УСТАНОВИТЬ:
I.
Предметы Свободного распоряжения Грузинской Церкви.
1. Догматическия, литургическия, каноническия постановления, пастырския послания и церковная дисциплина.
2. Право замещения епископских кафедр, настоятельских, священно- и церковно-служительских должностей.
3. Право свободно организовать свои центральныя и епархи- альныя учреждения.
4. Открытие и организация приходов.
5. Церковно-профессиональныя учреждения.
6. Церковно-благотворительныя учреждения.
7. Право свободного сношения по церковным делам с иными Церквами, -- находящимися вне пределов Русскаго Государства.
II
Предметы, находящиеся под государственным надзором.
1. Католикос утверждается Верховною Властью Русского Государства.
2. Церковно-приходския школы на родном языке учащихся подлежат надзору государственной власти в интересах их культурного процветания.
3. Грузинская Церковь имеет право свободно приобретать и отчуждать свое церковное имущество подлежащее однако государственным повинностям на общих основаниях.
III
Город Тифлис остается кафедрой епископа православной Русской Церкви / Экзарха Кавказа.
О результатах настоящаго поручения и о мерахъ принимаемых Вами к исполнению его, Вы обязуетесь отчетом перед Временным Правительством.
IV
Сношения Автокефальной Грузинской Церкви с Временным Правительством ведутся через Обер-Прокурора Святейша- го Синода.
Письмо В.Н. Бенешевича во временное управление Грузинскою церковью
ВО ВРЕМЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ ГРУЗИНСКОЮ ЦЕРКОВЬЮ СПФ АРАН. Ф. 192. Оп. 3. Д. 106. Л. 59-59 об..
Личные нападки на меня в прессе и в телеграммах, присылаемых ко мне, и выражения неудовольствия, граничащего иногда с негодованием, заставляет меня обратиться во Временное Управление Грузинской Церковью с покорнейшей просьбой дать мне точные, ясные и подробные ответы на ряд возникающих у меня в связи с этими нападками вопросов, ибо только на основании этих ответов мне представится возможным установить мое отношение, как представителя Временного Правительства, к указанным нападкам и доложить Временному Правительству в надлежащем освещении о теперешнем положении Грузинской Церкви с юридико-политической стороны.
I/ Почему четыре Епископа Русской церкви названы «архипастырями Грузинской церкви», хотя они и до сих пор пользуются всеми правами и преимуществами своего положения лишь постольку, поскольку состоят епископами Русской церкви. Если признание иерархии и клира входящими в состав Грузинской церкви совершено каким-нибудь особым актом; предшествовавшими акту 12-го марта, то прошу сообщить мне копию его.
2/ Что именно произошло 12-го марта: был ли это собор Грузинской Церкви, или только торжественное богослужение, сопровождаемое некоторой декларацией, заранее заготовленной или же 12-го марта после богослужения происходило обсужденье и голосованье всей декларации.
3/ Каким образом и когда были выбраны представители клира и мирян к 12-му марта.
4/ Как и когда происходили выборы Местоблюстителя Католикоса и Временного Управления.
5/ Какие распоряжения и куда были разосланы Временным Управлением по учреждениям и епархиям.
Ход выборов, образцы избирательных бюллетеней, ведение протоколов, принципы организации и т. п. особенно живо интересуют г. Обер-Прокурора св. Синода в виду происходящего теперь движения в русской церковной жизни.
6/ Были ли приглашены или оповещены о предстоявшем 12 марта акте представители клира и мирян тех национальностей, который по территориальному принципу должны были бы войти в состав Грузинской церкви.
7/ Будут ли предприняты Временным Управлением шаги к установлению сношений с русской церковной властью согласно ожиданиям Временного Правительства, выраженным в конце постановления 27 марта.
Временно Уполномоченный Временного Правительства по делам Грузинской церкви проф. В.Н. Бенешевич.
Письмо Местоблюстителя Католикоса-Патри- арха всея Грузии Леонида, епископа Гурийско- Мингрельского СПФ АРАН. Ф. 192. Оп. 3. Д. 106. Л. 62-63. Машинопись (с оборотами), подлинник, личные подписи.
Местоблюститель
Грузинского Католикоса -- Патриарха
31 мая 1917 г.
№ 308
Милостивый Государь, Владимир Николаевич
Грузинская Церковь с чувством неподдельной радости встретила правительственный акт о назначении специального Комиссара для урегулирования церковных дел бывшего Грузинского Экзархата. Правда, светлые ее надежды стали омрачаться некоторыми недоразумениями с первых же дней прибытия Вашего в Тифлис, тем не менее она не раз поступалась даже существенными своими интересами, лишь бы довести дало до мирного и безболезненного конца, и вот, когда почти все наладилось и началась интенсивная работа согласительной комиссии, совершенно неожиданно во Временное Управление Грузинской церкви поступает письмо Ваше, глубокоскорбное по содержанию и обидное для церковного сознания грузин. Письмо это ставит себе задачей осветить грузинские церковные вопросы не только с юридической, но почему-то даже с политической стороны, и с этой целью выдвигать ряды вопросов канонического характера, которые не могут входить в компетенцию представителя Временного Правительства, в декларации от 27 марта прямо заявляющего, что оно «не касается канонической стороны» Мцхетского акта 12-го марта.
Трудно сказать, чем вызвано это письмо, ибо в начале, в качестве мотива к его появлению, указываются нападки на Вас в прессе и телеграммах, а в конце -- интересы г. Обер-Прокурора Св. Синода «к ходу выборов, образцам избирательных бюллетеней, ведения протоколов, принципам организаций» и т. п. Если опыты работ Грузинской Церкви могут быть полезны г. Обер-Прокурору при упорядочении им русской церковной жизни, то интересы его, которые Вы так подчеркиваете, будут удовлетворены непосредственно Грузинской церковью.
Как бы то ни было, ряд поставленных Вами вопросов не оставляет ни малейшего сомнения в том, что в данном случае мы дело имеем с тщательно обдуманным планом, прежде всего, зачеркнуть «Грузинскую Церковь» /I вопр./, которая мыслилась существующею еще во дни управления ею Экзархами «Грузии», должна мыслиться существующею, во всяком случае, после правительственного акта 27 марта, а равно и Вами, раз Вы называете себя уполномоченным по делам «Грузинской церкви»; а затем аннулировать Мцхетский акт 12 марта, названный в правительственной декларации «великим актом самоопределения Грузинской церкви». Ставить вопросы о закономерности термина «Грузинская церковь», а равно Мцхетского акта 12-го марта, после декларации Правительства и месячной работы Вашей совместно с Временным управлением названной церкви, более чем странно, ибо это есть ни что иное, как попытка реставрировать сверженный уже церковный режим, что без сомнения дискредитирует в сознании верующей части общества представляемое Вами Временное Правительство и вносить в местную церковно-общественную жизнь явную смуту. Подобными вопросами делается подкоп под священную свободу, провозглашенную во Мцхете 12-го марта и санкционированную правительственною декларацией, и намечается путь к контрреволюционному акту.
В виду сказанного Временное Управление Грузинской церкви, воздерживаясь от каких бы то ни было ответов на предложенные Вами вопросы, считает себя вынужденным обратиться к Вам с просьбой о создании таких условий, при которых Грузинская церковь упорядочив свою жизнь, в состоянии была бы установить сношенья с русской церковной властью, что теперь, при принятой Вами системе работ, является положительно невозможным.
Местоблюститель Грузинского Католикоса -- Патриарха всея Грузии Леонид, епископ Гурийско-Мингрельский /подпись/
Секретарь Управления Д. Давиташвили
Письмо епископа Уфимского Андрея обер-прокурору Святейшего Синода, 1917,4 июля, в связи с Всероссийским церковным собором 1917 г. СПФ АРАН. Ф. 192. Оп. 3. Д. 106. Л. 2-4 об. Машинопись с подписью, подлинник.
Его высокопревосходительству г. Обер-прокурору Святейшего Синода В сопроводительной записке указано, что бумага отправлена в связи с тем, что епископ Андрей может отсутствовать на соборе при обсуждении вопроса о грузинской автокефалии: «...и заранее горячо протестую против попыток признать Церковь Грузинскую схизматическою, о чем так легко начинают говорить люди, мало интересующиеся церковным делом». Там же. Л. 2.
Примите уверения в полном почтении
Андрей, Епископ Уфимский
Мое мнение по поводу постановления Святейшего Синода по делам грузинской церкви от 1-го июня 1917 года:
Спор о взаимоотношении русской и грузинской церкви чрезвычайно сложный, и для церковного решения его в духе мира и любви нежно много молиться Богу, иначе открывается самое широкое поле для взаимооскорблений и злобы. Я видел много совершенно преступного невнимания со стороны русской церковной власти по отношению к церкви грузинской, поэтому не могу молчать при формально казуистическом отношении к вопросам о благоустроении этой церкви. Я видел грузинские храмы, подвергшиеся разрушению от времени уже в период русского владычества, я знал приходы, где священник не знал богослужебного языка своей паствы и не мог отправлять для нея целыми годами богослужение, я был в Грузии, когда во многих храмах ея совершенно не было богослужебных книг. Жизнь грузинской церкви явно клонилась к упадку. Грузинские архиереи энергично протестовали против такого положения дел, в 1905 году на Предсобор- ном Присутствии обсуждение этого вопроса по чьей-то, не грузинской, вине было сорвано, и церковное беззаконие молчаливо признало это как бы узаконенным. В таком положении церковь грузинскую застала русская революция 1917 года. Последовал Мцхетский акт 12 марта сего года, несомненно, внешне канонически не закономерный со стороны грузин по отношению к Святейшему Синоду. Кто виноват в этом, может, рассудит только Бог. Мое мнение, что виноваты обе стороны, но по совести я не могу сказать, кто более виноват -- русские или грузины.
После этого, с 12 марта 1917 года по 28 июня Святейший Синод ничего не знал о событиях в Грузии.
Причины такой удивительной неосведомленности Синода для меня не понятны.
Тягостное молчание иерархов грузинской церкви наконец было прервано. Числа 25 июня с.г. в Петроград прибыла грузинская депутация во главе с Антонием, Епископом Горийским Антоний (Алексей Лукич Гиоргадзе) (1866-1918). В 1912 хиротонисан во епископа Горийского, первого викария Карталинской и Кахетинской епархии. С сентября 1917 митрополит Кутаисский. В сентябре 1918 г. погиб от отравления..
Ясно сознавая ненормальность взаимоотношений русской и грузинской иерархий и желая получить автокефалию грузинской церкви не из рук демократии русской или грузинской, Преосвященный Антоний, как представитель иерархии, пожелал обратиться прежде всего к Святейшему Синоду для выражения своих чувств и уже при помощи и по благословению святейшего Синода осуществить автокефалию грузинской церкви, не только как проекта, а как факт. Преосвященный Антоний был настолько церковен, что он обратился со своим просительным письмом даже не к г. Обер-прокурору Святейшего Синода, как представителю гражданской власти в Синоде, а к одному из членов Синода, хотя бы и к такому грешному, как я.
Но Святейший Синод даже не пожелал выслушать моего рапорта в Святейший Синод по этому поводу, -- на первых же строках мой рапорт был прерван и письмо епископа Антония на мое имя не было заслушано: вместо этого был заслушан обширный доклад проф. Бенешевича о положении дел в Грузии, после чего раздалось в Синоде страшное слово -- схизма. Это было 28 июня, а 30 июня Преосвященный Антоний вошел уже через Обер-прокурора в Святейший Синод с просьбою принять его до признания русскою гражданскою властию автокефалии грузинской церкви и оформить это дело сколько возможно каноническим путем.
В ответ на эту вторую просьбу Епископа Антония (л. 4) Святейший Синод вынес свое постановление от 1 июня сего года, с таким решением не могу согласиться. Мое мнение по этому поводу таково:
Учитывая все обстоятельства церковного дела вообще, в Грузии -- в частности, зная, как само русское общество нервно относится к наступательной политике Святейшего Синода в делах церковных и насколько -- исправляя ошибки русской церковной администрации в Грузии, равно -- принимая во внимание две просьбы грузинской депутации о допущении ея в Синод, последний, по моему мнению, должен был вынести ряд постановлений приблизительно следующего характера:
1. Отменить Указ Святейшего Синода об уничтожении самостоятельности управления грузинской церкви, изданный в начале 19-го века;
2. немедленно принять депутацию от святой грузинской церкви и сделать ей взаимное братское приветствие;
3. издать послание от церкви русской к церкви грузинской с пожеланиями ей процветания, призвав на ея новую жизнь благословение Божие и указать, какую тяжкую обязанность берет на себя грузинская иерархия;
4. в виду категорического решения Временного Правительства, заявленного в Св. Синоде г. Обер-Прокурором о недопущении Правительством общей территориальной автокефалии, восстановить самостоятельное управление грузинской церкви только в Кутаисской губ. и в местах, населенных грузинами;