В ироническом дискурсе прием остранения реализуется через пародийно-ироническое цитирование Скоропанова, И.С. Русская постмодернистская литература. МоскваМ. 2001. 608 с.. Используя «чужой» язык, писатель чувствует себя раскованнее и защищеннее. В таком случае «чужое» деконструируется и скрывает личные переживания через заимствования. Из деконструированных элементов литературы прошлого (Плутарх, Апулей, Эсхил, Аристофан), сочетаемых с прозаизированной разговорно-просторечной современной речью и социальными или политическими элементами, отсылающими к определенному временному периоду 19 или 20 века, Тэффи, Раков, Чехов и другие писатели создают собственный текст, в котором основное средство деконструкции - пародирование. Автор приходит к цитатно-пародийному языку, имеющему одновременно раскрепощающую и защищающую функции.
При этом, превращение воспоминаний обоих писателей в культурный продукт подтверждают идею Толстого о том, что искусство - способ восстановления сознательного опыта Цит. по изд.: Шкловский, В. Художественная проза: Размышления и разборы. Сов. писатель. 1959.; по-видимому, в этом опыте остранение используется для описания процесса, значимого для литературы, без претензии на литературный троп или определенный жанр. Можно предположить, что пародия должна быть пониматься как метажанр, который остраняет любой другой жанр, т.е. не является просто одним из элементов стиля. Под метажанром, обобщая существующие концепции, понимается «структурно выраженный, устойчивый инвариант художественного моделирования мира» Подлубнова Ю.С. Метажанры, мегажанры и другие жанровые образования в русской культуре // Герменевтика литературных жанров / Под общей редакцией профессора В.М. Головко. Ставрополь: Изд-во Ставропольского государственного университета. 2007. Ставропольское книжное изд-во. С. 293- 297..
Автор пародии имитирует стиль пародируемого произведения, видоизменяя его так, чтобы он был не только узнан, но и осмеян. Обычно заимствуются характерные элементы авторского стиля - типичный стилистический прием, приверженность к тому или иному стилю, использование тех или иных лексических и грамматических единиц. При этом типичные приемы оригинального текста, используемые автором в качестве художественного приема, в пародии используются таким образом, что подвергаются осмеянию или ироническому снижению Ливергант, А.Я. Парадоксы пародии. Англо-американская литературная пародия: «То, чего не было»: сост. АЯ Ливергант. М.: Радуга. 1983. С.11.. Например, во многих пародиях на античные произведения присутствуют повторы и неуместно завышенная лексика, которые были характерны для греческой и римской трагедии. Но несмотря на сатирический импульс, по утверждению Ф. Джеймисона, «хороший пародист должен питать тайную симпатию к оригиналу» Джеймисон, Ф. Постмодернизм и общество потребления. Логос. 2000. №25. С.63-77., чтобы изучать и знать все приемы для правдоподобной имитации стиля. В. Янкелевич продолжает эту мысль: «Пародия иронична, ведь чтобы высмеять заблуждение, она великодушно делает вид полного согласия с ним: она разрушает его, не атакуя в лоб, а скрыто подделываясь под него, делаясь его сообщником» Янкелевич, В. Ирония. Прощение: Пер. с фр./ Послесл. ВВ Большакова. М.: Республика. 2004.. В большинстве случаев авторы пародии и пародируемого объекта - современники. Такие отношения между писателями через их произведения можно считать своего рода литературной полемикой или даже соревнованием между представителями разных стилей и взглядов. Вышеизложенные заключения свидетельствуют о том, что, несмотря на элемент соревнования между писателями, восхищение создателя метатекста автором прототекста - один из элементов, который делает из него хорошего пародиста.
Имеющихся теоретических данных вполне достаточно для составления классификации видов пародии, на которую мы будем опираться в следующей главе при разборе конкретных произведений:
I. Сатирическая пародия. Пародия в классическом смысле, о природе которой говорил Аристотель и представленная в определении Литературной энциклопедии. Создана для выявления негативных или наиболее распространенных процессов общества/черт личности с помощью юмористических приемов (ирония, сарказм, каламбурная этимологизация, лексическая омонимия и другие виды языковой игры).
II. Пародия-подражание. Создается для полемики с другими более известными авторами/их идеологией/позицией. Может иметь как позитивную подоплеку - с цель «возродить» уже написанное, но по каким-то причинам забытое произведение, или оказать почтение писателю-кумиру или классику; или же негативную - доказать свое профессиональное превосходство созданием литературного произведения на важную/проработанную другим автором тему или сюжет.
III. Формальная пародия. Автор не ставит первостепенной задачей создание метатекста - это происходит из-за прочно укоренившихся в литературе тиражируемых образов, форм или сюжетов, которые так или иначе отсылают к античной литературе, но не являются центральным приемом, влияющим на повествование.
Хотя литературная пародия - один из видов вторичных текстов, где доминирующей является авторская установка на определенный тип общения с адресатом (латентная адресация), все же известны случаи, когда текст пародии приобретает самостоятельное значение либо в другой культуре («Евгений Онегин» как пародия на Байрона), либо внутри одной культуры («Дон Кихот» как пародия на рыцарские романы). Однако, формально объектом изображения пародии является другое произведение, реальная действительность, исторические события, речь их героев и участников или же отдельные художественные приемы конкретного писателя, тематика, идейное содержание, жанр, целое литературное направление, целью - эстетическая критика указанного объекта, осуществляемая средствами иронической стилизации; подражание художественной технике или заимствование образов для расширения художественного пейзажа и писательского инструментария.
Пародия осуществляется не только посредством литературы, пародийные практики присущи и другим видам искусств - любым, которое включает в себя создание образа: таким как архитектура, скульптура, театральное искусство и прочее. М.Л. Гаспаров писал: «вся культура прошлого - лишь полуфабрикат для культуры будущего», а значит, как и литература может стать объектом пародирования в скульптуре, драматургии или живописи, так и наоборот (например, Квадратный Колизей в римском районе ЭУР, построенный по проекту Муссолини как пародия на античный Колизей в рамках новой идеологии по возрождению Римской империи).
1.2 Сатира и ее отличие от пародии
Как уже было упомянуто в проблематике исследования, специализировать и разграничить жанры юмористического дискурса сложно, поскольку единой жанровой классификации не существует. Дадим определение сатире и постараемся выявить отличия сатирических жанров от пародийных. Относясь к корпусу понятий юмористического дискурса в рамках смешного Пропп, В.Я. Морфология (волшебной) сказки: Исторические корни волшебной сказки. Лабиринт. 1998., сатира определяется как карикатурный юмористический жанр (к этой группе юмористических жанров относится и пародия) Морозова, А.М. Жанровая специфика юмористического дискурса. Вестник Ленинградского государственного университета им. АС Пушкина. 2013. №1., который изображает действительность, используя комизм и приемы смешного.
В литературной энциклопедии сатира трактуется как «вид комического, отличающийся от других видов (юмора, иронии) резкостью обличения, сочетаемым с комическим эффектом» Литературная энциклопедия. В 11 т. М.: издательство Коммунистической академии, Советская энциклопедия, Художественная литература. Под редакцией В. М. Фриче, А. В. Луначарского. 1929-1939. с уточнением, что особенность сатиры в том, что она вскрывает негативное «средствами особого комического закона, где негодование составляет единство с комическим изобличением, изобличаемое показывается как нормальное, чтобы затем обнаружить через смешное, что это норма -- только видимость, заслоняющая зло».
Нам это определение кажется неполным, поскольку сатира и характерные для нее черты, например, в социальном романе могут сосуществовать с другими жанрами. Приемы, присущие сатире и распространенные в произведениях, относящихся к другим поджанрам, мы рассмотрим в следующих параграфах данной главы, а сейчас остановимся на дифференциации сатиры по отношению к пародии и другим юмористическим жанрам. В сатире возмущение и критика по отношению к обличаемому со стороны автора подменяется комизмом, а «зло» и неправильное изображаются как норма для гиперболизации пороков Покотыло, М.В. Сатира в контексте русской литературы ХХ В.: онтологический статус и функции. Вестник Челябинского государственного педагогического университета. 2014. №8..
О многообразии понятия сатира и ее неоднородности можно судить и на основе этимологии этого слова. Латинское `saturа' (отмечается последующее влияние древнегреческого слова уЬфхспт Дворецкий И.Х. (под ред. Соболевского С.И.). - «сатир» как мифологическое божество и убфхсйкьн - непосредственно «сатирическая драма», однако основания для того, чтобы утверждать о прямой связи римской сатиры и дренегреческой сатировой драмы, недостаточно) использовалось в рамках дискурса потребления пищи и в народе означало блюдо, смешенное из многих ингредиентов на подобии солянки. В отношении текста выбор такого термина можно объяснить смешением стилей, размеров, приемов, смыслов и целей в сатире. Слово `saturа', в свою очередь, происходит от `satur' - «накормленный», «полный», то есть метафорически мы можем трактовать этимологический первоисточник как «накормленный (наполненный) фактами текст». Со временем границы понятия «сатира» стали размываться, и оно стало включать в себя и сатирическую комедию, сатирические журналы, фельетонами, карикатуры и т.п. Примером следующей за возвращением античных форм возрождения канонической римской сатиры, основанной на фактах и описании реально происходящих событий, считаются произведения русской литературы XVIII в.
В античности также была распространена мениппова сатира - жанр, объединяющий пародийную сатиру с философией, в текстах которого смешивались проза и поэзия, гротескное и серьезное, сюжетное действие и отвлеченные речи, вложенные в уста персонажей или автора, но не имеющие прямого отношения к сюжету и повествованию. М. М. Бахтин сократил этот термин до «мениппеи» по имени философа III века до н.э. Мениппа из Гадары: «...мениппейный (и карнавальный) диалогизм, воплощающий не столько субстанциональную и выводную, сколько реляционную и аналогическую логику, непосредственно противостоит аристотелевской логике и, как бы изнутри логики формальной, тесно с ней соприкасаясь, вступает с ней в противоречие, подталкивая в сторону иных способов мышления», ставя мениппею в ряд приемов для создания постмодернистского текста. Философская основа этого жанра, несмотря на очевидное сходство с концепцией диалога, у М.М. Бахтина обособляется в самостоятельный конструкт, основанный на постструктуралистской парадигме анализа художественных текстов и разделением персонажей на характеры. Под влиянием конструктов мениппеи были созданы и произведения смежных жанров, такие как «Жизнь Аполлония Тианского» Флавия Филострата и «Утешение философией» Боэция (упоминания этих произведений можно найти в романе К.К. Вагинова «Козлиная песнь», который мы рассмотрим в 3 главе нашей работы) , где в равном соотношении сосуществуют комическое и трагическое начала.
Так как сатира относится к формам комического, а не смешного, то одной из ее возможных функций наряду с иронической и сатирической является раздражающая - в случае, когда произведение культуры может вызывать негодование, непонимание, гнев, отрицание. Однако провокация аудитории на негативные эмоции не обязательный аспект сатиры. Еще классическая традиция знала два противоположных типа сатиры, которые связывались с именами Ювенала и Горация. Первая упрекает за пороки, в то время как вторая - указывает на них, вызывая смех и остерегаясь резкой критики личностных упреков. В связи с этим мы можем предложить условное разделение сатиры на мрачную и оптимистичную Толутанова, Ю.Н. Сатира в публицистике. Специфика и жанровые особенности фельетона как предмет многочисленных споров исследователей. Культура народов причерноморья. 2007.. Ф. Шиллер в статье «О наивной и сентиментальной комедии» использует термины «смеющаяся» и «патетическая» сатира. В то время как произведения таких авторов как Рабле, Бомарше, Вольтер, Свифт, Салтыков-Щедрин, дают понять, что четкое разграничение возможно далеко не всегда.
Помимо условной классификации по эмоциональной окраске сатиру также можно разделять на два другие вида, основываясь на степени достоверности используемых фактов и реалистичности/существования прототипичных персонажей и событий, включенных в повествование. По этому критерию Б. Дземидок Дземидок Б. О комическом. М. 1974. отделяет сатиру гротескную от реалистической. И хотя четких факторов, влияющих на соотнесение произведения с одной из этих групп не существует, нам придется пользоваться этой классификацией при анализе произведений для обозначения характерных нарративов, источников и приемов социальной пародии в зависимости от распределения в рамках данной классификации. Для таких более «многомерных» художественных произведений с единым посылом использовалось понятие «сатира на врага», которая отрицает социально-политическую систему в целом.
Я. Р. Симкин пишет Симкин Я.Р. Сатирическая публицистика. Ростов-на-Дону. 1976., что сатира в публицистике стремится к конкретике и фокусируется на передачи реальных фактов и событий, так как в публицистике вне зависимости от жанра информационная функция текста преобладает над развлекательной. Кроме этого, сатира в публицистике охватывает гораздо меньший временной период, так как материал сатирика-публициста должна быть оперативной, в то время как, например, художественная сатира может иронизировать над целым родом или эпохой, то есть в таком случае она почти не имеет временных рамок. Сатира, в отличие от пародии, является источником и прародительницей юмористических приемов, «кочующих» и по другим жанрам, как ирония и сарказм. Что же касается «резкости обличения», то она может быть присуща и пародии, хотя и, возможно, более завуалированно, поскольку для ее обнаружения необходимо снять больше культурных слоев.
Таким образом, мы можем заключить, что сатира не обязательно должна изобличать зло или высмеивать пороки, ее злободневность заключается в актуальности и реалистичности заимствованных фактов и персонажей, а цели достигаются благодаря иронии и сарказму, которые, в свою очередь, не обязаны порочить честь сатирически изображаемого объекта. Сам факт создания иронического текста о каком-то явлении уже обличает его и показывает снисходительное или несерьезное отношение автора, которое формируется и у читателя (либо возникает недовольство и непринятие, но не из-за того, как изображено явление, а что именно выбрано объектом для иронизирования). Пародия в этом смысле не нуждается в реальных образцах, она может быть более художественной и отсылать к чужим художественным текстам, создавая несколько слоев метафоричности, под которыми все-таки скрываются реальные основания, но обнаружить первоисточник нелегко - для интерпретации произведений, пародирующих античные тексты, требуется быть осведомленным о явлениях того времени, которые могли были переданы с использованием юмористических приемов из-за возможной непристойности, но которые сейчас кажутся абсолютно приемлемыми. Кроме этого, сатира более проста для понимания, особенно для современников ее автора, в то время как для глубокого понимания пародии необходим больший запас знаний не только о природе и связях социокультурных феноменов (причем не только современности), но и произведений культуры.