Материал: sotsialnye_kommunikatsii_professionalnye_i_povsednevnye_prak-1

Перфоманс и ритуал: историческая трансформация

В системе коллективных представлений как элементе культурного перфоманса необходимо отдельно выделить фоновые символы и сценарии авансцены. Они создаются за счет того социального и природного мира, в котором живут и действуют акторы перфоманса.

2.Акторы («актеры»).

Символы и сценарий, сливаясь воедино, образуют своеобразный вирту-

альный «текст», который не имеет отражения в действительности, но на основании которого действуют совершающие перфоманс акторы. В терминах психологии можно утверждать, что отношения между актором и этим текстом зависят от катексиса, то есть актор ориентируется на текст, будучи «энергетически» от него зависим.

3.Зрители (аудитория).

Непременным условием представления культурных текстов является на-

правленность на аудиторию: актеры не просто действуют для себя, но также проигрывают ситуацию для других и провоцируют со стороны других определенные оценки. Происходит культурная передача: от сценария и актера — к зрителям. При этом культурное распространение сопровождается процессом психологической идентификации, так что зрители соотносят себя с теми персонажами, которых они видят «на сцене».

4.Мизансцена.

Мизансцена — это то пространство и время, в которых непосредственно

разворачивается социальный перфоманс. Такие «декорации» исполняют настолько важную роль, что при их смене могут кардинально поменяться генерируемые перфомансом социальные смыслы.

Перфомансная коммуникация выступает в форме, являющейся функциональным эквивалентом ритуала, она укоренена во времени и пространстве, а также предполагает коллективность и публичность. Это роднит ее с искусством: к перфомансу можно отнести любую ситуацию, включающую в себя четыре базовых элемента — время, место, тело художника и отношения художника и зрителя. Только в данном случае художником и актеромактором выступают все, кто вовлечен в процесс перфомансной коммуникации.

Чем проще социальное устройство общества, тем чаще вместо перфомансной коммуникации его члены будут прибегать к взаимодействию через ритуал. Обратное также верно: при сложной социальной организации перфоманс становится предпочтительной формой взаимодействия в публичных пространствах, в то время как ритуальные взаимодействия встречаются все реже. Исторически перфоманс и ритуал имеют тесную связь: согласно Дж. Александеру, все ритуалы имеют в своем основании перфомативное действие. Напротив, Р. Шечнер предполагает, что «все перфомансы имеют в своей основе ритуальное действие» [3: 7]. Таким образом, различия между перфомансом

и ритуалом не являются фундаментальными: их взаимоотношения диффузны,

аотличия — вариативны.

Впростых обществах не существовало никакой религиозной организации, которая была бы отделена от семьи и группы, а потому коллективное представление, к которому отсылали социальные перфомансы, не было основано на руководствах, созданных специалистами для различных подгрупп в сложном и неоднозначном социальном порядке. Например, танец племени Цембага описывается Р. Шечнером как часть повседневности туземцев: «все основные движения и звуки … были адаптированы и напрямую заимствованы из битв» [2: 197]. Акторы представляют роли, от которых они не дистанцируются, так как эти роли являются частью повседневной жизни (например, «охотники» в ритуале для удачной охоты поражают «зверя» по тем же правилам, что и при настоящей охоте). Для участников и зрителей такие ритуалы не являются перфомансом в современном смысле данного слова; это всего лишь неотъемлемая часть повседневной жизни.

Роли, которые исполняют участники в ритуальном перфомансе, не могут быть случайными. Они определяются возрастной и гендерной иерархией, а не собственным свободным выбором. В такое взаимодействие вовлечено все сообщество целиком, без деления на какие-то избранные группы.

Кроме того, в ритуальном представлении нет тех, кто является лишь зрителем. Иногда аудитория вовлекается в действие в качестве главных героев, иногда — как «подпевка», фоновый хор, который аплодирует, кричит или плачет. В качестве архаичного примера такого вовлечения в ритуал можно упомя-

Рис.1. Провал перфоманса: разряженность

Источник: Alexander J.C. Cultural Pragmatics: Social Performance between Ritual and Strategy

нуть мужскую инициацию, где женщины, прежде наблюдавшие за ритуалом со стороны, в определенный момент исполняют значимые ритуальные роли. Трансформированным архаичным ритуалом в современном обществе является свадьба, где сам обряд перехода разворачивается вокруг жениха и невесты, но в определенные моменты к действию подключаются и гости. Эффект ритуального перфоманса всегда проявляется немедленно и крайне редко выходит за пределы ожиданий акторов или за пределы сценария. Участники ритуала удачной охоты завершат его осуществление поражением дичи, а прошедший через все этапы инициации мальчик — станет мужчиной.

В отличие от ритуального, социальный перфоманс не столько символизирует социальные связи или изменения, сколько актуализирует их. Это его прямой эффект, не требующий участия посредников. Хотя перфоманс и может осуществляться с участием представителей элиты, в него не могут быть включены исключительные знания и представления, которые аудитория получает только в трактовке представителей определенной группы (священников, жрецов и т.п.). Чтобы перфоманс успешно состоялся, требуется наличие разделяемых как акторами, так и аудиторией общих фоновых представлений, на основании которых конструируется сценарий.

Не существует единой точки зрения, почему более простая общественная организация, где центральную роль играет ритуал, сменяется более сложной, для которой актуальны уже стратегические, управляемые и рефлексируемые формы социальной коммуникации. Тем не менее, социологи сходятся в том, что различные виды современной символической коммуникации созданы в результате процессов «усложнения», «рационализации» и «дифференциации» [1]. Появление письменных текстов обозначило произошедший культурный сдвиг наиболее четко: культура, основанная на текстах, потребовала

Рис. 2. Успешный перфоманс: переплавка

Источник: Alexander J.C. Cultural Pragmatics: Social Performance between Ritual and Strategy

«деконтекстуализации или генерализации» коллективных представлений, которые в устных обществах были тесно связаны с местными социальными структурами и значениями.

Грамотность, без которой невозможно воспроизводство символических процессов в основанном на письменных текстах обществе, предполагает еще одно значимое изменение. Изучение грамоты — трудный и затратный процесс, потому в обществе появляются специалисты, в руках которых и сосредотачивается монопольная власть на распространение идеологии. Вместе с возникновением такой монополии, а во многом и благодаря ей, появляется необходимость в жестком контроле перфоманса, чтобы поддерживать идеологический контроль над удаленными подчиненными группами.

В рамках предлагаемой Дж. Александером модели описывается эффект разряжения элементов перфоманса (см. рис.1):

1)отделение письменных текстов «авансцены» от фоновых коллективных представлений;

2)отчуждение значений символической продукции от массы социальных акторов;

3)выделение элиты, которая исполняет центральные символические действия для своей аудитории.

Перформативное действие становится более совершенным и менее не-

произвольным. Но на данном этапе перфоманс все еще не воспринимается вовлеченными в него акторами и аудиторией как театральное, постановочное действие.

С точки зрения Александера, замена ритуала перфомансом связана с развитием государственности — «государств, империй и церквей» [1]. Александер связывает воедино расцвет демократически устроенных полисов в Древней Греции и древнегреческого театра. Именно в это время возникает драма в современном смысле слова. Хотя полисы и управлялись элитой (свободными совершеннолетними мужчинами), но это было правление более демократичное по своей сути, чем предшествовавшие ему формы правления.

После того как древнегреческое общество прошло через период беспрецедентной социальной и культурной дифференциации, система фоновых представлений начала символизировать, кодировать и описывать не только священную жизнь богов, но также и обыденную жизнь людей. Теперь в новых культурных текстах плохие и хорошие деяния земных героев излагаются подробно: описывается, как эти герои враждуют, женятся, изменяют, начинают войны, причиняют страдания своим родителям и наследникам. Таким образом, начиная с этого времени фоновые представления становятся социально ориентированными и приобретают драматическую направленность. Переход от ритуала к перфомансу, описанный на примере древнегреческого театра, Алексан-

дер называет переплавкой (см. рис. 2).

Прежде всего, система коллективных представлений стремилась не только быть записанной (т.е. существовать в виде реальных текстов), но и отделять себя от религиозной жизни. В Афинах V в. написание пьес стало специальностью, а трагики были более известны, чем храмовые священники.

Социальная сложность общества со временем увеличивается, а параллельно протекает и процесс выделения театра из ритуала. Рим заимствовал греческий театр, но с падением империи и развитием европейского феодализма снова начал главенствовать ритуальный перфоманс. В Европе ХVII в. театральные представления становятся ареной выражения социального возмущения задолго до появления романов и газет. Драматурги берут сюжеты из современных им событий и расставляют нужные акценты, они начинают использовать сцену, чтобы подчеркнуть искусственность происходящего, создавая ироничное и критическое пространство между зрителями и разыгрываемыми спектаклями.

Итак, современный перфоманс — преемник ритуала, заимствовавший ряд его структурных элементов. Зарождение, развитие и широкое распространение перфоманса связано с рядом социальных изменений, произошедших в обществе. Одним из таких изменений стало появление публичной сферы — символического открытого пространства, в котором акторы действуют свободно, а не опираясь на единственно верные и установленные «сценарии» поведения, а само действие приспосабливается к зрителям, чьи голоса имеют все больший вес в политических и социальных конфликтах.

Литература:

1.Alexander J.C. Cultural Pragmatics: Social Performance between Ritual and Strategy // http://ccs.research.yale.edu//alexander/articles/2006/2006_Cultural%20 pragmatics_Social%20Performace%20between%20Ritual%20and%20Strategy_1.pdf

2.Schechner R. From Ritual to Theatre and Back // Ritual, Play, and Performance: Readings in the Social Sciences Theatre / Ed. by R. Schechner and M. Schuman. New York: Seabury Press, 1976. Pp. 196-230.

3.Schechner R. Victor Turner’s Last Adventure // Turner V. The Anthropology of Performance. New York: PAJ, 1987. Pp. 7-20.

4.Вульф К. К генезису социального. Мимезис, перформативность, ритуал. СПб.: Интерсоцис, 2009.

5.Гофман И. Представление себя другим в повседневной жизни. М.: Канон- Пресс-Ц, Кучково поле, 2000.