В цикле статей израильского исследователя Моше Гата проведен подробный анализ как процессов внутри еврейской общины, так и влияния, оказанное на неё внешними факторами. В статья «The Jewish community in Iraq, 1920-1950: A failed attempt at integration» проводится подробный анализ положения еврейской общины страны с момента зарождения Хашимитской монархии и до начала массового исхода в 1950 году. Автор выделяет три этапа в истории диаспоры: 1) Период «золотого века» общины во времена правления короля Фейсала I. В этот период еврейское меньшинство пользовалось покровительством и протекцией со стороны монарха, выходцы из общины составляли значительный пласт управленческой и бизнес элиты. Бытового и тем более системного антисемитизма в это период не существовало, евреи ощущали себя полноправными гражданами страны и связывали свое будущее с ней. 2) Данный этап начинается со смерти короля Фейсала, его наследник, молодой король Гази I попал под влияние националистов, составлявших значительную часть высшего военного командования. В это время начинается рост антисемитских настроений в иракском обществе. Этот процесс был связан с двумя факторами: возросшей популярностью и влиянием националистических идей, и появлением значительного количества арабских специалистов (врачей, инженеров и т.д.), чьи рабочие места уже были заняты выходцами из диаспоры. Завершение этого этапа ознаменовалось багдадским погромом 1941 года, полностью подорвавшего саму возможность интеграции евреев в иракское общество и их веру в состоятельность иракского государства. С точки зрения автора, именно это событие позволило сионистским эмиссарам закрепится в иракской общине и начать наращивание своего авторитета и влияния среди молодежи.3) Третий этап относится к послевоенному периоду, когда Ирак сотрясал экономический кризис, авторитет института монархии рухнул, а правительство находясь в перманентном страхе военного переворота и было вынуждено идти на уступки националистам, в том числе вводя дискриминационные меры против еврейского населения страны. По мнению автора, неспособность старых лидеров повлиять на иракское правительство с целью снизить давление на общину, в конечном счете, привела к утрате доверия к ним со стороны простых людей. Это привело к захвату лидерства сторонниками сионизма и эмиграции в Израиль, а вводимые правительством под давлением националистов ограничительные меры лишь убедили иракских евреев в отсутствии перспектив дальнейшего пребывания в стране. Началась массовая нелегальная эмиграция из страны, которую иракское правительство было не в состоянии остановить. В конечном итоге, власти были вынуждены разрешить членам диаспоры покинуть Ирак. Исследователь констатирует, что попытки еврейской общины интегрироваться в иракское общество были изначально обречены на провал. Евреи Ирака оказались под двойным ударом иракского правительства, вынужденного под давлением националистов вводить все новые и новые дискриминационные меры и внутреннего сионистского подполья, «размывавшего» авторитет старых лидеров, желавших сотрудничать с иракским государством. В конечном счете, давление со стороны националистов привело к массовому еврейскому исходу.
В работе «Britain and the Jewish community of Iraq, 1948-51: An aspect of British policy in the Middle East» провидится анализ переговорного процесса между Великобританией и Ираком по поводу судьбы еврейского сообщества страны, в частности приводятся сведения о возможном обмене населением между Израилем и Ираком. Основной акцент сделан на позиции Британии. Автор приходит к следующим выводам: Британия была равнодушна к бедственному положению иракских евреев во второй половине 1940-х годов. Английские дипломаты полагали, что дискриминационные методы, введенные иракским правительством, являются вполне адекватным ответом на аналогичные действия Израиля по отношению к палестинцам. Также они полагали, что введение подобных мер является вполне разумным способом успокоить иракских националистов, а сведения о притеснении евреев сознательно преувеличиваются Израилем дабы привлечь международное сообщество на свою сторону в конфликте с арабским миром. Британия также не планировала вмешиваться даже в случае резкого ухудшения положения евреев, дабы не испортить свой имидж в арабском мире. Таким образом, он заключает, что у иракских евреев не было влиятельного внешнего покровителя.
В статье «The connection between the bombings in Baghdad and the emigration of the Jews from Iraq: 1950-51» проводится анализ серии из трех терактов, произошедших в местах массового скопления евреев в 1950-1951 годах. Однозначного мнения о том, кто стоял за этими взрывами в научной литературе нет до сих пор. Однако автор убежден, что версия, согласно которой взрывы устроило сионистское подполье дабы спровоцировать массовый исход евреев из страны не соответствует действительности. На момент терактов большая часть иракских евреев уже собирались покинуть Ирак, израильские власти не успевали вывозить желающих. Рост подачи заявок после взрывов автор объясняет медлительностью бюрократической машины Ирака, не успевавший обрабатывать старые запросы. Моше Гат пишет, что реально заинтересованная во взрывах сторона--это иракское правительство. Тем самым оно планировало заставить Израиль увеличить квоты на вывоз представителей общины из страны, чего в результате терактов и удалось достичь.
В работе «Between Hammer and Anvil: On the Emigration of Iraqi Jewry, 1950-51» описывается сам процесс еврейского исхода из страны. Статья имеет скорее описательный характер, приводятся подробные данные как проходил процесс регистрации на отказ от гражданства, как проходила жизнь представителей общины в ожидании вылета, сколь подавалось заявок каждый месяц и т.д. Исследователь отмечает, что первоначально ни иракское правительство, ни сионистские активисты, ни власти Израиля не предполагали, что исход приобретет столь массовый характер. В заключении автор повторяет тезисы из своих прошлых работ о том, что евреи Ирака оказались под двойным ударом со стороны иракского государства и внутренних противоречий общины, связанных с появлением влиятельного сионистского лобби. Выдавливание еврейской общины из страны было в первую очередь связано со страхом иракского правительства перед лицом национализма.
Говоря об арабоязычных работах, посвященных иракским евреям, следует отметить монографию профессора ливанского институт Палестинских Исследований Аббаса Шиблака--«Эмиграция или изгнание: условия и обстоятельства исхода евреев Ирака» еМСЙ Гж КеМнС ЩСжЭ жгбЗИУЗК еМСЙ нежП) (ЗбЪСЗЮ . Автор приводит альтернативную точку зрения на целый ряд событий. В частности, он утверждает, что багдадский погром 1941 года был спровоцирован самими евреями. Якобы представители общины высказывали нескрываемою радость по поводу британской оккупации страны, что и послужило причиной народного гнева. Исследователь полагает, что сионисты играли в жизни общины значительную роль, фактически перехватив управление над ней к середине 1940-х годов. Автор также указывает на чрезмерную, по его мнению, подконтрольность иракской экономики еврейскому капиталу, что вызывало справедливое негодование среди националистов. За терактами в местах скопления евреев также стояли сами сионисты, преследуя двойную цель:
1) дискредитировать Ирака на международной арене 2) принудить иракских евреев покинуть страну.
При написании обзора положения евреев в прочих странах арабского востока использовалась работа коллектива авторов «The Jews of the Middle East and North Africa in Modern Times». В ней приводятся данные описательного характера об еврейской диаспоре в каждой арабской стране. Монография Майкла Ласкира «North African Jewry in the Twentieth Century» также является описательно-исторической, но основной акцент в ней сделан на судьбе евреев трех стран: Туниса, Алжира и Марокко. В целом, историю еврейских диаспор арабских стран в первой половине XX века можно разделить на два периода: до провозглашения государства Израиль, когда в межнациональных отношениях существовало хрупкое равновесие и после, когда этот баланс был нарушен и начались столкновения и погромы.
Статья Ави Бекера «The forgotten narrative: Jewish refugees from Arab countries» описывает исход евреев из арабских стран. В ней приведены точные данные по ряду погромов, однако автор настроен к арабам и исламу достаточно предвзято, заявляя, что эти трагические события обусловлены самой природой арабской цивилизации и ислама. Исследование под редакцией Малки Гилель Шулевиц «The forgotten millions. The modern Jewish exodus from Arab lands» также посвящено процессу репатриации еврейского населения в Израиль. По мнению автора, трагедия ближневосточного еврейства была предопределенна самим статусом евреев в качестве меньшинства в исламской среде. С точки зрения исследователя сам по себе статус зимми является дискриминационным и уже в нем заложено пренебрежительное отношение к меньшинствам в арабском обществе. Исходя из этого, автор делает вывод, что только своевременная эмиграция спасла евреев Ближнего Востока от повторения европейской трагедии. Подводя итог обзору историографии можно констатировать, что отдельной работы, посвящённой анализу риторики иракской прессы относительно еврейского исхода из страны не существует. Более того, отсутствуют даже комплексные исследования истории развития иракской прессы первой половины XX века. Полный список работ, использовавшихся при написании ВКР расположен в библиографии. Основным источником данной работы является компиляция вырезок из иракских газет, посвященных еврейскому сообществу и его исходу из страны. Доступ к подборке был получен через сайт Иракского Еврейского Архива. В сборник вошли отсканированные статьи, охватывающие период с февраля по июнь 1950 года. Статьи взяты из 13 иракских газет (их названия приведены в библиографии). Содержащиеся в сборнике статьи имеют разную направленность, от коротких заметок до больших аналитических материалов. В начале каждой вырезки имеются пометка, в которой указано название газеты, её номер и дата. Статьи расположены в хронологическом порядке. Изучение данного источника позволило получить комплексное представление о риторике иракских изданий относительно еврейского сообщества, объективности подачи материала, а также наличия или наоборот отсутствия в них антисемитских сентенций. Обзор самого источника выполнен в виде описания статьи и её анализа, содержание статей сравнивалось с историографией, а также сведениями, полученных из интервью с Узи Раби.
Глава 1. Положение евреев в арабских странах накануне и в первые годы после провозглашения государства Израиль
1.1 Еврейская община Сирии и Ливана
Евреи жили на землях Леванта с библейских времен. Алеппо, Дамаск, Бейрут и другие богатые торговые города региона стали центром притяжения для еврейских купцов и ремесленников. В XVII веке земли Леванта стали пристанищем для сефардов, изгнанных из Испании Reeva Spector Simon, Michael Menachem Laskier and Sara Reguer. The Jews of the Middle East and North Africa in Modern Times. New York, Columbia University Press, 2002; P. 319. . За счет обилия высококвалифицированных ремесленников и отлично налаженной системы сбыта производимых благ община была богатой. Существовала система горизонтальных связей, имелась казна для взаимопомощи Ibidem. P.320.. Отношения с прочими религиозными и этническими группами были преимущественно бесконфликтными Ibidem. P.322..
Распад Османской империи и установление режим французского мандата были встречены еврейской общиной региона позитивно Ibidem. P.323.. Во второй половине 1920-х годов в силу стремительной урбанизации, еврейская община Дамаска и Алеппо увеличивается, однако распад некогда единого государства и возникновение таможенных барьеров негативно сказались на еврейской коммерции, значительная часть торговцев и кустарей разоряется, в общине растет социальное расслоение. Тем не менее, благодаря возможности вести прямую торговлю с Францией, верхние слои общины стремительно обогащались и инкорпорировались в систему французского управления. Ibidem. P.324.
Мировая война не затронула сирийских евреев, в течении короткого периода контроля страны прогерманской администрацией репрессии по отношению к ним не применялись. Напротив, последующие размещение в стране войск союзников позволило еврейским торговцам аккумулировать значительные средства и направить их на развитие легкой промышленности Jews in Syria. Journal of Palestine Studies, Vol. 2, No. 4 (Summer, 1973). University of California Press on behalf of the Institute for Palestine Studies; P. 134.. Община имела своих представителей в Парламенте страны, ряд выходцев из неё имели должности в министерствах Ibidem. P.135.. Перепись 1943 года дала оценку численности еврейского населения страны в 29700 человек, из них 17 тыс. проживали в Алеппо, остальные преимущественно в Дамаске. При этом первая перепись населения уже в независимой Сирии в 1947 году показала, что евреев в стране осталось всего 15 тыс., большинство из них, опасаясь притеснений со стороны местного населения, после ухода французов эмигрировали в США (эмиграция в Палестину была официально запрещена) Spector R and others. The Jews of the Middle East and North Africa. P.325. . Стоит отметить, что опасения евреев не были беспочвенными, в 1946-1947 годах еврейские кварталы Алеппо и Дамаска подверглись нападениями погромщиков, действиями которых руководили сирийские власти, стремившиеся дать выход народному гневу в связи с ситуацией в Палестине. Так же проводилась политика бойкота еврейских товаров, что привело множество торговцев к разорению Malka Hillel Shulewitz. The forgotten millions. The modern Jewish exodus from Arab lands. London, Continuum,1999; P. 52.. Антиеврейские волнения достигли своего апогея в декабре 1947 года, когда в Алеппо произошел масштабный погром, в результате которого, сотни человек были ранены и убиты. Было сожжено 15 магазинов, 18 синагог и 5 школ. Вскоре после этих событий, в ответ на провозглашение Израиля, сирийское правительство постановило экспроприировать денежные средства принадлежавшие евреям, а также заморозить их банковские счета Avi Beker. The forgotten narrative: Jewish refugees from Arab countries. Jewish political studies review. Volume 17, No.3/4 (Fall 2005), Jerusalem Center for Public Affairs, P.9. .
Сионистские идеи не были популярны среди еврейского населения Сирии, немногие организации существовавшие с 1930-х годов действовали в тайне и не привлекали массы сторонников Spector R and others. The Jews of the Middle East and North Africa. P.326. . Те из евреев, кто желал совершить алию обычно обходили запрет посредством получения туристической визы в Ливан и пользуясь слабым пограничным контролем нелегально проникали в Палестину. Всего с 1919 по 1948 год в Палестину прибыло 10292 еврейских репатрианта из Сирии Ibidem. P.327.. С момента окончания войны в Палестине сирийско-израильская граница была перекрыта, а выезд сирийских евреев из страны строжайшим образом запрещён. В это время действовали нелегальные маршруты выезда через Ливан и морским путем через Турцию. К началу 1950-х годов еврейская община Сирии практически полностью исчезла, точных статистических данных по еврейской эмиграции в этот период не существует, однако известно, что к моменту прихода к власти Хафеза Асада численность еврейское общины страны составляла 4574 человека Jews in Syria.P.136..
Небольшая еврейская община Ливана в 1932 году насчитывала 3588 человек, из них 3000 человек проживали в Бейруте Spector R and others. The Jews of the Middle East and North Africa. P.332. Ливанские власти относились к еврейскому сообществу либерально, в 1930-е годы легально издавалась сионистская газета аль-Алам аль-Исраилий Ibidem. P.326. . Благодаря мягкой политике властей, отсутствию дискриминации на институциональном уровне и слабой вовлеченности государства в арабо-израильское противостояние, Ливан оказался единственной во всем арабском мире страной, где после 1948 года наблюдался устойчивый рост численности еврейского населения, более того, в Бейрут прибыло множество беженцев из Сирии Ibidem. P.332.. Традиционно для ближневосточных евреев община отличалась высокой степенью самоорганизации, на общественные средства содержались школы с обучением на иврите. Социальная стратификация общины была следующей: 90% были заняты в торговле, 5% в свободных профессиях, оставшиеся 5% были кустарями Ibidem. P.332.. Стоит отметить, что несмотря на финансовое благополучие и отсутствие притеснений со стороны государства, политического представительства у общины не было, поскольку заключенный в 1943 году национальный пакт не предусматривал его для евреев Ibidem. P.332-334.. Подводя итог положению евреев Ливана можно констатировать, что из всех стран арабского Машрика местная община была наиболее благополучной. Государство никак не вмешивалось в её существование, что на фоне традиционно сильной самоорганизации позволило ей успешно функционировать вплоть до 1967 года, когда в Ливан прибыло множество палестинских беженцев, настроенных к евреям крайне враждебно, что и побудило их покинуть страну. К началу 1970-х годов в стране осталось меньше 1000 евреев Ibidem. P.334..