Абсцесс дугласова пространства — это скопление гноя в малом тазу, в так называемом дугласовом пространстве — «кармане» брюшины между прямой кишкой и маткой.
Дуглас-абсцесс — вторичное состояние, всегда является следствием острых гнойных заболеваний брюшной полости: острого аппендицита, гнойного деструктивного воспалительного заболевания женских половых органов (тубоовариальных образований), прободная язва желудка и двенадцатиперстной кишки. Редко абсцесс дугласова пространства встречается после неадекватной хирургической санации описанных выше заболеваний.
Клиническая картина Симптомами абсцесса дугласова пространства являются: Боли в нижних отделах живота. Учащенное мочеиспускание. Повышение температуры тела до фебрильных цифр (38,5–39 °C). Ухудшение общего состояния. Специфических симптомов абсцесса дугласова пространства нет.
Диагностика Диагноз ставится на основании данных анамнеза (наличие воспалительных заболеваний органов брюшной полости, перенесенные ранее хирургические операции). Обязательным исследованием является выполнение УЗИ абдоминального, трансвагинального, при котором можно выявить отграниченное скопление в прямокишечно-маточном углублении. При затрудненной диагностике следует прибегать к выполнению МСКТ брюшной полости.
Лечение абсцесса дугласова пространства Лечение абсцесса дугласова пространства только оперативное — необходимо эвакуировать гнойный очаг в кармане брюшины. Как правило, прибегают к пункции образования под УЗ-контролем через переднюю стенку влагалища. При отсутствии эффекта показано вскрытие брюшной полости.
Амоксиклав (бактерицидное антибактериальное средство широкого спектра). Режим дозирования: в/в, взрослые и дети старше 12 лет или весом более 40 кг — 1,2 г препарата (1000 + 200 мг) с интервалом 8 ч, в случае тяжелого течения инфекции — с интервалом 6 ч.
Цефтриаксон (бактерицидное антибактериальное средство широкого спектра). Режим дозирования: в/м, в/в, взрослым и детям старше 12 лет средняя суточная доза составляет 1-2 г цефтриаксона 1 раз в сутки или 0,5-1 г каждые 12 ч. В тяжелых случаях или в случаях инфекций, вызываемых умеренно чувствительными патогенами, суточная доза может быть увеличена до 4 г.
Цефепим (антибиотик группы цефалоспоринов IV поколения). Режим дозирования: взрослым и детям с массой тела более 40 кг при нормальной функции почек в/в 0,5-1 г (при тяжелых инфекциях до 2 г) или глубоко в/м с интервалом 12 ч (при тяжелых инфекциях — через 8 ч).
Метронидазол (противопротозойное, антибактериальное средство). Режим дозирования: в/в для взрослых и детей старше 12 лет разовая доза составляет 0,5 г. Скорость в/в струйного или капельного введения — 5 мл/мин. Интервал между введениями — 8 ч.
Тиенам (противомикробное, бактерицидное, антибактериальное средство). Режим дозирования: в/в, в виде инфузии: ≤ 500 мг — в течение 20-30 мин., > 500 мг в течение 40-60 мин. Средняя суточная доза — 2000 мг (4 инъекции). Максимальная суточная доза 4000 мг (50 мг/кг). Дозу корректируют с учетом тяжести состояния, массы тела и функции почек пациента.
Ванкомицин (антибактериальное, бактерицидное средство). Режим дозирования: взрослым, в/в капельно по 0,5 г каждые 6 ч или по 1,0 г каждые 12 ч. Продолжительность инфузии — не менее 60 мин., скорость — 10 мг/мин.
Началу клинических проявлений межкишечного абсцесса, как правило, предшествует разлитой перитонит, вызванный осложненным течением первичного заболевания. Обычно на фоне кажущегося выздоровления у пациентов вновь появляются тупые абдоминальные боли, недомогание, метеоризм, рвота, запоры. Проекция болей в животе соответствует локализации межкишечного абсцесса. При межкишечных абсцессах, расположенных близко к поверхности передней брюшной стенки, наблюдается асимметрия живота, отек и гиперемия кожи, напряжение мышц.
Вначале гнойник может не определяться, позднее он пальпируется в виде мягкого, эластического опухолевидного образования, неподвижного и болезненного, иногда с флюктуацией (зыблением) в центре. Температурная кривая приобретает гектический характер со значительными суточными колебаниями температуры тела; на этом фоне ярко выражены симптомы интоксикации. Межкишечные абсцессы могут сопровождаться явлениями механической или динамической кишечной непроходимости.
При прорыве межкишечного абсцесса в просвет кишки может наступить самоизлечение или образоваться свищ. Чаще, однако, межкишечный абсцесс прорывается в свободную брюшную полость, что приводит к образованию новых осумкованных гнойников или развитию разлитого перитонита.
Ввиду неспецифичности проявлений межкишечного абсцесса диагностика представляет определенные трудности, особенно в тех случаях, когда не удается установить причинно-следственную связь с первичным заболеванием. Основаниями для подозрения на межкишечный абсцесс должны служить недавно перенесенный перитонит или операции на брюшной полости, наличие в анамнезе неспецифического язвенного колита, дивертикулита, язвы, болезни Крона и т. д.
Изменения в периферической крови характеризуются лейкоцитозом, сдвигом формулы влево, ускорением СОЭ. При пальпации живота определяется локальное напряжение мышц живота, резкая болезненность, неподвижный патологический тугоэластический инфильтрат с размягчением в центре.
При обзорной рентгенографии брюшной полости выявляется затемнение в проекции гнойника, уровень жидкости и признаки пареза кишечника; при рентгенографии пассажа бария видна деформация петель кишечника. Окончательно вопросы диагностики межкишечного абсцесса позволяют решить УЗИ органов брюшной полости, МСКТ брюшной полости.
В инфильтративной стадии проводится консервативное лечение: назначаются антибактериальные препараты, дезинтоксикационная терапия, регуляция функции ЖКТ.
После отграничения межкишечного абсцесса производится оперативное вмешательство: лапаротомия, вскрытие и дренирование гнойной полости. Послеоперационная тактика включает смену тампонов, аспирацию гноя, промывание дренажей, внутрибрюшинное введение антибиотиков. Также продолжается системная противомикробная терапия, борьба с интоксикацией, обезвоживанием, гипопротеинемией.
В случае прорыва гнойника в брюшную полость или развития кишечной непроходимости, операция проводится в экстренном порядке. В некоторых случаях может потребоваться резекция части кишки.
Симптомы гинекологического перитонита Обычно воспалительный процесс локализуется только в области малого таза (так называемый пельвиоперитонит), сопровождается повышением температуры, ознобами, болями в нижних отделах живота, слабостью, вялостью. Наблюдаются тахикардия, парез кишечника. Выявляется защитное напряжение мышц передней брюшной стенки. Однако на фоне проводимого лечения (антибиотикотерапия, противовоспалительная, дезинтоксикационная терапия) состояние больных быстро улучшается. Специфический гинекологический перитонит редко выходит за пределы полости таза. Неспецифический процесс при дальнейшем прогрессировании воспаления приводит к развитию гнойного перитонита. По своим клиническим проявлениям он не отличается от разлитого гнойного перитонита другой этиологии. Диагностика гинекологических перитонитов Оосновывается на данных анамнеза, жалобах больных, результатах функционального обследования живота, влагалищного исследования (наличие серозно-гнойных выделений при гонорейных перитонитах, болезненность сводов) и пальцевого исследования прямой кишки. Лечение гинекологического перитонита При неспецифическом воспалении брюшины на почве деструктивных заболеваний гениталий выполняется операция с устранением гнойного очага, санацией и дренированием брюшной полости. Гонорейный пельвиоперитонит подлежит медикаментозному лечению (холод на живот, мощная антибактериальная терапия, дезинтоксикация).
Трудности раннего распознавания послеоперационного перитонита в значительной мере зависят от таких естественных проявлений в первые 3–4 суток, как болезненность и умеренное напряжение живота, учащение пульса, лейкоцитоз, отсутствие кишечных шумов. К тому же, дело осложняется применением обезболивающих средств и антибиотиков, затушевывающих остроту клинических проявлений. Особенно сложна диагностика послеоперационного перитонита у больных пожилого возраста, истощенных, с тяжелым течением основного либо сопутствующих заболеваний. Абсолютных признаков, позволяющих распознать начало развития перитонита в послеоперационном периоде, не существует. Поэтому многое зависит от правильной организации динамического наблюдения за больными в послеоперационном периоде с использованием клинических и лабораторных тестов, позволяющих выявить прогрессирующее нарастание эндогенной интоксикации.
Одним из важных клинических признаков является тахикардия. Увеличение частоты пульса у больных, подвергавшихся операции на брюшной полости, до 120–140 уд. в минуту при отсутствии выраженной гипертермии, не имеющее тенденции к снижению, несмотря на рациональную коррекцию ОЦК, водно-электролитных нарушений и сердечно-легочной недостаточности, чаще всего свидетельствует о нарастающей эндогенной интоксикации вследствие развивающегося перитонита. Другим важным признаком послеоперационного перитонита следует считать стойкий парез кишечника, который не удается ликвидировать применением мероприятий, устраняющих гипертонус симпатической нервной системы. Важным признаком развития ранних послеоперационных осложнений, способных обусловить перитонит, служит наличие так называемого «светлого промежутка» когда на фоне относительно благоприятного течения раннего послеоперационного периода в течение 3–4 дней наблюдается внезапное изменение состояния, сопровождающееся появлением тахикардии, сухости языка, усилением пареза кишечника и лабораторными признаками нарастания эндотоксикоза.
В сомнительных случаях помогает подключение дополнительных лучевых методов исследования. Прежде всего, это относится к ультразвуковой диагностике, которая может быть использована повторно в динамике и при наличии опытного специалиста оказывается весьма информативной. Она помогает идентифицировать скопление жидкости в отдельных областях брюшной полости, распознать начальные явления местного нарушения кишечной моторики в очаге воспаления и обнаружить инфильтративный процесс. Достаточно перспективным исследованием является компьютерная томография, особенно с использованием последних поколений томографов, работающих в «спиральном» режиме. Определение зоны свободного газа или жидкости в брюшной полости, наряду с оценкой плотности образования - важная информация для постановки правильного диагноза.
Не следует опасаться также использования рентгеноконтрастных методов исследования с применением жидких водорастворимых контрастных сред. Это способствует раннему распознаванию несостоятельности анастомозов в верхних отделах пищеварительного тракта, а также - ранней спаечной кишечной непроходимости.
В случае несостоятельности неинвазивных методов диагностики показана ранняя диагностическая релапаротомия. В зависимости от показаний выделяется два вида таких релапаротомий: программируемая (запланированная) и по показаниям. Первая (программируемая) релапаротомия выполняется в случае неуверенности в достаточно полном устранении источника перитонита вследствие технических трудностей, особенностей патоморфологии или сомнениях в сохранении жизнеспособности фрагментов кишки, не имевших во время первой операции достоверных признаков развивающегося некробиоза. Показанием к программируемой релапаротомий служит также невозможность выполнить полноценную санацию всех отделов брюшной полости во время первой операции. В обоих случаях релапаротомию осуществляют через 12–24 или в течение 48 часов. При необходимости, она может выполняться повторно.
Релапаротомия по возникшим показаниям выполняется в любое время независимо от сроков. Решение о ней принимает старший хирург с учетом данных динамического наблюдения и сведений об особенностях первичной операции. К выполнению релапаротомий также привлекается старший хирург, но с обязательным участием врача, выполнявшего первую операцию и лучше других представляющего её особенности.
В последние годы появилась возможность заменить релапаротомию лапароскопией или, точнее, малоинвазивным вмешательством с эндовидеохирургической поддержкой. При этом достаточно снять с раны брюшной стенки 1–2 шва и осторожно, без риска повреждения раздутых газом кишечных петель, ввести в брюшную полость лапароскоп.
Оснащение операции специальным элеватором-подъемником, который может быть введен в нужном месте через отдельный прокол брюшной стенки под контролем ранее введенного лапароскопа, обеспечивает осмотр различных отделов брюшной полости без объемной инсуффляции газа. В таком случае опытному эндовидеохирургу иногда удается не только распознать причину неблагополучия, но и устранить её путем санации ограниченного скопления экссудата, целенаправленной постановки дренажа или даже наложения шва на ограниченный дефект полого органа.
Для распознавания перитонита или повреждений органов брюшной полости, способных его обусловить при закрытых повреждениях живота, особенно при сочетанной шокогенной травме, требуется принципиально иной алгоритм диагностических действий. Выявление малых признаков в ходе динамического наблюдения здесь недопустимо.
Наличие сомнений, обусловленных не только клиническими данными, но и известными к моменту поступления особенностями травматогенеза, служит показанием к активной диагностической тактике. Чаще с этой целью применяется лапароцентез с использованием методики «шарящего катетера», при которой осуществляют лаваж с отдельным направлением катетера в верхние (правый и левый) и нижние (правый и левый) отделы брюшной полости. Промывную жидкость оценивают на примесь крови, воспалительного экссудата и содержимого полых органов не только визуально, но и с помощью лабораторных методов исследования. При сохраняющихся сомнениях лаваж повторяют в динамике.
Наличие множественных рубцов на брюшной стенке, после ранее выполненных операций является противопоказанием к выполнению типичного лапароцентеза. В этом случае оправдана «микролапаротомия» в отдаленном от рубцов участке с введением под контролем зрения лапароскопа с целью выполнения малоинвазивного вмешательства с эндовидеохирургической поддержкой, как отмечалось ранее.
Последним диагностическим актом остается диагностическая широкая лапаротомия, которая должна быть выполнена также до появления явных признаков развивающегося перитонита.
Различают шейный, грудной и брюшной (абдоминальный) отделы пищевода. Пищевод служит продолжением глотки и начинается у нижнего края перстневидного хряща на уровне тела VI шейного позвонка. В этом месте пищевод расположен между трахеей и позвоночным столбом. Вместе с трахеей пищевод между крупными сосудами входит в грудную клетку через верхнюю апертуру (отверстие, или вход в грудную клетку).
До места бифуркации трахеи перепончатая, или мсмбрапозпая, часть се стенки и стенка пищевода тесно соприкасаются друг с другом. В бороздке между трахеей и пищеводом с обеих сторон проходят возвратные гортанные нервы (nn.laryngci rccuirrcntes). Эти апатомо-топографическис особенности объясняют факт развития пищеводно-трахеальных свищей и возникновение паралича возвратных нервов при наличии запущенных опухолей пищевода. В нижнем средостении ниже уровня бифуркации трахеи пищевода проходит в непосредственной близости от нисходящей аорты.
Этот факт также является достаточно важным, поскольку аневризмы грудного отдела аорты могут перфорировать в пищевод и наоборот, карцинома пищевода может прорастать в стенку аорты, приводя к се разрыву.
Грудной отдел пищевода оканчивается на уровне пищеводного отверстия диафрагмы, где пищевод проникает в брюшную полость. Брюшной отдел пищевода очень короткий и состоит в основном из нижнего пищеводного сфинктера. Этот отдел имеет большое значение в хирургии желудочно-кишечного тракта, поскольку часто в практике врачей встречаются хиатальные грыжи (грыжи пищеводного отверстия диафрагмы) и рефлюкс-эзофагит, приводящие к развитию различных осложнений.
На всем протяжении пищевод имеет три анатомических сужения. Первое сужение расположено около верхнего пищеводного сфинктера на уровне тела VI шейного позвонка, второе вызвано сдавлеиием пищевода левым главным бронхом и дугой аорты и расположено па уровне тела IV грудного позвонка, третье находится на уровне тела X грудного позвонка (оно возникло в месте прохождения пищевода через пищеводное отверстие диафрагмы). Эти сужения пищевода демонстрируют тесную связь между анатомическим строением органа и клиническими проявлениями различных патологических состояний.
В данном случае анатомические сужения пищевода являются типичными местами локализации дивертикулов различных типов. Промежуток между проходящей в косом направлении щитовидно-глоточной мышцей (m.thyropharyngeus) и перстневидно-глоточной мышцей (m.cricopharyngeus) (так называемый треугольник Киллиана), например, является типичным местом локализации пульсирующего дивертикула Ценкера. Кроме того, в этих местах обычно застревают инородные тела или твердые комки пищи.
Ниже уровня бифуркации трахеи в нижнем средостении, где пищевод расположен на продольной связке позвоночного столба с правой стороны от нисходящей аорты, спереди от пищевода располагается левое предсердие. Во время операции смещение сердца приводит к возникновению аритмии. Более того, близкое расположение этих двух анатомических образований (пищевода и левого предсердия) может быть использовано для диагностических (например, при ультразвуковой диагностике) и лечебных целей (например, чреспищеводная установка сердечного водителя ритма).
Ниже бифуркации трахеи блуждающие нервы образуют пищеводное сплетение. После этого сплетения правый задний и левый передний стволы блуждающих нервов располагаются вдоль пищевода в тесном контакте с его стенкой, через пищеводное отверстие диафрагмы вместе с пищеводом проходят в брюшную полость, где и отдают большое число ветвей.
Длина брюшного отдела пищевода от пищеводного отверстия диафрагмы до перехода в желудок составляет всего несколько сантиметров. В отличие от грудного отдела пищевода, на который воздействует отрицательное давление грудной полости, на брюшной отдел пищевода оказывает влияние положительное внутрибрюшное давление. Пищевод проходит в брюшную полость между ножками диафрагмы. Впутрибрюшпой отдел пищевода укрыт задней поверхностью левой доли печени.