Прокурорский надзор за исполнением законов в сфере противодействия проявлениям экстремизма в условиях радикализации и роста протестной активности населения: вопросы теории и практики
П.В. Агапов 1,
В.Н. Смыслова 2
1Университет прокуратуры Российской Федерации, г. Москва, Российская Федерация
Московский государственный гуманитарно-экономический университет, г. Москва, Российская Федерация
Аннотация
Количество преступлений экстремистской направленности в Российской Федерации, несмотря на ряд принятых законодательных, организационных, правоохранительных, предупредительных мер, имеет тенденцию к увеличению. Среди основных способов дестабилизации общественно-политической и социально-экономической обстановки в России отмечается распространение политических, религиозных, националистических идей, приобретающих характер экстремистской идеологии и провоцирующих определенные группы населения на силовое противодействие государству, обострение внутренних и внешних экстремистских угроз со стороны "прозападных политических сил". Указывается, что в настоящее время особую опасность представляют проблемы радикализации, вовлечения в протестную активность и экстремизм несовершеннолетних и молодежи. При анализе причин и условий радикализации российской молодежи, а также оценке эффективности противодействия государственных органов деятельности радикальных объединений и группировок, использующих националистическую и религиозно-экстремистскую идеологию, авторами приводятся результаты анкетирования прокурорских работников по данным вопросам. Осуществлен краткий анализ причинного комплекса радикализации, протестной активности и проявлений экстремизма среди молодежи на примере Южного и Северо-Кавказского федеральных округов Российской Федерации.
На основании проведенного анализа состояния законности и правоприменительной практики в сфере противодействия экстремизму сделан вывод о наличии ряда ошибок, допускаемых правоприменителями при применении уголовно-правовых норм с административной преюдицией (ст. 212.1 УК РФ); толковании понятия "социальная группа" в рамках квалификации преступлений экстремистской направленности; правовой оценке деятельности субкультурных (преимущественно молодежных) движений и объединений в ходе реализации прокурорами полномочий по обращению в суд с административными исковыми заявлениями о признании информационных материалов запрещенными к распространению на территории Российской Федерации, а также о признании объединений экстремистскими и запрете их деятельности. В связи с этим авторы обращают внимание на необходимость изменения подходов к организации прокурорского надзора за исполнением законов в сфере противодействия проявлениям экстремизма в условиях радикализации и роста протестной активности населения, отмечают недостатки работы в этом направлении, предлагают ряд конкретных мер, направленных на повышение эффективности прокурорского надзора в сфере противодействия экстремизму в условиях радикализации и роста протестной активности населения. уголовный правовой экстремизм
Ключевые слова Прокурорский надзор; противодействие; экстремизм; радикализация; социальная напряженность; протестная активность; молодежь
PROSECUTOR'S SUPERVISION OVER LAW ENFORCEMENT IN COUNTERING EXTREMISM IN THE CONDITIONS OF RADICALIZATION AND GROWTH OF THE PROTEST ACTIVITY OF POPULATION: ISSUES OF THEORY AND PRACTICE
Pavel V. Agapov1, Vera N. Smyslova2
Academy of the Prosecutor General's Office of the Russian Federation, Moscow, the Russian Federation
Moscow State University of Humanities and Economics, Moscow, the Russian Federation
Abstract
In spite of the undertaken legislative, organizational, law enforcement and preventive measures, the Russian Federation witnesses a trend towards an increase in extremism crimes. The key methods of destabilizing the socio-political and socio-economic situation in Russia include the dissemination of political, religious, nationalistic ideas that acquire the features of extremist ideology and provoke certain groups of citizens to forcible counteraction to the state; they also provoke the escalation of internal and external extremism threats from "pro-western political forces".
It is stated that the most urgent problems currently include radicalization, and the involvement of underage children and young people into protest and extremism activities. The authors use the results of a survey of prosecution bodies' employees in their analysis of the causes and conditions of the radicalization of Russian young people as well as the assessment of the effectiveness of the work of state bodies to counteract the activities of radical unions and groups using religious and extremist ideology.
The authors present a brief analysis of the causes of radicalization, protest activities and manifestations of extremism among young people taking Southern and North Caucasian Federal Districts of the Russian Federation as examples.
Using the conducted analysis of the condition of law and order and the practice of law enforcement in the sphere of counteracting extremism, the authors conclude that law enforcers make a number of mistakes in the application of criminal law norms with administrative prejudice (Art. 212.1 of the Criminal Code of the Russian Federation), in the interpretation of the concept of "social group" when qualifying crimes of extremism, in the legal assessment of the activities of sub-culture (mainly, youth) movements and unions when prosecutors exercise their right to petition courts with administrative claims to recognize information materials as forbidden for dissemination on the territory of the Russian Federation, as well as on recognizing unions as extremist and banning their activities.
In this connection, the authors draw attention to the necessity of changing approaches to the organization of procuratorial supervision over the enforcement of laws on counteracting extremism in the conditions of radicalization and a growing protect activity of the population, they point out deficiencies in the conducted work, and present a number of specific measures aimed at improving the effectiveness of procuratorial supervision in the sphere of counteracting extremism in the conditions of radicalization and a growing protest activity of the population.
Keywords
Prosecutor's supervision; counteraction; extremism; radicalization; social tension; protest activity; youth
Одним из основных способов дестабилизации общественно-политической и социально-экономической обстановки в Российской Федерации становится радикализация и рост протестной активности населения.
В соответствии с новой редакцией Стратегии противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года 1 (далее - Стратегия) значительное негативное влияние на ситуацию в стране оказывает деструктивная деятельность некоторых иностранных организаций и подконтрольных им российских объединений, осуществляемая, в том числе под видом гуманитарных, образовательных, культурных, национальных и религиозных проектов, включая инициирование протестной активности населения с использованием социально-экономического, экологического и других факторов (п. 27).
Тенденция к распространению политических, религиозных, националистических идей, приобретающих характер экстремистской идеологии и провоцирующих определенные группы населения на силовое противодействие государству, к обострению внешних экстремистских угроз со стороны "прозападных политических сил" отмечена в п. 8 Стратегии.
О том, что привлечение различных групп населения к участию в несогласованных публичных мероприятиях (включая протестные акции), которые могут умышленно трансформироваться в массовые беспорядки, способно серьезно дестабилизировать обстановку в стране, свидетельствуют факты наиболее опасных проявлений экстремизма. К их числу в первую очередь следует отнести возбуждение ненависти либо вражды, унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а также принадлежности к какой-либо социальной группе, в том числе путем распространения призывов к насильственным действиям, прежде всего с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть Интернет; вовлечение отдельных лиц в деятельность экстремистских организаций; организацию и проведение несогласованных публичных мероприятий (включая протестные акции), организацию массовых беспорядков; подготовку и совершение террористических актов, инспирирование цветных революций [1-4].
Несмотря на реализацию целого ряда законодательных, организационных, правоохранительных, предупредительных мер, предусмотренных планом мероприятий по реализации Стратегии, в первом полугодии 2020 г. (по сравнению с аналогичным периодом прошлого года) число преступлений экстремистской направленности в России увеличилось на 40,8 % Краткая характеристика состояния преступности в Российской Федерации за январь - июнь 2020 года // Министерство внутренних дел РФ : офиц. сайт. URL: 1"|Цр://мвд.рф/героП^/Ке 1т/20597695..
Неотъемлемым элементом системы защиты конституционных и правовых основ современного общества, характеризующегося некоторыми зарубежными и отечественными учеными как общество риска, выступает усиление роли прокуратуры [5, р. 97-106; 6-10].
Необходимость эффективного противодействия проявлениям экстремизма потребовала реализации соответствующих законодательных мер, которые нашли отражение в Федеральном законе "О противодействии экстремистской деятельности" от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗО противодействии экстремистской деятельности [Электронный ресурс] : федер. закон от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ : (ред. от 31 июля 2020 г.) // СПС "Кон- сультантПлюс".; Стратегии противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года; постановлении Правительства РФ "Об утверждении государственной программы Российской Федерации "Информационное общество" от 15 апреля 2014 г. № 313 (паспорт подпрограммы 3 "Безопасность в информационном обществе" Об утверждении государственной программы Российской Федерации "Информационное общество" [Электронный ресурс] : постановление Правительства РФ от 15 апр. 2014 г. № 313 : (ред. от 8 июля 2020 г.) // Там же.; Правилах определения перечня организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, и доведения этого перечня до сведения организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, и индивидуальных предпринимателейОб утверждении Правил определения перечня и других нормативных правовых актах.
Не могут не волновать новые вызовы в сфере охраны и защиты прав и законных интересов несовершеннолетних, например деструктивное информационное воздействие на представителей подростково-молодежной среды в информационно-телекоммуникационных сетях, ведущее к формированию агрессивного поведения и жестокости; рост количества преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних, в том числе с использованием сети Интернет и возможностей современных технологий управления (геймификация)организаций и физических лиц, в отношении которых; возникновение ситуаций, когда дети оказываются в зонах военных действий и вооруженных конфликтов; вовлечение подростков в протестные акции и митингиимеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, и доведения этого. Эти вызовы требуют эффективных алгоритмов действий, законодательных инициатив, срабатывающих на опережение в разрешении вопросов защиты прав и законных интересов детей и подростков [11, с. 36].
Трансформации современного общества приводят к формированию новых современных форм протестных практик, увеличению количества спектакулярных [12, с. 22] (игровых) и агрессивных (насильственных) форм протестной активности; усиливают тенденции идейной нетерпимости, групповой и общинной замкнутости объединений молодежи; создают условия для формирования и распространения молодежной криминальной субкультуры, роста количества асоциальных и противоправных форм молодежной активности (нападения на сотрудников правоохранительных органов, подростковые самосудные расправы, суициды, участие в несогласованных протестных акциях; бунты, массовые демонстративные акты аутоагрессииперечня до сведения организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, и индивидуальных предпринимателей [Элек- и голодовки в воспитательных колониях) [12, с. 22; 13; 14, с. 146].
Лидеры экстремистских организаций в своей деятельности ориентируются преимущественно на молодежь, проявляя повышенное внимание к отличающимся высокой степенью организованности неформальным объединениям националистов, активно вовлекая их членов в свои ряды, провоцируя на совершение преступлений экстремистской направленности (п. 24 Стратегии).
В таких условиях особую опасность представляет проблема криминального вовлечения в преступную деятельность несовершеннолетних и лиц раннего молодежного возраста (18-24 года) и обучения их криминальному мастерству, приобщения к криминальной субкультуре. У молодежи в силу возрастных характеристик (более низкий уровень развития критического мышления, обостренное восприятие окружающей реальности, стремление к идентификации, признанию и главенству среди сверстников) легко формируются и укореняются радикальные взгляды и убеждения. У определенной категории несовершеннолетних складывается интерес к криминальным и деструктивным движениям и реализации негативного протестного потенциала [15, с. 7].
В 2019 г. отмечена активизация использования несовершеннолетних в проведении протестных акций с целью последующего формирования из их числа идеологического сообщества лиц, готовых участвовать в совершении цветных революций. В ходе акций протестов, проходивших в июле - августе 2019 г. в Москве, Санкт- Петербурге, Ростове-на-Дону, задержано и доставлено в территориальные подразделения МВД России 225 несовершеннолетних из 25 регионов РФ.
В настоящее время на учете в органах внутренних дел Российской Федерации состоит свыше 450 молодежных группировок экстремистской направленности общей численностью около 20 тыс. чел., среди которых движение скинхедов представлено примерно 150 группировками, футбольных фанатов - 72, национального единства - 31, националистовствующих возможной смене действующего в России политического режима, в том числе посредством сети Интернет, популяризация украинских национал-ра- дикализованных формирований и вооруженных формирований Украины ("Правый сектор", полк "Азов"), деятельность которых на территории России запрещена (см.: Решение Красноярского краевого суда от 17 июля 2015 г. № 3-129/2015 3-129/2015~М-203/2015 М-203/2015 по делу № 3-129/2015); межрегиональное общественное движение "Славянский союз", деятельность которого направлена на возбуждение расовой, социальной розни, связанной с насилием и призывами к насилию, унижение национального достоинства лиц - выходцев из Средней Азии и с Кавказа, а также осуществление массовых беспорядков и хулиганских действий по экстремистским мотивам (см.: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2010 г. № 5-Г 10-97). - 8 [7, с. 178].
Отсутствие рационального контроля либо применение излишне жестких мер со стороны общества и государства к спортивным (преимущественно футбольным) фанатам (ультрас), поддерживающим и пропагандирующим националистические идеи, способствует росту насилия, проявлению агрессии со стороны представителей фанатских объединений по отношению к болельщикам, фанатам спортивных клубов - соперников, случайным прохожим [16, с. 86].
Не случайно в п. 26 Стратегии отражено распространение радикализма в спортивной сфере, в том числе в спортивных школах и клубах, проникновение приверженцев экстремистской идеологии в тренерско-преподавательский составОктябрьским районным судом г. Липецка учитель физкультуры и ОБЖ школы № 8 С. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 205.2 УК РФ (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма) и ч. 1 ст. 280 УК РФ (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности). Судом установлено, что С. во время поездок в Республику Дагестан на соревнования по боям без правил стал приверженцем радикального направления ислама, кроме того, в открытом доступе в социальной сети "ВКонтакте" размещал видеоматериалы, пропагандирующие террористическую деятельность участников незаконных вооруженных формирований, труды идеологов религиозного экстремизма, признанные Верховным Судом РФ запрещенными на территории России (см.: В Липецке вынесен приговор приверженцу радикального ислама. URL: http://genproc.gov. ru/smi/news/genproc/news-458440)..