Ecumenical Movement. Vol. II: IQ48--IQ68, 4th edition. Geneva: World Council of Churches; Briggs, J., Oduyoye, M.A. and Tsetsis, G. (eds) (2004) A History of the Ecumenical Movement. Vol. Ill: IЗ68--2000. Geneva: World Council of Churches.
14. Джон Рэлей Мотт (1865-1955) -- многолетний руководитель Христианской ассоциации молодых людей (YMCA), основатель и генеральный секретарь Всемирной ассоциации христианских студентов (WCCF). Был председателем Эдинбургской миссионерской конференции 1910 года. Лауреат Нобелевской премии мира 1946 года.
15. Натан Сёдерблом (1866-1931) -- архиепископ Уппсалы, основатель движения «Жизнь и труд», лауреат Нобелевской премии мира 193° года.
16. Герман Стринопулос (1872-1951) -- митрополит Фиатирский, экзарх Западной и Центральной Европы (Константинопольский патриархат), вероятный автор экуменической энциклики Вселенского патриархата 1920 года.
17. Чарльз Генри Брент (1862-1929) -- епископ Западного Нью-Йорка (Епископальная церковь США), один из основателей движения «Вера и церковное устройство», председатель Всемирной конференции «Вера и церковное устройство» в Лозанне (1927).
18. Райзер К. Экуменизм в поисках нового взгляда. 1992//Экуменическое движение. Антология ключевых текстов/под ред. М. Киннемона, Б. Коупа. М.: ББИ, 2002. С. 82.
.
Можно сказать, что объединение церквей и активное преобразование мира рассматривались экуменическим движением как аспекты общей, двуединой цели. На ранних этапах развития экуменизма отдельные движения могли акцентировать свою деятельность на одном из ее аспектов, однако не забывали и о втором. Так, движение «Вера и церковное устройство» занималось, по преимуществу, исследованием условий объединения, а движение «Жизнь и труд» -- исследованием социальных вопросов. После объединения отдельных экуменических инициатив во Всемирный совет церквей (1948) в его повестке неизменно присутствуют оба аспекта этой двуединой цели.
Датский исследователь Питер Лодберг называет экуменизм модернистским проектом -- «христианское проявление модернизма» Lodberg, Р. (1999) "World Council of Churches", Kirchliche Zeitgeschichte 12(2): 529.. Экуменическое движение стремится преодолеть партикуляризм отдельных традиций и стать по настоящему универсальным явлением Ibid., p. 528.. На разных исторических этапах этот универсализм понимался по-разному. По словам Райзера, поначалу классический экуменизм «фокусировался на том исходном положении, что христианскую культуру и христианские ценности можно распространить на весь мир» Райзер К. Экуменизм в поисках нового взгляда. С. 82. События 1930-х гг. и Вторая мировая война, в которых участвовали «христиаские, цивилизованные части человечества», заставили пересмотреть этот взгляд. На смену ему пришло понимание истории спасения как внутреннего смысла мировой истории, произошел идейный переход «от международного порядка, базирующегося на христианских ценностях, к всемирной истории с центром в Христе» Там же. С. 82.. Апогеем этого взгляда, согласно Райзеру, стала генеральная ассамблея ВСЦ в Уппсале (1968) «с ее основным мотивом единства Церкви и единства человечества» Там же. С. 82..
По мере распространения экуменического движения на Юг и Восток (в страны Африки и Азии) в классический экуменизм стали проникать элементы постколониализма. Включение новых членов в движение сопровождалось признанием ценности их самобытности. Экуменизм становился все более плюралистичным и инклюзивным в своих основных установках. По словам Майкла Киннемона и Брайана Коупа, после 1968 года экуменизм находится под сильным влиянием накопленного плюралистического опыта: «До 1968 года (или около того) многообразие рассматривали скорее как проблему, требующую разрешения, чем как характерную черту истинного единства» Киннемон М., Коуп Б. Общее введение. С. 4.. Этот плюралистический опыт нашел свое выражение в идее «единства в многообразии», которая стала неотъемлемой частью классического экуменизма, начиная с 1970-1980-х гг.
Помимо регионального многообразия экуменизм стал распознавать и многообразие социальных групп, таких как женщины, сексуальные меньшинства, расовые группы и т.д. В рамках экуменического движения получили поддержку феминистское, «черное», квир-богословие и т.д. По мнению Лодберга, включение в экуменический проект такого рода частных теологий (theologies of particularities) является возвращением к партикуляризму, который подрывает изначальную универсалистскую экуменическую идею. Таким образом, плюралистический подход, выраженный принципом «единство в многообразии», становится одновременно формой постмодернистской критики модерного экуменического проекта, достигшего пика своего развития в 1960-е гг.
Утверждение в экуменической методологии идеи «единства в многообразии» вызвало кризис понимания церковного единства: как возможно единство при все большем росте плюрализма и инклюзивности? Вариантом преодоления этого кризиса стал переход от статической концепции единства как соединения к динамическому пониманию единства как общения (койнонииУ Райзер К. Экуменизм в поисках нового взгляда. С. 81.. В комиссии ВСЦ «Вера и церковное устройство» в начале 1990-х гг. было инициировано экклезиологическое исследование этой темы, окончательные результаты которого были представлены на ю-й Генеральной ассамблее ВСЦ в Пусане (2013) в виде документа «Церковь: на пути к общему видению» Историю подготовки документа и его описание см. в: Mateus, О.Р. “The Making of an Ecumenical Text: An Introduction to `The Church: Towards a Common Vision'”, Academia.edu [https://www.academia.edu/i52i9332/, accessed on 13.03.2017].. В документе, как и раньше, в качестве цели декларируется видимое объединение церквей, однако само единство церкви как общения все больше описывается в эсхатологических терминах. В этом документе также ставится проблема определения границ «допустимого многообразия» (legitimate diversity), однако какого-либо решения не предлагается The Church: Toward a Common Vision. P. 16-17..
Что касается социального аспекта классического экуменизма, то идея «единства в многообразии» привела к значительной либерализации повестки экуменического движения. Одним из основных направлений деятельности Всемирного совета церквей сегодня является борьба за социальную справедливость, противодействие различным формам дискриминации и защита прав меньшинств См., например, раздел «What we do» на официальном сайте ВСЦ: https://www. oikoumene.org/en/what-we-do.
Православные в экуменическом движении
Проект классического экуменизма нельзя назвать однородным. Помимо модернистского ядра в нем всегда присутствовало консервативное крыло, в котором ключевую роль играли православные Также к консерваторам в экуменическом движении можно отнести дохалкидони- тов и католиков (в тех форматах, в которых последние участвуют)., участвовавшие в экуменическом движении с самого начала. Православная позиция всегда отличалась от экуменического мейнстрима как в том, что касается способов объединения церквей, так и в отношении к современному миру.
Уже на Лозаннской конференции движения «Вера и церковное устройство» (1927) православными делегатами Участник Лозаннской конференции Н. Арсеньев пишет: «Православная Церковь была представлена следующими лицами: митрополитом Германом Фиатирским и тремя архимандритами от Вселенской Патриархии, архиепископом Леонтополь- ским и митрополитом Нубийским (Александрийский Патриархат), митрополитом Навпактским и тремя профессорами Афинского богословского факультета (от Церквей Эллинской и Кипрской), архиепископом Черновицким (Церковь Румынская), епископом Иринеем Новосадским (Церковь Сербская), митрополитом Стефаном Софийским (большим другом России и Русской Церкви), протопресвитером и профессором о. Цанковым и проф. Глубоковским от Церкви Болгарской, митрополитом Дионисием и протоиереем Туркевичем от Православной Церкви в Польше. Русская Церковь, как таковая, не могла быть представлена, но устроительный Комитет кооптировал в число членов конференции митрополита Евло- гия, о. Сергия Булгакова и пишущего эти строки» (Арсеньев Н. Лозаннская конференция//Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. М., 1999. С. 8о). были сформулированы основные принципы участия в движении: в целом положительно оценивая экуменическую инициативу, православные участники в специальном заявлении отметили невозможность компромисса в вопросах веры и объединения на основе единства во второстепенных вещах:
Мы не можем принять идею воссоединения, ограничивающуюся лишь общими незначительными элементами, потому что, согласно учению Православной Церкви, там, где нет общности веры, не может быть общения в таинствах. Мы даже не можем применить здесь действующий в других случаях принцип икономии, который часто применяла Православная Церковь в отношении обращающихся к ней Заявление православных участников на первой Всемирной конференции «Вера и церковное устройство». Лозанна, август, 1927 год//Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. М., 1999. С. 78. Также см. в: Булгаков С. Лозаннская конференция и папская энциклика//Путь. 1928. № 13. С. 72-82..
На протяжении всей истории своего участия в экуменическом движении православные рассматривали вопрос объединения церквей через призму «уяснения» другими христианами «всей экклезиологической тематики» Православной церкви, в частности, особого православного учения о священстве и иерархии, апостольском преемстве, таинствах и благодати Эту позицию в основных ее моментах можно проследить на протяжении всей истории участия православных в экуменическом движении. Последний вариант этой позиции можно увидеть, например, в документе «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром» Критского собора 2016 г.: «Православная Церковь признает историческое наименование других не находящихся в общении с ней инославных христианских церквей и конфессий, и в то же время верит, что ее отношения с ними должны строиться на скорейшем и более объективном уяснении ими всей экклезиологической тематики, особенно в области учения о таинствах, благодати, священстве и апостольском преемстве в целом» (Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром // Святой и Великий собор [ЬНр8://\лтлцҐ.Ьо1усоипсД.о^/-/ге81-оПсЬп8Йап^огМ, доступ от 13.03.2017]).. Иначе православные смотрят и на способ объединения. Поскольку, с православной точки зрения, «церковью» в строгом смысле слова можно называть только Православную церковь, объединение церквей должно рассматриваться как воссоединение с нею.
Вместе с тем, вовлеченные в экуменическое движение православные признают общность христиан и необходимость объединения, отрицают прозелитизм и отказываются от языка «ересей и расколов» Характерно, что в экуменическом по своему языку документе «Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию» термины «ересь» и «раскол» используются в контексте истории древней Церкви без указания на какие-либо конкретные «еретические» или «раскольнические» сообщества (Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию // Официальный сайт Русской Православной Церкви. 07.06.2008 [http://www.pa triarchia. m/db/text/4i8840.html, доступ от 13.03.2017]). В документе Критского собора 2016 года «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром» эти термины не используются вовсе. Также в критском документе прямо осуждается прозелитизм.. В этом смысле они, безусловно, являются носителями экуменического сознания.
Учитывая такую позицию православных, а также принимая в расчет перспективу включения в экуменическое движение Римско-католической церкви, Всемирный совет церквей в 1950 году принял документ «Церковь, церкви и Всемирный совет церквей» (больше известный как Торонтская декларация), в котором, в частности, утверждалось, что «ни от одной церкви при вхождении в ВСЦ не требуется менять свою экклезиологию» и что «членство [в ВСЦ] не означает, что каждая церковь должна признавать другие церкви, входящие в Совет, как церкви в полном и подлинном смысле этого слова» Церковь, церкви и Всемирный совет церквей // Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. М., 1999. С. 223, 226.. По тому, как часто эта цитата звучит в выступлениях православных иерархов и как прочно она вошла во все ключевые православные документы Например, эта цитата вошла в документ Критского собора 2016 года «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром». Торонтская декларация упоминается в Приложении к документу «Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию» (2000)., касающиеся отношения к инославию и экуменическому движению, можно утверждать, что православные церкви в вопросах объединения церквей до сих пор остаются на позициях 1950 года.
При этом позицию поместных церквей следует отличать от позиции православных богословов, «профессионально» вовлеченных в работу экуменических структур. Вклад некоторых из них --весьма значителен. Например, концепция «единства как общения» сегодня во многих своих аспектах опирается на богословие митрополита Пергамского Иоанна Зизиуласа (Константинопольский патриархат) В 1993 году Митрополит Иоанн Зизиулас выступил с программным докладом «Церковь как общение» на пятой Всемирной конференции комиссии ВСЦ «Вера и церковное устройство»: Zizioulas, J. (2010) “Church as Communion”, in The One and The Many: Studies on God, Man, the Church and the World Today, pp. 49-60. Alhambra, CA: Sebastian Press.
40. Энциклика Вселенского патриархата 1920 года//Экуменическое движение. Антология ключевых текстов/под ред. М. Киннемона, Б. Коупа. М.: ББИ, 2002. С. 15.
41. См. например: Николай, митр. Крутицкий и Коломенский. Русская Православная Церковь и экуменическое движение // Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. М., 1999. С. 230-236; Никодим, митр. Ленинградский и Новгородский. Русская Православная Церковь и экуменическое движение // Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. М., 1999. С. 293-307; Послание Вселенского Патриархата в связи с 25-летием Всемирного совета церквей//Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. М., 1999.