Самый близким названному Комитету по времени создания и целям деятельности был Комитет Западных губерний, созданный 14 сентября 1831 г. Польское восстание, охватившее часть Западных губерний, предопределило их переход на положение обычной окраинной провинции России, введение в них общероссийских структур управления и законов. При этом имперское правительство, осознавая опасность крайних мер и жесткого подхода, стремилось создать для данных губерний особые условия и порядки с учетом местной специфики, политических настроений населения, его вероисповедной принадлежности Вибе И. Н. Вероисповедная политика самодержавия в Западном крае (1830-1855): дис. ... канд. ист. наук. СПб., 2009; Журналы Комитета Западных губерний. Т. 1. 1831-1835 гг. / изд. подгот. Т. В. Андреева, И. Н. Вибе, Б. П. Миловидов, Д. Н. Шилов. СПб., 2017. С. 17, 25..
Так же как и создание Комитета Западных губерний, учреждение Комитета по делам Царства Польского при Государственном совете (1831-1841) было обусловлено Ноябрьским восстанием 1830-1831 гг. Польско-российское военное столкновение, разрушившее привычную систему отношений центра и западной окраины, обусловило необходимость институциональной интеграции Польши в состав Российской империи. Разработка и реализация программного документа по сближению Царства Польского с остальной Россией была поручена Комитету, одной из важнейших задач деятельности которого определялось формирование гарантий невозможности повторения революционных событий 1830-1831 гг. Созданный 17 августа 1831 г., то есть в период завершения Польской кампании, он являлся в большей степени не территориальным, а высшим совещательным органом, не имевшим «официальной гласности» и независимым от властных структур Польши. В его состав назначались видные сановники Российской империи: председатель Государственного совета и Комитета министров В. П. Кочубей (председатель), наместник Царства Польского И. Ф. Паскевич, члены Государственного совета И. В. Васильчиков, А. Н. Голицын, П. А. Толстой, министры Е. Ф. Канкрин, К. А. Нессельроде, А. И. Чернышев, главный делегат при Правительственном совете Царства Польского и советник Н. Н. Новосильцов (с 1834 г. председатель), советники и статс-секретари Д. Н. Блудов, Д. В. Дашков, Ф. И. Энгель. Делопроизводство Комитета было поручено М. А. Корфу, которого 24 мая 1832 г. сменил князь А. Ф. Голицын Об учреждении Комитета по делам Царства Польского. 17 августа 1831 г // Опись дел Архива Государственного совета: в 20 т. Т. 16: Дела Государственного совета и государственной канцелярии с 1807 года по 1910 год. СПб., 1912. С. 112..
Работа секретным порядком над созданием программного документа, получившего в литературе название Органического закона или Органического статута, происходила в Петербурге с 24 октября 1831 г. по февраль 1832 г. исключительно в рамках данного Комитета Эпштейн Э. Е. Комитет по делам Царства Польского при Государственном Совете. С. 5; Ру- жицкая И. В. Государственный совет при Николае I. С. 278.. Велась переписка и формировалась преобразовательная программа, находившая выражение в записках и проектах членов Комитета, -- «о Высочайшей грамоте о новом порядке управления и образования Царства Польского», об учреждении Государственного совета, Совета управления, правительственных комиссий в Царстве Польском Опись дел Архива Государственного совета. Т. 16. С. 113, 118.. Помимо этого, Комитет в качестве последней инстанции утверждал приговоры Верховного уголовного суда в Варшаве, а в 1831-1834 гг. рассматривал важнейшие социально-политические, финансово-экономические, юридические вопросы, связанные с Польским восстанием. По повелению Николая I, осознававшего, что репрессии должны быть выборочными и обращенными только на участников восстания, Комитет подготавливал проект манифеста об амнистии для жителей Царства Польского от 20 октября 1831 г., а также обсуждал мероприятия по оказанию помощи жителям Польши, пострадавшим от мятежа. Одно из дел 1831 г. было посвящено «вознаграждению генерала от кавалерии Рожнецкого за убытки, понесенные им от разорения мятежниками имения м. Калушина». Важнейшими предметами рассмотрения Комитетом являлись бюджет Польши на 1832-1834 гг. и «приведение финансовых дел Царства Польского в связь с Министерством финансов империи». Комитет разрабатывал проекты «нового устройства» Суда верхней инстанции (кассационного суда), расформирования «бывшей польской армии и введения нового порядка отправления рекрутской повинности польских подданных», предоставления польским дворянам прав российского дворянства, утверждения паритета на данной территории польской и российской монетных систем. В делах Комитета также отложились объемные донесения генерал-адъютанта графа В. И. Красинского Николаю I и И. Ф. Паскевичу за 1831-1832 гг. «о положении Царства Польского и о мерах к его упорядочению» с маргиналиями императора Там же. С. 113, 116, 117, 119..
В состав Комитета по должности 17 августа 1831 г. был введен министр-статс- секретарь С. Ф. Грабовский, который, однако, как пишет И. В. Ружицкая, на заседаниях почти постоянно отсутствовал «в силу преклонных лет» и постоянного нахождения в своем польском имении. Участие И. Л. Туркула, сменившего Грабов- ского 6 декабря 1839 г. на этом посту, также не оставило заметного следа в деятельности Комитета. Оба министра-статс-секретаря, как подчеркивает исследователь, не сыграли «заметной роли в выработке политики имперской власти по инкорпорации Царства в государственно-правовое пространство Российской империи» Ружицкая И. В. Государственный совет при Николае I. С. 280..
В связи с этим возникает проблема участия К. Ф. Друцкого-Любецкого в создании Органического статута. В материалах Комитета есть дело под названием «По предположениям тайного советника князя Друцкого-Любецкого о преобразованиях по управлению Царства Польского» Опись дел Архива Государственного совета. Т. 16. С. 119., но оно относится к 16 февраля -- 30 марта 1833 г., то есть ко времени, когда Органический статут был уже обнародован. Как подчеркивает Е. Щепаньский, не соглашающийся с классическим тезисом польского биографического словаря об активном участии князя в создании статута, официальные документы свидетельствуют, что «Любецкий не проявлял никакой активности в этой области». Его переписка по данному вопросу с министром- статс-секретарем Грабовским относится к концу декабря 1832 г. И хотя, как считает польский историк, Любецкий «был инструментально использован в работах, меняющих статус Королевства Польского», император не желал, чтобы инициатива исходила именно от Любецкого ЗгсхгражЫ ]. К^ашегу ПгискьЬиЬескь 8. 216-218..
14 февраля 1832 г. Николаем I на законодательном уровне был принят манифест «О новом порядке управления и образования Царства Польского», опубликованный Правительствующим Сенатом 24 марта 1832 г. В нем от имении российского императора определялась главная цель данного законодательного акта: «Чтобы Царство Польское, имея особое, соответствующее потребностям его управление, не переставало быть нераздельной частью империи Нашей и чтобы отныне жители оного составляли с Россиянами единый народ согласных братий, Мы на сих основаниях начертали и постановили в особой, в сей же день изданной, Грамоте новый порядок управления и образования Нашего Царства Польского» Манифест от 14 февраля 1832 г. «О новом порядке управления и образования Царства Польского» // ПСЗ-11. Т. VII. № 5165. С. 84.. В «Высочайшей грамоте» (или Органическом статуте), которая находилась внутри манифеста и формально не отменяла Конституционную хартию 1815 г. Горизонтов Л. Е. Парадоксы имперской политики. С. 158; Ружицкая И. В. Государственный совет при Николае I. С. 281., утверждался новый порядок управления Царством Польским. Согласно положению «О главном и местном управлении» Грамоты, утверждалось, что государственное управление в регионе переходит к Совету управления, или Административному совету, во главе с наместником. При этом Совет, включавший директоров правительственных отраслевых комиссий (министерства были упразднены) внутренних и духовных дел, народного просвещения, юстиции, финансов, казначейства и главного контролера, назначаемых императором, состоял как из польских, так и из российских сановников. Вместо Сейма учреждался Государственный совет с законосовещательными полномочиями под председательством наместника, включавший членов Совета управления и назначаемых императором государственных советников. Важнейшей прерогативой Совета, тождественной с полномочиями имперского Государственного совета, было «рассмотрение и составление проектов новых законов, относящихся к общему управлению Царства» и решение юридических и финансовых дел, выходящих за пределы компетенции Совета управления. Административно-территориальное деление и местное управление оставались в прежнем виде: во главе восьми воеводств стояли комиссии, состоящие из председателя и комиссаров, назначаемых правительственными комиссиями. В городах и местечках местное управление сохранялось за избираемыми городскими и сельскими обществами бургомистрами и войтами Манифест от 14 февраля 1832 г. «О новом порядке управления и образования Царства Польского». Ст. 1-4; 15-41; Ружицкая И. В. Государственный совет при Николае I. С. 282..
Таким образом, необходимость сохранения социального мира в регионе и важность обеспечения имперскому центру лояльности его жителей предопределили формирование особой модели управления Царством Польским, вводившей систему абсолютно-монархического правления и бюрократической централизации с учетом польской национальной специфики и сохранением местного самоуправления. Как писал А. А. Корнилов, «если бы Статут был введен в действие, то Царство Польское и в роли провинции сохраняло бы значительные преимущества в сравнении с остальными областями Российской империи, которые не пользовались в то время никакими политическими правами и не имели в сущности никакого самоуправления» Корнилов А. А. Русская политика в Польше со времен разделов до начала XX века. С. 33.. Однако после очередного витка заговоров в 1835 г. главным направлением имперской политики определялось уже не сближение, а уравнение статуса и управления Польшей с остальными частями империи. В 1837 г. воеводства были заменены на губернии, подчинение и организация которых соответствовали общероссийскому стандарту, то есть губернскому правлению и губернаторам; в 1841 г. упразднен Государственный совет Царства Польского, делопроизводство в канцеляриях стало вестись на русском языке. К этому времени Комитет по польским делам потерял свое былое значение в связи с усилением власти и влияния наместника И. Ф. Паскевича. Выполнив свою главную миссию -- подготовив Органический статут, в 1841 г. Комитет прекратил свое существование (точная дата его ликвидации не установлена).
Согласно Органическому статуту, в день его законодательного утверждения (14 февраля 1832 г.) был создан особый Департамент дел Царства Польского при имперском Государственном совете, просуществовавший до 1 января 1862 г. Поскольку инкорпорационная программа была направлена на объединение Царства Польского с Российской империей не только в административном, финансовом, социально-экономическом, юридическом, но прежде всего в законодательном отношении, то для рассмотрения законопроектов, касавшихся польских дел и их адаптации к общеимперским постановлениям, была необходима высшая совещательная инстанция по вопросам законодательства. Вопрос об учреждении Департамента рассматривался еще в конце 1831 г. в Комитете по делам Царства Польского в контексте новой модели его управления и составе дел о проектах создания Государственного совета Царства Польского, Совета управления и правительственных комиссий. В статье 31 «Высочайшей грамоты» или Органического статута утверждалось, что «дела законодательства и другие особенной важности предположения по Царству Польскому, кои, как считал император, должны быть предварительно и тщательно соображены с существующими в других частях империи постановлениями и общими оной пользами... будут вносимы в Российский Государственный совет». Для этого «учреждается в оном, особый Департамент дел Царства Польского», в котором должны присутствовать по назначению императора члены из подданных империи и Царства Польского Манифест от 14 февраля 1832 г. «О новом порядке управления и образования Царства Польского». Ст. 31.. Именным указом Государственному совету от 14 февраля 1832 г. в Департамент назначались И. Ф. Паскевич (председатель), Н. Н. Новосильцов, Ф. И. Энгель, а также -- князь К. Ф. Друцкий-Любецкий, графы С. Ф. Грабовский, С. А. Замойский, В. И. Красинский, генерал А. А. Рожнецкий ПСЗ-11. Т. VII. № 5166.. С 6 января 1835 г. в состав Департамента вошел и М. М. Сперанский. Следует подчеркнуть, что, вероятно, с законодательной деятельностью польского Департамента было связано с 1836 г. сотрудничество Любецкого, работавшего над созданием Свода польских законов, со Вторым отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии (СЕИВК) под руководством Сперанского Письмо К. Ф. Друцкого-Любецкого к М. М. Сперанскому. 31 марта 1838 г. // ОР РНБ. Ф. 731 (М. М. Сперанский). Д. 2067. Л. 1-1 об..
16 декабря 1839 г. членом Департамента был назначен И. Л. Туркул. Игнатий Лаврентьевич Туркул (1798-1856) в административную сферу вошел еще в царствование Александра I, когда 12 мая 1818 г. был назначен вице-рефендариу- мом Правительственной комиссии финансов и казначейства Царства Польского. В 1833-1838 гг. в качестве товарища министра-статс-секретаря Туркул не раз замещал Грабовского, а 12 декабря 1839 г. был назначен министром-статс-секретарем Царства Польского Шилов Д. Н., Кузьмин Ю. А. Члены Государственного совета Российской империи. С. 808-809.. По данным И. В. Ружицкой, со ссылкой на поздний дневник М. А. Корфа, хранящийся в Государственном архиве Российской Федерации, Тур- кул и в Департаменте бездействовал. Как подчеркивал Корф, «Туркул почти всю жизнь в Варшаве, и оттого некому подписывать журналы, случающиеся, впрочем, всего раз пять в году!» Цит. по: Ружицкая И. В. Государственный совет при Николае I. С. 280.. Однако еще ранее Туркул возглавил Подготовительный комитет для ревизии и составления законов Царства Польского, созданный 12 мая 1833 г. Общее руководство работой данного Комитета до 1839 г. осуществлялось М. М. Сперанским, а после его смерти -- главноуправляющим Вторым отделением СЕИВК Д. Н. Блудовым. Комитет, с 30 апреля 1842 г. получивший название Кодификационной комиссии Царства Польского (1833-1861 гг.), должен был подготовить проекты Кодекса гражданского, Устава гражданского судопроизводства, Кодекса законов уголовных, Кодекса коммерческого, Положения об устройстве судов и Свода административных законов. Разрабатываемые членами Комитета проекты вначале поступали к Сперанскому (с 1839 г. Блудову), а затем для согласования с местными условиями и законодательством вносились в Департамент дел Царства Польского Кодификационная комиссия Царства Польского (1833-1861). Ф. 1254. 1810-1868 гг. 287 д. // Российский государственный исторический архив. Путеводитель: в 4 т. Т. II. СПб., 2013. С. 525..
Между тем параллельная деятельность созданных почти одновременно в конце 1831 -- начале 1832 г. двух высших совещательных органов по польским делам при Государственном совете потребовала определения их официального статуса в структуре высших учреждений империи и четкого разграничения компетенций. К 14 мая 1834 г. относится Высочайше утвержденная всеподданнейшая записка
В. П. Кочубея «О разграничении функций Комитета по делам Царства Польского от функций Департамента дел Царства Польского и министра-статс-секретаря», в которой подчеркивалось, что Комитет должен рассматривать: «а) предметы, кои относятся собственно к основным видам Грамоты, высочайше дарованной Царству Польскому, а именно -- к теснейшему незыблемому соединению края с империей; б) предположения по устройству Царства Польского на будущее время, которые еще не рассматривались в Совете управления или Государственном совете Царства и которые вносятся Комитетом на Высочайшее усмотрение». В то же время «законодательные предметы, требующие соображения с существующими в империи постановлениями» должны обсуждаться, но только с санкции императора, в Де- партаменте Цит. по: Ружицкая И. В. Государственный совет при Николае I. С. 283; Опись дел Архива Государственного совета. Т. 16. С. 121..