Воронежский государственный университет
Две парадигмы в понимании социального действия: ролевая и герменевтическая традиции
А.С. Кравец
Аннотация
Анализируются две основные герменевтические теории понимания социальных действий: М. Вебера и А. Шюца. Выявляется, что социальные действия включают как субъективные, так и объективные смыслы. Концепция понимания М. Вебера исходит из рациональности социальных действий и возможности логической реконструкции субъективного смысла (мотива) из наблюдаемого объективного смысла. Феноменологическая концепция А. Шюца основывается на том, что объективный смысл действия всегда является интерпретацией наблюдателя. Однако субъективный смысл (включающий мотивы действий) образуется в переживаниях актора, недоступных наблюдателю. Тем не менее Шюц анализирует различные ситуации, в которых у наблюдателя могут появиться те или иные шансы как для приближения к субъективному смыслу, так отдаления от него.
Ключевые слова: социальное действие, субъективный и объективный смыслы, рациональное и типическое в действиях, идеальный тип, жизненный мир, интерпретация смыслов.
Abstract
Two main hermeneutic theories of social actions' understanding are analyzed: M. Weber's and A. Schutz's. It is revealed that social actions include both subjective and objective meanings. M. Weber's concept of understanding proceeds from the rationality of social actions and the possibility of logical reconstruction of the subjective meaning (motive) from the observed objective meaning. A. Schutz's phenomenological concept proceeds from the fact that the objective meaning of the action is always the interpretation of the observer. However, the subjective meaning (including motives of action) is formed in the actor's experiences, which is inaccessible to the observer. Nevertheless, Schutz analyzes various situations in which the observer may have different chances both for approaching the subjective sense, and for distancing from it.
Key words: social action, subjective and objective meanings, rational and typical in actions, ideal type, lifeworld, interpretation of meanings.
Герменевтическая установка в понимании социального действия
Понимающая социология М. Вебера
Кардинальный поворот к социальной герменевтике, по нашему мнению, совершает М. Вебер, хотя австрийский социолог тщательно избегал термина «герменевтика». Свою социологию он назвал «понимающей социологией». Именно М. Вебер поставил перед социологией новую теоретическую задачу: объяснить, как социолог, наблюдая действия индивидов со стороны, может понять лежащие в их основе смыслы.
На творчество Вебера, безусловно, оказали влияние идеи «философии жизни» Дильтея и представителей Баденской школы. Именно в трудах этих философов был провозглашен тезис о принципиальном различии гуманитарных наук, т. е. «наук о духе», и естественных наук (наук о природе). Это различие коренится в том, что гуманитарные науки имеют дело с изучением творчества личности, для которого характерно порождение смыслов (активность «духа»), тогда как природа не обладает смыслами (сознанием). Отсюда проистекают принципиальные различия в гносеологических установках «наук о природе» и «наук о духе». Если первые ориентируются на выявление всеобщего, объективного в изучаемых явлениях, открытие законов, каузальных связей, то вторые имеют дело с индивидуальным, личностным началом в творчестве человека, его субъективной активностью. Поэтому в естественных науках, по мнению представителей «антропологического поворота» в философии, главенствует объяснение природных явлений, а «науки о духе», с их точки зрения, должны быть устремлены к пониманию индивидуального творчества человека.
Первоначально Вебер критически воспринял идею «понимания», пропагандируемую новыми философами в качестве методологической установки гуманитарных наук по причине ее явного тяготения к психологизму в познании культурных феноменов. Действительно, понимание в изучении культурных феноменов (преданий, мифов, литературных текстов, а также исторических событий) трактовалось представителями антропологического поворота как «вживание» в текст, «вчуствование», «сопереживание» исследователя (или читателя) автору текста. В упомянутом повороте к психологизму он увидел угрозу общенаучному идеалу объективности научного познания.
Однако впоследствии Вебер вводит категорию «понимания» в русло социологических исследований в своем проекте понимающей социологии, пытаясь освободить указанное понятие от психологических наслоений. Вместе с тем немецкий социолог не отказывается и от объяснения социальных действий как важнейшей интенции социологии. «Социология, -- отмечает он, -- категорически отвергает утверждение, будто “понимание” и “объяснение” не взаимосвязаны» [1, с. 504]. Однако попытка автора понимающей социологии согласовать в одной (методологической) теории два разных принципа, взятые из двух различных источников, создает большие трудности для адекватного восприятия его концепции. Мы постараемся показать, что у Вебера здесь нет противоречия в согласовании принципов объяснения и понимания, скорее их единство в изучении социальных действий следует истолковывать в духе известного «принципа дополнительности».
Рассмотрим узловые понятия, которые лежат в основе понимающей социологии. К ним относятся понятия социального действия, социального отношения, понимания и, конечно, известная веберовская концепция «идеального типа». «Социология, - по Веберу, - есть наука, стремящаяся, истолковывая, понять социальное действие и тем самым каузально объяснить его процесс и воздействие» [там же]. Под социальным действием философ понимает любое действие (производство товара для продажи, его покупку, забастовку, голосование на выборах, молчаливое согласие или неприятие действий других лиц и т. п.), которое совершается с полагаемым (конституируемым самим действующим субъектом) смыслом и соотносится с действием других людей. Таким образом, действия реактивные, инстинктивные (например, моргание глазами при резкой вспышке света, чихание при заболевании гриппом) не являются социальными, потому что они не предполагают какого-либо запланированного субъектом смысла. Не являются социальными и действия, хотя и осмысленные, но не затрагивающие отношения действующего субъекта с другими лицами. Если человек, к примеру, забежал под навес, спасаясь от дождя, то его действие является осмысленным, но не социальным. Однако вопрос о соотносимости индивидуального действия с действиями других лиц не является простым и очевидным.
Человек, например, строит дом для себя, но в современных условиях ему приходится согласовывать свой проект со многими бюрократическими структурами. Так что это действие является, безусловно, социальным. Действие индивида может соотноситься с весьма отдаленными последствиями его восприятия потомками, как, например, рисунки Леонардо да Винчи, изображающие вертолет или подводную лодку. И это действие мы считаем социальным. Но в своих действиях человек может опираться на знания предшествующих поколений, на транслируемые от поколения к поколению навыки, умения, смыслы анонимных авторов, хранящиеся в исторической памяти народа. Так, предприниматель может использовать арифметику для расчета своих финансов. Это действие тоже можно считать социальным, ибо его не могут осуществлять ни дикарь, ни животное. Поэтому трудно согласиться с утверждением Вебера, что молитва, совершенная в одиночестве с личностными обращениями к Богу, не является социальным действием. Ведь молитва, с ее религиозными смыслами, входит в тысячелетнюю традицию и соотносит молящегося с религиозным опытом предшествующих поколений.
В своих действиях человек часто не только сталкивается с ближайшим окружением родных, знакомых или просто случайным человеком, встретившимся на его пути, но и соотносит свои действия с обобщенным другим (по терминологии Дж. Мида), т. е. учитывает обобществленные знания, нормы, ценности, условности того общества, в котором он дей-ствует. Не случайно Вебер при анализе социальных отношений говорит о нравах, обычаях, социальных институтах.
Социальным отношением Вебер называет «поведение нескольких людей, соотнесенное по своему смыслу друг с другом и ориентирующее - ся на это. Следовательно, социальное отношение полностью и исключительно состоит в возможности того, что социальное поведение будет но- сить доступный (осмысленному) определению характер» [там же, с. 630]. Соотнесенность с другим или другими, как мы уже указывали, может быть различной. Содержание социального отношения весьма многогранно: это могут быть «борьба, вражда, любовь, дружба, уважение, рыночный обмен, “выполнение” соглашения, “уклонение” или отказ от него, соперничество экономического, эротического или какого-либо иного ха-рактера; сословная, национальная или классовая общность» [там же]. Весьма различными могут быть глубина и адекватность осмысления социальных действий.
Понимание действий, по Веберу, отнюдь не означает, что индивиды в своем взаимодействии руководствуются одним и тем же смыслом. В отличие от ученых, которые связывают процесс понимания Другого с принятием его точки зрения, согласием с ним или хотя бы сочувствием, Вебер придерживается другого мнения.
«“Дружба”, “любовь”, “уважение”, “верность договору”, “чувство национальной общности”, присущие одной стороне, -- утверждает Вебер, -- могут наталкиваться на прямо противоположные установки другой. Если данные индивиды связывают со своим поведением различный смысл, социальное отношение является объективно “односторонним” для каждого из его участников» [там же, с. 631]. Социальное отношение, по Веберу, остается социальным даже тогда, когда действующие руководствуются различными смыслами. Для «двустороннего» социального действия важно «не согласие» (в смыслах), а осмысленная взаимная соотнесенность позиций, как это происходит в ситуации «купли -- продажи»: один стремится продать подороже, другой - купить подешевле.
В последнее время в социологии всё чаще разводят понятия «социальный» и «социетальный». Под социальностью подразумеваются прежде всего связи, существующие в обществе между действиями индивидов, например, между действиями покупателя и продавца. Социе- тальность понимают как существующий в обществе порядок, с той или иной степенью жесткости регламентирующий протекание (реализацию) определенных действий.
Социальные действия выражают связь поведения индивида с существующим в обществе социетальным порядком. Этот порядок устанавливает некоторые общие требования (правила) осуществления социальных действий. К ним относятся «образцы (парадигмы)» правильных действий, нормы, доминирующие в обществе ценности.
«Содержание социальных отношений, - отмечает Вебер, - мы будем называть “порядком” только в тех случаях, когда поведение (в среднем и приближенно) ориентируется на отчетливо определяемые максимы. Говорить о “значимости” порядка мы будем только в тех случаях, когда фактическая ориентация на эти максимы происходит хотя бы отчасти (т. е. в той степени, в какой она может играть практическую роль) потому, что они считаются значимыми для поведения индивида, т. е. обязательными для него, или служат ему образцом, достойным подражания» [там же, с. 636]. Наличие социетального порядка обусловливает обобществленную природу социальных действий, их зависимость не только от ожиданий действий другого в ответ на мое действие, но и от реакции на него «общества в целом». Так, употребление денег покупателем в качестве платежа зависит не только от согласия на такую форму обмена со стороны продавца, но и от установившейся обобществленной нормы (денежного эквивалента стоимости) для всех членов рыночного общества.
Установившийся в обществе порядок «значим» в том смысле, что он в известной степени (с той или иной силой) задает спектр (рамки) желательных и нежелательных, запрещенных и разрешенных действий. Это не означает, что отдельный индивид не может нарушать указанного порядка, однако даже в случае таких нарушений люди стараются каким-либо образом завуалировать или скрыть свои нарушения, тем самым косвенно подтверждая значимость существующего порядка.
Перейдем теперь к понятию смысла, которое играет важную роль в концепции Вебера. К сожалению, немецкий социолог не уделяет достаточного внимания анализу общих (родовых) признаков смысла, т. е. не отвечает на сакраментальный вопрос, что есть смысл, полагая, по-видимому, что читателю более или менее известно, что такое «смысл». На самом деле здесь (в определении смысла) существуют разногласия [2]. В самой общей трактовке смысл есть содержание мысли. В логике чаще всего используют понятие пропозиции, которое соответствует классической формуле «S есть Р» Пример: осел есть животное. Известно крылатое определение Л. Витгенштейна: смыслы есть мыслимые положения дел в мире.
Характеризуя смыслы социальных действий, Вебер отмечает такие их характеристики, как осмысленность и рациональность. Осмысленность, видимо, и есть мысленное представление указанных элементов деятельности, а там, где есть мысль, реализуется и ее инвариантная пропозициональная основа. Другое дело, что в процессе продумывания, осмысления действий субъект не всегда использует языковую форму, он может использовать различные мнемонические знаки, рисунки, чертежи и даже жесты.
Рациональность, безусловно, предполагает наличие смысла в указанных элементах деятельности (т. е. их внутреннюю сопровождаемость осмыслением), но вместе с тем она предполагает и установление смысловой связи между всеми ее элементами, их смысловую совместимость, правильность. Действия, нарушающие эту правильность (когда рубят сук, на котором сидят), исключающие согласование и последовательность действий, ведущих к цели, или вообще бесцельные действия не могут считаться рациональными. «Непосредственно “наиболее понятный” тип смысловой структуры действий, -- пишет Вебер, -- представляют собой действия, субъективно строго рационально ориентированные на средства, которые (субъективно) рассматриваются в качестве однозначно адекватных для достижения (субъективно) однозначно и ясно постигнутых целей» [1, с. 499].
Перейдем теперь к понятию понимания. Оно весьма амбивалентно в обыденном сознании. Часто под ним подразумевают психологические взаимоотношения людей, такие как сочувствие, способность «прислушаться» к позиции человека, простить или оправдать его, принять его точку зрения и т. д. В естествознании понимание обычно связывают с возможностью раскрытия причинной обусловленности природных явлений. В рамках упоминавшегося «антропологического поворота» в философии его адепты стали применять термин «понимание» исключительно к познанию проявлений «человеческого духа» в гуманитарной сфере (истории, литературе, искусстве). Именно в рамках указанного подхода появляются такие соотносимые с «пониманием» концепты, как «вчуство- вание» (в текст), «сопереживание» (позиции автора или героя), «конгениальность» (таланту автора).