146 |
Нурмухаметова Р.Н. |
чтобы ослабить отношения доверия, вызвать сомнение в положительных качествах определенного лица или группы лиц.
Материалом для нашего эмпирического анализа послужили посвященные грузино-осетинскому конфликту тексты, которые были опубликованы в наиболее популярных американских общественно-политических газетах: «Лос-Анджелес Таймс», «Нью-Йорк Таймс», «Вашингтон Пост» и «УоллСтрит Джорнал».
В своей работе мы опираемся на классификацию «коммуникативных ходов», предложенную О.С. Иссерс и предполагающую различение прямого оскорбления, косвенного оскорбления, развенчания притязаний и навешивания ярлыков, и выделяем наиболее характерные для каждого коммуникативного хода стратегии и тактики.
Коммуникативный ход 1. Прямое оскорбление
Данный ход осуществляется как конструирование непосредственной негативной характеристики когоили чего-либо. Такая характеристика может быть эксплицитной либо имплицитной. Имплицитная семантика оскорбления, издевки, насмешки формируется за счет специальных приемов. К ним следует отнести:
—установление желательных причинно-следственных связей:
а) «Неважно, что России пришлось пережить настоящее дипломатиче-
ское избиение после своего вторжения в Грузию (которое Москва называет вынужденным ответом на нападение Грузии на Южную Осетию — сепаратистский анклав, оказавшийся в эпицентре конфликта), или что одностороннее признание Россией независимости Южной Осетии и Абхазии — еще одного отколовшегося грузинского анклава — осуждают по всему миру. Все это неважно. После десятков досадных поражений, после Афганистана в 1980-х и Чечни в 1990-х, Россия снова победитель» [4].
Установление причинно-следственных связей между «победой» России в Южной Осетии и «многими годами досадных поражений» намекает на то, что военный конфликт России и Грузии обусловлен лишь «имперскими амбициями» России, стремлением государства показать свою военную мощь.
—навязывание скрытого дедуктивного вывода:
«Кремль начал кампанию по дестабилизации не только прозападной Грузии, но и других бывших советских провинций, которые отказываются следовать его политике. Во многих этих государствах есть свои русские меньшинства,жестокоеобращениескоторымиможетстатьпредлогомдлявмешательства России» [7].
Читателям навязывается вывод о том, что Россия представляет опасность для многих бывших советских республик, а защита собственных граждан для нее — лишь предлог для вмешательства в дела других суверенных
Стратегии дискредитации образа России в текстах американских газет... 147
государств.
Коммуникативный ход 2. Косвенное оскорбление
Данный ход, как отмечает О.С. Иссерс, реализует стратегию когнитивного плана, цель которой заключается в создании желательных для говорящего ассоциаций. Это позволяет перенести негативную оценку из одной когнитивной области в другую [1: 169].
Традиционным средством реализации этой тактики является использование метафор. «Разновидностью метафоры (если понимать метафору в широком смысле) можно считать аллюзию — особый прием текстообразования, заключающийся в соотнесении содержания текста с прецедентным фактом, историческим или литературным» [1: 171].
Примерами использования данной тактики в дискурсе американских газет могут служить, в частности:
—исторические параллели и ассоциации с советским прошлым:
а) «Красная Армия (простите, российская армия) потратила всего два дня
на то, чтобы овладеть Абхазией и Южной Осетией» [7].
У читателя появляется ассоциация, предполагающая отождествление российской армии с советской Красной Армией.
б) «Вид российских танков, идущих по Грузии, был шокирующим, но знакомым. Это напомнило Чечню в 1994 и 1999, Вильнюс в 1991, Афганистан
в1979, Прагу в 1968, Венгрию в 1956 годах. А ранее — советские вторжения
вПольшу и Прибалтику в 1939 и 1940 годах (на основании пакта МолотоваРиббентропа)» [6].
Чтобы доказать читателям, что цель России — покорение Грузии, августовский конфликт ставится в один ряд с событиями, которые на Западе трактуются как попытки завоевания, установления влияния.
— исторические параллели с чеченской войной:
«Именно так русские поступили в Чечне в 1999-2000 годах» [7].
— исторические параллели с фашистским режимом:
а) «Правда» обвиняет Саакашвили в «преступлениях против человечности» и утверждает, что у России не было выбора — она должна была защитить своих граждан в Южной Осетии от «варварского, жестокого и преступного нападения» вероломных грузин. Это звучит как эхо выступлений представителей Германии в 30-е годы, когда они лили крокодиловы слезы по поводу якобы плохого обращения с немецкими меньшинствами в соседних странах. Именно
этим предлогом воспользовался Гитлер для нападения на Чехословакию и Польшу» [7].
Заявления российского правительства о стремлении защитить своих граждан в Южной Осетии эмоционально описываются как «крокодиловы слезы» и интерпретируются в качестве очевидного предлога, чтобы начать войну.
148 |
Клиймук А.В. |
Тем самым читателям навязывается вывод о том, что Россия поступила так же, как фашистская Германия, которая под предлогом защиты своих граждан начала Вторую мировую войну. Эти параллели становятся еще более очевидными в следующем отрывке:
в) «Детали того, кто что сделал, чтобы спровоцировать войну России против Грузии, не очень важны. Помните ли вы в точности детали Судетского кризиса, приведшего к вторжению нацистской Германии в Чехословакию? Конечно, нет, потому что этот неоднозначный с моральной точки зрения спор справедливо вспоминают как незначительную часть гораздо более масштабной драмы» [5].
—параллели с диктаторскими режимами:
а) «Поразительно, что диктаторские, агрессивные и фанатичные режимы,
несмотря на их различия, рады сотрудничать друг с другом, чтобы ослабить влияние Соединенных Штатов и их демократических союзников. Россия помогает Ирану, Иран и Северная Корея — Сирии, Россия с Китаем блокируют в Совете Безопасности санкции против Зимбабве, а Китай поддерживает режимы в Бирме и Северной Корее».
К косвенному оскорблению можно отнести и псевдологический вывод: «Если на то пошло, подумайте, какие могут быть последствия, если мы
отвернемся от Грузии и других прозападных правительств в этом регионе. Не должны ли мы заявить, что нормальные отношения с Россией невозможны, пока продолжается агрессия, подчеркнуть нашу приверженность территориальной целостности Грузии и Украины и предложить в чрезвычайном порядке военную помощь Грузии?» [4].
Автор приводит читателя к выводу, что если сегодня США отвернутся от Грузии, то другие прозападные страны в этом регионе подвергнутся серьезной военной угрозе со стороны России.
Риторический вопрос также может быть использован в целях дискредитации: «Сегодня Грузия, завтра Украина, а послезавтра — Эстония?» [7]. Ответ на данный вопрос уже подсказан, он только вовлекает читателя
в рассуждения или переживания, якобы заставляя его самому сделать вывод.
Коммуникативный ход 3. Развенчание притязаний
Данная тактика «реализуется через прагматическую интерпретацию высказываний, содержащих скрытые семантические компоненты» [1: 173].
«Кстати, а чем, собственно, Россия так уж помогла нам в Иране?» — вы- вод-провокация, который блокирует позитивное умозаключение и предполагает переход к доказательствам, что помощи от России не было. — Она подписала (хотя и всячески затягивая) три резолюции Совета Безопасности ООН, по которым на Иран налагались весьма умеренные санкции. Однако она же поставляет материал для иранской ядерной программы, а теперь еще и продает
Влияние немецких СМИ на формирование образа России в Германии |
149 |
Тегерану системы ПВО для защиты военных и ядерных объектов» [4].
В приведенном примере автор развенчивает образ России как надежного партнера в разрешении иранской проблемы.
Коммуникативный ход 4. Навешивание ярлыков
Суть данного хода заключается в том, что «реализуется глубинная стратегия когнитивного плана: по частной детали, подробности (порой совершенно незначительной) слушателю (читателю) помогают сделать общий вывод о свойствах объекта (политического лица). Ярлык не объясняет объективных свойств личности, микросоциума, а обозначает их по принципу «чужого», идеологически инородного. <…> Навешивание ярлыков — это «искусство» поиска характерной детали, черты характера или внешности, отрицательная оценка которой по принципу расширения переносится и на личность в целом» [1: 174].
Мы полагаем, что «навешивание ярлыков» может осуществляться не только ради дискредитации отдельного человека, политика, но и для дискредитации образа целой страны.
«Вот и сегодня владимиры путины, ху цзиньтао и махмуды ахмадинежады всего мира, не говоря уж об их двойниках из Судана, Зимбабве, Бирмы и Северной Кореи, обратят на «моральное влияние» не больше внимания, чем советские лидеры в 1924 году. Диктаторов не трогают требования невооруженной справедливости, агрессоры не боятся дипломатии, за которой не стоит угроза применения силы, фанатиков не удержит сдержанное или тактичное осуждение» [4]. Автор данной статьи выделяет у политических фигур только отрицательные качества, которые в соединении с именами, употребленными как нарицательные, превращаются в ярлыки, заставляя читателя выстраивать ассоциации между перечисленными политиками и государствами, которые они представляют.
Таким образом, мы рассмотрели ряд коммуникативных ходов речевой тактики оскорбления и издевки, которые реализуют общую стратегию дискредитации. Очевидно, что обнаруженные нами коммуникативные ходы не представляют собой закрытого списка: оскорбление, разумеется, может быть осуществлено и посредством введения новых, нетривиальных, риторических приемов, обладающих различной степенью эффективности. Однако, как видно из осуществленного нами анализа материала, существуют и «протоптанные тропинки», то есть устойчивые тактические ходы, обладающие высоким «дискредитирующим потенциалом».
Литература:
1.Иссерс О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи. М.: Издательство ЛКИ, 2008.
2.Иссерс О.С. Паша-«Мерседес», или речевая стратегия дискредитации // Вестник Омского университета, 1997. Вып. 2. С. 51-54.
150 |
Клиймук А.В. |
3.Иссерс О.С. Посмотрите, на кого он похож! (К вопросу о речевых тактиках дискредитации) // Вестник Омского университета, 1997. Вып. 3. С. 81-84.
4.On Exhibit, Georgian War and a New Russian Pride // New York Times. 29.09.2008.
5.Putin Makes His Move // Washington Post. 11.08.2008.
6.Russia Is Still a Hungry Empire // Wall Street Journal. 19.08.2008.
7.Stand up to Russia // Los Angeles Times. 12.08.2008.
А.В. Клиймук
ВЛИЯНИЕ НЕМЕЦКИХ СМИ НА ФОРМИРОВАНИЕ ОБРАЗА РОССИИ В ГЕРМАНИИ
В настоящее время СМИ являются мощным инструментом формирования образа национального государства у населения других государств. Особенно явно их влияние прослеживается в европейских странах, в частности, в Германии. Проблема конструирования образов различных стран мирового сообщества в массмедиа является чрезвычайно актуальной: ведь эти образы оказывают влияние не только на формирование гетеростереотипов у представителей национальных групп, но, стереотипизируя представления населения, способствуют политической манипуляции. В фокусе нашего исследования находится образ России, формирующийся у населения Германии под влиянием национальных СМИ.
Согласно данным опросов, лишь 10% немцев получают позитивные представления о России из газет, журналов и телевидения. При этом более половины респондентов недовольны образом России, формируемым в СМИ, и хотели бы, чтобы он раскрывался более полно. Лишь каждый третий верит декларациям СМИ, что они отображают реальное состояние дел в России. Для сравнения, более половины респондентов, опрошенных в ходе аналогичного опроса в России, считают, что сообщения отечественных журналистов о Германии носят скорее положительный характер [8].
Очевидно, что общий дефицит информации о России сопровождается селекцией негативного новостного ряда германскими СМИ. Примечательно, что целевая аудитория этих СМИ зачастую осознает, что информация подается предвзято. Так, например, характерна следующая оценка жителями Германии данного феномена: «У России такой негативный образ потому, что обо всем