Действующее гражданское законодательство также содержит положения, направленные на правильное и точное исчисление убытков. Однако, на наш взгляд, законодательное регулирование исчисления размера убытков недостаточно и не способствует устранению многих пробелов гражданского законодательства.
Установление размера взыскиваемых с правонарушителя убытков ставится в зависимость от цен, действующих в определенное время в том месте, где обязательство должно было быть исполнено.
Место исполнения обязательства имеет особое значение в случаях, когда речь идет об обязательствах, осложненных иностранным элементом (к которым применяется именно российское право), или в тех случаях, когда цены различаются в разных местностях. Действующие на определенной местности цены могут определяться посредством анализа статистических данных или при помощи экспертизы.
В том случае, если должник добровольно исполнил обязательство, во внимание принимаются цены, действующие на момент добровольного удовлетворения обязательства должником. Если должник отказывается исполнить обязательство, то цены определяются на день, когда кредитором был предъявлен иск к должнику. В определенных обстоятельствах, могут приниматься во внимание цены, действующие в данной местности на момент вынесения судебного решения (п. 3 ст. 393 ГК РФ[45]).
Неспособность сторон установить точный размер убытков при возникновении соответствующего спора не препятствует удовлетворению требования о возмещении убытков, так как в данном случае размер убытков будет определяться на основе принципов справедливости и соразмерности гражданско-правовой ответственности совершенному правонарушению с учетом фактических обстоятельств дела.
Аналогичное положение также отражено в п. 5 ст. 393 ГК РФ и является новеллой гражданского законодательства (впервые введено 08.03.2015 г.).
Помимо этого, закон отошел от принципа абсолютной достоверности размера убытков, что, несомненно, оказывает влияние на доказывание размера причиненных убытков и вероятность удовлетворения заявленных требований о возмещении убытков.
Таким образом, исчисление убытков предполагает определение их размера, исходя из места исполнения обязательства и цен, существующих на определенную дату.
Тем не менее, стороны могут предусмотреть иной порядок исчисления убытков в договоре. Точное и правильное определение размера взыскиваемых убытков позволяет обеспечить должную защиту нарушенного права потерпевшего.
Однако не всегда правильное определение размера причиненных убытков способствует их взысканию в полном объеме. Установленный размер убытков также должен быть доказан в рамках гражданского судопроизводства. Проблемы доказывания занимают самостоятельное место среди иных проблем взыскания убытков.
Основная задача суда при разрешении гражданских дел заключается в установлении фактических обстоятельств дела и применении к ним соответствующих норм материального права.
Применение отдельных норм произвольно, без исследования фактов, характеризующих спорное правоотношение, не допускается. Таким образом, институт доказывания в цивилистическом процессе выступает в качестве гарантии принятия обоснованного решения по существу. Целью доказывания является достижение истинного знания о фактических обстоятельствах дела, применение к сложившейся ситуации соответствующих норм материального права.[46]
Доказывание осуществляется на основании обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дела в суде, а также в соответствии с распределением бремени доказывания.
Взыскание убытков по российскому гражданскому праву в настоящее время существенно затруднено. Прежде всего, это связано со сложностями, возникающими в результате доказывания обстоятельств, составляющих предмет доказывания по данной категории дел. Проблемы доказывания, в первую очередь, влияют на частоту обращения участников гражданских правоотношений к возмещению убытков как мере гражданско-правовой ответственности, и, следовательно, непосредственно оказывают влияние на уровень эффективности механизма взыскания убытков.
25 % исков, содержащих требования о возмещении убытков в полном объеме отклоняются судами, что обуславливается, в том числе неспособностью истца или его представителя обосновать свои требования надлежащим образом.
На наш взгляд, неблагоприятный для истца исход разрешения дела по существу не всегда связан с ненадлежащей подготовкой к судебному заседанию (субъективный фактор). В частности, это происходит вследствие пробелов в гражданском законодательстве при регулировании возмещения убытков как меры гражданско-правовой ответственности (объективный фактор).
Помимо сказанного, необходимо отметить то, что в доктринальных исследованиях, на круглых столах и конференциях нередко поднимается вопрос слишком высокого стандарта доказывания убытков, следствием которого является небольшое количество споров, в рамках которых удовлетворяются требования о возмещении убытков и малозначительность взыскиваемых сумм по отношению к заявленным требованиям.
При рассмотрении и разрешении гражданских дел, в первую очередь, необходимо определить те обстоятельства, исследование которых необходимо для правильного разрешения конкретного дела. Совокупность таких обстоятельств в цивилистическом процессе называют предметом доказывания. Правильное и полное определение предмета доказывания при разрешении гражданского дела имеет огромное значение. В случае, если в предмет доказывания не включены какие-либо обстоятельства, имеющие значение для дела, такое решение может быть отменено в вышестоящей инстанции в силу его необоснованности.
«Следует заметить, что процессуальное законодательство не использует термин «предмет доказывания», а также не предлагает дефинитивной нормы, содержащей определение предмета доказывания, но, тем не менее, косвенно его определение в законодательстве имеется. Так, в ч. 1 ст. 55 ГПК РФ[47] и ч. 1 ст. 64 АПК РФ[48] говорится, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела».
Вопрос о содержании предмета доказывания также является в литературе весьма дискуссионным.
При разрешении любого гражданского дела необходимо установить обстоятельства, отраженные в материально-правовых нормах. Таким образом, юридические факты материально-правового характера являются бесспорным и центральным элементом предмета доказывания.
На двойственную природу процессуальных фактов указывала И. В. Решетникова[49], отмечая то, что «они не исчерпываются процессуальными вопросами судопроизводства, среди которых главное место занимает вопрос о праве заинтересованного лица на обращение в суд с иском». Подобная позиция не получила широкого распространения среди других процессуалистов, как и довольно специфические взгляды на предмет доказывания И. Б. Мартковича.
Вопросы определения предмета доказывания решаются судом, вопреки действию принципа состязательности в процессуальных отраслях права.
Подтверждением этому выступает положение, закрепленное в ч. 2 ст. 56 ГПК РФ[50] и ч. 2 ст. 65 АПК РФ[51], в соответствии с которым суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне подлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Таким образом, формирование предмета доказывания по каждому делу относится к прерогативе суда, который определяет те обстоятельства, которые должны быть установлены для правильного и обоснованного разрешения дела по существу. Как правило, такая обязанность реализуется судьей при подготовке дела к судебному разбирательству.
В. В. Низовцев также предлагает рассматривать алгоритм определения предмета доказывания, основу которого составляют два источника формирования. Фактический источник связан с основанием иска и возражением против него (то есть в основе лежит исковое заявление и отзыв на него), юридический источник обусловлен гипотезой и диспозицией нормы материального права, которая подлежит применению в конкретном случае (то есть предмет доказывания предопределен материальной нормой)[52].
Предмет доказывания определяется индивидуально применительно к конкретному гражданскому делу, так как он различается в каждом отдельном случае в зависимости от особенностей сложившихся отношений.
Вследствие этого, представляется необходимым остановиться на особенностях предмета доказывания по делам о возмещении убытков.
Возмещение убытков – это важнейшая мера воздействия на противоправное поведение людей в условиях нормального гражданского оборота. Посредством обращения к институту возмещения убытков обеспечивается восстановление нарушенного права потерпевшего, что определяет основную роль и задачу возмещения убытков как соответствующей формы ответственности.
Доказывание по делам о возмещении убытков представляет собой определенную сложность в части установления и подтверждения отдельных элементов, составляющих предмет доказывания.
В частности, наиболее распространенным основанием отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков является недоказанность причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступившими последствиями в виде причиненных убытков.
В Определении ВС РФ от 19.06.2017 г. в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ отказано, поскольку суд пришел к правильному выводу о недоказанности истцом всей совокупности обстоятельств (противоправное поведение, причинение должнику вреда, причинно-следственная связь и вина), необходимых для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков[53].
Тем не менее, сложности в доказывании отдельных элементов предмета доказывания не должны способствовать снижению уровня правовой защищенности физических и юридических лиц.
Для отказа в удовлетворении требований истца достаточно не доказать лишь один из элементов юридического состава убытков.
Таким образом, отдельные условия возмещения убытков как соответствующей меры гражданско-правовой ответственности составляют предмет доказывания по делам о возмещении убытков. Рассмотрение в рамках предмета доказывания по делам о возмещении убытков элементов юридического состава представляется верным и необходимым, вследствие того, что только совокупность всех элементов состава убытков является основанием применения мер гражданско-правовой ответственности. Тем не менее, предмет доказывания по данной категории дел шире и не исчерпывается элементами состава убытков.
Первым элементом предмета доказывания выступает основание возникновения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков.
Основанием возникновения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков является правонарушение или иные обстоятельства, закрепленные законом или договором.
Правонарушение может выражаться как в неисполнении или ненадлежащем исполнении договорного обязательства, так и в совершении деликта. Данный элемент представляет собой основу, ядро применения мер гражданско-правовой ответственности.
Арендатор нежилых помещений расторг ранее заключенный с истцом договор аренды в одностороннем порядке в связи с наложением ареста на здание, арендодатель (истец) уплатил неустойку. Требование было удовлетворено в полном объеме.
В качестве второго элемента предмета доказывания по данной категории дел выступает факт причинения убытков и их размер. Состав убытков как гражданско-правовой категории образуют реальный ущерб и упущенная выгода (ст. 15 ГК РФ).[54]
Судебная практика по делам о возмещении убытков идет по пути закрепления за потерпевшим обязанности убедить суд не только в том, что его право нарушено недобросовестным контрагентом, но и обосновать размер причиненных ему убытков.
Расчет убытков должен быть надлежащим образом обоснован, указанные в расчете суммы должны подтверждаться доказательствами, отвечающими всем требованиям процессуального закона.
Суд вправе произвести перерасчет убытков в том случае, если представленный истцом расчет не в полной мере отражает фактические обстоятельства дела.
Доказывание размера убытков в форме реального ущерба не вызывает серьезных проблем на практике.
«Доказывание в этом случае носит характер поиска эквивалента или установление эквивалентности реального ущерба и представляемых в суд доказательств. В конечном итоге в качестве эквивалента выступают денежные средства».
В качестве доказательств размера убытков в форме реального ущерба могут выступать: платежные документы по понесенным расходам; смета затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; экспертное заключение.
В свою очередь, неполученный доход, который мог бы быть получен в нормальных условиях гражданского оборота, не имеет какой-либо материально-определенной формы, что обуславливает сложность определения размера упущенной выгоды, подлежащей взысканию при разрешении дел данной категории.
Кредитор в целях обоснования упущенной выгоды вправе представлять как доказательства приготовления к получению упущенной выгоды, так и иные доказательства, свидетельствующие о возможности ее извлечения. Юридическое значение также будет иметь реальность приготовлений истца к получению выгоды и отсутствие объективных препятствий для получения дохода при реализации приготовлений в привычных условиях гражданского оборота. Очевидно, требования о взыскании упущенной выгоды не будут удовлетворены, если имели место субъективные представления конкретного лица о возможности получить какие-либо доходы.[55]
Расчет упущенной выгоды должен учитывать предполагаемые расходы истца, которые он мог бы понести в случае, если его право не было нарушено (например, налоги, заработная плата работникам).
Длительное время доказывание размера убытков было осложнено стандартом абсолютной достоверности размера взыскиваемых убытков. Абсолютная точность размера убытков не позволяла судьям в полной мере быть уверенными в достоверности их исчисления. В случае возникновения сомнений в достоверности размера убытков, суды отказывали в удовлетворении требований истца. Соответственно, практически полностью отсутствовала заинтересованность участников гражданских правоотношений в обращении в суд с требованиями о взыскании убытков.