Материал: titova_aa_evoliutsiia_povsednevnoi_zhizni_naseleniia_gorodov-1

к достижениям отечественной и мировой культуры: литературы, театрального и музыкального искусства, отчасти, изобразительного искусства. К рубежу XIX–XX вв. интеллигенция стала занимать лидирующую позицию в инициировании и аккумулировании новаций в повседневной жизни горожан. По нашему мнению, эта элитарная социальная группа, наряду с дворянами, чиновниками, некоторыми купцами, быстрее воспринимала, усваивала и пропагандировала новации в силу обладания более высоким уровнем образования, широким кругозором и открытостью к новому.

К концу XIX в. в сфере деятельности интеллигенции российской провинции можно выделить следующие виды: просветительская (публичные лекции, народные чтения), культурная (спектакли, концерты, публицистика), благотворительная (сбор средств голодающим, жертвам стихийных бедствий, бесплатная медицинская помощь малоимущим, дешевые или бесплатные столовые), научно-исследовательская (открытие музеев, изучение истории, культуры, изобретательство). Таким образом, интеллигенция играла важную роль в социокультурной жизни городов. В такие сообщества тянулись представители различных профессиональных групп для культурного проведения досуга, духовного общения, творческого самовыражения.

Народное просвещение представители интеллигенции рассматривали скорее как гражданский долг, нежели как коммерчески выгодное мероприятие. В процессе своей деятельности интеллигенция способствовала ускорению модернизации российского общества, в том числе влияла на изменение устоявшихся стереотипов мышления, быт и традиции в повседневности других групп горожан. Типичные для интеллигенции ценностные ориентиры (повышенный интерес к общественным проблемам и, как следствие, чаще всего оппозиционное отношение к властям; способность критически осмысливать происходящие события и явления, высказывать собственное мнение; антибуржуазность взглядов) определяли специфику ее менталитета. Для большей части интеллигенции, либерально и радикально

176

настроенной, все яснее становилась необходимость кардинальных изменений в общественно-политической сфере. Приходило понимание того, что такие изменения возможны лишь революционным путем, так как итоги первой русской революции показали нежелание власти идти на уступки общественности.

Провинциальная интеллигенция, формировавшаяся представителями различных социальных групп, по мере корпоративной консолидации (прежде и ранее всего на профессиональном уровне) представляла собой межсословную, всесословную группу. Одновременно в среде интеллигенции формировались свои специфические традиции, культура, этика и стиль поведения, обусловленные особенностями профессиональной деятельности, правовым статусом, ролью и местом в социально-экономической жизни города. Обладая в городе определенным авторитетом и влиянием, интеллигенция оказывала существенное влияние на формирование новых форм и проявлений городской общественной повседневности, формируя, развивая и презентуя городу свои собственные повседневные практики.

3.3.Повседневность деклассированных и маргинальных слоев города

Вконце XIX – начале XX вв. города в Российской империи становятся прибежищем маргинальных и люмпенизированных элементов, которые появлялись в большом количестве по мере разрушения сословного строя и развития модернизационных процессов. Люди, выброшенные из привычной среды, разорившиеся и опустившиеся, потерявшие, в силу разных причин, родных и кров видели в городе возможность найти хотя бы какое-то пропитание, мечтали найти здесь лучшую долю. Чем больше и богаче город, тем больше он манил людей этой категории: нищих, бродяг, калек и увеченных, воров, мошенников, беглых преступников.

177

В рассматриваемый период значительный размах приобрело нищенство. Оно составляло по размерам самую многочисленную социальную группу среди маргиналов, людей, утративших свой традиционный статус и «не переваренных» новой общностью. Это явление, будучи закономерным следствием быстрой индустриализации, неизбежно оказывалось одним из факторов общественной нестабильности, создавая благоприятные условия для распространения самых радикальных идей, в том числе – нацеленных на решительный разрыв с прошлым. В силу того, что это самая большая и самая распространенная группа из маргинальных и деклассированных слоев, мы на ее примере рассмотрим элементы повседневности, характерные для социального дна провинциального города.

Нищих растил и воспитывал русский обычай, с одной стороны благородный и в тоже время, в определенной степени, вредный. Подачей милостыни выражалось чувство милосердия и сострадания. Подать нищему − значило проложить себе путь к прощению Богом. Являлся ли просящий подаяние действительно нуждающимся или был тунеядцем, чаще всего русский человек относился к этому терпимо: «На нем грех будет, если он обманывает народ православный». Терпимое отношение к нищим, помощь бедным составляли важнейшую нравственную обязанность православного человека (тогда как в Европе нищенство считалось преступлением). Такие ценности, характерные для западной цивилизации, как собственность, богатство, хозяйство, в исследуемый период, не находили широкого и однозначного отклика в общественном сознании горожан Российской империи. Буржуазные ценности и соответствующий менталитет не проникли в массовое сознание русской интеллигенции и купечества. Российское общество чуждалось культа богатых людей, культа наживы, тип купцапредпринимателя был непопулярен. Тем не менее, нельзя не видеть позитивной роли купечества, буржуазии, много делавших в провинции для пользы науки, образования, здравоохранения, обустройств городов, благотворительности. Характер городской жизни и быта зарождающейся

178

буржуазии складывался под большим влиянием быта дворянско-чиновничьей среды города.

Исторические традиции и бессистемная благотворительность, социально-экономическая политика государства и пауперизация рабочего класса, а также стихийные бедствия и разорительные войны – все это способствовало развитию нищенства в России. Хотя одной из главных причин развития нищенского промысла следует считать полное отсутствие развитой системы социальной защиты населения. В конце XIX в. нищенство в России приняло масштабный размах. Несмотря на сложность и неоднозначность в подсчетах, можно сказать, что оценки числа нищих в России в конце XIX в. варьируются от 200 тыс. до нескольких миллионов человек. К примеру, по мнению историка И.В. Мещаникова, который в своих расчетах за основу брал средний процент нуждающихся в постоянной помощи в Западной Европе (4-5 % населения), численность бедняков в России, исходя из 125-миллионного населения, составляло минимум 5 млн.

переписи 1897 г., в ходе которой выделялись две потенциальные группы нищих: 1) нищие, бродяги, странники и богомольцы – 363 тыс. (160 тыс. мужчин и 203 тыс. женщин), 2) люди, не указавшие своих занятий или средств существования, – 316 тыс. (123 тыс. мужчин и 193 тыс. женщин). При подсчете учитывались лица, занимавшиеся нищенством самостоятельно, и члены их семей. На наш взгляд, это обосновано, так как часто этот промысел передавался детям «в наследство», обучение и занятие им начиналось с раннего детства. В переписи по Курской губернии нищие, наряду с другими категориями населения, входили в группу «лиц

338 Мещанинов И.В. О нищенстве в России и способах борьбы с этим явлением (труды Первого Всероссийского съезда русских деятелей по общественному и частному призрению. 8–13 марта 1910 г.) // Антология социальной работы: в 5 т. Т.2. Феноменология социальной патологии / сост. М.В. Фирсов. М., 1995. C.53.

179

неопределенных занятий» и «лиц, не указавших занятия». Общее количество отметивших себя в этих двух группах в городах губернии составляло 2578 человек (1168 мужчин и 1410 женщин)339.

Если в расчеты брать только самодеятельных нищих без членов семьи, то все равно в переписи мы увидим преобладание женщин над мужчинами, что является достаточно сомнительным. Согласно статистике Николаевского комитета по разбору и призрению нищих, нищенствующих мужчин было всегда в 4-5 раз больше, чем женщин340. По мнению И. Дьяконова, причина в том, что в ходе переписи отмечались лишь те нищие, которые сами называли свой род деятельности. По-видимому, мужчины были более склонны, чем женщины, скрывать свое занятие нищенством, тем более, что законодательство предусматривало уголовное наказание за прошение милостыни. По нашему мнению, более низкий процент женщин-нищих связан с их определенными моральными воззрениями, большей приверженности к традиционным убеждениям: «Вели Бог подать, не вели Бог просить».

В силу разных обстоятельств, оставшиеся без средств к существованию: вдовы, сироты, брошенные мужем, женщины могли пойти в монастырь или попасть в сферу проституции. Попадая в проституцию как сферу бизнеса, женщины формально не были нищими, попрошайками и бродягами. Возникнув изначально как нелегальный промысел, профессиональная проституция в России была под запретом. В середине XIX в. ее легализовали по причине участившихся венерических заболеваний, чтобы контролировать заболевших женщин с оказанием им медицинской помощи, регулировать деятельность домов терпимости. Согласно данным переписи 1897 г., где проституция выделена как род занятий, в Ку рской губернии этой деятельностью занималось 76 женщин (и 5 членов семьи),

339Первая Всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. XX. Курская губерния / под ред. Н.А. Тройницкого. СПб., 1904. С.176.

340См.: Дьяконов И.Ю. Нищенство в дореволюционной России // Этнографическое обозрение. 2007. №3. С.30.

180