4
Возникновение науки полицейского права: новые штрихи к старому портрету
Айрих Виталий Александрович
соискатель, Rechtsberatungsbuero W.Eurich
Аннотация
Cтатья посвящена дополнительному расмотрению истории возникновения полицейского права как юридической науки и отрасли юриспруденции, сформировавшейся изначально в Германии в конце XVIII в. Проведено отличие науки о полиции (полицеистики) и полицейского права. В статье рассмотрены отдельные положения полицейского устава города Аугсбура в редакции 1683 года как наиболее типичного образца законодательных актов, послуживших источниками полицейского права. Приведены проекты полицейских кодексов Российской империи и аналогичных нормативных актов германских государств в XIX в. Отмечена общность проблем, связанная с их применением. Основным методом проведенной работы выступает источниковедческий анализ актов полицейского законодательства, а также научных трудов в области науки о полиции и полицейского права XVI - XIX вв. В настоящее время возникла необходимость корректировки некоторых устоявшихся положений из истории полицеистики и полицейского права, вызванная расширением источниковой базы и включением в неё трудов ранее не упоминавшихся в отечественной литературе, либо не получивших должного внимания исследователей. Анализ этих работ позвляет говорить об изначальном разделении полицейского права и полицеистики. В качестве одного из первых научных обоснований науки о полиции, вопреки устоявшемуся мнению, следует признать работу работу Ю. Х. Дитмара, изданную в 1731 году.
Первой попыткой научного обоснования полицейского права необходимо считать сочинение И. Гоймана, вышедшее в свет в 1757 году. Первой научной работой по полицейскому праву, подготовленной в России является труд Л. Х. Якоба изданный в 1809 году в Харькове. Первый проект полицейского кодекса Российской империи разработал Х. Е. Глобиг в 1815 году.
Ключевые слова: полицейское право, наука о полиции, полицеистика, кодекс полицейских наказаний, кодификация полицейского законодательства, полицейские уставы, библейская полиция, камералистика, полиция, право полицейских наказаний
This article attempts an additional review of the history of creation of police law as a legal science and a branch of jurisprudence which was originally created in Germany at the end of the 18th century. It delineates the police science from the police law. The article reviews certain individual provisions of the police manual of the city of Augsburg as amended in 1683 being the most typical example of legal documents which served as the source of the police law. It cites draft police codes of the Russian Empire and similar legal documents of German states of the 19th century. The article takes a note of the similarity between the problems related to the application of the above documents. The main method of the work performed is the source study and analysis of the police law documents and of the works on the police science and the police law written in the 16th - 19th centuries. Currently, it has become necessary to correct certain well-establish notions of the history of police science and police law due to the expansion of the source base and inclusion in it of the works which were not mentioned earlier in Russian literature or which did not get the attention they deserve from scientists. The analysis of such papers makes it possible to talk about the original division of the police law from the police science.
The work of H. U. Ditmar published in 1731 should be viewed as one of the first scientific rationales for the police science, despite the commonly accepted opinion. The work of I. Goiman which came out in 1757 should be considered the first attempt at establishing the scientific foundation for the police law. In Russia, the first work on the subject of police law was the paper written by L. H. Iakob published in 1809 in Kharkov. The first police code of the Russian Empire was drafted by H. E. Globig in 1815.
Keywords:
police law, police science, policistics, police punishment code, codification of the police law, police manuals, biblical police, cameralistics, police, police punishment law
кодекс полицейский устав российская империя
Интерес к исследованию предпосылок становления и развития полицейского права неизменно прослеживается в работах многих правоведов прошлого и настоящего. Авторы многочисленных научных изданий, от монографий до учебных пособий, вот уже не одно столетие обращаются к этому вопросу с тем, чтобы проследить поступательный ход развития философской и юридической мысли, практики внутреннего государственного управления, обусловивших появление современного административного права. Это в полной мере относится к таким учённым дореволюционной России какАндреевский И.Е., Антонович А.Я., Белявский Н.Н., Берендтс Э.Н., Гаген В.А., Гессен В.М., Горбунов А.В.,Дерюжинский В.Ф., ЕлистратовА.И., Ивановский В.В.,Лешков В.Н.,Палибин М.К., Тарасов И.Т., Трифонов А.А., Шпилевский М.М. В последние десятилетия анализ становления полицейского права нашёл своё отражение в трудах Аврутина Ю.Е., Бахрах Д.Н., Бельского К.С., Губанова А.В., Кондрашова Б.П., Кикоть В.Я., Попова Л.Л., Россинского Б.В., Соловей Ю.П., Старилова Ю.Н., Тихомирова Ю.А., Черникова В.В. Данной проблематике посвящены и диссертационные исследования Антонова И.П., Горожанина А.В., Костина А.Н., Мушкет И.И., Рюден Е.А.
Однако при всей обширности познаний о возникновении и дальнейшем формировании полицейского права следует отметить, что в данном вопросе ещё остаются "белые пятна". Как заметил известный германский специалист в области истории Х.Майер: "наука о полиции остаётся по сей день terra incognita для исследования"[1]. В настоящее время возникла необходимость корректировки некоторых устоявшихся положений из истории полицеистики и полицейского права, вызванная расширением источниковой базы и включением в неё трудов ранее не упоминавшихся в отечественной литературе, либо не получивших должного внимания исследователей.
Вначале было слово - «полиция»
Прежде всего, необходимо обратиться к появлению слова «полиция». Будучи производным от греческого «politeia» и трансформировавшись в латинское «politia», в немецком варианте оно претерпело дальнейшее изменение. Из-за произношения буквы «t» как «z» возникло немецкое «Polizei».[2] Его официальное употребление обнаруживается уже в позднем средневековье, в период существования Священной Римской империи германской нации (962 - 1806). Одно из первых упоминаний встречается в названиях предписаний о поддержании порядка (Polizeiverordnungen), изданных властями германского города Фрайбурга в 1324 г. и 1353 г.[3]
Два века спустя, отмечается всё большая распространённость термина «полиция» в немецком канцелярском языке. В эпоху реформации происходит его закрепление в сфере теологии. Слово полиция появляется в тексте Библии переведённой в 1527 году Мартином Лютером на немецкий язык и написанных им трактатах.[4] Тогда же, в богословии, берёт своё начало употребление термина «полицейское право ». В толковании Лютером одного из положений Евангелия от Матфея, можно встретить такое положение: «Но кто является господином над правом полиции, тот является и господином над всем, что подчинено полицейскому праву.» [5] В толковании книги Бытия, изданном в 1558 году, обнаруживается разъяснение о том, что «полиция есть необходимая помощь и снадобье гибнущих натур,принуждением законов и наказанием должно воспрепятствовать свободному шествию по свету вожделения и внутренних соблазнов»[6].
В своём первоначальном смысле термин полиция ещё не имел институционального значения, указывая на какой-либо орган государственной власти. Под полицией понималось: во-первых, надлежащее состояние порядка и городского управления; во-вторых, реализация практических мер направленных на их достижение; в-третьих, положительные результаты такой деятельности. Именно в таком значении данный термин встречается в распоряжениях, изданных франкским герцогом и епископом города Вюрцбурга в 1476 и 1490 г.г.[7]
Первым законодательным актом империи, в котором говорится о «порядке и полиции» является имперский устав о правлении (Reichsregimentsordnung) 1495 года. С началом шестнадцатого столетия число изданных имперских, земельных, городских полицейских уставов (Polizeiordnung) продолжало расти. Наиболее известные из них имперские 1530, 1540 и 1577 г.г. В это же время всё чаще появляются учёные трактаты об основных положениях и практических рекомендациях для установления и поддержания надлежащей полиции на отдельных имперских территориях (герцогствах и графствах). Среди них выделяются разработанные проекты полицейских уставов.[8]
В этих документах не даётся какого-либо определения или толкования термина полиция. Будучи, прежде всего, выражением руководящей идеи о необходимости упорядочения большинства сфер государственного и общественного бытия, понимание полиции полностью соответствуя духу, традициям и господствующим представлениям своего времени. Полицейские уставы устанавливали меры направленные против злоупотреблений в торговле и ремёслах, ростовщичества, создания монополий на определённые виды товаров, фальсификации продовольствия, обмана с использованием неверных мер и весов, пьянства, бродяжничества, попрошайничества и многого другого.
Так, например, уставами предусматривалась процедура дачи торжественных обещаний и клятв о добросовестном исполнении своего ремесла представителями профессий, наиболее значимых для всего общества. К их числу относились, прежде всего, те, кто работал на мельницах.[9] Наряду с этим неуклонно проводилась политика безусловного соблюдения внешних сословных и социальных отличий. Сюда входили правила ношения определённых предметов одежды, нормы поведения простолюдина по отношению к благородному человеку, подмастерьев и учеников к мастеру.
Весьма показательным в этой связи представляется полицейский устав города Аугсбурга, в редакции от 23 октября 1683 года[10]. Данный документ, состоящий из более, чем двухсот параграфов, интересен не только тем, что уже своим названием пытался охватить основные жизненные вехи (обряд крещения, заключение брака, процедуру погребения) каждого человека. Весьма примечательна изложенная в нём регламентация деятельности городского ведомства полиции и таксирования (Policey- und Taxier-Amt). Оно обладало широкими полномочиями по контролю за производством продуктов питания и алкогольных напитков, торговлей, взиманием пошлин за поставку в город товаров и выдачей для этого лицензий. Для выполнения стоящих перед ним задач, ведомство наделялось различными полномочиями, включая право использовать лазутчиков для получения сведений о нарушителях (§4, §5). В §6 перечислялись наиболее характерные признаки поведения чиновников ведомства, свидетельствующие о возможной их коррумпированности и подкупности («... dass sie sich mit allerhand Verehrungen corrumpiren und bestechen lassen »).[11]Строго регламентировались правила торговли продовольствием, единственным разрешённым местом купли или продажи которого являлся рынок. Также закреплялись ограничения относительно времени начала торговли и максимального количества продаваемого товара одному покупателю. К примеру, объявлялся запрет продажи добытой на охоте птицы до наступления 10 часов утра, владельцам сельских трактиров и иногородним покупателям (§19). Они же не могли приобрести товаров больше, чем это по обыкновению делали трактирщики Аугсбурга. В исключительных случаях, для организации особых торжеств, предусматривалась выдача разрешения на приобретение отдельных видов продовольствия больше обычного. В плане соблюдения внешних сословных различий названный Устав устанавливал пять различных классов жителей города (§72 - §78). В зависимости от принадлежности, к каждому из которых, предписывались определённые (до изрядной мелочности) правила ношения установленных предметов одежды и украшений (§79 - §166). Несоблюдение правил каралось денежными взысканиями.
Положения всех полицейских уставов носили печать конфессиональной принадлежности, строго предписывали ведение богоугодного образа жизни, запрещали под угрозой наказания всякое святотатство, чревоугодие, проклятия и заклинания, излишнюю роскошь в празднованиях, супружескую неверность и конкубинат. Теоретическое обоснование данных норм вытекало из трудов теологов, стремившихся интерпретировать христианско-сословное понимание полиции. Так, в трактате под названием «Библейская полиция», изданном в 1653 году, отмечалось, что «религия это несущая опора и оплот хорошей надёжной полиции во всех сословиях», «где нет религии ... нет и надёжной полиции и правления »[12].
В конце 16 века зарождается понимание полиции, отличное от существовавшего в то время. Оно нашло своё отражение в работах последователей учения Аристотеля о политике. К числу его сторонников принадлежали Арнизеус, Обрехт, Безольд, Кекерман, Фельштайн и другие. Указанные мыслители обосновывали учение о государстве как отдельную науку. Они анализировали социальные предпосылки добродетельной и счастливой жизни человека, подвергая критическому осмыслению вопросы организации общественного устройства и управления. В отличие от получивших широкое распространение трактатов о правлении, ориентированных на нужды и потребности конкретного монарха (великого князя или герцога) и учитывавших политические, экономические и иные особенности определённой территории либо местности, последователи Аристотеля продолжали развивать античные представления о государстве, абстрагировавшись от таких условий. В этой связи объём и содержание термина «полиция», употребляемого как эквивалент термина «политика», определялся двумя элементами. Прежде всего, это достойная жизнь гражданина как исходный пункт и конечная цель всей полиции, а за тем и относящаяся к ней вся совокупность учреждений гражданского общества. Сюда же включалась республиканская форма государственного правления как условие добродетельного и приличествующего человеческому достоинству бытия. Это в свою очередь требовало соответствующих действий со стороны верховной власти, осуществление которых признавалось составной частью полиции. Следовательно, порядок в государстве и упорядочивающая власть должны были составлять единое целое. Таким образом, центральное место в содержании термина «полиция» образовывали государственно-институциональные компоненты.[13]