Кроме того, у правоприменителей встречаются издержки, связанные с применением уголовно-правовых норм с административной преюдицией по делам о злоупотреблении правом на выражение мнения и свободой на проведение собраний и объединений [11, с. 37-38].
Характерными примерами являются: вынесенные в отношении гражданина И.И. Дадина судебные акты, основанные на ошибочном истолковании положений ст. 212.1 УК РФ (впоследствии подлежавшие пересмотру в связи с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о проверке конституционности положений статьи 212.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина И.И. Дадина" от 10 февраля 2017 г. № 2-ПДело о проверке конституционности положений статьи 212.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина И.И. Дадина: постановление Конституц. Суда РФ от 10 февр. 2017 г. № 2-П // Вестник Конституционного Суда РФ. 2017. № 2.), в частности относительно формального подхода при предопределении выводов суда о виновности лица в совершении преступления, предусмотренного ст. 212.1 УК РФ, на основании фактических обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 20.2 КоАП РФ, вынесенных ранее в отношении данного лица.
Не отличается единством позиций правоприменительная практика относительно привлечения к уголовной ответственности за деяния, предусмотренные ст. 282 УК РФ, имевшая место до принятия решения Верховного Суда РФ о признании АУЕ экстремистской организацией.
Так, 9 сентября 2020 г. Екатеринбургским гарнизонным военным судом вынесен обвинительный приговор по уголовному делу № 1-7/2020 (№ 1-157/2019), согласно которому Б. и З. признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных: ч. 2 ст. 282.1; ч. 2 ст. 280, ч. 1 ст. 282.1, п. "в" ч. 2 ст. 282; ч. 2 ст. 280 УК РФ, ч. 1 ст. 282.1, п. "в" ч. 2 ст. 282 УК РФ. В ходе расследования уголовного дела было установлено, что указанные лица создали в сети Интернет паблик АУЕ, в котором размещались изображения с тюремной тематикой, продавались сувениры с символикой движения АУЕ, публиковались посты с высказываниями, призывающими к насилию по отношению к сотрудникам силовых структур. Таким образом, данным обвинительным приговором суда фактически установлена принадлежность АУЕ к экстремистской организации, а в действиях осужденных лиц - признаки преступлений экстремистской направленности, в частности возбуждение ненависти или вражды по признаку принадлежности представителей силовых структур к социальной группеВ Свердловской области вынесен приговор по уголовному делу в отношении организатора и участников экстремистского сообщества АУЕ. URL: http:// genproc.gov.ru/smi/news/news-1889166..
Аналогичный вывод следует из решения Ленинского районного суда г. Кирова от 30 января 2020 г. по делу № 2А-786/2020Решение Ленинского районного суда г. Кирова от 30 января 2020 г. № 2А-786/2020 2А-786/2020~М-131/ 2020 М-131/2020 по делу № 2А-786/2020. URL: по административному исковому заявлению прокурора Кирова о признании информационного материала, размещенного на сайте в сети Интернет, запрещенным к распространению на территории Российской Федерации, а именно страницы с названием группы "АУЕ Жизнь-Ворам", имевшей открытый для всех пользователей социальной сети вид, побуждающей неопределенный круг лиц, в том числе несовершеннолетних, совершать преступления и правонарушения, вовлекающей данных лиц в криминальную субкультуру, с указанием на содержание признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды по признаку принадлежности к какой-либо социальной группе, в данном случае - сотрудникам полиции).
Таким образом, рассмотренные примеры фактически свидетельствуют о наличии парадокса в виде отсутствия конкретных правовых оснований и применения аналогии права, что в уголовном праве является недопустимым.
В п. 12 Доктрины информационной безопасности Российской Федерацииhttps://sudact.ru/regular/doc/qjHKuNwEkbNp/?regular- txt=®ular-case. констатируется наращивание информационного воздействия на население России, в первую очередь на молодежь, в целях разрушения системы традиционных российских духовно-нравственных ценностей.
Появление новейших технологий в последнее время приводит к возникновению новых средств информации и каналов коммуникации, которые, с одной стороны, оказывают положительное влияние на получение новых знаний в различных областях, способствуя разностороннему развитию личности пользователей ресурсов информационно-телекоммуникационных сетей, расширению коммуникационных возможностей, а с другой стороны, выступают источником распространения различных информационных ресурсов, содержащих сцены насилия, жестокости, описание способов совершения суицида, инструкции по изготовлению и распространению наркотических средств и психотропных веществ, тем самым оказывая деструктивное воздействие на развитие личности, особенно в кризисные периоды формирования и развития личности, формируя психологическую зависимость от интернет-технологий, способствуя утрате сложившейся системы ценностных ориентаций, вовлечению в деструктивные организации [29, с. 182-185; 30, с. 493-494].
Так, с развитием и доступностью информационных ресурсов широкое распространение получили буллинг (запугивание) и кибербуллинг (киберзапугивание), представляющие собой формы психологического насилия (например, получение и распространение конфиденциальной информации, открытая угроза физической расправой, шантаж, оскорбление, клевета, кибератаки), реализуемые в ходе непосредственной коммуникации (при буллинге) либо опосредованной коммуникации (при кибербуллинге) (социальные сети, Интернет, мобильная связь и пр.), в отдельных случаях приводящие к возникновению нервнопсихических расстройств у жертв психологического насилия, а в наиболее тяжелых случаях - к актам суицида [31, с. 79-80; 32, с. 80].
Кроме того, субъекты коммуникации, имевшие психотравмирующий опыт взаимодействия при буллинге и кибербуллинге, наиболее подвержены имитационному суицидальному заражению ("эффект Вертера") именно в подростковом возрасте [33, с. 81].
В то же время в течение электорального цикла в период 2016-2017 гг. активно применялись когнитивные и поведенческие технологии, направленные на использование смерти и страдания детей как способа деструктивного воздействия на общественное сознание в целях формирования негативного отношения к правящему государственному режиму (инфантицид 30) [34, с. 91-92].
В свою очередь, органами прокуратуры отмечается увеличение числа случаев вооруженных нападений подростков с использованием огнестрельного и холодного оружия, самодельных взрывных устройств на учащихся и членов педагогических коллективов в стенах учебных заведений 31. Ряд резонансных, в том числе вооруженных, нападений подростков был зафиксирован в 2018 г. (нападения в школе в Улан-Удэ, политехническом колледже в Керчи и пр.); серия преступных посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов с применением взрывных устройств и холодного оружия на территории Чеченской РеспубликиДокладная записка прокуратуры Чеченской Республики об исполнении законодательства о противодействии террористической деятельности за 12 месяцев 2018 г..
Очередной виток попыток вооруженных нападений подростков на школы предотвращен органами ФСБ России в Саратове и Тюменской области в феврале и апреле 2020 г.ФСБ предотвратила вооруженное нападение подростка на школу в Тюменской области. URL: https:// news.mail.ru/incident/41492472 ; ФСБ пресекла нападение подростков на школу в Саратове. URL: https:// radiosputnik.ria.ru/amp/20200226/1565210826.html.
Исходя из значимости предмета регулирования прокурорский надзор за исполнением требований законодательства в данной сфере обеспечивается в приоритетном режиме. При этом особое внимание уделяется информации, оказывающей негативное влияние на психику несовершеннолетних [35, с. 73-74].
Противодействие использованию деструктивными силами цифровых технологий для распространения радикальных идей, возбуждения протестной активности, призывов к массовым беспорядкам является одним из важнейших направлений деятельности органов государственной власти. Возможность пресечения активизации протестной деятельности напрямую зависит от своевременной организации информационного противодействия, в том числе со стороны органов прокуратуры [36, с. 67; 37, с. 2; 38].
В целях недопущения использования средств массовой информации, сетей связи общего пользования для осуществления экстремистской деятельности прокурорами организован их мониторинг, а также установлено постоянное взаимодействие с территориальными подразделениями федерального органа исполнительной власти, на который возложены функции по контролю и надзору в сфере массовых коммуникаций. При наличии положительных экспертных заключений прокурорами решается вопрос о направлении в суды заявлений об установлении наличия в информационных материалах признаков экстремизма и признании их экстремистскими (п. 2.6 приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации № 156), а также о признании информационных материалов запрещенными к распространению на территории Российской Федерации (ч. 6 ст. 10 Закона об информации).
Так, в 2015 г. по требованию Генеральной прокуратуры Российской Федерации заблокирован доступ к страницам в социальной сети "ВКонтакте", посредством которых сторонники запрещенной в России украинской националистической группировки "Правый сектор" предпринимали попытки организации массовых беспорядков и несанкционированных публичных акций с целью совершения государственного переворота в России. В результате принятых профилактических мер Теучежской межрайонной прокуратурой в Республике Адыгея предотвращена попытка обострения конфликтов на национальной почвеМатериалы семинара прокуратур субъектов Российской Федерации, входящих в Приволжский федеральный округ. (Казань, 18 мая 2018 г.). Казань, 2018. С. 67-73..
За последние пять лет число преступлений, связанных с посягательствами на безопасность в сфере использования информационно-коммуникационных технологий, включая критическую информационную структуру Российской Федерации, возросло в 25 раз; наблюдается широкое распространение криминального использования криптовалют в сфере финансирования организованной преступности, экстремизма и терроризмаГенпрокурор России Игорь Краснов провел совещание по теме борьбы с преступлениями, связанными с посягательствами на безопасность в сфере использования информационно-телекоммуникационных технологий. URL: http://genproc.gov.ru/smi/news/genproc/ news-1880616.. Анализ статистических данных ГИАЦ МВД России за первое полугодие 2020 г. также указывает на значительное увеличение количества преступлений, совершенных с использованием информационнотелекоммуникационных технологий, включая деяния, предусмотренные ст. 280 УК РФ (+47,1 %)Краткая характеристика состояния преступности в Российской Федерации за январь - июнь 2020 г..
В связи с распространением в 2020 г. на территории России новой коронавирусной инфекции Генеральной прокуратурой Российской Федерации рассмотрены материалы ряда территориальных органов прокуратуры о распространении в сети Интернет недостоверной общественно значимой информации, в отдельных случаях содержащей комментарии с призывами к враждебным действиям по отношению к неопределенной группе лиц, не соблюдающей карантинные меры, а также к органам властиГенеральная прокуратура Российской Федера. В связи с тем что распространение вышеуказанных недостоверных сведений создает предпосылки к возникновению социальной напряженности в обществе, массовым нарушениям общественного порядка, а также непосредственную угрозу общественной безопасности, Генеральной прокуратурой Российской Федерации приняты меры прокурорского реагирования в виде ограничения доступа к указанной информации.
Несмотря на наличие ряда недостатков в работе органов прокуратуры в рассматриваемом направлении, а именно на недостаточную эффективность прокурорского надзора за исполнением законов о противодействии экстремистской деятельности в связи с отсутствием системного характера его осуществления, на сложность в разграничении компетенций прокуратуры и государственных органов контроля, в том числе дублирование принимаемых решений [19; 39, с. 7], на отсутствие учета региональных особенностей, органами прокуратуры принимались действенные меры по организации прокурорского надзора в сфере противодействия экстремистской деятельности, статистические данные об основных показателях деятельности которых за период 2015-2019 гг. представлены в таблице.
Так, в 2019 г. органами прокуратуры применялись новые полномочия по привлечению к административной ответственности лиц, виновных в возбуждении вражды по признакам национальности или отношения к религии (возбуждено 427 дел об административных правонарушениях). В Роскомнадзор направлено 149 требований, в результате чего более чем с 45 тыс. сайтов удалены сведения, содержащие призывы к незаконным публичным мероприятиям и массовым беспорядкам, заблокирован доступ к 81 тыс. ресурсов; по искам Генеральной прокуратуры Российской Федерации пять организаций признаны экстремистскими, приняты решения об их ликвидации; признаны нежелательными четыре иностранные неправительственные организацииции продолжает принимать меры по ограничению доступа к информационным ресурсам, где размещены фейковые новости о ситуации с коронавирус-.