Статья: Вопрос об автокефалии Грузинской церкви 1917 г. (по материалам архива Н. Бенешевича)

Вопрос об автокефалии Грузинской церкви 1917 г. (по материалам архива Н. Бенешевича)

Т. Чумакова

Annotation

Tatiana Chumakova The Issue of Autocephaly of the Georgian Church in 1917 in the Archive of V.N. Beneshevich

This article is devoted to the study of the problem of Church autocephaly made by a prominent scholar, an expert in canonical law, Vladimir Beneshevich. The article is based on the unpublished documents from the Beneshevich archive in St. Petersburg. The documents help reconstructing religious life of the country of the first post-revolutionary years (1917-1922). Their significant part deals with the problems of the canonical law, mostly related to the issue of autocephaly of the Georgian Church. In spring 1917, Beneshevich was sent to Tiflis by order of the Provisional government as a Temporary Commissioner for the Affairs of the Georgian Church. Numerous documents (correspondence, documents of the Provisional government, newspaper clippings, etc.) help to see how a complex conflict between Beneshevich, the Russian authorities and the representatives of the Georgian Church unfolded between the two revolutions of 1917.

Keywords: autocephaly, Orthodox Canon law, Revolution, Georgian Church, Vladimir Beneshevich.

Основная часть

ГРУЗИНСКАЯ православная церковь, получившая независимость от Антиохийского патриархата в V в., утратила свой автокефальный статус после того, как Картлийское царство, Имеретия и Абхазия в начале XIX столетия вошли в состав Российской империи. После того, как церковные структуры православных церквей были подчинены Св. Синоду, в жизни церкви на территории Грузии произошли большие изменения. Она утратила самостоятельность, грузинские епископы фактически стали епископами российской церкви, а огромные церковные земельные наделы, которыми часто распоряжались знатные грузинские семьи, перешли в собственность государства. Богослужебная практика подверглась унификации. Изменения коснулись административной структуры церкви и национального состава прихожан, что во многом было связано с национальной политикой империи, способствовавшей переселению на территорию Закавказья некоренного населения. К концу XIX столетия в состав Грузинского Экзархата входили четыре епархии: Грузинская, Гурийско- Мингрельская, Сухумская и Имеретинская. В епархиях имелись как смешанные приходы, так и грузинские, греческие, русские, айсорские (ассирийские) и абхазские.

Для грузин вопрос о статусе грузинской церкви не переставал быть актуальным с момента вхождения Грузии в состав Российской империи. Утрата церковной самостоятельности для многих грузин была равнозначна утрате национальной идентичности. Но существование различных «национальных» православных церквей на территории империи, имеющей государственную православную церковь, не только противоречило богословским представлениям об автокефалии, усложняя «универсалистскую позицию церкви»¹, но и о таило в себе угрозу стабильности и единства Империи Верт П. Православие, инославие, иноверие: очерки по истории религиозного разнообразия Российской империи. М.: Новое литературное обозрение, 2012. С. 68. Gvosdev, N.K. (2000) Imperial Policies and Perspectives towards Georgia, 1760--1819. New York: St. Martin's Press..

Движение грузинских автокефалистов, выступавших за возвращение Грузинской церкви поместного статуса, актуализировалось во время революции 1905 г. и нашло ощутимую поддержку не только в Грузии, но и в России Цагарели АА. Статьи и заметки по грузинскому церковному вопросу: К столетию (1811--1911 гг.) вдовства Грузинской церкви. СПб., Типография Гл. упр. уделов, 1912.. Наиболее мощной она была в Санкт-Петербурге, где не только проживало много выходцев из Грузии, но и существовала кафедра грузинской словесности в университете (в 1884 г. ее объединили с кафедрой армянской словесности), которую возглавлял сторонник грузинской автокефалии, сын священника, выпускник Тифлисской духовной семинарии проф. А.А. Цагарели, а после его ухода на пенсию его ученик Н.Я. Марр См. Харатишвили Г.С. Грузины -- профессора, преподаватели и выпускники Санкт-Петербургского государственного университета (Х1Х-ХХ вв.). СПб., Издат. СПбГУ. 2009.. Труды кавказоведов, работавших на этой кафедре, способствовали изучению и популяризации как среди исследователей, так и широкой публики истории грузинской церкви и средневековой грузинской литературы. В 1917 г. «грузинская партия», к которой принадлежали не только грузины, но и известный консервативный публицист и автор многочисленных работ, посвященных проблеме автокефалии на Балканах, Н.Н. Дурново (старший), сыграли важную роль в том, что вопрос о грузинской автокефалии стал восприниматься обществом не как церковный, а как политический вопрос. При этом сторонники автокефалии настаивали на том, что речь не идет о даровании автокефалии, которую Российская империя не могла отобрать у Грузинской церкви, а о выведении церкви из подчинения Синоду: не о даровании автокефалии Грузинской церкви, которую она получила в свое время вполне каноническим порядком, в силу Соборного постановления Антиохийской патриархии..., а о снятии запрета с Грузинской Церкви осуществлять свои автокефальные права, отменив распоряжение о подчинении ее Св. Синоду Цагарели АА. В каком положении находится обсуждение вопроса о восстановлении автокефалии грузинской (Иверской) церкви. СПб.: Тип. Главного Управления Уделов, 1907. С. 2..

Активное обсуждение вопроса о предоставлении Грузинской церкви автокефалии шло на заседаниях Предсоборного Присутствия, где выступали как сторонники автокефалии: епископы Леонид (Окропидзе) и Кирион (Садзаглишвили), профессора Санкт- Петербургского университета А.А. Цагарели и Н.Я. Марр, так и их оппоненты: протоиереи Иоанн Восторгов и Тимофей Буткевич, профессор А.И. Алмазов (в тот момент декан юридического факультета Новороссийского университета) и профессор Санкт-Петербургской Духовной академии Н.Н. Глубоковский. Сторонники автокефалии не нашли поддержки среди членов Предсобор- ного Присутствия, и более того, На заседаниях высказывалось мнение, что автокефалия Грузинской Церкви принесет зло православию на Кавказе, как среди грузин, так и среди негрузин. Также многие высказывали мнение, что автокефалия грузин повредит политическому единству и противоречит государственным интересам России⁶.

Почти сразу после февральских событий, 12 марта 1917 г. клирики и миряне собрались в Мцхете на «завещанный апостолами строй правления церковной жизни, -- Церковный Собор» Георгадзе Р. Обсуждение на Предсоборном присутствии возможности предоставления автокефалии Грузинской церкви// Ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Т. 1. № 19. М., ПСТГУ, 2009. С. 398. Слово, сказанное в ограде Мцхетского католикосскаго собора 12 марта 1917 года, в день восстановления самостоятельности (независимости) Иверской церкви. Chumakova, T.V. (2017) “Vladimir N. Beneshevich on the Church and Revolution”, Vest- nik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Filosofiia i konfliktologiia 33(4): 418. Там же. и объявили об автокефалии Грузинской церкви. Несмотря на то, что грузины, и в частности епископ Кирион, отвергали все обвинения в филетизме еще в публикациях 1906 г., анализ «Слова, сказанного в ограде Мцхетского католикосскаго собора» показывает, что восстановление автокефалии воспринимается не только, и даже не столько как канонический церковный акт, сколько как восстановление культурной и политической автономии Грузии на новых началах, в обновленной России:

Уничтожилось самоуправство, уничтожилось лукавство, уничтожилось узаконенное изменничество, уничтожился грех Иудин. Да, совершился величественный акт, акт восстания из мертвых живущих в России народов, акт обновления, оживления и телом, и душой русских народов. Этому радуется сегодня вся Россия⁸.

Столетие под властью Российской империи характеризовалось как столетие притеснений, и нарушений закона:

Из надтреснутой груди выблевывает горечь 116-летнего рабства. Сколько раз раздирали нашу по государственному трактату присоединившуюся к России родину? Сколько раз снимали честь с наших невинных матерей, сестер и детей! Обесчестили всю страну... По повелению генерала поставили правителем Иверской церкви чрез посредство Экзарха Русский Синод! Таким образом, русскую церковь, эту младшую сестру Иверской Церкви, поставили госпожой над нами: дабы заставить сестер возненавидеть друг друга Там же..

Также в «Слове» говорилось о том, что власти империи заселяли территорию Грузии «различными племенами», церковь унизили, ввергли в «экономическое рабство». В «Слове» как мученики вспоминались не только последний католикос-патриарх Грузии Антоний II, умерший в 1827 г. в почетной ссылке в Нижнем Новгороде, но и организаторы грузинских заговоров XIX столетия: политики Филадельф Кикнадзе и Соломон Додашвили.

Идею автокефалии активно поддерживала Грузинская партия социалистов-федералистов, а также другие партии, и не только национальные грузинские. После революции 1917 г. церковная независимость Грузии воспринималась ими как неотъемлемая часть культурно-национальной автономии Грузии в составе России, часть «национальной культурной жизни» Нольде Б. Национальный вопрос в России. Доклад на IX делегатском съезде Партии народной свободы 24 июля 1917 года // Национальный вопрос в программных документах политических партий, организаций и движений России. Начало XX в.: Документы и материалы. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2016. С. 140. Журналы заседаний Временного правительства. Том 1. Март -- апрель 1917 года / отв. ред. Б.Ф. Додонов. М.: РОССПЭН, 2001. С. 178..

27 марта 1917 года Временное правительство фактически признало автокефалию Грузинской церкви, постановив, что «Временное правительство признает за автокефальной Грузинской церковью характер национально-грузинский, не ограничивая ее определенной территорией» ¹¹. Грузия после февральской революции оставалась в составе России, священнослужители продолжали получать содержание от государства как священнослужители Российской Православной церкви. Изменение статуса церкви, которого требовали грузины, неизбежно влекло за собой и изменение законодательства, а также, что было немаловажно, изменение системы бюджетного финансирования религиозных организаций. Впрочем, перемены в любом случае были неизбежны, поскольку Временное правительство, приняв ряд актов о свободе совести, объявило о создании светского государства, не имеющего государственной религии.

Для быстрейшего юридического оформления нового статуса Грузинской церкви обер-прокурор Св. Синода В.Н. Львов принял решение «Назначить ординарного профессора Петроградского университета Владимира Николаевича Бенешевича временно- уполномоченным Временного правительства по делам Грузинской церкви» и командировать его в Тифлис Там же. С. 190.. автокефалия грузинский православный церковь

Выбор кандидатуры Бенешевича не был случаен. Его имя уже тогда было хорошо известно всем, кто занимался историей канонического права и византинистикой. Владимир Николаевич также был известен как общественный деятель и организатор науки. И до, и после революции 1917 года он входил в состав различных академических комиссий, ставивших перед собой фундаментальные исследовательские задачи (Комиссия по истории знания, Комиссия «Константин Багрянородный» и др.), принимал участие в деятельности Палестинского общества. Владимиру Николаевичу, человеку религиозному, не были чужды либеральные идеи: в автобиографии он отмечал, что интерес к церковной проблематике у него развился не только благодаря семье (дед со стороны матери, Августин Виторский, был дьяконом) и тому, что он еще в гимназические годы принимал активное участие в религиозной жизни, но и под влиянием сочинений Льва Толстого, ставившего «неудобные» вопросы о состоянии современной христианской жизни См. Щапов Я.Н. Полный текст «Автобиографии» В.Н. Бенешевича // Византийский временник. Т. 64 (89). 2005. С. 335-34²..

Февральская революция 1917 г. принесла Бенешевичу надежды на преобразования в жизни церкви. В период изменения правовых отношений государства и религиозных организаций услуги специалиста по каноническому праву были востребованы. Множество документов фонда Бенешевича, хранящихся в Санкт-Петербургском архиве РАН, касается его деятельности в качестве представителя Временного правительства по вопросу о предоставлении автокефалии Грузинской церкви В последние годы появилось множество работ, в которых анализируется вопрос

о восстановлении автокефалии Грузинской церкви в 1917 г. Это как работы по церковному праву (В.А. Цыпин), так и исторические исследования. См. подробнее:. Фактически он стал первым русским историком церковного права, которому пришлось заняться проблемой автокефалии на практике. Как отмечает в своей статье А. Кырлежев, современное понятие об автокефалии как форме церковной организации является сравнительно недавним, то есть возникшим в определенной исторической ситуации, когда отдельные православные церкви стали мыслиться -- и изнутри, и извне -- как некие сообщества верующих определенной конфессиональной принадлежности, имеющие автономную организационную структуру¹⁵.

Ключевым моментом в формировании современных представлений об автокефалии стали национально-освободительное движение на Балканах¹⁶ и последующий распад Османской империи. В XIX столетии произошло образование нескольких церквей. В первой половине XIX в. Греция, получившая независимость, объявила в 1833 г. и о независимости церковной, став «центром формирования новогреческого церковного сознания, тесно связанного с понятием нации»¹⁷. Это можно сказать и о других получивших независимость государствах: Болгарии, Румынии, на территории которых в XIX столетии возникли автокефальные церкви¹⁸. Процесс образования этих автокефалий не был простым, он так или иначе был связан с борьбой национальных элит (не только церковных, но и светских) за независимость, частью которой была и борьба за сохранение культурного своеобразия, составной частью которого было православие, которое способствовало сохранению национальных традиций. Начавшийся в XIX столетии процесс распада империй (сначала Османской, а в 19171918 гг. Российской империи и Австро-Венгрии) сопровождался ростом числа православных церквей, заявивших о своей независимости. Создание автокефальной церкви в получившей независимость Греции протекало относительно спокойно, и Вселенский патриархат признал (хотя и не сразу) греческую автокефалию Mavrogordatos, G.Th. (2003) “Orthodoxy and nationalism in the Greek case”, West European Politics 26(1): 117-136.. Получение автокефалии болгарской церковью привело к серьезной дискуссии о православии и национализме, которая вылилась в споры на страницах газет и журналов (достаточно мощной была дискуссия и в России), и привела к созыву знаменитого Поместного Константинопольского собора 1872 года, на котором впервые был поднят вопрос о филетизме -- внесении «в Церковь племенных делений, двоевластия, распрей и вследствие этого вторжение в область церковного единства» Кирион (еп. Сухумский) Национальный принцип в Церкви // Журналы и протоколы заседаний высочайше учрежденного Предсоборного присутствия (1906 г.). Продолжение журналов заседаний Второго, Третьего, Четвертого и Пятого отделов. М., 2014. C. 64.. На территории бывшей Российской империи после Февральской революции 1917 г. требования автокефалии раздались оттуда, где существовали (помимо религиозного фактора) движения за федерализацию и достаточно сильные националистические настроения в среде национальной интеллигенции. Это были Украина и Грузия. На этом сходство ситуации в этих двух регионах заканчивалось.