Синтактико-морфологические аспекты русского перевода нижненемецких фамилий из исторических документов Любека XIV-XVI вв.
Екатерина Ричардовна Сквайрс
Новосибирский государственный университет, Новосибирск, Россия,
Аннотация
Исследование позднеcредневекового материала ономастики из Северной Германии направлено на разработку лингвистически обоснованных принципов передачи средненижненемецких фамилий для задач исторического и филологического изучения, научного перевода и публикации ценного рукописного источника. В центре исследования находятся морфологические и грамматические аспекты развития фамилий в Любеке в период 1318 г. - начало XVI в. и их передачи средствами современного русского языка.
Ключевые слова: Ганза, Любек, средненижненемецкий язык, фамилии, немецко-русский перевод, средневековые рукописи
Abstract
Family names in 14th-15th-century Lьbeck: Syntactic and morphological aspects of translation into modern Russian
Catherine R. Squires
Novosibirsk State University, Novosibirsk, Russian Federation,
The analysis of late medieval family names, originating from the Hanseatic cities of Germany, is carried out with the aim of developing linguistically sound methods of transcribing Middle Low German onomastic material for the tasks of historical and philological research. As an additional objective, the study is designed for practical application: to ensure correct translation into modern Russian for the subsequent academic publication of a valuable historical document in the framework of a project supported by the Russian Science Foundation (RSF), currently running at Novosibirsk State University. The source of language material (an onomastic corpus of over 2000 lexemes) is the manuscript Liber memorialis of the city of Lubeck, containing administration records of the magistrate of the Hanseatic metropolis, covering a period between 1318 and the early 16th century. The original codex is held at the Tomsk University library (previously at the City Archive of Lubeck, Germany) and was made available for research by the project team. The family names under analysis belonged to magistrate members and other prominent historical personalia of the city; they sometimes run through several generations and are highly relevant for research, including Russian-Hanseatic relations. The rapidly growing amount of Russian studies concerning Hanseatic cities shows the need of useful and consequent rules of representing the onomastic material, contained in the medieval German texts, in modern Russian. The analysis focuses on morphological and grammatical aspects of the development of family names in 14th-15th-century Lubeck. Due to their secondary character (as semantic derivatives from names of professions, topo- and hydronyms, and personal nicknames) the analysed lexemes reach the status of family names in the course of changes, gradually taking place over a long period. Social and historical circumstances of these changes, their impact on the lexical units, and the possible criteria of establishing their accomplished onomastic status as family names are discussed and methods of overcoming the interfering effect of strong reduction and morphological homonymy, typical of the given language period, are elaborated. Thus, changes in gender, number, morphological type and syntactic behaviour of the analysed units are examined for the purpose of obtaining or verifying their nominative case forms. The resulting onomastic forms are then contrastively faced with the morphological models and declension types available in modern Russian. Recommendations for transcription are offered for every lexical group, while difficult or ambiguous cases are singled out and the possible options are proposed and argued.
Keywords: Hansa, Lubeck, Middle Low German, family names, German-Russian translation, medieval manuscripts
Вводные замечания
Анализ проблем, касающихся передачи немецких средневековых фамилий в русском переводе, приобретает особую актуальность в связи с разработкой, публикацией и введением в научный и популярный культурный оборот большого массива исторических документов на средненижненемецком языке, которые важны для изучения и понимания эпохи отношений между русскими землями и западом, в первую очередь между Новгородом и городами Ганзыименослова XII-XVII в., оказался в поле внимания исследований по истории и филологии и стал предметом публикации и перевода в российских изданиях. Так, после 2000 г. появился ряд изданий по истории Новгорода на малоизученном западном материале [15]; также различными научными коллективами активно ведется работа по изданию рукописных нижненемецких источников, уже вышли в свет важные собрания источников, например [6, 7]..
С изучением и введением в научный дискурс российской историографии средневековых документов, происходящих из городов Ганзы и в целом из области нижненемецкого языка, исследователи столкнулись с большим числом имен исторических личностей, ранее неизвестных по русскоязычным источникам и потому ещё не имеющих традиционного эквивалента в русском языке. В связи с этим встает проблема научно обоснованных принципов перевода этого важного и актуального ономасиологического материала для употребления в письменной и устной русской речи.
Между тем вопрос о способах русского перевода фамилий из материалов на средненижненемецком языке эпохи Ганзы до сих пор не получал систематического рассмотрения. В словаре-справочнике Б.О. Унбегуана «Русские фамилии» целая глава посвящена неславянским фамилиям России, в одном из ее разделов говорится и о фамилиях западноевропейского происхождения [8. С. 268-269]. В качестве источников немецкой ономастики в русском языке автор указывает процессы, имевшие место в XVIII в.: 1) иммиграции профессионалов в различных сферах науки и техники, а также купцов; 2) включение в состав империи прибалтийских областей с их немецким населением; 3) крестьянские поселения немцев на юге России [8. С. 268]. Корпус изученного русского именослова немецкого происхождения, таким образом, отделяется большим хронологическим разрывом от длительной эпохи контактов севернонемецкой Ганзы с Новгородской Русью, характеризующейся присутствием немцев из ганзейских городов в Новгороде и Пскове в XII-XVII вв. и наличием богатой письменной документации, содержащей многие сотни упоминаний купцов, дипломатов и городских должностных лиц, участвовавших в этих исторических событиях.
Правда, в научном дискурсе сложились определенные способы передачи средневековых имен Германии, часто противоречивые, местами стихийные, нередко встречается разнобой в реализации однотипных случаевслучаев, а составление общей картины немецкого именослова в русской передаче, указаний конкретных источников к отдельным примерам не требуется.. Обобщение этого опыта позволило сделать вывод, что в целом в русскоязычной научной литературе преобладает тенденция к литературной нормализации немецких имен, при этом образцом нормы служат привычные приемы передачи общеупотребительной европейской ономастики, например:
- формы с латинским окончанием -us лишаются этого окончания: Laurencius - Лаврентий;
- в формах номинатива восстанавливается исход основы по форме косвенного падежа: Ebo - Эбон;
- региональные варианты с окончанием -е в именительном падеже представляются в стандартной форме, без окончания: Jacove - Яков;
- фонетические регионализмы заменяются более привычными стандартными вариантами, например: нижненемецкое -berch - на соответствующую литературную форму -berg: Ruggesberch - Руггесберг.
В целом ряде подобных случаев транскрипции, встречающиеся в литературе, являются непоследовательными в отношении даже современных литературных форм немецких фамилий, поэтому неудивительно, что та же трудность проявляется и в передаче аналогичных средневековых имен, тем более региональных нижненемецких.
В данной работе предлагаются возможные решения для передачи в русском переводе фамилий из средневековых источников на средненижненемецком языке, происходящих из города Любека.
Liber Memorialis из Любека и материал исследования
Основу корпуса исследования составляет книга административных записей города Любека: «Памятная книга» города Любека, известная в историографии как Liber Memorialis или Memorialbuch, XIV (1318 г.) - XVI в. Кодекс объемом 57 листов, происходящий из Архива ганзейского города Любека (Archiv der Hansestadt Lьbeck), в настоящее время находится в собрании Научной библиотеки Томского государственного университета (шифр В-2900), ее изучение проводится в рамках проекта Новосибисркого государственного университета, поддержанного РНФ (N° 17-78-20011: «Комплексное исследование коллекции западноевропейских средневековых рукописей в Томском государственном университете». Надежность выбранного языкового материала обусловлена тем, что он относится к одному и тому же центру письменности (кодекс происходит из магистратской канцелярии Любека), профессионально записан писцами- носителями местного любекского городского койне, однороден в жанровом и хронологическом отношении (административные записи за определенный период жизни города). Важное преимущество этого источника для задач данной работы заключается в богатстве содержащейся в нем антропонимики (более 2 тыс. единиц), представленной в различных вариантах, как в нижненемецких, так и в латинских контекстах; нередки повторные записи об одном и том же человеке или фиксация родственников и однофамильцев. Все это создает возможности для анализа, результаты которого нужны для успешного выполнения проектного исследования и последующей публикации материалов на русском языке.
Собранные фамилии принадлежат жителям центрального города Ганзы - Любека. Они в своем большинстве являются влиятельными горожанами, многие служат в магистрате или являются его членами и упоминаются в различной связи и в различных языковых контекстах:
- в списках избранных ратманов города - в форме сочетаний фамилий с крестильными именами и указанием времени избрания;
- в некроложных записях, содержащих краткий латинский текст с указанием даты смерти; для задач данной работы важно, что достаточное синтаксическое окружение позволяет установить падежные формы, в особенности важную форму именительного падежа;
- в различных записях о хозяйственных мероприятиях городских властей;
- в записях об исторических событиях; эти записи в жанровом отношении отличаются от остального материала книги: причины их включения в книгу не вполне ясны, а некоторые названные в них участники не являются любечанами.
Любекские фамилии: аспекты истории и теории Признак номинации
Немецкие фамилии имеют, как правило, вторичное происхождение и в зависимости от первоисточника подразделяются на группы, самые большие из которых образуют производные:
- от топонимов, обозначающих родину носителя (город, деревню, местную реку, регион и т.п.);
- крестильных имен;
- названий профессий или вида занятий;
- особенностей внешности или личности (прозвища).
История развития немецких фамилий берет начало с XII в. [11. S. 47], а к XV в. этот процесс разворачивается уже в различных регионах Германии. Вместе с тем становление и закрепление фамилии как общего родового имени протекает неровно и характеризуется непоследовательностью и различиями в зависимости от принадлежности к конкретным сословиям и социальным группам. Городское население вольных купеческих городов, о котором в основном идет речь в связи с контактами Ганзы с Русью, занимало в этом процессе одно из лидирующих мест.
Необходимость фамилии, которая бы сочеталась с крестильным именем и уточняла идентичность человека независимо от его родины или профессии, особенно ясно осознавалась в городах. В условиях становления личного гражданского статуса жителей городов и вытекающей из него их правовой самостоятельности фамилия развивалась как имя, которое не определяло бы человека через общность географического местожительства или родины предков либо профессиональной принадлежности, а, напротив, выделяло бы его из числа соседей-горожан, бывших односельчан или собратьев по ремеслу. Например, одна из знаменитых фамилий Любека - фон Бардевик - известна с 1188 г., когда первый из ее представителей упоминается в качестве любекского ратмана. Предположительно он был родом из небольшого городка с таким же названием (нем. Bardowick), откуда переселился в Любек в период его превращения в значительный торговый город. Однако далее в Любеке известно несколько поколений Бардевиков, в том числе ратманами были 14 членов семьи на протяжении 1188-- 1350 гг., для которых сохранявшееся за ними именование van Bardewik уже не обозначало связи с родиной предка. Оно стало независимым от топонима родовым именем, т.е. фамилией. Интересно, что в XVI в. в Любеке известны другие Бардевики, представители неродственной линии, которые происходили из Люнебурга [12].
На этом примере видно, что становление фамилий сопровождается десемантизацией первоначального признака номинации (в данном случае - город происхождения) и закреплением за генеалогической линией (а не за отдельной персоной). Для сравнения можно привести противоположный пример жившей в IX в. святой Марианы Бардовикской (Marian von Bardowick): в отличие от предыдущего примера, он иллюстрирует как персональный характер именования, так и его актуальный географический смысл.
Следовательно, о становлении фамилии можно говорить, когда первоначальная семантика обозначения теряет актуальность. Процесс десемантизации может сопровождаться и другими лингвистическими признаками, свидетельствующими об отрыве фамилии от первоначального обозначения; в данном случае это различие в написании: фамилия любекских Бардевиков (Bardewik) пишется уже иначе, чем название города (Bardowick) и титул святой Марианы.
Другой пример десемантизации можно наблюдать, когда в документах Любека магистратский служащий назван Johannes Piscator. В этом случае ясно, что вторая часть имени («Рыбак») уже не могла в его время быть профессиональным обозначением, так как его обладатель не занимался рыбной ловлей, а значительную часть жизни (в 1289--1315 гг.) работал в городском совете [13. S. 29].
Подобные факты, собранные в источниках и в исследованиях по социальной и экономической истории Любека, свидетельствуют о становлении фамилий в этом городе уже около 1300 г. Этот -- не только лингвистический, но и социально-исторический -- факт истории Любека хронологически соответствует закреплению результатов иммиграции в XII--XIII вв. из Бардовика и окружающих земель [14. S. 38--39; 15. S. 243--244; 16. S. 250-- 258.]. Можно иными словами охарактеризовать этот процесс как период, когда выходцы из Бардовика становились любечанами и приезжие из Вестфалии переставали считать себя вестфальцами.
Структурные признаки фамилий
Эмансипация антропонимов, т.е. лингвистический отрыв фамилий от их источников - топонимов или гидронимов, профессиональных обозначений и прозвищ разного типа - представляет собой исторический процесс, занимающий длительный период, и в Любеке времени создания «Памятной книги» он не достиг еще полного завершения. Поэтому далеко не во всех случаях удается четко отличить фамилии от их источников (прозвища, топонима, названия профессии) и получить конкретную рекомендацию для русского перевода.
Фонетическая и орфографическая дивергенция, о которой говорилось выше, позволяет отличить фамилию от источника обозначения на большой хронологической дистанции (в современном языке), но в отношении XV в. этот критерий не работает, так как обе формы еще находятся в процессе изменения и сильно колеблются.