Но каким образом представить в таком наблюденческом фильме нужную информацию, чтобы зрителю был понятен исторический и социокультурный контекст удмуртских общественных молений? Что-то можно рассказать через спонтанные диалоги участников, особенно о функциях и социальной роли ритуала. Но обычно записанный материал и ритм фильма не позволяют делать этого напрямую и подробно, а только с помощью коротких фрагментов разговора и скорее через намеки, чем через объяснения. Поэтому основную справочную информацию мы решили разместить в начальных титрах фильма. Текста получилось много, и мы понимали, что это не идеальный способ для передачи информации в фильме, но надеялись, что начальные титры помогут зрителям лучше понять общественный статус, содержание и ход молениях, а также сосредоточиться на сенсорных ощущениях участников, осознать важность обряда для жрецов и рядовых членов общин.
Другой принцип, который следует подчеркнуть, хотя он кажется сегодня обязательным, вытекает из отсутствия дубляжа, это принцип естественного голоса. В наших фильмах все разговаривают на своем родном языке, зрители имеют возможность понимать звучащую речь благодаря субтитрам. Для режиссера это требует огромных усилий в сотрудничестве с кем-то, хорошо знающим язык. К субтитрам мы еще вернемся, а сейчас сосредоточимся на переводе.
Как раньше уже было сказано, в ритуале много «невербального», но слова все-таки в нем также присутствуют. Это не только обрядововербальная коммуникация (молитвы, приветственные формулы и т.д.). Это и спонтанная речь жрецов и их помощников во время подготовки к обряду и варки каши, их общение с друзьями, родственниками, указания, вопросы, шутки, разговоры. Если сосредоточиться только на обрядовых практиках, они не существенны, но если задаться целью исследовать и показать живой обряд, эти случайные разговоры чрезвычайно интересны. Они передают расслабленную атмосферу, выражают заботы и интересы деревенских жителей. Кстати, частично они все-таки связаны и с ритуалом. В них выражаются сомнения и размышления о том, что и как правильно делать (резать хлеб ножом или ломать руками?), показывают процесс «переговоров» и достижения консенсуса. В них могут содержаться воспоминания о бывших молениях и что на них случилось (например, как разбежались жертвенные овцы и т.д.) или как что-то раньше делалось. Они могут комментировать присутствие камеры и антропологов. Но это могут быть и просто разговоры о погоде, о семейных делах, об обыденных ситуациях. Это показывает совсем другое понимание сакральности, чем существующее в мировых религиях, когда сакральное не отделено от обыденного, профанного.
Но о чем все эти разговоры, Лийво, из-за непонимания удмуртского языка, не знает. Чтобы смонтировать фильм, ему необходимо узнать, о чем они, поэтому ему не обойтись без полного перевода. Лишь опираясь на перевод, он может компетентно приступить к работе над монтажом. Самый лучший вариант, когда перевод всего материала имеется в письменном виде с указанием таймкодов, тогда режиссер может справиться с монтажом самостоятельно. Помощь носителя удмуртского языка в этом случае потребовалась бы только на окончательном этапе монтажа, чтобы убедиться, что ни одно предложение не осталось неясным. Но осуществить такой письменный перевод для всех четырех фильмов было бы чрезвычайно трудоемкой работой, занимающей слишком много времени. Поэтому мы решили сделать иначе. Мы уже упоминали, что в 2013. г Лийво с помощью Рануса сделал первоначальный монтаж прямо в поле. Сидя перед ноутбуком в доме у Флюры, они вместе просмотрели материал и «чистили» его от ненужных и некачественных кадров. Они хотели сделать длинный рабочий вариант фильма, чтобы получить обратную связь от жрецов и выявить свои ошибки. Так, например, было сделано с материалами фильма Мор вось. Но это было только начало работы над монтажом. В течение следующих пять лет Лийво и Ранус неоднократно встречались на неделю или две, когда Лийво бывал в Башкирии для съемок нового материала. Фильм монтировали в Уфе в Институте этнографических исследований, где работает Ранус, однажды Ранус приезжал в Таллин на три недели, и они работали у Лийво дома. Когда фильмы были более-менее смонтированы, Ранус сделал для всех фильмов субтитры на русском языке (рис. 5).
Даже когда язык понятен, монтаж фильма занимает у Лийво много времени и отнимает много сил. Цель монтажа - рассказать историю. Конечно, в случае фильма о ритуалах сюжет истории задан самим ритуалом. Но монтаж рассказывает, как автор видит и понимает его, он выделяет те элементы, которые позволят зрителю проследить ход обряда со всеми нюансами и подробностям, ощущениями и эмоциями.
Обычно после предварительного монтажа Лийво обращается к профессионалу, который поможет достичь максимально эффективного выражения концепции автора через монтаж. Это еще и окончательная проверка, что содержание и сообщение фильма понятны человеку, ничего предварительно не знающего о теме фильма. Цикл удмуртских фильмов ему помогал закончить опытный эстонский монтажер Марю Юхкум. Они работали над субтитрованной версией. Над фильмами работал также звукорежиссёр Март Кессел-Отса. Он почистил их от технических шумов и добавил в некоторых местах звуки природы (щебет птиц, шум ветра, потрескивание костра), чтобы саундтрек фильма имел более естественный характер, чем позволял звук, записанный микрофоном камеры.
Когда окончательный монтаж был готов, можно было приступать к разработке субтитров. Оригинал было решено делать полностью на удмуртском, а субтитры использовать четырех видов - русские, английские, эстонские и французские. На основе перевода сначала делались русские подписи, потом все остальные. Это может показаться несложной работой, но каждый из вариантов требует тщательной проверки во избежание опечаток. Тем более, что в удмуртском и французском алфавите имеются нестандартные буквы. После каждой правки в листе с таймкодом приходится начинать сначала. И так для всех четырех фильмов.
Рис. 5. Собрание у Фридмана Кабипьянова, жрец д. Бальзуги. Слева направо: Ева Тулуз, Светлана Мензариповна Сабянчина, Николай Анисимов, Ирина Кабипьянова, Нина Кабипьянова, Фридман Кабипьянов. Деревня Малая Бальзуга Татышлинского района Республики Башкортостан. 2016 г.
Изначально предполагалось, что фильмы должны быть доступны для разных категорий зрителей. Конечно, самая важная группа - это местные общины Татышлинского района, те, кто участвовал в молениях и помогал снимать эти прекрасные обряды. Мы очень хотели, чтобы эти фильмы увидели и другие жители района и всей республики, башкиры, татары и русские. Знакомство с этой традицией помогло бы им осознать ее сущность и ценность для удмуртов. Конечно, мы знали, что такие фильмы заинтересуют всех удмуртов и представителей других финно-угорских народов, в том числе эстонцев. Мы хотели, чтобы фильмы были доступны и дома, и в библиотеках, и в клубах, музеях, финно-угорских обществах во всем мире. Поэтому мы остановились на формате БУБ сборника. По сравнению с интернетом, это не самый удобный способ распространения фильмов, но зато, БУБ диск в футляре с обложкой - это что-то реальное, то, что можно подержать в руках, хранить на библиотечных полках, продавать в музейных лавках или в книжных магазинах. Кроме того, мы могли бы раздавать диски участникам молений, дарить их во время показа фильмов в клубах или на конференциях (рис. 6).
Рис. 6. Обложка БУБ сборника из четырех фильмов
об удмуртских молениях в Башкортостане
Но сделать БУБ сборник не такое простое дело. Необходимо создать мастер-диск, графические файлы для меню и обложек кассет. Лучше, если всем этим занимаются профессионалы. К дискам нужно подготовить буклет с текстом, содержащим пояснительную информацию; текст, написанный Евой, должен быть согласован со всеми участниками проекта, к нему следует подобрать фотографии, перевести на разные языки... Благодаря поддержке фонда «Культурный капитал Эстонии» и Программы родственных народов Министерства образования и науки Эстонии, весной 2019 г. серия БУБ на двух дисках с четырьмя фильмами была готова и вскоре стала доступна в главных эстонских библиотеках.
Отзывы
Этнографические фильмы очень редко доходят до широкой публики и демонстрируются в больших кинозалах, тем более фильмы о ритуалах. Их чаще показывают на фестивалях и на научных конференциях. Наши фильмы начали свою публичную жизнь задолго до выпуска в БУБ формате. Как уже неоднократно упоминалось, некоторые начерно смонтированные фильмы были показаны жрецам почти сразу после молений. Но самый первый официальный показ имел место в июне 2016 г. в Самаре, во время научной конференции «Праздники и обряды в Урало-Поволжье: традиции и новации в современной культуре» (Самара, 23-24 июня 2016 г.). Ева показала фильм «Гурт вось». Его монтаж был практически завершен, но субтитров еще не было. Ранус сделал перевод и добавил свои комментарии, но это мешало восприятию фильма как целостного произведения. После этого опыта мы решили, что будем демонстрировать фильмы только с субтитрами.
В 2017 г. в Ижевске состоялся Конгресс антропологов и этнологов России, что дало возможность организовать показ для заинтересованной публикой в Удмуртском национальном музее им. Кузебая Герда. Зал был переполнен. Зрителям в основном понравились фильмы, но звучали не только похвалы. Для некоторых было недостаточно общих планов, показывающих пространство ритуала, кто-то даже высказался о необходимости использования дрона. Но такой прием совершенно не соответствовал бы нашему намерению показать обряд с точки зрения его участников. Другая критика была более конструктивной и полезной. Так, Альберт Разин, который сам проводил моления в Ижевске, был очень заинтересован узнать побольше о закамской традиции, он отметил, что русские субтитры не передают поэтичности текста удмуртских молитв. Это подтолкнуло нас на поиски редактора для русских субтитров. В итоге нам помогла с решением этой задачи Татьяна Григорьевна Владыкина, ведущая фольклористка в Удмуртии.
18 марта 2019 г. окончательный вариант фильма «Мор вось» показали на Тартуском фестивале визуальной антропологии <^огЫШш»13. Здешняя публика уже привыкла к тому, что каждый фильм Лийво - это событие. Как всегда, после показа состоялся разговор с режиссером, во время которого многие, особенно зарубежные гости, задавали вопросы. В июне того же года произошло много интересных мероприятий, связанных с нашими фильмами. Например, VI Всероссийская научная конференция финно-угроведов «Финно-угорский мир в полиэтничном пространстве России: культурное наследие и новые вызовы» (Ижевск, 4-7 июня 2019 г.), в рамках которой мы представили наш проект и показали один из фильмов. Присутствовало много зрителей, мы получили массу вопросов и замечаний. Марийские коллеги отметили сходство удмуртских традиций с их молениями. Известный лингвист Михаил Атаманов14 высказал замечание, что некоторые моменты неуважитель-ного поведения людей не следовало снимать. Фольклорист Татьяна Миннияхметова15, похвалив работу оператора, все же обратила внимание, что многие детали обряда не попали в кадр. Но в целом реакции были положительными.
Не дожидаясь конца конференции, мы съездили в Башкирию, поскольку это было как раз время молений. Мы решили организовать два показа для населения: один в помещении, расположенном ближе всего к д. Малая Бальзуга, в кафе д. Бигинеево, другой - в зале клуба с. Новые Татышлы. К сожалению, людей было мало, сезон летных полевых работ был в разгаре. Пришли в основном пенсионеры, замечаний было мало, люди уже и так общались с нами и высказывались во время съе-мок, жрецы тоже были знакомы с фильмами. Однако во время показа в с. Новые Татышлы присутствовавший там организатор моления мор вось в другой ритуальной группе деревень Татышлинского района Га- рифулла Гарифанов отметил, что он впервые увидел, как соседи проводят обряд, и понял, что различий между ними мало. Мы сделали вывод, что благодаря этим фильмам местные удмурты могут сами познакомиться с неизвестными для них аспектами их собственной культуры.
Затем фильм «Мор вось» был показан в Третьяковской галерее в рамках Московского международного фестиваля визуальной антропологии «Камера-посредник». Здесь собралось много зрителей, среди которых была удмуртская молодежь, в том числе и из Башкирии. Молодые люди активно задавали вопросы и комментировали увиденное, оживленная дискуссия затянулась до середины ночи, пока служба охраны галереи не попросила нас освободить зал... Фестивальные по-казы были организованы на Конгрессе антропологов и этнологов России в Казани в июле этого же года, и фильм «Мор вось» был показан в городском кинотеатре. Лийво успел выступить с докладом о нашем проекте на секции Конгресса, но мы уже спешили в поле и не смогли присутствовать во время демонстрации фильма. В период с ноября 2019-го по февраль 2020 г. фильмы служили частью экспозиции в рамках выставки «Удмурты: традиции предков и моменты истории» в Государственном музее истории религии в Санкт-Петербурге.
Таким образом, у нас была возможность показать фильмы и подарить диски как в месте, где они были сняты, так и по стране. Сейчас они продолжают жить своей жизнью. По просьбе некоторых удмуртов, особенно преподавателей вузов, которые хотели использовать их в обучении студентов во время карантина из-за пандемии коронавируса, Лийво подготовил интернет-версию с русскими и английскими субтитрами, разместив ее в свободном доступе на свой странице Vimeo. Ева и Ранус распространили фильмы через социальную сеть «ВКонтакте». Студентами Будапештского университета уже подготовлены венгерские субтитры. Можно сделать вывод: аудитория фильмов продолжает расширяться и распространяться в виртуальном пространстве.