Более информативны для установления формы фамилий отклонения в грамматических и синтаксических свойствах по сравнению с их источниками:
1. В качестве фамилии лексема может иметь форму множественного числа, тогда как для исходного топонима или гидронима плюралис невозможен.
2. Прозвища могут иметь основу среднего рода, а топонимы - женского, но в качестве фамилий у них меняется грамматический род (в данном материале - на мужской).
3. От исходных топонимов и гидронимов производные фамилии отличаются тем, что не всегда оформляются от их именительного падежа: нередко они восходят к целым синтаксическим конструкциям, описательным обозначениям типа «NN из Бардевика». Для таких фамилий необходимо установить их форму номинатива; она выясняется из синтаксиса тех контекстов, которые предоставляет источник. Например, в некроложном перечне книги все записи оформлены с глаголом obiit «скончался» и именем усопшего в качестве подлежащего: «Бруно Варендорп, который много лет был бургомистром»: Bruno Warendorp de lange Jare borg(er)mester was (fol. 22r b, 48). По-русски формой номинатива будет Варендорп, изменяющаяся по мужскому согласному склонению. Но в такой же синтаксической конструкции назван Pleszkouwe; следовательно, форма номинатива этой фамилии Плескове, с конечным -е, которое является не показателем косвенного падежа, а частью основы. В русском переводе такая фамилия не склоняется.
4. В качестве фамилии нередко оформлены целые словосочетания, состоящие из падежных конструкций с предлогом и артиклем, например (Hermanus) van Warendorpe, (Alfwin) vanme Huse.
Десемантизация, а также грамматические и синтаксические признаки, названные в пунктах 2-4, помогут отличить фамилию от «нефамилии», однако, как уже отмечалось, не во всех случаях вопрос можно решить однозначно.
Задачи исследования
Решение проблем передачи немецких средневековых имен и фамилий средствами современного русского языка связано с конкретными задачами, лежащими в трех плоскостях:
1) подбор фонетически эквивалентных способов передачи звуков нижненемецкого языка XII--XVI вв. средствами фонетики и орфографии современного русского языка;
2) морфологическое и грамматическое толкование средневековых нижненемецких контекстов, содержащих имена и фамилии, для определения внутренней формы и грамматических свойств немецкого антропонима и его аде- ватного отображения средствами русской морфологии и грамматики;
3) синтаксический анализ с целью установления цельнооформленности антропонимов, отличающей их от исходного описательного словосочетания.
Все три аспекта важны для успешной исследовательской работы и публикации нижненемецких средневековых источников; все они связаны со значительными трудностями системного языкового решения. Однако лингвистические проблемы, возникающие конкретные задачи и пути их решения в перечисленных аспектах различны, поэтому каждому из них лучше посвятить отдельное исследование. Здесь внимание будет сосредоточено на морфологическом аспекте и частично на синтаксическом. Это значит, что задачей анализа является не рекомендация правил для русской фонетической транскрипции фамилий, а выяснение каждого нижненемецкого морфологического типа и той русской формы, которая ему соответствует и диктует его словоизменительные возможности в контексте русского перевода.
Конкретные аспекты анализа
Развившаяся в средненижненемецком языке редукция привела к значительной омонимии элементов конца слова. Это касается как флексий, так и основообразующих элементов. Для отображения этих частей слов в русском переводе важно прежде всего определить, является ли конкретный конечный элемент флексией данного слова или же составляет часть его основы. От этого будет зависеть, как должна быть представлена в русском эквиваленте основа слова и каковы будут его словоизменительные возможности. Упомянутая омонимия касается в основном трех групп единиц.
1. Омонимы -е:
- несколько различных по происхождению и грамматическим свойствам окончаний имеют вид -e;
- некоторые словообразовательные модели включают суффиксы различного происхождения, также в результате фонетических изменений имеющие в средненижненемецком один и тот же вид -e.
2. Омонимы -en:
- на конце слов может встречаться общая редуцированная форма -en, восходящая к нескольким различным падежным флексиям;
- такая же (омонимичная) конечная форма -en в некоторых фамилиях представляет собой флексию множественного числа;
- конечное -en может представлять собой редуцированный вариант нескольких основообразующих суффиксов.
3. Немецко-славянские омонимы -in и -ow/-owe: эти типы также объединяют омонимичные формы; в отличие от двух предыдущих групп речь идет об элементах различного - славянского или немецкого - происхождения и, соответственно, различного морфемного статуса в нижненемецком и различной реализации в русском переводе.
Правильная идентификация этих элементов в нижненемецком слове определяет в каждом отдельном случае передачу конечного элемента в русском переводе, она важна также для определения грамматических особенностей русского эквивалента: того, как должна изменяться данная конкретная фамилия в переводе средневекового текста на русский язык. Поскольку в исследуемом кодексе содержатся только обозначения мужского рода, то речь может идти о выборе между русским вторым (мужским согласным) склонением и несклоняемой формой. Трудность заключается в том, что представители всех перечисленных выше нижненемецких типов - с конечным -е или с конечным -en в исходной форме, а также с нефлектированным номинативом (с нулевой флексией) - могут в русском языке относиться к обоим словоизменительным типам. Без предварительного анализа невозможно правильное оформление русской формы и отнесение ее к типу склонения.
Подробности самого анализа языкового материала, содержащегося в любекском кодексе, можно (и даже разумнее) оставить за рамками статьи, здесь же целесообразно привести полученные результаты, уже сгруппированные по типам проблем и методам их решения. Таким образом читатель может получить и рекомендации по конкретным фамилиям, и общее руководство для самостоятельных решений в разнообразных трудных случаях, с которыми он встретится при работе с другими источниками.
С учетом конкретных аспектов и поставленных задач собранные фамилии из Любека будут ниже представлены по группам соответственно типу происхождения:
1. Фамилии, производные от топонимов и других географических обозначений. Внутри этой группы единицы исследования расположены в алфавитном порядке по основе, определяющей грамматический тип фамилии (у композитов - по второй основе). Это относится и к однокоренным вариантам типа -dorp и -dorpe: для удобства поиска им посвящены отдельные описания, расположенные по алфвиту.
2. Фамилии, производные от прозвищ или названий профессий:
а) фамилии от основ существительных;
б) фамилии от основ прозвищ-прилагательных.
3. Фамилии на -in и -ow.
Языковой материал: любекские фамилии
Фамилии, производные от топонимов и других географических обозначений -beke
Варианты лексемы «небольшая река, речка», внем. bach м.р. (ср. современное слово Bach) и bache ж.р., в нижненемецком оформлены теми же основами, но с иным фонетическим развитием: beke, becke ж.р., beek, beck м.р. / ср.р. Из этих вариантов образовалась обобщенная форма beke: с -е, но по мужскому типу, ср. (из герм. *bakjaz, откуда дсакс. beki м.р.) [17]. Отсюда ясно, что конечное -е в нижненемецких фамилиях на -beke, как и у самого этого существительного, принадлежит основе и не меняется при склонении. Эту особенность нижненемецкого, отличающую слова данного типа основы от верхненемецких (не сохраняющих конечного гласного германской ja-основы), можно проиллюстрировать на следующем примере из «Памятной книги»: в фамилии va(n) medbeke содержится название небольшой реки в Рейнской области; сегодня она известна под аналогичным, но уже верхненемецким названием Mitbach. В русской передаче такая фамилия по верхненемецкому типу склонялась бы (ср. Бах, у Баха), тогда как у нижненемецкой фамилии конечное -e является исходом ее основы и в русском переводе такая фамилия не склоняется, например: Бернард Мед- беке, у Бернарда Медбеке.
В «Книге» такими примерами являются: Bemardus va(n) medbeke, Hermen Sundesbeke Последняя фамилия, как и Медбеке, имеет ниженемецкое происхождение: Герман Сундесбеке уроженец Мюнстера, жил в Любеке, где был купцом и ратманом..
Поскольку -beke выступает как наиболее частотная составная часть композитных названий рек, то топонимы на -beke многочисленны [18. S. 193] и производные от них фамилии тоже встречаются часто.
-berg/-borg
Названия, содержащие вторую часть -borg или -berg, не поддаются четкому семантическому различению; топонимы на -berg (ср. существительное со значением «гора») встречаются у крепостей или поселений независимо от наличия поблизости горы, а корень -burg (букв. «крепость»), по всей видимости, обозначал защищенность обозначаемого места и мог относиться как к неприступному положению (на скале, возвышенности), так и к укрепительным сооружениям, защищающим его. По этой причине в средневековых источниках отмечается даже варьирование топонимов на -berg и -burg в отношении одного и того же места [18. S. 194]. Различаясь в грамматическом роде и типе склонения (соответственно мужской и женский), оба варианта сходны в том, что с древних времен имеют форму именительного падежа с нулевой флексией, поэтому конечный гласный может появляться в них только в косвенных падежах. Это относится ко всем фамилиям на сннем. -berch/-borch без исключения (и к их фонетическим диалектным вариантам, как -barch, с переходом er + согласный > ar + согласный) [19. С. 43].
В кодексе из Любека встречаются примеры: Henricus van Erteneborch, Joh(ann)es Clingenberch, Wedekindus klingenberch, B(er)nardus oldenborch, Johan Spangenbarch.
При переводе на русский язык фамилии данного типа принимают окончания второго склонения мужского рода; в случаях (которые в анализируемом источнике, правда, не встречаются), если в контексте имеются в виду женщины, фамилии не должны склоняться.
Отдельный случай - титулы аристократов или священнослужителей, происходящие от топонимов нижненемецкого региона на -berg/-borg. По- русски они передаются формой прилагательного, причем, как правило, в верхненемецкой фонетической форме (т.е. без учета нижненемецкого конечного спиранта ch < g и понижения гласного -о- в borch), например biscop to Rasseborch «епископ Ратцебургский» (ср. титул русского аристократического рода «Ольденбургский» в отличие от имени любекского гражданина B(er)nard oldenborch).
Оверхненемечивание аристократических фамилий на -berg, -burg или, например, на -stein соответствует традиции, даже в случае их нижненемецкого происхождения (ср. Гольштейн в титуле Гольштейн-Готторп- Романовы, но сннем. Holsten).
Пример в кодексе: biscop to Rasseborch.
-berge/-borge
В кодексе встретилась фамилия со второй основой, восходящая к синтаксической конструкции датива с предлогом vp и артиклем de: в форме номинатива она имеет вид Beringerus vp de Koberghe. Koberg - населенный пункт в Шлезвиг-Гольштейне, т.е. на средневековой нижненемецкой территории.
В данном случае конечное -е (первоначально окончание дательного падежа) может в фамилии являться уже неизменяемой частью основы (ср. названия двух городов Wittenberg и Wittenberge). В русской передаче она в таком случае сохраняется (Берингер уп де Коберге), а фамилия не склоняется.
Учитывая единичность этого случая, можно было, очевидно, не выделять его в особую группу, однако ниже встретятся регулярные параллельные варианты фамилий - от формы номинатива и от формы косвенного падежа. Там эти варианты будут рассмотрены отдельно.
-dorp
В фамилиях на -dorp эта вторая часть восходит к существительному сннем. dorp «деревня», которое относится к а-основам среднего рода и c самых древних письменных свидетельств имеет в номинативе нулевую флексию: ср. дсакс. thorp (IX в.), двн. thorf (с VIII в.) [18. S. 194-195]. Фамилии этого типа обозначают в кодексе из Любека мужчин и, несмотря на средней род исходного существительного, относятся к мужскому роду и также имеют номинатив с нулевой флексией.
В кодексе этот тип представлен примерами: nyendorp, Godfridus van Stodhorp, Gyselbertus van Warendorp, Bruno Warendorp, Hinrik Castorp, Hinricus Amendorp, Wedekindus de warendorp.
В русском переводе такая фамилия склоняется по русским мужским основам на индоевропейское -o (которым соответствуют германские а-основы), т.е. по второму склонению), например Амендорп - Амендорпом (если под фамилией указана женщина, то форма несклоняемая).
-dorpe
Наряду с формами на -dorp, в основе которых лежит номинатив с нулевой флексией (см. выше), часто встречаются варианты, для которых исходной является другая падежная форма. Характерно, что они часто выступают в сочетании с предлогом van, который требует дательного падежа; действительно, формы существительного dorp на -е соответствуют дательному падежу единственного числа. Эти варианты (например, Goschalcus van warendorpe) формально сохраняют синтаксическую структуру словосочетания «(NN) из Варендорпа». Статус фамилии (а не описательного словосочетания) требует в таких случаях дополнительной проверки, в качестве которой могут служить контексты из некроложных записей, где эти варианты с -e, происходящие от датива, несомненно, являются подлежащими, т.е. формой номинатива: Goschalcus van warendorpe o(bit). В латинских контекстах им соответствует конструкция с de: Hinricus de Alendorpe, однако и без предлога здесь возможна форма на -e (например, bodendorpe); она, следовательно, уже не зависит от синтаксического управления со стороны предлога. Это означает, что и в латинских, и в немецких контекстах с de или van, как и без предлогов, варианты на -e функционируют в качестве номинатива фамилии.