В работах по семантической деривации, выполненных на материале глагольной лексики [3, 4, 6, 12], показано, что семантические изменения связаны с трансформацией прототипической ситуации. Однако данный процесс необходимо рассматривать как универсальный, характерный для разных частей речи. Глагольная семантика в большей степени связана с ситуативным содержанием предложения, поэтому их изменения были описаны в первую очередь.
Причиной неустойчивости прототипической ситуации является то, что в основе понимания лежит сложный процесс смыслового взаимодействия ситуативной информации разных уровней. Текст включает большое количество высказываний, каждое из которых способно выражать ситуацию. В связи с этим в тексте развертывается процесс обобщения ситуаций разного уровня. Подобные механизмы разобраны на примере разных типов текста в работах [31-34]: в тексте создается сложная иерархия ситуаций. Причем ситуации высказываний, текстовых фрагментов и целостного текста могут не суммироваться механически, а взаимодействовать сложным, нелинейным образом. Перечисленные аспекты демонстрируют теоретическую сложность подхода к описанию ситуативной семантики отдельных имен существительных. Подробное изучение механизмов взаимодействия ситуативного содержания при порождении и восприятии речи требует отдельного, обстоятельного исследования, проведение которого не входит в задачи данной работы.
Имена существительные, которые являются объектом нашего исследования, согласно традиционной точке зрения, выражают не ситуацию в целом, а лишь часть, некоторые субъекты, объекты (аргументы ситуации): "Сам по себе объект не задает ситуацию, так как этот объект может вступать с другими в самые разнообразные отношения, участвовать в самых разных процессах, менять свои свойства" [11. С. 220]. Однако представленная характеристика свойственна лишь конкретным именам существительным. При этом отмечается, что объект может задавать определенный тип действия: "Некоторые типы объектов (в первую очередь - артефакты) имеют специальные свойства и функции, которым соответствуют предикаты, обозначающие их способ функционирования или использования человеком: если нож функционирует, то он режет... Такие существительные в толковании имеют семантический предикат" [13. С. 8]. Подобные семантические связи между субъектом, объектом и действием отражаются при интегральном описании языка, так как носители языка "владеют этой информацией - она составляет часть их языковой компетенции" [35. С. 105].
Называя определенный предмет, имя существительное задает информацию о ситуации, в частности о способе использования этого предмета, определенном типе действий, наличии сопутствующих участников ситуации с определенными характеристиками. Так, в работе [36] выделяются типы имен существительных, которые отличаются способностью выражать ситуацию: наибольшей способностью обладают отвлеченные имена существительные, а наименьшей - конкретные имена существительные. Рассмотрим для примера слово стоянка, относимое к отглагольным именам (отвлеченным, абстрактным именам существительным, обозначающим имена действий, состояний), которые "семантически наиболее близкие глаголам" [36. С. 36] и описывают ситуацию так же, как и глагол [37]. Оно задает ситуацию, связанную с тем, что субъект или объект временно прекращает движение; данная ситуация определяет выбор других актантов в высказывании. При реализации базового значения ("Остановка, временное пребывание на пути следования, в походе") предполагается использование в роли агенса одушевленного субъекта (см. высказывание (17)), второе значение ("Остановка во время движения транспорта") предусматривает употребление определенных актантов, связанных с транспортом: стоянка автомобиля, стоянка транспорта (см. (16)). Как было отмечено выше, в современном употреблении этот актант может быть не выражен на поверхностном уровне (см. высказывание (19)). В большей степени отглагольные свойства теряются в третьем значении слова ("Место временного пребывания транспорта"), однако при детальном анализе также можно установить, что даже такое употребление задает ситуацию, хотя достаточно скрытую. Так, в предложении (30) речь идет о том, что в одном месте находилось определенное количество автомобилей, однако этому описываемому моменту предшествовала другая ситуация, предполагающая, что автомобили временно оставили на определенном месте. Как видим, в таком предложении происходит сложное обобщение всех возможных ситуаций, заданных словами 3.
(30) Только на стоянке было 100 тыс. автомобилей (Э. Сержан, С. Злобин. "Известия". 2014).
Ситуативная семантика может быть выражена менее четко, чем в примере со словом стоянка. Например, слово силовик, на первый взгляд, лишено ситуативного компонента, а только называет лицо по профессиональному признаку. Однако при семантической деривации, которая описана нами выше, изменяются семантические ограничения, предъявляемые к другим участникам ситуации. Слово силовик в первом, широком значении может сочетаться с разными типами действий, которые реализованы в различных условиях (временных и пространственных) (см. пример (12)). Второе значение предполагает употребление глаголов, связанных с военными действиями, а также ограничение по временным и пространственным условиям, связанным с российско-украинским конфликтом. Так, в примере (31) реализовано второе значение слова силовик, что подкреплено описанием военных событий: наступательная операция, передать под контроль, прекращение огня.
(31) Украинские силовики и их противники не предпринимали значительных наступательных операций, но постоянно находились в огневом контакте с противником. Также украинским силовикам должен быть передан контроль над остающимися в руках восставших трех пограничных КПП, считают в Евросоюзе (А. Артемьев. "РБК Дейли". 2014).
Информация о ситуации, ее участниках и обстоятельствах имплицитно присутствует в семантике имени существительного, и она оказывается важна для создания общей ситуации высказывания и ситуаций более высокого уровня. Ситуативная семантика для этого слова выражена в представлении некоторых требований и ограничений к общей ситуации. Семантическая деривация в данном случае сопровождается изменением указанных требований и ограничений к действию и другим участникам ситуации, при этом такие изменения являются не причиной, а следствием семантических изменений.
Наименее четко ситуативное начало выражено в конкретных именах существительных, которые представляют физические предметы мира. Такие имена в меньшей степени "привязаны" к обозначению той или иной ситуации [36, 38, 39]. Однако и эти имена могут при некоторых условиях выражать ситуацию: например, слово барбекю в первом значении обозначает предмет действительности с определенными свойствами, однако оно предполагает также характеристики процесса приготовления (получения) продукта, что в дальнейшем приводит к семантической деривации. Семантическое развитие слова является результатом усиления его ситуативной семантики: второе значение предполагает барбекю как действие (ситуацию) по приготовлению продукта (см. высказывание (21)).
Таким образом, семантическая деривация является следствием изменения обозначаемой в контексте ситуации и требований к действию и актантам. В работе [13] следующим образом описан процесс семантической деривации глагола, который применим для анализируемых нами имен существительных: "Одновременно происходят два противонаправленных семантических процесса: с одной стороны, круг актантов расширяется и глагол "вбирает" все большее количество новых объектов - в этом смысле исходное значение и прототипическая ситуация выступают как источник некой "абстрактной схемы", под которую "подводятся" разные объекты; но с другой стороны, происходит "приспособление" глагола к новым типам объектов" [13. С. 26]. Можно сказать, что имя существительное также расширяет значение за счет сочетания с разными типами действий и актантов, одновременно изменяя свое значение и выражаемую ситуацию (см. примеры силовик, бандеровец).
Способность имен существительных выражать ситуацию, скорее всего, имеет континуальный характер, поэтому можно построить шкалу ситуативности имен существительных: на одном ее полюсе находятся отглагольные имена (способные самостоятельно выражать ситуацию), на противоположном - конкретные существительные, представляющие физические предметы материального мира.
Заключение
Семантическая деривация рассматривается как реализация языковой категоризации (классификации) предметов мира [13, 40, 41], т.е. как стремление человека описывать новые объекты с помощью известных и простых понятий: "Главная причина полисемии - когнитивная: человек понимает новое, неосвоенное через данное, освоенное и известное, моделирует новые объекты и ситуации с помощью уже имеющихся у него семантических структур, "подводя" под освоенные модели новые элементы опыта" [13. С. 23].
На современном этапе развития лингвистической науки ситуативный подход позволяет объяснить особенности семантической деривации: ее источником становится не столько исходное значение, сколько связанная с ним ситуация. В ней сконцентрировано значительно больше информации, чем в значении слова (которое, в частности, представлено в словарях) [13, 41, 42], что и делает возможным семантическое развитие слова.
По результатам исследования можно заключить, что гипотеза исследования, согласно которой семантическая деривация имени существительного обусловлена изменением обозначаемой словом прототипической ситуации под влиянием контекста, подтвердилась. Однако требует дальнейшего изучения вопрос о характере выражения именем существительным ситуации и его участии в формировании общей ситуации высказывания. При этом очевидно, что имена существительные обладают большим семантическим потенциалом, связанным с ситуативным компонентом, который недостаточно полно описан в лингвистике.
Как представляется, способность слова выражать ситуацию определяет характер его изменчивости: в исследованиях [12, 42, 43] показано, что глагольные лексемы, отличающиеся высокой способностью представлять ситуацию и более "адаптированные" к контексту, в большей степени подвержены семантическим изменениям.
Как отмечает И.А. Стернин, возможность семантической деривации зависит также и от типа текста [44]: семантические переносы встречают чаще всего в художественной, публицистической и устно-разговорной речи. Особенно нужно выделить роль языковой частотности, которая является "двигателем" языковых изменений: изменения возможны при активном использовании в речи. Резкое увеличение употреблений слова, как правило, свидетельствует о переосмыслении слова и перестройке его семантических связей.
Примечания
1 В отечественной лингвистике иногда используется термин оттенок значения для описания полисемии. Так, Р.А. Будагов, анализируя употребление многозначного слова идти, считает, что этот глагол "сохраняет свое основное значение, лишь приобретая в том или ином случае дополнительные оттенки, подсказанные контекстом" (цит. по: [1. С. 243]). Однако Ю.Д. Апресян, комментируя это положение, отмечает, что употребления слова различаются существенными признаками, которые связаны с денотативным и сигнификативным содержанием, поэтому представленные различия в современных словарях трактуются как отдельные значения [1. С. 243].
2 Здесь и далее в скобках указан порядковый номер испытуемого.
3 Также выраженной ситуативной семантикой обладает слово автомобиль, который предполагает определенный способ действия и актантов.
Литература
1. Апресян Ю.Д. Избранные труды. Т. 1: Лексическая семантика. М. : Языки русской культуры, 1995. 768 с.
2. Зализняк А.А. Семантическая деривация в синхронии и диахронии: проект "Каталога семантических переходов" // Вопросы языкознания. 2001. № 2. С. 13-25.
3. Кустова Г.И. Когнитивные модели в семантической деривации и система производных значений // Вопросы языкознания. 2000. № 4. С.85-109.
4. Падучева Е.В. Парадигма регулярной многозначности глаголов звука // Вопросы языкознания. 1998. № 5. С. 3-23.
5. Пономарева О.Б. Семантическая деривация и многозначность: неоднозначность и слияние смыслов в поэтическом тексте // Вестник Тюменского государственного университета. 2006. № 4. С. 212-217.
6. Розина Р.И. Категориальный сдвиг актантов в семантической деривации // Вопросы языкознания. 2002. № 2. С. 3-15.
7. Урысон Е.В. "Несостоявшаяся полисемия" и некоторые ее типы // Семиотика и информатика. 1998. Вып. 36. С. 226-261.
8. Geeraerts D. Diachronic prototype semantics: A contribution on Historical Lexicology. Oxford : Clarendon, 1997.
9. Traugott E., Dasher R. Regularity in Semantic Change. Cambridge : Cambridge University Press, 2002.
10. Traugott E. Pragmatics and language change // The Cambridge Handbook of Pragmatics / eds. by A. Keith, K. Jaszczolt. Cambridge : Cambridge University Press, 2011. P. 549-566.
11. Кобозева И.М. Лингвистическая семантика. М. : УРСС, 2004. 352 c.
12. Dubossarsky H., Weinshall D., Grossman E. Verbs change more than nouns: A bottom-up computational approach to semantic change // Lingue e Linguaggio. 2016. Vol. XV. P. 5-25.
13. Кустова Г.И. Типы производных значений и механизмы языкового расширения. М. : Языки славянской культуры, 2004. 472 с.
14. Всеволодова М.В. Теория функционально-коммуникативного синтаксиса. М. : Изд-во Моск. гос. ун-та, 2000. 502 с.
15. Касевич В.Б. Труды по языкознанию: в 2 т. СПб. : Изд-во СПб. гос. ун-та, 2006. Т. 1. 664 с.