Дипломная работа: Советская внешняя политика в Европе в 1930-1939 гг.

Так же представляется необходимым привлечение статистических материалов, которые были бы способны в полной мере отразить экономические взаимоотношения между рассматриваемыми странами и понять финансово-экономическую ситуацию.

Гипотеза исследования. Несмотря на утвердившуюся в современной отечественной и зарубежной историографии точки зрения о прозападной ориентации М.М. Литвинова и его относительной независимости в делах народно комиссариата иностранных дел СССР, можно предположить, что все его действия были не только санкционированы лично В.И. Сталиным, но и являлись прямым следствием проводимой им политики. Последующая замена Литвинова Молотовым представляется всего лишь очередным этапом чистки партийного и государственного аппарата. А результаты деятельности В.М. Молотова могут говорить не только об усилении режима личной власти Сталина, который умело устранял потенциальных противников, но и некомпетентности В.М. Молотова на посту наркома иностранных дел СССР.

Практическая значимость исследования. Результаты исследования могут быть использованы в преподавании курса истории России, спецкурсов при подготовке обучающихся по бакалаврским и магистерским программам, разработке элективных курсах в основной школе.

Кроме того, значительная часть работы посвящена вопросу советско-финских отношений в межвоенный период (март-июнь 1941 г.), а в частности проблеме области Петсамо, которой посвящено очень незначительно число работ как отечественных, так и зарубежных ученых.

Наконец, дополняет значимость работы и тот факт, что при написании активно использовались источники и литература на иностранных языках, что позволило в рамках одного исследования подробно изучить позиции ученых из различных стран и эпох.

Работа состоит из введения, четырех глав и заключения, а также списка источников и литературы.

В первой главе дается краткая характеристика советской внешней политики в 1920-е годы, отмечаются наиболее значимые и ключевые события. Особое внимание уделено дуализму советской внешнеполитической системы.

Вторая глава посвящена обзору советско-американских отношений в конце 20-х - начале 30-х годов XX-го века и оценке роли М.М. Литвинова в их развитии.

Третья глава включает: краткий обзор советско-французских отношений в конце 20-х - начале 30-х годов XX-го века; анализ роли М.М. Литвинова в проекте создания системы коллективной безопасности в Европе и вступлении СССР в Лигу Наций, а также характеристику советско-германских отношений в 1933-1939 гг.

В четвертой главе анализируются причины отставки М.М. Литвинова и назначения В.М. Молотова на пост главы НКИД. Второй параграф посвящен анализу польского вопроса в европейской политике накануне начала Второй Мировой войны. И наконец третий параграф содержит характеристику положения СССР накануне начала Великой Отечественной войны и анализ деятельности В.М. Молотова.

Важно отметить, что цель работы предполагает комплексный анализ значительного числа масштабных событий. Это необходимо для отслеживания преемственности исторических процессов и анализа роли личности. По этой причине работа содержит анализ относительно небольшого количества конкретных исторических событий, а акцент сделан на изучении процессов.

Особенно важно это учитывать при изучении документальных свидетельств, в том числе т.н. «пакта Молотова-Риббентропа», который, безусловно, представляет интерес в контексте данной работы, однако, его анализ требует написания отдельного исследования. В связи с этим более интересным представляется возможность рассмотреть малоизученные аспекты деятельности В.М. Молотова, которые, однако, непосредственно повлияли на развитие ситуации в Европе и мире накануне начала Великой Отечественной войны.

В рамках данной работы таким вопросом стали советско-финские отношения в период с марта по июнь 1941 года и роль В.М. Молотова в их развитии.

интернационал коллективный молотов нарком

ГЛАВА I. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ в 1920-е ГОДЫ

1.1 III Интернационал и его деятельность в 1919-1925 годах

Рассматривать дипломатию СССР в 30-е годы прошлого века решительно невозможно без обращения к событиям предшествующих лет. Ведь сама идеология нового государства, рожденного в огне гражданской и мировой войн, предполагала весьма деликатную и довольно неоднозначную позицию России на международной арене.

Можно выделить два основных направления внешней политики России в 20-е годы:

- нормализация взаимоотношений с другими странами на принципе «мирного сосуществования», который предполагал отказ от войны как средства решения спорных вопросов между государствами, разрешение их путём переговоров; равноправие, взаимопонимание и доверие между государствами, учёт интересов друг друга;

- поддержка и развёртывание всемирной революции.

Несмотря на то, что формально внешняя политика государства находилась в руках, огромное влияние на нее оказывал так как называемый Коминтерн, который был основан еще до оформления СССР. В марте 1919 года в Москве прошел первый Учредительный конгресс Коммунистического интернационала, на который прибыли представители 21 страны мира. Связано это было в первую очередь с тем, что успех, достигнутый большевиками в России, стал своего рода катализатором появления и формирования коммунистических партий по всей Европе, а также в некоторых азиатских странах.

Так в ноябре 1918 года критически осложнилась ситуация в Германии, где недовольство политикой кайзера и поражением в Первой мировой войне привели сначала к восстаниям и погромам, а позже к решительной и на первых порах успешной попытке коммунистической революции.

В начале января 1919 года происходит восстание спартаканистов, которое, однако, было подавлено к середине месяца отрядами контрреволюции. Лидеры революции, в том числе Роза Люксембург и Карл Либкнехт были убиты, а на выборах в Национальное собрание, которые прошли 19 января 1919 года в Веймаре, более трети голосов получила СДПГ.

Но федеративное устройство Германии очередной раз сыграло злую шутку со страной. Ряд земель (land) все-таки стали «красными», в том числе Бавария и город Бремен. И если в последнем ликвидация нового режима завершилась к середине февраля 1919 года, то Баварская советская республика пережила своего северного соседа на несколько месяцев, успев установить контроль над значительной частью территории, провести ряд реформ и успешно отразить несколько внутренних и внешних нападений. Последние очаги сопротивления коммунистов в Баварии были уничтожены к началу мая 1919 года.

Не менее драматичной выглядела ситуация в Венгрии, где к февралю 1919 года коммунистическая партия стала одной из самых грозных и радикальных политических сил. Объединив в себе представителей самых разных социальных слоев, Венгерская коммунистическая партия, сумела пробиться в новое коалиционное правительство относительно малой кровью, а ее лидер - Бела Кун - вначале занял пост наркома иностранных дел, а затем и вовсе создал собственное правительство в коалиции с социалистами. Правда, последние задержались в нем ненадолго и 21 марта 1919 в стране была установлена «диктатура пролетариат»26, о чем лидер венгерского государства информировал Ленина телеграммой с предложением о союзе, которая была зачитана на 8-м съездt РКП(б) в марте 1919 года.

Восточные страны также не остались в стороне. В Китае стремительно набирали силу коммунистические движения,

На первый взгляд кажется, что эти события никак не взаимосвязаны с рассматриваемой в данной работе проблемой, однако надо учесть несколько важных нюансов.

Во-первых, упомянутые выше события происходили как раз в период подготовки и проведения Учредительного съезда Коминтерна. Безусловно, они самым прямым образом повлияли на идеи и формулировки, заложенные в «Манифесте коммунистического интернационала к пролетариям всего мира», где была обозначена основная внешнеполитическая задача молодого государства:

«Наша задача состоит в том, чтобы обобщить революционный опыт рабочего класса, очистить движение от предательской примеси оппортунизма и социал-патриотизма, объединить усилия всех истинно-революционных партий мирового пролетариата и тем облегчить и ускорить победу коммунистической революции во всем мире.»27

А события в России, Германии и Венгрии был представлены в качестве удачного опыта реализации идеи глобальной пролетарской революции: «Крушение империалистического государства, от царистского до самого «демократического», идет одновременно с крушением империалистической военной системы. Многомиллионные армии, мобилизованные империализмом, могли держаться лишь дотоле, доколе пролетариат покорно шел под ярмом буржуазии. Развал национального единства означает неизбежный развал армии. Так произошло сперва в России, затем в Германии и Австрии.»28

Таким образом можно сказать, что лидеры Коминтерна, почувствован «головокружение от успехов», действительно поверили в идею экспорта революции в капиталистические страны. И несмотря на то, что сегодня эта идея кажется утопической, решения, принятые на Первом съезде и идеи, изложенные в Манифесте более чем на два десятилетия, вперед обозначили основную линию внешней политики России.

Также необходимо упомянуть, что значительное число лидеров коммунистических движений в Германии и Венгрии были либо выходцами из России (или, как минимум, посещали ее), либо имели еврейские корни. Это, свою очередь, поспособствовало разжиганию антисемитских и антироссийских настроений, которые в полной мере проявились в период восхождения к власти НСДАП, который также происходил в Баварии, ставшей после подавления БСР одной из наиболее антикоммунистически настроенных земель Германии.

Деятельность Коминтерна в следующие 5 лет (1920-1925) была неразрывна связана с работой коммунистических партий и ячеек европейских стран. К сожалению, в рамках данной работы нет возможности представить полную картину работы организации, но все же необходимо обозначить основные этапы, которые можно отследить по итогам проведенных съездов (табл. 1).

Таблица 1. Итоги конгрессов Коминтерна в 1920-1925 гг.

Исходя и вышеприведенных данных, можно заметить, что радикальные настроения, господствующие в период первого съезда, постепенно сменились более умеренными целями и задачами. Связано это как с провалом большинства коммунистических выступлений в Европе, так и со сложным положением СССР на международной арене.

Что же касается экспорта революции в сопредельные страны, тот тут надо отметить, что особенно актуальна эта задача была в первые годы существования РСФСР, когда страну со всех сторон окружали враждебно настроенные страны, а внутри не утихала Гражданская война и военная интервенция. В этих условиях необходимо было обеспечить безопасность границ, что было решено сделать через создание системы буферных государств, которые должны были принять первый удар потенциального и реального врага, в том числе «Антанты». Говоря о методах установления нового режима в других странах, можно выделить два основных типа: прямая военная интервенция и поддержка радикально настроенных революционеров. При этом военные методы исчерпали себя уже к 1921 году, когда советские войска потерпели поражение под Варшавой.

Окончательно от призывов к всемирной революции отказались лишь в 1923 году, после разгрома коммунистических выступлений в Германии (Гамбургское восстание). Стало очевидным, что решение данной проблемы невозможно без хотя бы временной нормализации отношений с ведущими мировыми державами.

Но все же надо заметить, что руководство Коминтерна не отказывалось от идеи экспорта революции и установления всемирной Советской республики. Менялись лишь методы, которые в итоге оформились в тактику «единого рабочего фронта», подразумевающую консолидацию сил коммунистов для революционной борьбы как в каждой отдельно взятой стране, так и в общем.

В заключение надо сказать, что несмотря на то, что Коминтерн по своей форме являлся международной организацией, а не элементом правительственного аппарата, он все же оказывал очень весомое влияние на советскую внешнюю политику в 20-е годы, а тезисы, выдвигаемые на съездах, во многом осложняли работу отечественных дипломатов, которые старались добиться признания и стабилизации СССР на международной арене.

1.2 Первые попытки установления экономических отношений со странами Запада

Как уже было сказано выше, помимо идеологической задачи, правительство СССР ставило также и вполне прагматичные цели для своей внешней политики, которые, тем не менее, все же были подчинены политической идеологии: