия. Для лю бого *(/), которое могло бы возникнуть для любой мыслимой воображаемой траектории, нужно подсчитать амплитуду. Затем их все нужно сложить. Что же мы примем за ампли туду вероятности некоторого пути? Наш интеграл действия говорит нам, какой обязана быть амплитуда отдельного пути. Амплитуда пропорциональна eiS/A, где S —действие на этом пути. Это значит, что если мы представим фазу амплитуды в виде комплексного числа, то фазовый угол будет равен S/h. Действие S имеет размерность энергии на время, и у постоян ной Планка размерность такая же. Это постоянная, которая определяет, когда нужна квантовая механика.
И вот как все это срабатывает. Пусть для всех путей дей ствие S будет весьма большим по сравнению с числом й. Пусть какой-то путь привел к некоторой величине амплитуды. Фаза рядом проложенного пути окажется совершенно другой, потому что при огромном S даже незначительные измене ния S резко меняют фазу (ведь й чрезвычайно мало). Значит, рядом лежащие пути при сложении обычно гасят свои вклады. И только в одной области это не так — в той, где и путь и его сосед —оба в первом приближении обладают одной и той же фазой (или, точнее, почти одним и тем же действием, меняю щимся в пределах й). Только такие пути и принимаются в расчет. А в предельном случае, когда постоянная Планка ft стремится к нулю, правильные квантовомеханическне законы можно подытожить, сказав: «Забудьте обо всех этих ампли тудах вероятностей. Частица и впрямь движется по особому пути — именно по тому, по которому S в первом приближения не меняется». Такова связь между принципом наименьшего действия и квантовой механикой. То обстоятельство, что та ким способом можно сформулировать квантовую механику, было открыто в 1942 г. учеником того же самого учителя, мистера Бадера, о котором я вам рассказывал. [Первона чально квантовая механика была сформулирована при по мощи дифференциального уравнения для амплитуды (Шредингер), а также при помощи некоторой матричной матема тики (Гейзенберг).]
Теперь я хочу потолковать о других принципах минимума в физике. Есть очень много интересных принципов такого рода. Я не буду их все перечислять, а назову еще только один. Позже, когда мы доберемся до одного физического изления, для которого существует превосходный принцип ми нимума, я расскажу вам о нем. А сейчас я хочу показать, что необязательно описывать электростатику при помощи диффа-
112
ренцнального уравнения для поля; можно вместо этого потре бовать, чтобы некоторый интеграл обладал максимумом или минимумом. Для начала возьмем случай, когда плотность зарядов известна повсюду, а нужно найти потенциал <р в лю бой точке пространства. Вы уже знаете, что ответ должен быть такой:
" р — £ •
Другой способ утверждать то же самое заключается в сле дующем: надо вычислить интеграл U*
$(Vq>)?dK-$p<pdK;
это объемный интеграл. Он берется по всему пространству. При правильном распределении потенциала <p(jt, у, г) это вы ражение достигает минимума.
Мы можем показать, что оба эти утверждения относитель но электростатики эквивалентны. Предположим, что мы вы брали произвольную функцию ф. Мы хотим показать, что ко гда в качестве ф мы возьмем правильное значение потенциа ла ф плюс малое отклонение f, то в первом порядке малоетн
изменение в U* будет равно нулю. Так что мы пишем
<Г= Ф+ /;
здесь £ — это то, что мы ищем; но мы проварьируем ф, чтобы
увидеть, каким он должен быть для того, чтобы вариация U* оказалась первого порядка малости. В первом члене U* нам нужно написать
(V9)2 = (Уф)2 -f- 2V<p • V/ + (V/)2.
Единственный член первого порядка, который будет меняться, таков:
2Уф • V/.
Во втором члене U* подынтегральное выражение примет вид
РФ = РФ + р/;
изменяющаяся часть здесь равна pf. Оставляя только меняю щиеся члены, получим интеграл
Д£/’ = $(euV V /-p f)< W .
Дальше, руководствуясь нашим старым общим правилом, мы должны очистить интеграл от всех производных по f. По
113
смотрим, что это за производные. Скалярное произведение равно
<Эф д; |
dip д[ |
dip d f |
|
д х д х |
д у д у |
д г д г |
' |
Это нужно проинтегрировать по х, у и по г. И здесь напра шивается тот же фокус: чтобы избавиться от df/dx, мы проин тегрируем по х по частям. Это приведет к добавочному диф ференцированию ф по х. Это та же основная идея, с помощью
которой мы избавились от производных по /. Мы пользуем:я равенством
df d [ |
c)q> |
д х д х Х |
^ д х |
Проинтегрированный член равен нулю, так как мы считаем / равным нулю на бесконечности. (Это отвечает обращению г) в нуль при t\ и t2. Так что наш принцип более точно форму лируется следующим образом: U* для правильного ф меньше, чем для любого другого ф(х, у, г), обладающего теми же зна чениями на бесконечности.) Затем мы проделаем то же с у и с z. Наш интеграл ДU* обратится в
AV' = J ( - е0У2ф —p)/dK.
Чтобы эта вариация была равна нулю при любом произволь ном /, коэффициент при / должен быть равен нулю. Значит,
Мы вернулись к нашему старому уравнению. Значит, наше «минимальное» предложение верно. Его можно обобщить, если слегка изменить выкладки. Вернемся назад и проинтегрируем по частям, не расписывая все покомпонентно. Начнем с того, что напишем следующее равенство:
У.(/Уф) = У/. Уф-f. [У2ф.
Продифференцировав левую часть, я могу показать, что она в точности равна правой. Это уравнение подходит для того, чтобы провести интегрирование по частям. В нашем интеграле AU* мы заменяем Уф • V/ на —/У2ф + У* (/Уф) и затем инте
грируем это по объему. Член с дивергенцией после интегри рования по объему заменяется интегралом по поверхности:
J V • (/Уф) dV = J /Уф • n da.
114
А поскольку мы интегрируем по всему пространству, то по верхность в этом интеграле лежит на бесконечности. Значит, f — О, и мы получаем прежний результат.
Только теперь мы начинаем понимать, как решать задачи, в которых мы не знаем, где расположены все заряды. Пусть мы имеем проводники, на которых как-то распределены за ряды. Если потенциалы на всех проводниках зафиксированы, то наш принцип минимума все еще разрешается применять. Интегрирование в U* мы проведем только по области, лежа щей снаружи всех проводников. Но раз мы не можем на про водниках менять ф, то на их поверхности f = 0, и поверхност
ный интеграл
J /Уф • n da
тоже равен нулю. Остающееся объемное интегрирование
A U '= \( - e QV \-f> )fd V
нужно проделывать только в промежутках между проводни ками. И мы, конечно, снова получаем уравнение Пуассона
У2Ф = — —.
- е0
Мы, стало быть, показали, что наш первоначальный интеграл U* достигает минимума и тогда, когда он вычисляется в про странстве между проводниками, каждый из которых нахо дится при фиксированном потенциале [это значит, что каждая пробная функция ф(х, у, г) должна равняться заданному по тенциалу проводника, когда (х,у,г) —точки поверхности про водника].
Существует интересный частный случай, когда заряды рас положены только на проводниках. Тогда
$(V(PW
и наш принцип минимума говорит нам, что в случае, когда
укаждого проводника есть свой заранее заданный потенциал, потенциалы в промежутках между ними пригоняются так, что интеграл U* оказывается как можно меньше. А что это
за интеграл? Член Уф—это электрическое поле. Значит, интеграл—это электростатическая энергия. Правильное поле и есть то единственное, которое из всех полей,, получаемых как градиент потенциала, отличается наименьшей полной энергией.
115