Материал: Англия в эпоху абсолютизма (статьи и источники)

проистекают от запрещения «трудов ученых мужей» и преследова­ ния их. «Нет более страшного преступления, — утверждал он, — ■чем заодно (с «фанатиками и нечестивцами». — В. И.) убивать благочестивых членов христовой церкви»21. В другом письме, от­ правленном от имени курфюрста Саксонского английским послам, Меланхтон не упустил случая повторить, что анабаптизм «возвы­ сился прежде всего в тех местах, где запретили чистую евангель­ скую доктрину, и распространился главным образом в тех облас­ тях Германии, где нет места здоровому учению»22. В своей речи 24 декабря 1535 г. послы дипломатично обошли этот острый воп­ рос, ответив, что «королю небезызвестно, сколько вреда, мятежей и раздоров рождается из несогласия в религии, а потому он под­ верг гонениям... анабаптистов, основавших в церкви собственную секту» 23.

тей»), предавал проклятию «анабаптистские и пелагианские взгля­ ды на крещение»24; год спустя в «Установлениях христианина», содержащих обстоятельное толкование нового вероучения, появи­ лось еще несколько антианабаптистских положений. Наиболее важным из них стало опровержение анабаптистского тезиса о «незаконности» применения оружия25*. Наряду с некоторыми дру­ гими социальными требованиями сектантов эта идея оказалась в центре внимания Меланхтона, который расценивал ее как искус­ ное прикрытие действительных устремлений к мятежу. В письме 1538 г. он указывал: «Так как для того, чтобы обеспечить паде­ ние людских душ нет ничего лучшего, нежели показное смирение и терпение, они учат, что вещи должны быть в общей собствен­ ности, отвергают всякое мщение, отрицают, что христианин может находиться на магистратской службе, отправлять правосудие, приносить присягу» 2в.

Это послание было направлено Генриху VIII Иоанном Фридри­ хом Саксонским с характерной припиской: «у тех, кто управляет государствами, нет более высокого долга, чем взаимное оповеще­ ние об опасностях для государства, особенно в делах религии»27. В качестве документального свидетельства существующей угрозы прилагалось письмо гессенского анабаптиста Питера Таша, ут­ верждавшего, что в «Англии истина распространяется тайно, но разрастается широко и сильно» 28.

174

Правительство Генриха VIII очень быстро отреагировало на предупреждение. О глубине его опасений красноречиво свидетель­

ви29. Проведенное комиссией расследование подтвердило получен­ ную с континента информацию. Вестминстерская прокламация от 16 ноября 1538 г. вновь запретила имевшую хождение литерату­ ру с «аннотациями и прибавлениями на полях, прологами и ка­ лендарями», которые делались «иностранцами—анабаптистами и сакраментариями30», появившимися недавно в королевстве31. Все еретики должны были в десятидневный срок покинуть страну под страхом смерти.

Угрозы в их адрес и на этот раз не остались на бумаге. 24 но­ ября 1538 г. трое мужчин и одна женщина, «анабаптисты, родом из Голландии, несли вязанки хвороста32 у собора св. Павла» в Лондоне33. 29 ноября Ян Матайс (в прошлом — один из руково­ дителей Мюнстерской коммуны) и женщина-анабаптистка были сожжены на Смитфилде. В тот же день в Колчестере сожгли му­ жа этой женщины Питера Франка, «красивого двадцатидвухлет­ него молодого человека, за такие же взгляды»34. В конце 1538г., опасаясь подобной участи, из Англии бежали более 30 голланд­ ских анабаптистов35.

Однако и на этот раз властям не удалось обнаружить сектан- тов-англичан. Предполагая, что таковые все же имеются, прави­ тельство сделало несколько необычный шаг. В прокламации от 26 февраля 1539 г. было объявлено: «Анабаптисты и сакраментарии... совратили многих простых людей из королевских поддан­ ных, которые, как уверено его королевское величество, теперь со­ жалеют о своих преступлениях». В связи с этим английским под­ данным, еще не осужденным за «подобные проступки», совершен­ ные до 23 февраля этого года, даровалась амнистия 36.

По мнению И. Б. Хорста, этот шаг даровал «примирительное прощение», направленное на то, чтобы приглушить широко раз­ росшееся движение. Однако подобное объяснение слишком явно противоречит общему курсу Генриха VIII на искоренение ереси и, кроме того, не подтверждается имеющимися сведениями о степе­ ни ее распространения. Гораздо более вероятно, на наш взгляд, что в феврале 1539 г. все задержанные сектанты были уже осуж-

175

Дены, так что амнистировать было просто некого. Зато сменив весьма осязаемый гнев на эфемерную милость, правительство рас­ считывало отколоть от движения колеблющихся.

В пользу нашего предположения о чисто декларативном харак­ тере указа говорит тот факт, что среди еретиков, казненных по «Акту 6 статей» (1539 г.), лишь один — Коллинз — несомненно был анабаптистом. Его схватили за оскорбление, нанесенное изо­ бражению Христа, однако многие видели причину его ареста ско­ рее в том, что «он выступал против знати и могущественных людей в королевстве и смело приводил против них отрывки из Священного писания»37. 3 мая 1540 г. он был сожжен на дороге между Саутворком и Ньюингтоном вместе со слугой королевы, французом Мондевелем, и итальянским художником, также обви­ ненными в анабаптизме38.

Впрочем, к подобным обвинениям следует подходить очень осторожно, ибо при Генрихе VIII их зачастую выдвигали против тех, кто заведомо не имел с анабаптизмом ничего общего. Как со­ общает Райотесли, статьи «анабаптистского» содержания были зачитаны против Никольсона (или Ламберта), казненного 22 но­ ября 1538 г.39, хотя на состоявшемся до того «диспуте» с личным участием Генриха VIII он обвинялся только в непризнании пресу­ ществления40. В 1540 г. анабаптистские взгляды инкриминирова­ ли видному стороннику лютеранской реформации доктору Робер­ ту Барнзу, который сам за два года до этого входил в комиссию по борьбе с сектой. Его противники явно тенденциозно истолко­ вали высказывание о предопределении, приписав ему непризна­ ние крещения, а епископ Винчестерский Стефен Гардинер обви­ нил Барнза в том, что он якобы подобно анабаптистам отрицал законность гражданских исков41. В речи перед сожжением Барнз отверг все «анабаптистские» статьи как клеветнические, постарав­ шись особо подчеркнуть свое полное повиновение законам и мо­ наршей воле42.

Можно предполагать, что правительство Генриха VIII доста­ точно хорошо знало, кто есть кто. Но, сознательно искажая взгля­ ды обвиняемых, оно старалось как-то оправдать непрерывные ко­ лебания своей религиозной политики. Вторая, не менее важная задача, состояла в том, чтобы устрашением «предостеречь» под­ данных от опасной ереси, которая, по некоторым данным, заметно активизировалась в 1540 г. Французский посол в Лондоне Марийяк сообщал, что 12 марта 1540 г. специальная комиссия нап­ равилась в Кале, чтобы «провести судебное расследование с неко­

176

торыми анабаптистами, устроившими там волнения»43. По его же сведениям, весной в Тауэр были заключены «10 или 12 (лондон­ ских. — В. И.) горожан и 15 или 20 иностранцев, в основном из Фландрии, и все они — анабаптисты; скоро состоится процесс»44.

Дальнейшая судьба арестованных, к сожалению, неизвестна, но беспокойство правящих кругов по поводу «анабаптистской уг­ розы», несомненно, возросло. В июне 1540 г., издавая статут об амнистии, парламент исключил из нее анабаптистов, социальнополитические взгляды которых формулировались следующим об­ разом: «Христианину незаконно занимать какой-либо пост в госу­ дарстве;.. никаким человеческим законам не следует повиновать­ ся;.. христианин не может принимать присягу перед каким бы то ни было судьей;., все вещи должны быть общими и ничто — част­ ным»45. Хотя в этом документе не отражена «мюнстерская» идея насильственного ниспровержения существующего строя, заклю­ ченный в перечисленных взглядах заряд социального нонконфор­ мизма достаточно силен. В отличие от меннонитов, откровенно призывавших к непротивлению и повиновению властям46, англий­ ские сектанты оставались в прямом антагонизме с феодальным государством. Данное обстоятельство заставляло правительство Генриха VIII регулярно вспоминать об опасной ереси. Парла­ ментский статут 1543 г. «О преуспеянии истинной религии и уничтожении противной» назначил штрафы за хранение еретиче­ ских английских книг, в том числе «содержащих проклятые взгля­ ды секты анабаптистов»4748*. Тогда же вышла «Королевская кни­ га» — дальнейшее развитие англиканского вероучения, где к ста­ рым аргументам против анабаптистских взглядов был добавлен ряд новых43

Вместе с тем дальнейшие попытки выявить противника успе­ ха не принесли. В 1543 г. комиссии по борьбе с ересями в Кенте так и не удалось обнаружить ни одного анабаптиста в этом граф­ стве, традиционно слывшем «рассадником» разнообразных сект. Мы не можем согласиться с утвердившимся среди историков мнением, будто сожженная 7 лет спустя Джоан Бочер, которую на сей раз Томас Кранмер «лично» помиловал на основании амнистии 1539 г., уже была анабаптисткой. Из этого делается вы­ вод о широком распространении анабаптизма. Аргументом для того служит письмо члена комиссии Джона Миллза: «Большин­ ство простого народа считает, что в основе всех заблуждений...

лежит то, что ереси, которые пропагандирует Джоан Бочер, не

48 LP, v. XV. L., 1896, р. 145.

44 Ibid., р. 206.

45 Statutes о! the Realm., v. III. L., 1817, p. 812.

44 Сам Менно Симонс, обобщая десятилетием позже принципы своего уче­

177

наказываются»49. Однако и в процитированном документе, и в прочих материалах комиссии Бочер обвинялась лишь в непризна­ нии Таинства алтаря, или в сакраментизме, за что ее также мог­

держать двух анабаптистов, их дело рассматривалось Ст. Гарди­ нером и Н. Ридли, епископами Винчестера и Лондона — наиболее значительных диоцезов Англии. В курсе дел был и главный иерарх англиканского духовенства Кранмер. В эти дни Гардинер специ­ ально напоминал ему о предостережениях, которые в свое время

(1547—1553) стало возможным в результате взятого протектором Сомерсетом курса на углубление реформации. Значительно уси­ лившаяся иммиграция с континента принесла с собой немало анабаптистов, деятельность которых вызывала серьезную озабо­ ченность. Известный реформатор Мартин Микроний, прибывший из Германии, писал 20 мая 1550 г. преемнику Цвингли Г. Буллингеру: «13 мая в Англию прибыл мастер Иоанн Ласки51... Его скло­ няют остаться в Лондоне и основать германскую церковь, где он будет суперинтендантом. Ведь действительно, делом первой необ­ ходимости является то, чтобы слово божье проповедовалось здесь на немецком языке, что защитит (Англию. — В, И.) от ересей, которые заносят наши соотечественники. Тут и ариане, маркиониты, либертины52... и прочие изверги в больших количествах»53. Судя по записи от 29 июня 1550 г. из «хроники» Эдуарда VI, ко­ ролю также была внушена мысль о необходимости борьбы с ере­ сью: помещение августинского монастыря в Лондоне, отметил он, было выделено германской общине, чтобы «уничтожить все секты анабаптистов и им подобные»54.

Впрочем, эти меры напоминали скорее попытки чайной ложкой снять пену из котла кипящей воды. В 1549 г. в стране разрази­ лись крупнейшие в ее истории крестьянские восстания, одно из которых произошло в Девоншире и Корнуолле, другое под руко-

48 LP, v. XVIII, part 1, N 546.

*° The Letters of Stephen Gardiner, p. 317 n — 319 n.

51Ян Ласки — известный польский реформатор.

52«Арианами» и «маркионитами» именовались, по аналогии с древнехри­ стианскими ересями, различные ответвления анабаптизма; либертины пропове­ довали безусловную «безгрешность» членов своих сект.

178