ниях с подчинёнными и безудержной лестью к вышестоящим партийным руководителям, распекал работников отдела пропаганды за «бесконтрольность». Он заявил буквально следующее: «Надо иметь в виду,
что очень много всякой дряни крутится вокруг редакции и издатель-
ства». Член бюро обкома С.В. Ладейщиков оценил происшедшее однозначно: «Это наскоки от общего наступления буржуазной идеологии на нас»9.
Врезолюции бюро обкома КПСС отметило, что газета допустила «политическую ошибку», опубликовав положительные рецензии на произведения, «извращающие советскую действительность». Интересно, что в проекте постановления были два примечательных абзаца, не вошедшие в окончательный вариант документа. В них объяснялось, в чём же состоит «основной вред» критикуемых книг. Дудинцев обвинялся в том, что «порочит наш советский хозяйственный и партийный аппарат», а Кабо – в «искажении жизни советской школы, клевете на
преподавательский состав, извращении роли парторганизаций в воспитательной работе»10.
Виновные в «политической ошибке» после покаяния отделались сравнительно легко, что тоже показательно для данного времени: зав. отделом «Омской правды» Р. Сергеевой «поставили на вид», и.о. редактора газеты М. Филимонову «указали на недостаточное внимание к публикациям по вопросам литературы». Редакцию обязали опубликовать материалы, вскрывающие «порочность» указанных книг. И такой заказной материал действительно появился. 12 февраля 1957 г. в «Омской правде» было опубликовано коллективное письмо «Об одной порочной повести». Письмо подписали четыре учителя и директор школы
№37. Возмущённые педагоги почти дословно воспроизвели резолюцию бюро обкома КПСС: «искажение жизненной правды, «клевета на
учительство» и т.д. Вероятно, что готовившие публикацию журналисты решили не рисковать «отсебятиной», чтобы не попасть впросак11.
Вотношении главного «виновника» всей этой истории Э.Г. Шика никаких далеко идущих «оргвыводов» сделано не было: он не занимал сколько-нибудь заметных постов, в партии не состоял. Некоторое время его статьи в газету не принимали, а на конференции учителей в августе
1957 г. один из местных партийных начальников назвал его «слепцом, который не понимает, что происходит»12. В дальнейшем эта история забылась и Э.Г. Шик смог полностью посвятить себя литературоведению.
История с «ошибочными рецензиями», на наш взгляд, довольно характерна. Пресса и в период «оттепели» находилась под достаточно жёстким контролем партийных структур. Более того, она сама была прак-
66
тически частью этих структур. Но некоторая нечёткость границ «разрешённого» и «запрещённого» сразу после ХХ съезда КПСС, неполная ясность политического курса сделали возможным появление отдельных публикаций, где излагалась несколько отличная от официальной точка зрения. Число подобных публикаций в партийной печати, конечно, было невелико. И урок, преподанный обкомом КПСС редакции «Омской правды», свидетельствует, что такие случаи воспринимались партийным аппаратом весьма болезненно.
Вконце 1950-х партийная организация, следуя общему курсу КПСС, много внимания уделяла работе с художественной интеллигенцией. В феврале 1957 г. в «Омской правде» появилась статья М. Филимонова «О требовательности в творчестве и литературных полуфабрикатах». В статье критическому разбору был подвергнут ежегодник «Литературный Омск». Автор статьи отмечал недостатки вышедшего издания и заключал статью фразой, в которой так определяет роль писателя
илитературы в жизни советского общества. «Наша литература, – ут-
верждает М. Филимонов, – это не частное дело. Она призвана помогать партии в воспитании советских людей, в решении больших задач
коммунистического строительства. Нельзя примиренчески относиться к произведениям слабым, и тем более с идейными пороками»13.
Вавгусте 1957 г. состоялся VII пленум обкома КПСС, посвящённый улучшению идеологической работы. Много критических замечаний партийные руководители области и города адресовали омским литераторам. Как было заявлено в докладе секретаря обкома КПСС А.Ф.
Муренца, «в произведениях некоторых авторов неправильно показывается жизнь нашего современника»14. Особое раздражение партийных начальников вызывали прежде всего те литературные произведения, в которых были изображены недостатки в общественной жизни. Секретарь горкома А.А. Родионов весьма резко отзывался, например, о пье-
сах И. Петрова, оценив их как «обобщённое и искажённое освещение жизни трудящихся, нашей советской действительности»15.
3 февраля 1958 г. было принято постановление бюро Омского об-
кома КПСС «О работе литературного объединения»16. Обком был не-
доволен, что «литературное объединение всё ещё плохо перестраивает свою работу в свете задач, поставленных ХХ съездом КПСС и выступлением Н.С. Хрущёва «За тесную связь литературы и искусства с жиз-
нью народа»». «Основной недостаток в творчестве местных авторов,
– отмечается в постановлении бюро обкома, – состоит в том, что те-
матика литературных произведений ограничена бытовыми вопросами, иногда случайными эпизодами из жизни трудящихся города и села. Авторы чаще и острее воспринимают недостатки нашей действитель-
67
ности и подчас из отдельных частных случаев приходят к неправиль-
ным выводам и обобщениям»17. Приостановку выпуска альманаха «Литературный Омск» бюро обкома объясняло тем, что «в местной литературе отсутствуют произведения о производственных успехах трудящихся промышленных предприятий, о героическом труде работников сельского хозяйства».
Причину творческих ошибок и недостатков партийное руководство видело в «слабом знании жизни, плохой связи с передовиками, новаторами производства». Бюро литобъединения упрекалось, что оно «не проявило необходимой заботы о пополнении литобъединения, об организации творческих командировок, экскурсий на промышленные предприятия и колхозы, встреч с передовиками промышленности и сельского хозяйства». Критиковалось и издательство за слабую политиковоспитательную работу с литераторами.
Отделу пропаганды и агитации обкома, горкому КПСС было указано улучшить руководство литобъединением, «постоянно направлять творческие усилия начинающих писателей на правдивое освещение нашей жизни, отображающих в литературных произведениях как положительные стороны нашей действительность, героического труда работников промышленности и сельского хозяйства нашей области, так и критику недостатков и осуждение отрицательных явлений, тормозящих поступательное движение вперёд»18.
Стремление «приблизить писателей к жизни» не осталось только на бумаге. На городском собрании творческой интеллигенции в ноябре 1958 г. отмечалось, что большая группа омских литераторов побывала в сельских районах области. Кроме знакомства с достижениями сельских тружеников писатели оказали помощь селянам в создании литературных кружков19.
Альманах «Литературный Омск» постигла такая же судьба, как и некоторые другие областные альманахи. Вскоре он перестал существовать, что было обусловлено, прежде всего, организационными и финансовыми причинами. Партийное руководство призвало к закрытию слабых в идейно-художественном отношении и нерентабельных альманахов.20. После создания в Омске отделения Союза писателей СССР у местных литераторов появился альманах «Иртыш», первый номер которого увидел свет в октябре 1963 г.
В годы «оттепели» нередко весьма болезненной была реакция ряда партийных руководителей на очерки о жизни деревни омского писателя
Леонида Ивановича Иванова (1914 – 1998). Леонид Иванов человек непростой жизненной судьбы. Его отец был расстрелян во времена
68
Сталина, 17 лет будущий писатель проработал на селе, а затем в 1948 г. с поста замдиректора совхоза ушёл работать корреспондентом «Совхозной газеты» (позднее переименованной в «Сельское хозяйство»). Л. Иванов хорошо знал жизнь деревни, остро переживал за судьбу родной земли. В 1953 – 1955 гг. он выпустил в свет в Омске своё первое художественное произведение – двухтомный «производственный» роман «Сибиряки», посвящённый становлению в Сибири первых совхозов21. После выхода романа Леонид Иванов первый из омских литераторов тех лет был принят в 1957 г. в Союз писателей СССР. Но настоящую славу писателю принесли очерки, посвящённые проблемам сельского хозяйства и жизни селян.
Уже первый крупный очерк Леонида Иванова «Сибирские встречи», опубликованный в 1956 г. в журнале «Сибирские огни», вызвал живой интерес читателей и был перепечатан столичным «Новым миром»22. За этим очерком последовали другие: «Верный путь», «Десятая процента», «Так уходит и возвращается слава», «Большие перемены», «Наш экономист», «Когда сеять?», «В родных местах».
Леонид Иванов в своих очерках выступил с цифрами в руках против губительного экспериментирования в сельском хозяйстве и призывал по достоинству оценить и использовать многовековой опыт народа. В частности, он возражал против раннего срока сева в условиях Сибири, против хрущёвской кампании по неограниченному распространению здесь кукурузы. Выращивание «королевы полей» во многих районах Сибири приводило к беде. Кукуруза, будучи пропашной культурой, нуждалась в неоднократной культивации. В результате происходило сильное распыление поверхностного слоя почвы, что, в конце концов, приводило к эрозии и пыльным бурям. Иванов убедительно обосновал и тезис о том, что на сибирских землях кукуруза, убранная на силос, даёт кормовых единиц меньше, чем вытесненный ею овёс (при этом качество кормов оказывалось хуже).
Писатель поднимал и многие другие важные вопросы сельскохозяйственного производства. Например, он доказывал, что пастбищное содержание скота в определённых условиях может быть более выгодным, нежели стойлово-лагерное. Много сил положил Л. Иванов в борьбе за сохранение чистых паров как необходимого условия сельскохозяйственного производства, за выращивание многолетних трав. Свои выводы Леонид Иванович подкреплял не только многолетними наблюдениями, но и опытом передовых хозяйств Сибири. Писатель поддерживал долгую дружбу с известным учёным Т.С. Мальцевым, популяризировал его агротехнические методы23.
69
Очерки Иванова встретили довольно резкую негативную реакцию партийных структур как в Москве, так и в Омске. Например, в уже упоминавшемся докладе секретаря обкома А.Ф. Муренца на VII пленуме Омского обкома КПСС (август 1957 г.) о творчестве писателя было сказано так: «Тенденции к огульному охаиванию современной жизни особенно ярко проявились в очерках Л. Иванова «Сибирские встречи». Автор на отдельных, выхваченных из жизни, нетипичных фактах пытается делать обобщения, порочащие всю систему организации социалистического сельского хозяйства, выступает против мероприятий партии и правительства, направленных на крутой подъём сельского хозяйства. Он против высева кукурузы квадратно-гнездовым способом, против посылки из города руководящих кадров и специалистов сельского хозяйства. Из его произведений можно сделать такой вывод, что успехов в сельском хозяйстве можно добиться, действуя в разрез с партийными установками»24.
Исследователь творчества писателя Н.Н. Яновский приводит некоторые весьма характерные отклики периодической печати конца 1950 – начала 1960-х гг. на очерки Иванова. Вот лишь немногие выдержки из откликов и рецензий: «умаление сельскохозяйственной науки», «преклонение перед дедовскими способами», «не чувством воинствующей партийности, а духом нигилизма проникнуто содержание очерков», «проповедь отсталости, возвращение к дикости» и тому подобное25.
Леонид Иванов встречал очередную ругательную статью новым очерком. Писатель продолжал активно печататься в московских журналах. Иванова поддерживали В. Овечкин, Г. Марков, К. Симонов, А. Твардовский и другие известные писатели. Примета времени: несмотря на критические выпады в партийной печати, редакторы продолжали требовать именно острых материалов. По признанию самого Леонида Ивановича, после критических статей о его творчестве в главных партийных изданиях – газете «Правда» и журнале «Коммунист» – ни одной его публикации в Москве не «зарезали». И хотя «проблемы с цензурой были», самые острые очерки выпускали даже в издательстве КПСС – «Политиздате»26.
В Омске ситуация была несколько сложнее. Первый секретарь обкома КПСС Е.П. Колущинский не мог смириться с тем, что беспартийный писатель Иванов имеет своё собственное мнение и даже смеет критиковать партийное руководство. Колущинский откровенно боялся за свой и так не столь высокий авторитет. Партийный руководитель области не раз заявлял, что писатель мешает проведению линии партии в деревне27. Острой критике подвергала Л. Иванова и «Омская правда»28.
70