Материал: Сохранение идиостиля при переводе произведения О. Генри

В данном предложении О. Генри использует сразу несколько метафор: ‘bulldozing the grocer’, ‘one’s cheeks burned’, показывая тем самым, на что приходится идти Делле, чтобы сэкономить деньги и какой стыд она при этом испытывает. При переводе было очень важно не потерять эту выразительность. В переводе Е.Д. Калашниковой слово ‘bulldozing’ теряет свое оригинальное значение «напирать» и заменяется более уместным в русском языке словом «торговаться». Метафора ‘one’s cheeks burned’ переводится с использованием замены. В оригинале О. Генри описывает стыд Деллы «горящими щеками», в переводе же «щеки» заменяются на «уши», что более близко русскому читателю.

В данном случае мы видим практически полное сохранение оригинальной метафоры, однако переводчиком используется прием опущения и слово ‘brilliantly’ не используется в тексте перевода, что несколько преуменьшает метафору. Возможен такой вариант перевода:

«Глаза её ярко сверкали, но с лица за двадцать секунд сбежали краски»

Е.Д. Калашникова в этом предложении сохраняет оригинальную метафору - ‘rosy wings’, однако меняет структуру текста, объединяя два простых предложения в одно сложное. Здесь особое внимание переводчик должен обратить на авторскую ремарку - характерную черту многих рассказов О. Генри. Однако в оригинале автор скорее просит «не обращать внимания на избитую метафору», в переводе Е.Д. Калашниковой используется словосочетание «прошу прощенья», что несколько искажает оригинальный смысл.

Здесь мы видим прекрасный пример сравнения, О. Генри сравнивает волосы главной героини со струящимися водами, описывая их красоту. Перевод Е.Д. Калашниковой полностью сохраняет этот образ.

Ирония - действенное средство создания комического образа и очень часто встречается в рассказах О. Генри. Используемые языковые средства очень богаты и разнообразны, и используется для характеристики ситуации и формирования читательского отношения и в переводе очень важно передать эту комичность. И, можно сказать, что перевод Е.Д. Калашниковой полностью соответствует заданному образу оригинала.

Помимо образов главных героев, О. Генри также создает образ Часов и Гребней. В тексте оригинала мы видим использование артикля ‘the’ и заглавных букв у неодушевленных предметов, и сделано это не случайно. Выделяя эти слова в тексте, автор проводит параллель между этими предметами и мудростью и щедростью их владельцев. При переводе Е.Д. Калашникова не использует подобные графические средства, не сохраняя оригинальный стиль автора, чем преуменьшает символизм данных предметов.

В данном отрывке использовано сразу несколько стилистических приемов. Первый - это параллельная конструкция: в течение всего текста мы видим параллель между часами Джима и волосами Деллы. Однако более важным здесь является использование аллюзии - отсылки к Царице Савской и царю Соломону. Перенесение царя и царицы, живших в 10 веке до нашей эры, в условия современной жизни создает юмористический эффект, происходящий от нелепости ситуации. Великая царица, живущая в доме напротив или легендарный правитель, работающий швейцаром, порождают недоумение и тем самым акцентируют внимание читателя. В переводе Е.Д. Калашниковой этот эффект сохранен.

сюжетный лексический идиостиль генри

Но самая важная аллюзия, объясняющая название рассказа, находится в конце: О. Генри сопоставляет героев своего рассказа с волхвами, которые преподнесли мудрые и щедрые дары Иисусу. В героях рассказа мы видим величайшее самоотречение, готовность ради своей любви на любые жертвы. Простая человеческая любовь, которую автор возносит на высоту мудрости волхвов - это огромный подарок, который не купить ни за какие деньги. И при переводе очень важна точность в передаче смысла оригинального текста. В своем переводе Е.Д. Калашниковой удалось сохранить не только аллюзию, но также и форму и структуру предложений, тем самым очень точно передав оригинальный смысл.

Также важно отметить авторскую вставку в данном абзаце ‘possibly bearing the privilege of exchange in case of duplication’. О. Генри рассказывает о волхвах возвышенным языком, говорит об их мудрости и щедрости. И, говоря о несомненной мудрости преподнесенных ими подарков, автор подмечает, что они «даже могут быть обменены в случае непригодности». Подобная вставка отвлекает внимание читателей от возвышенности повествования, созданной красивыми, высокими словами, возвращает нас «с небес на землю» и заставляет улыбаться. Подобные вставки являются одними из самых главных составляющих идиостиля О. Генри, и очень важно не потерять их при переводе.

В данном рассказе одним из самых интересных приемов, используемых О. Генри, является олицетворение. В этой истории, помимо основных персонажей, фигурирует также пневмония, но автор не просто описывает болезнь, он делает её обособленным героем, добавляя слово «господин» и достаточно отрицательное описание: red-fisted, short-breathed old duffer. В тексте «Пневмония» выделяется графически и пишется с большой буквы. В своем переводе Н.Л. Дарузес сохранила особенности написания и очень точно передала контраст между «миниатюрной девушкой» и «старым тупицей с красными кулачищами и одышкой». Также в данном отрывке интересен авторский оксюморон ‘with blood thinned by California zephyrs’, в переводе Н.Л. Дарузес он был оставлен без изменения смысла: «малокровная от калифорнийских зефиров».

Описывая знакомство главных героинь, О. Генри использует интересный стилистический приём - зевгму, благодаря такой семантической разнородности в предложении создается комический эффект. В данном виде зевгмы к глаголу присоединяется несколько дополнений, которые являются семантически неоднородными. В переводе Н.Л. Дарузес также используется этот стилистический эффект, что помогает сохранить ироничность в предложении.

Описывая разговор доктора со Сью, О. Генри используют прием метонимии. Под «действиями в интересах гробовщика» автор подразумевает мысли больной девушки о смерти и отсутствие надежды на выздоровление. Такой перенос значения не меняет смысл, но придает тексту гораздо большую выразительность. В переводе Н.Л Дарузес меняет структуру предложения, но приём метонимии сохраняется.

Описывая разговор с доктором, автор говорит об изменении интонации в голосе Сью. В тексте оригинала мы видим сравнение с «варганом» - язычковым музыкальным инструментом. Однако в тексте перевода Н.Л. Дарузес использует прием замены на близкое «варгану» понятие - «губную гармонику». Такая трансформация связана с тем, что русскому читателю, скорее всего, будет неизвестно значение слова «варган», так как этот музыкальный инструмент не имеет широкого распространения в России. Губная гармоника является наиболее близким аналогом варгана, хотя между ними есть ряд различий. В переводе такая замена необходима, чтобы текст был более понятен реципиенту перевода.

В этом предложении автор использует развернутую метафору. Под «подсчетом карет в похоронной процессии» подразумеваются мысли о скорой смерти персонажа. Рассказам О. Генри свойственно не просто называть предметы или явления, но говорить о них в завуалированной форме, вследствие чего текст становится более выразительным и интересным для реципиента перевода. В переводе Н.Л. Дарузес сохраняет не только авторскую метафору, но и оригинальную структуру предложения.

При описании речи Сью, О. Генри использует словосочетание ‘magnificent scorn’, что представляет собой авторский оксюморон - сочетание несочетаемого. Благодаря такому использованию стилистической ошибки в тексте появляются новые, неожиданные образы. В тексте перевода данная стилистическая фигура сохранена без изменений.

В рассказе встречается множество олицетворений. Описывая осень, О. Генри придает природе человеческие черты: ‘the cold breath of autumn’, ‘skeleton branches’. Описание плюща занимает особо место в рассказе и имеет символическое значение - «лоза жизни», с которой метафорический и олицетворенный образ осени срывает последние листья. Сама природа, кажется, несет гибель тем, кто живет в этих бедных кварталах.

В данном предложении автор использует сразу три стилистических приема: гиперболу, сравнение и иронию. Такое описание Бермана помогает создать юмористический эффект, благодаря этому у читателя создается четкий образ стареющего человека, который уже не особо следит за собой. В тексте оригинала Берман сравнивается с «чертёнком», это является аллюзией на статую «Моисей» работы Микеланджело. Такая ассоциация возникла из-за того, что пророк Моисей изображен с рожками, однако в переводе Н.Л. Дарузес меняет «чертёнка» на «гнома», из-за чего происходит искажение оригинальной аллюзии.

В этом рассказе О. Генри использует очень интересный прием - графон. В оригинале речь Бермана намеренно искажена, чтобы показать фонетические особенности, которые характеризуют его как представителя определенной социальной среды и диалекта, а также показать его индивидуальные особенности. В переводе Н.Л. Дарузес этот прием полностью отсутствует, из-за чего данный отрывок в тексте перевода теряет свою оригинальность и выразительность. На общее понимание текста данный прием практически не влияет, однако он представляет собой важную составляющую идиостиля О. Генри, поэтому это является важным упущением для переводчика.

3.3     Сравнительный анализ рассказа «Персики»

Рассказ О. Генри «Персики» был написан в 1908 году, в нем мы видим историю двух молодых людей, ослепленных туманом влюбленности. В течение всего рассказа чувствуется ироничное отношение автора к своим героям, его попытка высмеять ту ситуацию, в которую они попали. Свое шутливо-снисходительное отношение О. Генри выражает с помощью развернутых метафор, напыщенных эпитетов, сравнений, метонимий и аллюзий.

Прежде всего, в данном анализе нас интересует перевод названия. В оригинале оно звучит как ‘Little speck in garnered fruit’, что дословно можно перевести как «Маленькая крапинка на собранном фрукте». Английское название является очень емким и, по сути, содержит в себе главную мысль всего рассказа, ведь именно этот фрукт, «выращенный» с таким трудом, был забракован главной героиней. В своем переводе Е.Д. Калашникова меняет структуру названия рассказа и называет его просто «Персики», из-за этого теряется завуалированная метафора, которая подразумевалась в оригинальном названии О. Генри. Если переводить название максимально близко к оригиналу, то можно предложить такой вариант: «Маленькая крапинка на идеальном фрукте».

В этом предложении О. Генри использует прием метонимии. Описывая главную героиню, автор не просто пишет, что она сидела в качалке, но говорит о том, что её ноги ‘resting upon the world’, что дословно переводится как «опирались на мир», под «миром» автор имеет в виду пол, на котором стояли её ноги. Кроме того, здесь можно увидеть скрытое значение: весь мир был у ног главное героини. В переводе Е.Д. Калашникова использует схожее понятие и заменяет «мир» на «земной шар».

Использование стилистического приема зевгмы можно часто встретить в рассказах О. Генри. В данном отрывке, описывая главную героиню, он использует один глагол с двумя неоднородными дополнениями, что создает комический эффект. В переводе Е.Д. Калашниковой также использован прием зевгмы, однако значение некоторых слов изменено. Дословно предложение звучит так: Она была окутана розовыми мечтами и кимоно того же оттенка.

В этом отрывке переводчик сталкивается с интерпретацией реалии, в данном случае это выражение ‘the fist of any 142-pounder in the world’, где автор описывает боксера и указывает вес в фунтах. Е.Д. Калашникова использует более описательный перевод: «кулаки прославленных чемпионов ринга». Такая замена искажает исходный смысл, но является более понятной для читателя.

В данном предложении также возникает сложность с переводом реалии. О. Генри «обувает» главную героиню в «оксфорды» - полуботинки на шнуровке. В русском языке широкое использование этого термина появилось сравнительно недавно, поэтому в переводе Е.Д. Калашникова заменяет «оксфорды» на «туфельки». Таким образом, текст проще воспринимается реципиентом перевода, но оригинальный образ теряется.

Когда главная героиня говорит своему мужу о том, что ей хотелось бы персиков, О. Генри использует аллюзию на Клеопатру и Антония. Сравнение похода на Рим с походом за персиками создает яркий комический эффект, сразу чувствуется ироничное отношение автора к своим героям.

Ироничное отношение автора чувствуется также в эпитетах, которыми он описывает персик, при этом не называя его.

Как и в рассказе «Последний лист», О. Генри использует стилистический приём графон, чтобы показать представителя определенной социальной среды. Речь торговца намеренно искажена, чтобы показать фонетические особенности его произношения. В переводе Е.Д. Калашниковой этот прием полностью отсутствует, из-за чего данный отрывок в тексте перевода теряет свою оригинальность и выразительность. На общее понимание текста это практически не влияет, однако он представляет собой важную составляющую идиостиля О. Генри, поэтому это является важным упущением для переводчика.

Кроме того, в отрывке используется приём метонимии. Описывая торговца, О. Генри называет его соотечественником Данте, подразумевая под этим, что он итальянец. В оригинале использована фраза ‘in the tongue of Dante’, что дословно звучит как «на языке Данте», но в русском языке такая конструкция прозвучало бы не уместно, поэтому Е.Д. Калашникова использует слово «соотечественник».