Материал: sotsialnye_kommunikatsii_professionalnye_i_povsednevnye_prak-1

торами собственного имиджа в новых коммуникативных средах. Опираясь на работы Дж. Александера, А.В. Царева описывает логику развития современной перфомансной коммуникации, постпенно сменяющей ритуальную. М.С. Молчанова рассматривает танец как комплекс кодов, позволяющий транслировать смыслы и передавать зрителям эмоциональную энергию. В статье И.М. Микешина предложена оригинальная схема двухуровневого анализа производства научного знания, учитывающую как неформальные коммуникации ученых, так и институционализацию знаниевых систем.

Раздел «Сетевые коммуникативные процессы» включает ряд текстов, посвященных формированию и развитию новой сетевой культуры, особенно в виртуальных контекстах. Так, Я.В. Игнатова предлагает дополнить современный постмодернистский дискурс наработками более консервативных подходов: ценностного, технологического, субъектного. А.С. Сахар предпринимает попытку оценить социальных капитал жителей Беларуси, рассчитав размер их индивидуальных эго-сетей. К.А. Лудникова показывает, какие ресурсы сеть Интернет предоставляет для частных благотворителей, а также выясняет, каковы основные барьеры, препятствующие формированию доверительных отношений между жертвователями и благотворительными организациями в интер- нет-коммуникации. А.В. Сухачева освещает некоторые методологические и методические аспекты социологического исследования дискуссий в блогах. М.Г. Слюсарева осуществляет сравнительный анализ интерпретаций дауншифтинга в русскоязычном и англоязычном интернет-сегментах, обнаруживая некоторые значимые межкультурные различия в понимании данного феномена. В статье Н.А. Зиновьевой, синтезирующей конструктивистские подходы А. Шюца и И. Гофмана, рассматриваются различные формы коммуникации в виртуальных сообществах, сформировавшихся на основе форумных игровых проектов.

Раздел «Практические коммуникативные технологии» объединяет статьи авторов, занимающихся исследованиями эффектов стратегического коммуникативного воздействия на различные целевые аудитории. В частности, К.А. Аванесян рассматривает рекламу одновременно как продукт социального пространства, в контексте которого она возникает, и как инструмент трансформаций этого социального пространства. П.С. Абатурова рассуждает об эффективности социальной рекламы как способа освещения и решения общественных проблем. М.А. Ерофеева, используя методологию Н. Лумана и опираясь на результаты экспертного опроса, выявляет ключевые практические проблемы рекламной коммуникации. К.Я. Юревич и А.Д. Шарофеева концентрируются на социализирующих эффектах современной рекламы в жизни российских подростков. В.М. Бородавченко говорит об отличительных чертах белорусской рекламы с использованием анимационных spokes-characters. Е.В. Хаева стремится привлечь внимание читателей к тем угрозам для молодого поколения,

которые кроются в бурном развитии эпатажной рекламы на современном телевидении. А.М. Иняхина отстаивает точку зрения, согласно которой мужская эротика является неотъемлемой и легитимной частью современной европейской культуры, и иллюстрирует свои выводы примерами из истории рекламы. Т.А. Самойлова и Е.И. Боев указывают на необходимость внедрения инновационных методов в современные маркетинговые коммуникации. М.В. Журавлева приводит сравнительную характеристику категорий «имидж города» и «бренд города» и подчеркивает решающую роль грамотного брендирования городов

вусловиях интенсивной глобальной конкуренции. Е.Н. Богомолова и Н.Н. Верховцева осуществляют критический анализ существующих коммуникативных ресурсов профилактики социально значимых заболеваний в Самаре и рассуждают о необходимых мерах по развитию подобной профилактики. А.В. Абдрехимова и А.А. Ясная вводят такую аналитическую категорию, как «социокультурная эффективность PR», и рассуждают о способах повышения эффективности PR-технологий молодежных музыкальных мероприятий в условиях диверсификации рынка досуговых услуг.

Раздел «Коммуникативный контекст медиакультуры» посвящен коренным социокультурным трансформациям в организации медиаландшафтов

вусловиях формирования и развития информационного общества. И.А. Никитин и А.В. Москалев рассматривают две альтернативных точки зрения на феномен дополненной реальности как элемент новой медиакультуры. А.В. Зинюк характеризует практики дискурсивного исключения современных СМИ, приводящие к дискриминации женщин на публичных спортивных аренах. М.А. Бендикова рассматривает спектр образов маскулинности и фемининности, транслируемых современным телевидением и выясняет, какие из них оказываются наиболее востребованными молодежной аудиторией, а какие, напротив, вызывают отторжение. К.В. Дрофа анализирует дискурсивные приемы, позволяющие коллективу глянцевого журнала «Esquire» превращать рассказы о повседневности в нетривиальный, интригующий информационный продукт. А.Г. Агафонова изучает механизмы создания и воспроизводства образов трудовых мигрантов в петербургских печатных изданиях и выявляет способы конструирования трудовой миграции как социальной проблемы. Текст Р.Н. Нурмухаметовой посвящен ассортименту «коммуникативных ходов», используемых американскими газетами для стереотипизации и демонизации позиции России в грузино-осетинском конфликте. А.В. Клиймук продолжает тему о роли СМИ в формировании образов различных государств у национальных публик, обращаясь к примеру репрезентаций образа России в германских массмедиа. Т.В. Васильева обсуждает возможности и ограничения применения знаменитых коммуникативных максим, сформулированных П. Грайсом, к языку кино. Т.А. Разумовская предлагает рассматривать кинематограф как пространство межкультурного диалога, на конкретных примерах показывая, что

международные кинофестивали могут как способствовать развитию межкультурной толерантности, так и формировать новые символические барьеры между различными культурами. Т.С. Калинина выясняет, как с развитием общества потребления меняется социализирующий потенциал мультипликационных фильмов. Е.Ф. Баязитова критикует ассиметричные, непрозрачные коммуникации, разворачивающиеся между муниципальными властями города Краснотурьинска и локальными СМИ.

Вторая часть настоящего сборника — «Повседневные коммуникативные нормы и практики» — посвящена механизмам трансляции и воспроизводства индивидуальных и коллективных норм, ценностей, паттернов взаимодействия в рутинизированных практиках людей и групп. Раздел «Межкультурные коммуникации в повседневности» освещает некоторые вызовы

и«сбои» коммуникации, определенные различным социальным и культурным бэкграундом участников. В статье Е.А. Елчевой предлагается подробный анализ категории межкультурной коммуникации, обсуждаются классификации межкультурных контактов. Е.В. Антипкина фокусируется на таком немаловажном аспекте межкультурной коммуникации, как коммуникация невербальная,

ивыясняет какими знаниями и навыками в этой области должны обладать

участники взаимодействия, чтобы избежать коммуникативных неудач. Е.И. Уденко, опираясь на результаты эмпирического исследования, повествует о сложностях аккультурации мигрантов из Латинской Америки в таком крупном российском городе, как Санкт-Петербург. Статья О.Н. Фаблиновой вновь возвращает читателей к контексту интернет-коммуникации, но в этот раз актуализируется сюжет о возможностях межкультурного диалога в глобальной сети. Л.В. Максимова обращается к такому малоизученному в отечественных социальных науках комическому жанру, как китайский сяншен, и на этом экзотическом для российской аудитории материале убедительно демонстрирует культурную обусловленность смеховой коммуникации и юмора в целом.

Раздел «Повседневные практики конструирования идентичности»

объединяет статьи молодых авторов, заинтересованных в том, как в ходе микроуровневых (и часто не замечаемых) действий, выборов, интеракций возникают, поддерживаются, оспариваются и разрушаются индивидуальные

игрупповые формы самоидентификации. Так, А.С. Гуслина определяет, как социальная идентичность молодых людей, проживающих в небольшом провинциальном городе, обуславливает их поведение в конфликтных ситуациях: как в публичном, так и в приватном пространствах. Н.А. Савин и Д.А. Захаров предлагают и апробируют на двух группах студентов (изучающих экономику

ипсихологию) методику оценки социальной компетентности. Е.В. Камакина решает задачу по выявлению факторов, определяющих уровень коммуникативных и профессиональных компетенций студентов-социологов. Е.С. Трунтова концентрируется на таком немаловажном элементе профессиональной

идентификации студентов-менеджеров, как владение иностранными языками. А.Ю. Колянов рефлексирует о меняющейся роли университетов как агентов социализации в эпоху постмодерна. Е.А. Кравцова осуществляет оценку возможностей молодых политиков Петербурга по включению во «взрослые» политические элиты города, перечисляя барьеры и цензы, препятствующие подобной кооптации. А.К. Ретюнская, анализируя образы здорового человека, релевантные для современной молодежи, констатирует их противоречивость и даже конфликтность и выражает сомнение в том, что подобные образы способны стимулировать развитие устойчивых здоровьесберегающих установок. Л.В. Ивазова показывает, как в различных жизненных ситуациях женщины осуществляют гендерную самопрезентацию посредством выбора того или иного костюма.

Раздел «Трансформация повседневных практик в современном обществе» посвящен адаптации уже устоявшихся паттернов действия и коммуникации к меняющимся социокультурным условиям, а также формированию новых паттернов такого рода. Так, Е.В. Мышко применяет концепцию макдональдизации, предложенную Дж. Ритцером, для изучения пространств современных международных аэропортов, демонстрируя, как эти пространства организуются в соответствии с четырьмя принципами новой рациональности: принципами эффективности, предсказуемости, калькулируемости и контроля. А.А. Михайленко показывает, как мобильный телефон постепенно превращается в неотъемлемую часть жизненных рутин студентов, меняя их восприятие времени, пространства, контекста общения. Пользуясь возможностями фрейманализа, Ю.О. Обухова выясняет, как мошенники пользуются доверием обывателей к рутинам реальности повседневности и нарушают привычные фреймы с помощью умышленных фабрикаций. А.О. Чулошникова проясняет, как из маркера групповой идентификации татуировка постепенно превращается в ресурс личной идентичности, способ выделения индивида из мейнстрима в условиях диверсификации стилей жизни и практик потребления. А.Э. Петрова, напротив, настаивает на том, что роль татуировки как символа групповой принадлежности сохраняется и в современном мире. А.С. Дугушина осуществляет анализ письменных обращений российских граждан в органы власти, показывая, как с помощью определенных языковых конструктов жалобщики пытаются создать общее с адресатами коммуникативное пространство. Е.С. Обухова обращается к такой малоизученной форме коммуникации в организации, как буллинг: совокупность систематически повторяющихся изводящих действий, направленных на жертву со стороны ее коллеги/коллег.

Раздел «Коммуникации в городском пространстве» посвящен различным формам взаимодействий, разворачивающихся на публичных и приватных площадках современных городов. Так, Т.И. Уденко представляет результаты эмпирического исследования дворов Петербурга, описывая их как уникальные