Содержание
Введение
1. Теоретико-методологические основы изучения политических коммуникаций
1.1 Политические коммуникации в центре исследования
1.2 Понятие «политическая коммуникация»
1.3 Моделирование политических коммуникаций в современном обществе
2. Особенности политической рекламы в современной России
2.1 Становление политической рекламы в России
2.2 Эффективность политической рекламы
Заключение
Список литературы
Введение
В последние годы в связи со стремительным развитием информационно-коммуникативных технологий практически во всех сферах жизнедеятельности общества происходят коренные изменения. Процессы глубинных преобразований ведут к смене механизмов обработки информации, самих средств коммуникации. Влияние на сферу властных отношений продолжающейся и по сей день информационной революции проявляется в новом понимании и переоценке коммуникативной составляющей политики и её роли в преобразовании политических отношений. Политические коммуникации проходят интенсивный путь развития. Этот процесс ещё не до конца осмыслен и представляет собой во многом неизведанное исследовательское поле.
При всём внимании, уделяемом учёными изучению отдельных проявлений, сторон, форм политических коммуникаций, многие их грани всё ещё нуждаются в дальнейшем детальном изучении1. В существующих в научной литературе подходах пока ещё не сформирована современная концепция изучения политико-коммуникативного пространства применительно к российской специфике. Сказанное в полной мере относится и к рекламе как одной из форм коммуникаций в политике.
Представленный нам этап общественного развития обусловлен действием множества факторов. В России процесс информатизации сопряжён с трансформациями современного российского общества. В силу чего изучение политической рекламы в современных российских условиях детерминируется с учётом происходящих процессов информатизации и демократизации и опирается на междисциплинарную методологическую основу.
Целью работы является рассмотрение специфики политических коммуникаций в России
1. Теоретико-методологические основы изучения политических коммуникаций
1.1 Политические коммуникации в центре исследования
Политика представляет собой «стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти, будь то между государствами, будь то внутри государства между группами людей, которые оно в себе заключает» [4]. К области интересов политической науки в настоящее время относятся как проблемы управления государственными и общественными делами, политической деятельности и политических возможностей людей [6], так и коммуникативная сфера властных отношений.
Для того чтобы ответить на вопрос о том, что, собственно, есть коммуникация в политической сфере и какие вопросы стоят в центре изучения науки о политических коммуникациях, необходимо остановиться на анализе специфики самой коммуникативистики как сферы междисциплинарного научного поиска. Над этим размышляло множество учёных. Так, на интегративный характер науки о коммуникациях указывали ещё инициаторы выпуска вышедшей в США в 1989 году «Международной энциклопедии коммуникаций», среди которых наиболее известны Э. Барноу, Д. Гербнер, У. Шрамм. Незадолго до этого, в 1972 году, вышла в свет книга «Исследование социальных коммуникаций» (Р. Бадд, Б. Рубен), в которой было представлено собрание теорий коммуникаций из более 20 дисциплин - от антропологии до зоологии [9]. А С. Литтлджон в 1982 году опубликовал обширный список подходов, в которых изложен вклад в теорию коммуникации таких далёких друг от друга дисциплин, как литература, математика, техника, социология и др.
В целом сегодня в различных науках можно усмотреть разные ракурсы изучения коммуникативного действия [8]. Так, если приглядеться, то социология изучает механизмы социального взаимодействия субъектов, символические интеракции, социальную обусловленность норм, стереотипов общения и поведения, проблемы формирования общественного мнения и др.; логика постигает формы мышления и пути достижения истины, способы ведения диалога и спора; лингвистика анализирует вербальную коммуникацию, законы употребления слов, нормы устной и письменной речи; семиотика представляет собой науку о коммуникативных системах и знаках, используемых в процессе общения; журналистика изучает управление каналами массовых коммуникаций; психология рассматривает индивидуальные и групповые психофизиологические особенности общения, факторы, способствующие передаче и восприятию информации и, наоборот, затрудняющие процесс межличностной и массовой коммуникации; технические дисциплины изучают способы хранения, обработки и передачи информации в процессе коммуникации, создание специальных кодов; кибернетика исследует законы эффективного управления информацией в искусственно созданных системах и организационных структурах. Этот перечень не является исчерпывающим, но, уже исходя из него, мы видим, что не только естественные, гуманитарные, социальные, но и технические дисциплины заключают в себе изучение коммуникативных проблематик. Сложность всего этого многообразия состоит в том, что и учение о политических коммуникациях, подобно самой коммуникативистике, стоит на стыке многих наук. И для начала постараемся разобраться в вопросе произрастания взглядов на политические коммуникации, их теоретико-методологического фундамента.
Подобно тому, как к периодизации истории политических и правовых учений есть несколько подходов (технологический, исторический, формационный, цивилизационный), подойти к рассмотрению этапов становления учений о политических коммуникациях можно с разных сторон. Отталкиваясь от технологического подхода, предлагающего более укрупнённую периодизацию (на основе технологического способа производства), в истории принято различать три эпохи и три общества - доиндустриальное, индустриальное и постиндустриальное. Первый этап последнего начался в развитых странах в последней четверти XX века. Широкое признание концепция постиндустриального общества получила в результате работ Д. Белла, в частности после выхода в 1973 г. его книги «Грядущее постиндустриальное общество». Близка к концепции постиндустриального общества идея информационного общества, в которой Э. Тоффлер аналогично выделяет три «волны» в социальном развитии8: аграрная при переходе к земледелию; индустриальная во время промышленной революции; информационная при переходе к обществу, основанному на знании.
С этой точки зрения, особо интересна и концепция, предложенная М. Маклюэном. Исследователь считал неопровержимым то, что человеческое развитие прошло две эпохи, одна из которых примитивная, а вторая - индустриальная, и вошло в третью - технологическую. В соответствии с его идеями ответственность за существенные изменения в структуре общества лежит на ведущем способе коммуникации. Действующая в обществе модель коммуникации определяет социальную организацию. Средства коммуникации определяют структуру знания, регулируют принципы восприятия пространства и времени, навязывая их как отдельной личности, так и обществу в целом. Исследователь выделяет следующие этапы развития цивилизации9: дописьменная культура с устными формами коммуникации; письменная культура, завершающаяся «галактикой Гутенберга», эпоха индивидуализма и промышленных революций; современный этап («электронное общество» или «глобальная деревня»), в котором господствует телевидение (М. Маклюэн, умерший в 1980 году, не дожил до процветания со данных на основе сети Интернет технологий).
Периодизация, предложенная М. Маклюэном, заслужила звание одной из первых попыток дать систематический взгляд на коммуникативную сферу общества в её историческом развитии. Тем самым дав нам основание считать, что такой подход более применим в нашем случае поиска основы для определения ключевых этапов в истории учений о политических коммуникациях. Вернувшись к делению на технологический способ организации общества и сопоставив выделенные в науке эпохи с преобладающей коммуникативной культурой (в этом нам и поможет обозначенная выше концепция М. Маклюэна), попробуем выработать на этой основе модель рассмотрения периодов становления науки о политических коммуникациях, получить основания для отграничения способов организации научного поиска на определённых исторических этапах. Важно то, что на всех этапах становления учения о коммуникативных процессах в политике, за исключением последнего, современного, речь о них самих как таковых чаще всего велась лишь в тесной взаимосвязи с рассмотрением развития теории коммуникации и концепций влияния массовых коммуникаций (вот почему вопрос междисциплинарности и интегративности политической коммуникативистики был поднят нами ещё в самом начале).
Предпосылки возникновения каждой эпохи со своей уникальной преобладающей коммуникативной культурой необходимо рассматривать в контексте пяти информационных революций в истории человечества [11]. Содержание первой информационной революции составляет распространение и внедрение в деятельность человека языка. Вторая информационная революция была связана с изобретением письменности, а сущность третьей информационной революции вызвана изобретением книгопечатания (середина XVI в.), которое радикально изменило общество, культуру, организацию деятельности. Третья информационная революция отличалась от своих предшественниц тем, что сделала любую информацию (и особенно научные знания) продукцией массового потребления. Четвёртая информационная революция состояла в применении электрической техники и основанных на электричестве аппаратов, и приборов для скоростного и предельно массового распространения всех видов информации и знаний (конец XIX в.), появились телеграф, телефон, радио, позволяющие оперативно передавать и накапливать информацию в любом объёме. Пятая, последняя, революция (условно датируемая 70-ми гг. XX в.) связана с изобретением микропроцессорной технологии и появлением персонального компьютера, компьютерных сетей. Последняя революция выдвигает на передний план новую отрасль - информационную индустрию.
Обозначим, на наш взгляд, наиболее полный вариант периодизации истории развития научных взглядов на политические коммуникации. Стоит выделить три основных этапа. В периодизации истории человечества доиндустриальный способ организации общества занимает самый большой отрезок времени, именно на этом этапе происходят первые три информационные революции. Ни в одном обществе, где наука и рыночная экономика не играют ещё преобладающей роли, понятия «коммуникация» практически не существует. Как показывает практика, в эпохи прединдустриального и собственно начала индустриального развития общества (в условиях постепенного становления политического рынка и его институтов) главный упор при организации политических взаимодействий делался на групповые интересы и апологию близких этим слоям форм организации жизни. В данном историческом контексте коммуникация представала как сугубо технический, связующий, элемент политического процесса, значение которого для диалога власти и общества не зависело от целей диалога и потому было по сути своей вторичным. Политические коммуникации лишь поддерживали и оформляли контакты государства и общества, считаясь само собой разумеющимися способами их взаимодействия.
Начало индустриальному обществу было положено промышленной революцией. Характерной определяющей индустриального общества является массификация, которая достаточно полно раскрывает себя через концентрацию, централизацию, синхронизацию, стандартизацию, специализацию и максимизацию - шесть основных параметров или тенденций общества индустриального по Э. Тоффлеру. В индустриальном обществе после четвёртой информационной революции большой размах приобретают такие массовые коммуникации, как пресса, радио, кино, телевидение, которые во многом определяют развитие всего социума. Именно в индустриальную эпоху начинаются научные исследования политических коммуникаций, первый этап которых следует обозначить началом 10-х годов - началом 40-х годов XX в., ведь впервые в научном плане о политических коммуникациях заговорили во времена первой мировой войны, тогда проводились первые научные исследования в этой сфере, а уже спустя несколько лет, в 1922 г., их результаты были опубликованы в книге У. Липпмана «Общественное мнение». Книга стала ключевым фактором интеллектуального воздействия для привлечения внимания общественности к вопросу роли пропаганды в демократическом обществе [12].
Первый выделенный нами этап становления науки о политических коммуникациях совпал с периодом, когда в политической науке возник и активно развивался бихевиоризм как реакция на неудовлетворённость историческим и институциональным подходами, страдавшими излишней систематизацией, абстрактными схемами, отошедшими от реальной практики. С 1920-х на долгие годы бихевиоризм закрепил за собой звание господствующего направления в американской политологии и постепенно получил широкое распространение в политической науке других стран. Первые разработки в рамках бихевиористского подхода выпали на первый выделенный нами этап становления научных взглядов о политических коммуникациях и внесли наибольший вклад в становление этой области знания. В свете чего особо следует отметить, что бихевиористский подход, сложившийся в американской школе политической науки, существенно отличается от традиционной европейской методологии, базирующейся на историческом, описательном, правовом, институциональном, нормативном и других подходах, которые стали в известной степени ограниченными, так как носили слишком общий, неконкретный характер. Американские политологи, преодолевая этот недостаток, долгие годы создавали эмпирическую политологию, оперирующую методами не только иных общественных наук (социологии и психологии), но и естественных наук (статистики, математического анализа). К основным достижениям бихевиоризма принято относить и рассмотрение «политического поведения» как основного объекта исследования, и максимальное применение статистических и количественных формулировок, и разработку теорий, способных объяснить политические события. Главным отличием такого подхода от традиционного можно считать то, что он положил начало исследованию микропроблем и конкретных социально-психологических аспектов политики и её коммуникативной составляющей. Благодаря чему отличительной особенностью американской школы стал ярко выраженный прикладной характер исследований, органическая связь с иными науками.