5. интертекстуальность - отношение соприсутствия между несколькими текстами - проявляется на основе метатекстуальности и гипертекстуальности.
Внутренняя интертекстуальность микрорассказа-притчи Х.Л. Борхеса «Сюжет» заключается в том, что обе её части соотносятся друг с другом как сюжеты предшествующий и последующий: сначала о Цезаре и Бруте, а потом о безымянном гаучо. С точки зрения нарратива они симметричны, а с точки зрения композиции обе они зеркальны, тем более что косвенно это подтверждается аллюзией зеркала из другого микрорассказа этого цикла «Вещие зеркала» (пер. Б. Дубина): В детстве я знал этот ужас перед удвоением или умножением вещей; причиной его были зеркала (выделено нами. - Е.К., О. Ч). Их безотказное и безостановочное действие, охота за каждым шагом, вся эта космическая пантомима, как только стемнеет, снова казалась мне чем-то потусторонним. Одна из постоянных моих тогдашних молитв Богу и ангелу-хранителю - не увидеть зеркал во сне. Они достаточно пугали меня наяву. То я боялся, что изображение в них разойдется с явью, то страшился увидеть свое лицо изувеченным небывалой болезнью. Страхи, как я узнал потом, оказались не напрасными. История совершенно проста, хотя и не слишком приятна.
И в продолжение: Ища понимания женщины, ей нередко поверяют настоящие или выдуманные случаи из детства. Как-то мне пришлось рассказать ей о зеркалах, вызвав позднее, в тридцать первом, настоящую галлюцинацию. В конце концов я услышал, что не в своем уме и зеркало у нее в спальне - вещее: глянувшись, она увидела в нем вместо своего отражения мое. Тут она задрожала, умолкла и выдавила, что я колдун и преследую ее по ночам.
Роковая услуга моего лица, одного из многих тогдашних лиц! Эта тягостная судьба моих отражений тяготит меня и сегодня, но теперь это уже не важно [30].
Симметрия-асимметрия зеркального изображения не разрушает нарратива, напротив, усиливает эстетическое воздействие и восприятие, придавая некоторый мистический оттенок, тем более что в тексте зеркальность предваряется своеобразным введением-аллюзией: Судьбе по нраву повторения, варианты, переклички; девятнадцать веков спустя на юге провинции Буэнос-Айрес <...>. Тем самым достаточно точно обозначены хронос и топос не только во второй части микропритчи, но и в первой части «Сюжета», что поддерживается именами Цезаря и Брута. Поэтому, полагаем, нарратив представляет эпизод из римской истории как прецедентный текст.
Своеобразная перекличка прецедентных текстов обнаруживается непосредственно в цикле «Создатель»: микрорассказы «Страничка о Шекспире», о нём же «Everything and nothing» `Все и ничто' [31], при этом Борхес говорит:...el alma que lo habitaba era Cйsar `душа, жившая в нем, была душой Цезаря'. В этом тексте Шекспир ведет диалог с самим Создателем, и Творец ведет диалог с Шекспиром в последние моменты его земной жизни: «История добавляет, что накануне или после смерти он предстал перед Господом и обратился к нему со словами: «Я, бывший всуе столькими людьми, хочу стать одним - собой». И глас Творца сказал ему из бури: «Я тоже не я; я выдумал этот мир, как ты свои созданья, Шекспир мой, и один из призраков моего сна - ты, подобный мне, который суть все и никто» (пер. Б. Дубина).
Переводчик П. Дубин дает комментарий к названию миниатюры «Everything and nothing» со ссылкой на письмо Дж. Китса от 18 октября 1818 г.: «Я ношу в себе все и всех, но сам я ничто и никто», приводится и перевод «Всё или ничто». Известны аналогичные крылатые слова-цитаты на латыни: aut Caesar, aut nihil в буквальном переводе или Цезарь, или ничто, и производное выражение «(de mortuis) aut bene aut hihil», которое буквально переводится как или хорошо, или ничего (об умерших; о мертвых). Сравним их русские аналоги: или грудь в крестах, или голова в кустах, всё или ничего, пан или пропал. Опять точка отсчета, фокус - это антиномия Цезарь - Брут, которая предстает как фокус-вершина параболы нарратива, повторенная далее в антиномии гаучо-убиенный - гаучо-убийца как отраженная фокус-вершина первой части «Сюжета».
Для характеристики внутренней интертекстуальности микрорассказа «Сюжет» симптоматична его связь с миниатюрой «Мартин Фьерро», что подтверждает её следующий фрагмент: Un gaucho alza a un moreno con el cuchillo, lo tira como un saco de huesos, lo ve agonizar y morir, se agacha para limpiar el acero, desata su caballo y monta despacio, para que no piensen que huye [16] 'Некий гаучо наносит удар ножом смуглому парню, бросает его, как мешок костей, наклоняется, чтобы вытереть сталь клинка, отпускает удила лошади и медленно седлает ее, чтобы никто не подумал, что он сбегает'. В этом фрагменте финал «Мартина Фьерро» Хосе Эрнандеса переосмыслен. В оригинале главный герой скрывает факт убийства, у Борхеса - признает.
Микрорассказ «In memoriam J.F.K.» [32], в названии которого явственно прочитывается аллюзия убийства Джона Фицджеральда Кеннеди, - это философское размышление о насильственном убийстве и его реальных исполнителях-« делателях». У Борхеса нет детальных описаний этих трагических событий. Лаконичный стиль констатации, схожий с библейским повествованием, тем не менее создает у читателя сильнейшее эстетическое переживание. Борхес говорит об убийстве в 1897 г. семнадцатого официального президента Уругвая Хорхе Идиарта Борта простым парнем (возможно, гаучо) из Монтевидео, об убийстве в театре Авраама Линкольна актером, «которого слова Шекспира превратили в Марка Брута, убийцу Цезаря» [Ibid. P. 144], о гибели короля Швеции Густава Адольфа в сражении при Лютцене 6 ноября 1632 г.
Писатель-«делатель» и творец Борхес размышляет о путях и орудиях насильственного убийства, а заканчивает миниатюру библейской аллюзией: первым в истории убийцей Каином и первой жертвой убийства - его братом Авелем.
Итак, в рамках цикла миниатюр, эссе и стихотворений Х.Л. Борхеса «El Hacedor» / «Создатель» внутренняя интертекстуальность проявляется как метатекстуальность, гипертекстуальность и паратекстуальность (см., в частности, о названии микрорассказа). Однако метатекстуальность охватывает и тематически связанные тексты Фр. Каведо и В. Шекспира, в основе которых известное историческое повествование Светония. Художественная форма, композиция и язык произведений всех названных авторов различаются, но объединяет их повтор общего сюжета, который как бы сохраняет принцип параболического нарратива, но меняет его контуры и конфигурацию, в частности в драме В. Шекспира в фокусе параболы фраза Et tu, Brute! / And you too, Brutus?, в которой обращение-вокатив звучит то на латыни, то почти по-французски.
В произведении Фр. Кеведо фокус нарратива все время перемещается от текста к дискурсу. Выстраивая иерархию прецедентных текстов - от названия микрорассказа до цикла рассказов-миниатюр Х.Л. Борхеса, а далее, с учетом хроноса и топоса, к текстам Кеведо, Шекспира и Светония, одновременно выявляем внешнюю интертекстуальность-метатекстуаль-ность, особую векторную ретроспекцию-референцию, принимая во внимание тот факт, что она может стать и проспективной, обращенной в будущее.
В текстологии интертекстуальность обнаруживает междисциплинарные связи, которые обусловлены не только иерархически организованными прецедентными текстами, цитациями и аллюзиями, метатекстуальностью и гипертекстуальностью: они проявляются в области взаимодействия лингвистической семиотики и прагматики текста, стилистики и поэтики, когнитивной лингвистики, психо- и социолингвистики, теории информации и др.
Заключение
Опыт интертекстуального прочтения миниатюры Х.Л. Борхеса «La trama» / «Сюжет», его комплексный филологический анализ позволили выявить и описать особенности композиции и структуры этого текста Борхеса во взаимодействии с другими микротекстами его цикла «El Hacedor» / «Создатель». Принцип параболы как принцип нелинейного развития нарратива постмодернизма способствует развитию идеи об иерархичности организации прецедентных текстов, исходя из функции десемантизиро- ванного названия миниатюры, её особой двухчастной композиции, обозначения хроноса и топоса, введения знаковых персонажей - Цезаря и Брута и безымянных гаучо. Фокусы-вершины параболы не фиксируются, а находятся в движении, постоянно перемещаясь между двумя текстовыми частями «Сюжета». Благодаря финалу «Сюжета» этот микрорассказ обретает форму символической притчи, тем более что мораль утверждает бесконечную повторяемость подобных сюжетов в истории и культуре общества.
Специфический культурный компонент и аргентинский колорит связаны с аргентинским этнотипом гаучо и лексемой che, которая по своей природе представляет знак-индекс, регулярно выполняющий дейктическую функцию, а в символической функции представляет анонимного персонажа-гаучо миниатюры Х.Л. Борхеса, служит псевдонимом известному историческому деятелю Э. Че Геваре и способна обозначать жителя Аргентины.
Будучи включенной в цикл «El Hacedor» / «Создатель», миниатюра Х.Л. Борхеса «Сюжет» не только обнаруживает глубокие текстовые и смысловые связи с другими его текстами-миниатюрами: по воле автора, она обретает свойства не только внутренней интертекстуальности, но и в целом интертекстуальности художественного текста, вступая во взаимодействие с текстами Фр. Кеведо, В. Шекспира и Светония. При этом иерархия прецедентных текстов усиливается паратекстуальными, метатекстуальными и гипертекстуальными связями. На этом фоне параболический принцип по- прежнему действует как принцип нелинейного развития нарратива постмодернистского творчества Борхеса, но уже выходя за пределы отдельного интертекста в широкий общечеловеческий культурный дискурс.
Литература
1. Пьеге-Гро Н. Введение в теорию интертекстуальности. М.: ЛКИ, 2008. 240 с.
2. Borges J.L. La trama // Borges J.L. El Hacedor. Madrid: Ed. Debolsillo, 2015. P. 35.
3. Борхес Х.Л. Сюжет. URL: http://ciudadseva.com/texto/la-trama/ (дата обращения: 26.09.2017).
4. Борхес Х.Л. Сюжет / пер. Б. Дубина. 2014. Библиотека электронной литературы формата fb2. URL: http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%91/borhes-horhe-luis/syuzhet/1 (дата обращения: 27.02.2018).
5. Словарь литературоведческих терминов. URL: https://slovar.cc/lit/term/2145032.html (дата обращения: 26.02.2018).
6. Ингерден Р. Исследования по эстетике / пер. с польского А. Ермилов, Б. Федоров. М.: Изд-во иностр. лит., 1962. 552 с. URL: http://hermeneutik.kemsu.ru/Content/documents/%D0%98%D0%BD%D0%B3%D0%B0%D1%80%D0%B4%D0%B5%D0% BD%201962.pdf (дата обращения: 05.03.2018).
7. Борхес Х.Л. Сад расходящихся тропок. URL: https://www.libfox.ru/8180-horhe- borhes-sad-rashodyashchihsya-tropok.html (дата обращения: 05.03.2018).
8. Барт Р. Удовольствие от текста / пер. Г.К. Косикова // Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика / пер. с фр. М., 1989. С. 452-519.
9. Steel B. Diccionario de Americanismos. ABC of Latin American Spanish. Paris, 1990. 445 p.
10. Real Academia Espanola. Diccionario de la lengua espanola. 22a ed. URL: www.dle.rae.es (дата обращения: 27.02.2018).
11. Diccionario de americanismos. Lima: Santillana, 2010. 2333 p.
12. Lipski J.M. El espanol de Amйrica. Madrid: Catedra, 2011. 447 p.
13. Словарь постмодернизма. 2012. URL: https://slovar.cc/isk/postmodern/2478812.html (дата обращения: 26.02.2018).
14. Описание построения параболы: URL: https://tutomath.ru/uroki/kak-postroit- parabolu.html (дата обращения: 05.03.2018).
15. Красных В.В. Этнопсихолингвистика и лингвокультурология: курс лекций. М.: Гнозис, 2002. 284 с.
16. Borges J.L Martin Fierro // Borges J.L. El Hacedor. Madrid: Ed. Debolsillo, 2015. Р. 43-44.
17. Borges J.L. El hacedor// Borges J.L. El Hacedor. Madrid: Ed. Debolsillo, 2015. Р. 9-12.
18. Словарь русского языка. М.: Рус. яз., 1986. Т. 1. 698 с.
19. Quevedo F. La vida de Marco Bruto. Biblioteca virtual universal. 79 p. URL: http://www.biblioteca.org.ar/libros/132249.pdf (дата обращения: 05.02.2018).
20. Шекспир У. Юлий Цезарь. Антоний и Клеопатра. Трагедия о Кариолане. Троил и Кессида. М.: Альфа-Книга, 2013. 505 с.
21. Shakespeare W. Julius Ceasar. URL: https://www.sparknotes.com/nofear/shakespeare/ juliuscaesar/page_104/ (дата обращения: 30.03.2018).
22. Shakespeare G. Julio Cйsar. Version castellana de Guillermo Macpherson. 70 p. URL: http://www.biblioteca.org.ar/libros/132249.pdf (дата обращения: 30.03.2018).
23. КристеваЮ. Семиотика. М.: Изд-во МГУ, 1970. 218 с.
24. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. М.: Э, 2017. 640 с.
25. Кристева Ю. Бахтин, слово, диалог, роман // Французская семиотика: от структурализма к постструктурализму. М., 2000. С. 427-457.
26. Бахтин М.М. Из предыстории романного слова // Бахтин М.М. Проблема текста в лингвистике, филологии и других гуманитарных науках: Опыт философского анализа // Эстетика словесного творчества. М., 1979. 424 с.
27. Косиков Г.А. Идеология, коннотация, текст (по поводу книги Р. Барта "S/Z") // Барт Р. S/Z / пер. Г.К. Косикова, В.П. Мурат ; общ. ред., вступ. ст. Г.К. Косикова. М., 1994. С. 277-302.