Все блоки факторов криминогенной семьи взаимообусловлены. Однако преступность относится к числу статистических систем, для которых характерны неустойчивость связей между элементами, случайный характер большинства внутренних взаимных влияний, изменчивость структуры, в которой действуют стихийные процессы, подчиняющиеся вероятностным закономерностям. Преступное поведение имеет место при массированном взаимном влиянии семейной десоциализации и криминогенной семейной ситуации, причем только на микроуровне при совершении единичных преступлений. Воспроизводство видов преступлений и тем более всей их совокупности происходит вследствие взаимодействия криминогенной семьи с другими подсистемами, образующими систему преступность.
Криминогенные подсистемы преступности обоюдно связаны с нарушающим право поведением - криминальными подсистемами [18, с. 121]. Непосредственно эта связь осуществляется на уровне индивидуального поведения в виде известной триады «личность - ситуация - преступление». Совокупность преступлений, обозреваемая на общесоциальном уровне, обладает качественными отличиями от акта единичного преступления, преступность обладает структурой, динамикой и т. д. Связь криминогенных факторов разных уровней семейной сферы с совокупностью преступлений прослеживается через единичные преступления и далее через виды преступлений.
Раскрыть социальный механизм действий криминогенной семьи - значит локализовать узлы и характер взаимодействия криминогенной семьи с другими подсистемами преступности [18, с. 121].
Общесоциальный уровень системы преступности включает обладающую определенной структурой совокупность преступлений; противоречия, обусловливающие негативное формирование личности; факторы, способствующие возникновению криминогенных ситуаций.
В. Н. Кудрявцев с полным основанием утверждает, что причины индивидуального противоправного поведения не могут объяснить причины правонарушения в целом, а наоборот, «только совокупность общественных условий жизни людей дает основу для глубокого понимания отдельных личностей». Он связывает «субъективную причину правонарушений» с противоречиями внутри общественного сознания, или же с противоречиями между общественным сознанием и общественным бытием. Представляется верным отнесение преступности «к тем социальным явлениям, которые связаны не с какими-либо локальными и отдельными, а со всеми новейшими сферами жизни общества - экономической, политической, духовной».
Преступность имеет общие корни с другими, в том числе и позитивными социальными явлениями. Не криминогенные факторы находятся в противоречии с общественной структурой, а их последствия выражающиеся в преступном поведении. Противоречия инфраструктуры являются источником ее многообразного движения, как в прогрессивном, так и в реакционном направлении. Макроструктурные противоречия семьи, находящиеся в связи с преступным поведением, сводятся к двум группам:1) присущие семье во все исторические эпохи ее существования; 2) вытекающие из переживаемого семьей периода [18, с. 123].
Семье, как и всякому социальному институту, всегда были присущи противоречия. Это и понятно, ведь в семьях объединяются с одной стороны, заинтересованные во взаимном общении, а с другой обладающие собственными интересами, которые не могут полностью совпадать с интересами партнеров по семейной жизни. Традиционно свойственные семье противоречия - это противоречия между социальными ролями, которые та или иная общественная система отводит людям в зависимости от их положения в структуре семейных отношений. Согласование взаимных притязаний подразумевает достижение компромисса, без которого невозможна совместная жизнь. За компромиссом же всегда скрывается аккумулирование взаимного недовольства между супругами, свойственниками, родителями и детьми. Социальный институт семьи располагает факторами, как заставляющими значительные массы людей объединяться в семьи, так и факторами, которые затрудняют согласование поведения этих людей. На базе объективной заинтересованности членов общества в создании семей возникают побочные стимуляторы сплочения: эмоции, ритуалы, традиции. На определенных этапах развития семейных отношений преобладают системообразующие факторы, иные периоды характеризуются активизацией факторов дезорганизации семейного общения. Во втором случае в обществе наблюдается активизация очагов семейной десоциализации и конфликтности.
В настоящее время социальный институт семьи переживает переходный период, вызванный изменением положения женщин в обществе, процессом бурного вовлечения их в общественное производство. Как уже отмечалось, изменяется содержание социальных ролей, выполняемых в семье различными ее членами, уменьшается зависимость человека от семейной ячейки, перестраивается мораль.
В условиях переходного периода дают о себе знать противоречия между специфическими, исторически сложившимися семейными потребностями и возможностями их удовлетворения в современной семье. Сегодняшняя семья не дает значительной части населения того чего от нее ожидают: мужчинам - надежного психологического убежища, женщинам - устойчивого материального обеспечения (муж ныне не кормилец), престарелые родители не получают достойного внимания со стороны занятых общественными делами детей, дети лишены систематического контроля со стороны находящихся на производстве обоих родителей. Нейтрализация подсистемы криминогенной семьи на общесоциальном уровне заключается в выработке семейных потребностей, которые отвечали бы новому содержанию семейных отношении, а также лучшей организации взаимодействия семьи и других общественных институтов [18, с. 124].
Все противоречия института семьи взаимообусловлены. Поворот значительной части населения от единобрачия к до- и внебрачной половой практике, например, не мог не сказаться и на выполнении семейными людьми своих воспитательных обязанностей, хотя бы уже в силу переключения части эмоций и внимания на поиски побочного любовного партнера и на взаимоотношения с ним. Борьба за лидерство порождает на определенном этапе худшее выполнение домашних обязанностей, поскольку, как известно, недостаток декларировать определенное распределение забот, нужно еще и рационально их возложить на конкретных людей, что нередко достигается в семьях самоустранением от соответствующих дел.
Анализ взаимодействия между различными криминогенными подсистемами, образующими преступность, позволяет наблюдать узел, связующий противоречия института семьи с иными факторами макроструктуры, обусловливающими массовое преступное поведение. Неравномерность материальной обеспеченности различных контингентов населения, детерминирующая формирование корыстной направленности у менее обеспеченных, сказывается на внутрисемейной «финансовой политике», ориентирующей семью на приобретательство, увеличение любыми путями доходов. Противоречие между квалифицированным и неквалифицированным трудом порой дает у значительной части работников низкой квалификации определенный стиль жизни, проявляющийся в пьянстве, грубости, насилии, как средстве разрешения спорных ситуаций. Это противоречие переплетается с отмеченными выше криминогенными компонентами института семьи, вызывая взаимное недовольство людей, открывает общественно опасные пути разрешения межличностных конфликтов. Пьянство, как и наркомания, одновременно является и фактором относительно массового формирования лиц, склонных к совершению преступлений, и обстоятельством семейной дезорганизации. Вместе с тем противоречие между потребностью в стабильном семейном общении и невозможностью полного ее удовлетворения само по себе обусловливает склонность к пьянству и наркомании. Сталкиваясь на макроуровне с факторами неблагоприятного формирования личности, противоречия института семьи одновременно испытывают воздействие макроструктурных факторов, обусловливающих возникновение криминогенных ситуаций. Взаимное влияние противоречий социального института семьи с блоками нижерасположенных уровней системы преступности состоит: во-первых, в трансформации в единичных семьях противоречивых стандартов поведения, принятых между родственниками свойственниками и супругами, а также противоречивых представлений о должном и недопустимом, дозволенном и порицаемом в отношениях; во-вторых, в обратном воздействии, которое исходит со стороны единичных семей по отношению к институту семьи в целом.
Эти блоки криминогенных факторов взаимосвязаны так, что часть факторов, образующих семейную конфликтность, одновременно входят в блок семейной десоциолизации. Между противоречиями института семьи и элементами системы преступности, относящимися к уровню индивидуального поведения, существует как опосредованная влиянием ближайшего окружения (средний уровень), так и непосредственная интеракция. Контакты человека вовсе не ограничены его личным общением, он испытывает прямое воздействие социально-государственной, региональной среды. Примером непосредственной связи между макро- и микроуровнем может служить криминогенная ситуация, выявившаяся при обсуждении супругами газетной статьи о семейных отношениях, всколыхнувшие их внутренние разногласия [18, с. 126].
Криминогенные факторы, которые находятся за пределами семейных отношений, также взаимодействуют с блоками семейных факторов нижних уровней. Такие, в частности, противоречия, неодинаковая материальная обеспеченность различных групп населения, недостаточная сбалансированность потребностей духовного и материального порядка детерминируют в некоторых случаях корыстную, в других насильственную направленность, создают конфликтные ситуации.
Средний уровень системы преступности - это уровень непосредственного окружения, малых социальных групп, т. е социальная среда в узком смысле. На среднем уровне имеются два блока подсистем криминогенной семьи: семейная десоциализация и семейная конфликтность. Узлы взаимодействия блоков криминогенных факторов расположены в вертикальной и в горизонтальной плоскостях.
По вертикали наблюдается обоюдное влияние криминогенных факторов данного уровня с макро- и микроуровнем, по горизонтали - двусторонняя зависимость между семейной десоциализацией и семейной конфликтностью, а также обусловленность этих двух блоков криминогенных блоков семьи негативным влиянием на личность со стороны внесемейного компонента социальной среды.
Семейная десоциализация, как процесс неблагоприятного нравственного развития личности является следствием указанных противоречий и конфликтов. Процесс формирования личности преступника происходит не только под воздействием противоречий общества в целом, но и в результате непосредственного влияния со стороны среды - различных социальных групп, членом которых она является. Степень влияния семьи на ее члена зависит от ее структуры, размера, сплоченности, продолжительности существования, личностных качеств родственников, наличия главы семьи, ролевого распределения и т. п. Сочетание таких обстоятельств, как антиобщественное поведение или взгляды членов семьи, ее воспитательная несостоятельность, нарушение структуры, материальные затруднения и т.д., образует комплекс криминогенного воздействия [18, с. 127]. Наличие более или менее полного набора известных факторов семейной десоциализации, достаточно выраженных, частично совпадающих во времени, в ряде случаев приводит к формированию антисоциальной направленности.
Направление развития семейных противоречий в сторону правоприемлимого или противоправного их разрешения природой и глубиной. Особенно остро в современных семьях переживаются конфликты, возникающие на почве супружеской неверности, борьбы за лидерство в различных областях семейной жизни, конфликты по поводу пьянства, распределения семейного бюджета. Характер взаимодействия внутрисемейных факторов носит на себе печать тесной зависимости друг от друга членов семьи, незначительное изменения в поведении одного влечет за собой изменение в поведении другого.
Криминогенные факторы среднего уровня внесемейной сферы социально сцеплены с обстоятельствами, обусловливающими семейные конфликты. Ориентации по вопросам семейной жизни формируются в значительной мере под влиянием окружающей среды. Конфликт порождается в результате возникновения противоречия между соответствующими ориентациями у отдельных членов семьи. Влияние среды носит также «поддерживающий» характер. Конфликтующий член семьи, обсуждая возникший конфликт с приятелями, знакомыми, друзьями, повлиявшими на формирование позиции в семейной жизни.
Узел взаимодействия блоков семейной десоциализации семейной конфликтности характеризуется тем, что на уровне непосредственного своего окружения криминогенная семья, как подсистема воспроизводит сама себя и одновременно распространяется на уровень социального поведения, порождая антисоциальную направленность своих членов и криминогенную семейную ситуацию. Семейный конфликт чаще перерастает в криминогенную ситуацию, когда ссорятся десоциализироваиные люди, склонные к разрешению сложных ситуаций противозаконным путем, зачастую связанные с применением насилия.
Находящиеся на одном уровне непосредственного окружения конкретного человека, блоки криминогенных факторов подсистемы криминогенной семьи (семейная десоциализация и семейная конфликтность) по вертикали взаимодействуют с блоками той же подсистемы, расположенными на обшесоциальном уровне противоречия института семьи и на уровне индивидуального поведения (криминогенная семейная ситуация) [18, с. 130].
Взаимодействие блока семейной десоциализации с аитисоциальной направленностью личности состоит в том, что, с одной стороны, неблагоприятное развитие десоциализирующей семьи обусловливает внесшее негативное формирование личности, вырабатывая у нее качества преступника; с другой - человек, обладающий антисоциальной направленностью, сам оказывает неблагоприятное влияние на этих членов семьи. Совокупность факторов блока семейной десоциализации, воздействуя на конфликтующих членов семьи, все сильнее нагнетает конфликтность, в результате чего ситуация все более аккумулирует свои криминогенные качества.
Совершение преступления в криминологии принято рассматривать как результат взаимодействия личности и ситуации. Этот узел взаимодействия характеризуется определенной протяженностью во времени, в течение которого личность аккумулирует в себе исходящие от ситуации импульсы, осмысляя ситуацию, перебирает варианты возможного поведения и принимает решение о совершении преступления.
Конфликт перерастает в криминогенную ситуацию при точной его выраженности вследствие активного взаимодействия (ссоры, скандалы, глубокое расхождение взглядов и т. п.) членов семьи или семьи с непосредственным окружением, а также поддерживающего эффекта со стороны конфликтогенных факторов микросреды.
Импульс к преступлению возникает в узле «антисоциальная направленность - криминогенная ситуация» [18, с. 132]. При этом не одно лишь преступление несет на себе печать породивших его блоков факторов, но и последние испытывают влияние со стороны преступления. Так личность претерпевает качественное изменение: человек, склонный к совершению преступления, становится преступником, а конфликтная криминогенная ситуация характеризуется нанесением ущерба одному из участников конфликта. При этом не исключается повторение преступных действий в отношении потерпевшего в случае, если к лицу, совершившему преступление, не применены соответствующие меры.
Принимая во внимание факторы домашнего насилия, предложенные в рамках культурных теорий, специалисты ведущих социальных институтов США, Канады, Швеции и других стран реформируют высшее образование, проводят образовательные камлании в СМИ и т. д. Учитывая отсутствие сдерживающих механизмов при совершении насилия по отношению к членам собственной семьи (теории сдерживания), представителями социальных институтов предпринято глобальное реформирование в системе борьбы с насилием в семье [23, с. 16].
Антисоциальная направленность личности - следствие взаимодействия криминогенных факторов семейной десоциализации с негативным влиянием внесемейной среды. Кроме того, развитие в юности антисоциальных качеств происходит под непосредственным влиянием явлений общесоциального уровня, которое идет преимущественно через каналы массовой информации. Социальный механизм преобразования информации находится в неразрывном единстве с индивидуальным психологическим механизмом. Человек не автоматически воспроизводит образ поведения, воспринимаемый по различным каналам информации, а критически оценивает его, соотнося со сложившейся у него системой взглядов.