слова никогда не является полным, и в итоге упирается в понимание мира и во внутреннее строение личности в целом.
А.В. Бондарко (1978), рассматривая различные концепции соотношения значения и смысла, выделяет наиболее существенное в этих точках зрения. Эти выводы вытекают не только из современной литературы вопроса, но и в некоторых отношениях и из языковедческой традиции:
1.Значение представляет собой содержательную сторону определенной единицы данного языка, тогда как смысл (один и тот же) может быть передан разными единицами в данном языке и единицами разных языков, кроме того, он может быть выражен не только языковыми, но и неязыковыми средствами.
2.Значение той или иной единицы представляет собой элемент языковой системы, тогда как конкретный смысл − это явление речи, имеющее ситуативную обусловленность.
3.Из связи значения с языковыми единицами и с системой данного конкретного языка вытекают проявления неуниверсальности языковых значений. Значения языковых единиц разных языков могут не совпадать по своей содержательной характеристике, по объему, по месту в системе. Что же касается смысла, то он не зависит от различий между языками, по своей природе он является универсальным, представляющим инвариантное содержание отражательной деятельности человека.
4.Следствием связи значений с языковыми единицами и с языковой системой в целом является относительная ограниченность состава значений языковых единиц при неограниченности выражаемых
вречи конкретных смыслов.
5.Возможность выражения в актах речи бесконечного количества новых смыслов связана с такими факторами, как нетождественность содержания сочетаний языковых единиц сумме значений их составляющих, ситуативная обусловленность смыслов, участие не только языкового, но и неязыкового значения в формировании смысла.
6.Во взаимосвязи значения и смысла существенны отношения средства и цели: языковые значения служат одним из средств для выражения смысла в том или ином конкретном высказывании.
7.Значения языковых единиц в акте речи и передаваемый смысл находятся в отношении перекодирования. Направление перекодирования зависит от позиции говорящего и слушающего: говорящий перекодирует передаваемый смысл в значения, а слушающий перекодирует значения воспринимаемых им знаков в смысл (это положение эксплицитно выражено далеко не всеми
116
исследователями, но оно имеет принципиально важное значение и должно быть включено в ряд основных положений).
Подводя итог, можно разделить точки зрения исследователей на соотношение значения и смысла на две группы: 1) смысл − совокупность всех значений слова; 2) смысл − конкретное значение слова в контексте, а значение − вся семантика слова.
Особое место занимает точка зрения Н.И. Жинкина, который определяет значение как семантику внешней речи, а смысл – как семантику внутренней речи. Значение определяется парадигматическими и синтагматическими связями слов (оно фиксируется в словарях), а смысл определяется текстом (речевой ситуацией).
5.4. Текст как основная дидактическая единица в работе по развитию речи и мышления учащихся высшей школы
Структура знака как элемента мышления и речи. В мышлении и речи человек оперирует знаками. Знаки – это двусторонние сущности, имеющие план выражения и план содержания. Классическое понимание знака и знаковой ситуации, господствовавшее много десятилетий в науке, было введено в лингвистику Ф. де Соссюром. Хотя приблизительно в то же время другой исследователь, Ч. Пирс, создал принципиально отличную концепцию знака (Пирс 2000), именно концепция де Соссюра максимально соответствовала той философской парадигме, которая преобладала вплоть до второй половины ХХ века (по замечанию Р.А. Будагова (1976: 236), именно и только эти две концепции языкового знака по большому счету «бытуют и борются в лингвистике нашей эпохи»).
Описание роли системы знаков языка в мыслительной деятельности человека включает три основных тезиса:
1.Языковые знаки обеспечивают глобальный охват реальности.
2.Язык связывает все прочие системы знаков, служит для их перевода, истолкования и развития.
3.Через язык человек приобщается к общественному опыту, развивает собственно человеческие высшие психические качества.
Знак – это материальное замещение предмета, опосредованное образом (знак по происхождению – «знак образа данного чего-то»), то есть овладение системой знаков предполагает освоение соответствующих образов, построение моделей на их основе и опосредовано отношениями человека с другими людьми. Знак –
117
материальный носитель обобщений и абстракций, выработанных обществом.
В сознании человека, использующего знак, образуется прочная ассоциация между представлением предмета и представлением номинации предмета. Ф. де Соссюр назвал первый вид представлений понятием (означаемым), а второй – акустическим образом (означающим). Означающее и означаемое разных знаков в системе языка находятся в отношениях противопоставления, а сами знаки находятся между собой в отношениях сходства и различия. Эти отношения можно назвать структурой знака.
По мнению датского лингвиста Л. Ельмслева (1899-1965), означающее и означаемое выступают в сознании человека как особые единицы языка наряду со знаками. Л. Ельмслев назвал их фигурами (Ельмслев 1960: 264-389). Если знаки – двусторонние единицы, то фигуры – односторонние. Фигуры делятся на две группы: фигуры плана выражения и фигуры плана содержания. Таким образом, структуру знака можно описать как представления плана выражения и плана содержания.
В.М. Бельдиян (2007) выделяет следующие представления плана выражения:
1.Сигнал – представление об индивидуальном произношении (написании). Например, каждый человек может по голосу определить, кто из его знакомых говорит, даже не видя говорящего.
2.Типовой образ. Например, независимо от того, что произношение звука [а] осуществляется разными голосами, мы воспринимаем эти произношения как представления одного звукового образа.
3.Аксиологические (оценочные) образы (означающее) произношения или написания, которые характерны для конкретного языка и навязываются говорящему со стороны языковой системы. Например, русские люди считают, что твердые и мягкие согласные – это разные звуки, а для англичанина или носителя тюркских языков – это варианты одного звука. Носители разных языков слышат звуковые различия, но оценивают их по-разному. Так, для англичанина [в] и [w]
–разные звуки (губно-зубной и взрывной, губно-губной), а для русского – это диалектные варианты одного звука (Бельдиян 2006).
Система представлений плана содержания построена аналогично:
1.Мыслительный образ, который является индивидуальным представлением об объекте.
2.Модель, представляющая собой систему признаков объекта, благодаря которой возможно включение знака в класс, род или категорию.
3.Лингвоспецифический компонент знака (идиоматический).
118
Различия между образом и моделью в русском языке определяются по контексту, а в западноевропейских языках – с помощью определенных (образ) и неопределенных (модель) артиклей.
Исходя из вышесказанного, алгоритм мыслительных действий по опознаванию отдельногознака можнопредставить таким образом:
1.Восприятие звукового комплекса знака и установление ассоциативной связи с индивидуальным мыслительным образом объекта.
2.Определение основного признака объекта, установление названия (рода, класса, категории) основногопризнака.
3.Различение дополнительных признаков относительно основного, выдвижение гипотезы оструктуре модели.
4.Определение лингвоспецифическогокомпонента модели.
5.Контекстуальный анализ полученной модели, определение взаимосвязи с другими моделями.
На этапах с первого по третий выявляется семантика знака, четвертый этап
связывается с прагматикой, а пятый предполагает установление синтактики знака. Четвертый и пятый этапы можно объединить в один, так как контекстуальный анализ семантики слова тесно связан с выявлением особых компонентов знака, образующих переноси образность,тоесть лингвистических и культурных символов.
Следовательно, для адекватного освоения и восприятия знака необходим учет трех аспектов:
1)семантики знака, которая определяется отношением знака к другим знакам в системе;
2)синтактики знака, которая раскрывает дополнительные оттенки смысла (определение сочетаемости в языке, в речи);
3)прагматики знака, которая обозначает отношение к знаку индивида и социума.
При определении семантики и синтактики языкового знака происходит процесс декодирования; определяя прагматику (бытовые, художественные символы, лингвоспецифические компоненты), мы производим операцию интерпретации.
Таким образом, в процессе приема и переработки знаковой информации человек производит следующие виды познавательной деятельности: восприятие (соотнесение акустического образа с индивидуальным мыслительным образом), идентификация (построение модели объекта на основании мыслительного образа), опознание (соотнесение полученной модели с другими моделями), декодирование (расшифровка семантики и синтактики), дешифровка (определение характера прагматических компонентов знака) и интерпретация (адекватное понимание всей совокупности средств выражения смысла). То есть: денотат – восприятие (гетеронимы) – идентификация (инвариант) – опознание (парадигматические связи) – интерпретация по контексту; предикат – восприятие (РС) – идентификация
119
(пропозиция) – опознание (перифраз – поиск трансформов) – интерпретация по тексту.
Текст с точки зрения речемыслительного процесса. Текст – основная коммуникативная единица внешней и внутренней речи. В отличие от единиц языка, тексты не воспроизводится в готовом виде, а каждый раз стоится заново, с учетом цели общения, адресата и стиля.
Структура текста поэтому рассмотрена нами с позиций теории внутренней и внешней речи. Как у всякого знака, содержание текста и его структура находятся вне самого знака ― в сознании людей, употребляющих этот знак. Текст обозначает процесс превращения внутренней речи во внешнюю и внешней во внутреннюю. В процессе обучения эти два процесса происходят в сознании общающихся, а материальный текст только указывает на эти процессы. Таким образом, текст обозначает, с одной стороны, внешнюю речь, с другой стороны − внутреннюю речь и процессы ее преобразования во внешнюю. Поэтому структура текста включает в себя структуру внешней речи (информационную структуру) и структуру внутренней речи (когнитивную структуру). Информативная структура включает в себя три уровня, соответствующие трем уровням системы языка (фонологическому, семасиологическому и синтаксическому). Эти уровни отвечают за семантику внешней речи.
Как показал А.И. Новиков (Новиков 1983), указанные уровни находятся в инвариантно-вариантных отношениях, например: Солнце освещает поляну ― Поляна освещается солнцем. Эти предложения синтаксически выражаются различно, но семантически их значение сходно. Семантический уровень, таким образом, является инвариантным по отношению к синтаксическому. Предложение Поезд прибыл вовремя может быть произнесено с логическим ударением на вовремя или поезд. Повествовательное предложение можно перестроить в вопросительное: Поезд прибыл вовремя? Таким образом, синтаксический уровень является инвариантным по отношению к фонетическому. Три уровня информативной структуры текста соответствуют трем уровням системы языка, а уровни когнитивной структуры текста соответствуют четырем компонентам процесса речевой коммуникации (говорящий, слушающий, объект, текст).
Объекту речи соответствует денотативно-предикативный уровень внутренней речи, говорящий отвечает за логическое построение текста, слушающий оценивает содержание текста, созданного говорящим, а сам текст выполняет символическую функцию по отношению к своему содержанию и социальной природе коммуникативного общества. Таким образом, во внутренней структуре текста имеют место четыре уровня, которые отвечают за смысл текста: денотативно-
120