Основание прекращения права собственности на имущество может возникнуть и на основании договора мены. Согласно ГК РФ по договору мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороне один товар в обмен на другой (ст.567 ГК РФ).
Юридическим основанием для прекращения права собственности может выступать и договор дарения. Сегодня законодатель предлагает более широкую, чем ГК РСФСР трактовку договора дарения (ст.572 ГК РФ). В качестве дарения рассматриваются не только вещественные и денежные подарки, но также и безвозмездная уступка имущественных прав. Для договора дарения недвижимости установлена обязательная государственная регистрация (п.3 ст.574 ГК РФ).
Для предупреждения различных имущественных злоупотреблений законодатель установил ряд запретов и ограничений на дарение. Так, запрещается дарение имущества, в том числе жилого помещения, несовершеннолетних. Запрещено дарение в отношении коммерческих организаций, а также дарение государственным служащим, работникам лечебных и воспитательных учреждений (ст.575 ГК РФ).
В результате осуществления процесса приватизации имущество, входившее в состав государственной и муниципальной собственности, переходит в собственность хозяйственных обществ, отдельных граждан, других физических и юридических лиц. Из государственной (муниципальной) собственности выбывают предприятия, жилищный фонд, земельные участки, предметы религиозного культа и многое другое.
В указанных случаях прекращение права государственной (муниципальной) собственности и приобретение права собственности другим лицом - физическим или юридическим - происходит в порядке правопреемства. Так, при преобразовании государственного предприятия в предприятие, основанное на других формах собственности, оно становится его правопреемником (п.5 ст.58 ГК РФ).
Приватизация имеет место и тогда, когда государство в лице соответствующих органов возвращает храмы, монастыри, другое имущество, принадлежащее до революции религиозным организациям, их прежним владельцам - православной церкви и другим концессиям.
Прекращение прав собственности на имущество имеет место и в том случае, когда имущество, принадлежавшее одному государству, переходит в собственность входящей в ее состав республики. Ни разгосударствления, ни приватизация в строгом юридическом смысле слова здесь нет, имущество как было, так и осталось государственной собственностью. Поскольку, однако, сама эта собственность носит многоуровневый характер, субъект права собственности все же меняется.
Своеобразной особенностью завершающего этапа приватизации становится аукционная форма продажи предприятий. Она наиболее прозрачна и не предполагает никаких дополнительных условий, а решающим фактором является цена. Кто заплатил государству больше, тот и победитель.
Следующее основание прекращения права собственности - это приобретение права собственности на имущество юридического лица при его реорганизации и ликвидации.
В случае реорганизации юридического лица право собственности на принадлежащее ему имущество переходит к юридическим лицам - правопреемникам реорганизованного юридического лица согласно передаточному акту разделительному балансу (ст.58, 59, 218 ГК РФ).
При реорганизации все права и обязанности реорганизуемого юридического лица или их часть переходят к иным субъектам права, т. е. происходит правопреемство.
Судьба имущества зависит от того, как она определена в законодательстве и учредительных документах данного юридического лица, а также от оснований его ликвидации. Имеет также значение, сохраняют ли участники юридического лица какие-либо права на его имущество или не сохраняют и если сохраняют, то какие.
Согласно ГК РФ имущество, оставшееся после удовлетворения кредиторов юридического лица, передается его учредителям (участникам), имеющим на это имущество вещные или обязательственные права, если иное не предусмотрено в законодательстве или учредительных документах данного юридического лица (п.7 ст.63 ГК РФ).
Право собственности на вещь прекращается также с ее гибелью или уничтожением, поскольку при этом исчезает сам объект данного права. Иное дело - причины, по которым это произошло. В случае гибели вещи подразумевается, что это произошло при отсутствии чьей-либо вины, в силу случайных причин или действия непреодолимой силы, за результаты которых никто, как правило, не отвечает. Тогда риск утраты имущества по общему правилу лежит на самом собственнике (ст. 211 ГК). Если же вещь уничтожена по вине иных (третьих) лиц, они несут перед собственником имущественную ответственность за причинение вреда.
Таким образом, добровольное прекращение права собственности это волевой акт собственника, который имеет право владения, пользования и распоряжения собственностью по своему усмотрению.
. Императивный перечень способов передачи вещи приобретателю не в полной мере способствует целям и задачам охраны и защиты имущественных прав субъектов гражданского оборота и усложняет правоприменительную практику. В связи с этим имущественные отношения по передаче вещи приобретателю целесообразно регулировать нормами диспозитивного характера.
Прекращение права собственности может происходить добровольно - по воле собственника, а также принудительно. Принудительные случаи изъятия имущества у собственника установлены в законодательстве исчерпывающим образом. Эти случаи должны соответствовать части 3 статье 35 Конституции Российской Федерации, согласно которой «… никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда».
Некоторые нормы ГК РФ содержат положения, дозволяющие принудительное изъятие имущества у собственника во внесудебном порядке: реквизиция (ст. 242), обращение взыскания на имущество по обязательствам собственника (ст. 237), конфискация (п. 2 ст. 243), предусматривая лишь возможность последующего судебного контроля. В то же время имеющая самостоятельное значение и прямое действие ч. 3 ст. 35 Конституции РФ устанавливает пршщипиальное положение, согласно которому никто не может быть лишен имущества иначе как по решению суда. Проведенный
%) анализ законодательных актов и правоприменительной практики позволяет говорить о существующих противоречиях между ГК РФ и Конституцией РФ.
Для обеспечения правовой стабильности, единообразного понимания и применения соответствующих норм гражданского законодательства целесообразно рассмотреть вопрос о внесении изменений в ГК РФ, а также в другие правовые акты с целью исключения их несоответствия Конституции страны и усиления гарантий защиты интересов частных собственников. Это способствовало бы исключению злоупотреблений и произвола со стороны уполномоченных органов и позволило разрешать суду каждое конкретное дело по существу в условиях состязательности и равноправия сторон,
. Предлагается новый вариант формулировки п. 1 ст. 242 ГК, изменяющий правило о реквизиции: «В случаях стихийных бедствий, аварий, эпидемий, эпизоотии и при иных обстоятельствах, носящих чрезвычайный характер, суд по заявлению государственных органов может изъять у собственника имущество в порядке и на условиях, установленных законом, с выплатой ему стоимости имущества (реквизиция)». При этом, с одной стороны, нужна новая закрепленная на законодательном уровне процедура реквизиции, которая отвечала бы экстремальным условиям ее проведения, а с другой - оперативность и справедливость судов.
. Целесообразно исключить внесудебный порядок обращения взыскания на имущество собственника по его обязательствам, в связи с чем предлагается изложение п.1 ст. 237 ГК РФ в следующей редакции: «Изъятие имущества путем обращения на него взыскания по обязательствам собственника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен договором». В то же время эффективность и целесообразность норм о полной имущественной ответственности субъектов гражданских правоотношений под сомнение не ставится.
. Административный порядок конфискации имущества не раз являлся предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ. К сожалению, его определения и постановления так и не выработали однозначной позиции по данному вопросу.
Несмотря на то что норма п. 2 ст. 243 ПС РФ сама по себе не регулирует условия и порядок применения конфискации и является отсылочной, она служит отправным началом, нормой-принципом для внесудебной конфискации имущества. В этой связи целесообразно исключить п. 2 ст. 243 s ГК, а указанную статью сформулировать следующим образом: «В случаях, предусмотренных законом, имущество может быть безвозмездно изъято у собственника по решению суда в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения (конфискация)». Такая редакция сделает административный порядок конфискации незаконным и повлечет необходимость изменения соответствующих норм других отраслей права.
В период разработки ПС РФ некоторые ученые указывали на необходимость отказа в гражданском праве от норм, направленных на учет интересов государства и общества, то есть публичных интересов. С. Алексеев утверждал, что «до тех пор, пока гражданское законодательство, законы о собственности, предпринимательстве, все аналогичные законы не будут признаны и конституированы в общественном и юридическом бытии в качестве частного права, у нас не будет действительной частной собственности, предпринимательства, частной инициативы, права крестьян на землю». Само время показало ошибочность такого суждения, а действующее гражданское законодательство содержит достаточно норм, направленных на учет и обеспечение публичных интересов.
Стоит согласиться с мнением Е. Богданова, который утверждает, что гражданское законодательство имеет частно-публичную направленность, обусловленную объективными причинами развития общества Признание наряду с частным также и публичного характера гражданского законодательства позволит достичь баланса интересов частного и публичного, предупредить эксцессы в обществе, адекватно регулировать имущественные отношения.
Более половины из ранее рассмотренных оснований принудительного изъятия имущества у собственника - это нормы, обеспечивающие интересы государства и общества. К таковым следует отнести: отчуждение имущества, которое в силу закона не может принадлежать данному лицу (ст.238 ПС); отчуждение недвижимого имущества в связи с изъятием земельного участка (ст.239); выкуп бесхозяйственно содержимых культурных ценностей (ст.240); национализацию имущества (абз.З п.2 ст.235). Применительно к принудительному прекращению права собственности, нормой, имеющей публичную направленность, нужно также считать правило о реквизиции (СТ.242ГК).
Реквизиция как правовой институт - не новое явление для гражданского права, она представляет собой «традиционное для всякого правопорядка основание прекращения права собственности граждан и юридических лиц». Еще в конце XIX века в России наряду с иными основаниями изъятия имущества указываются такие, как постановление законодательного органа и акты экспроприации, производство которой на возмездных началах в целом и называется реквизицией.
Существовала возможность реквизиции и движимого имущества. Так, 7 июня 1917 г. IV сессия Общегосударственного продовольственного комитета приняла постановление «О реквизиции сельскохозяйственного инвентаря»4. При этом на Особую комиссию возлагалось установление компенсации, которая вносилась немедленно через продовольственный комитет, тем самым правительство старалось насколько возможно защитить интересы собственников, в данном случае - помещиков.
Законодательное закрепление реквизиция получила и с первых лет существования Советской власти. Общий порядок ее проведения был установлен Декретом СНК от 16 апреля 1920 г. «О реквизиции и конфискациях». Согласно данному документу в случаях особо острой общественной нужды Особая комиссия в составе представителей губисполкома, губсовнархоза и губпродкома могла, помимо прочих предметов, реквизировать и вещи домашнего обихода (мебель, одежду, обувь, посуду и пр.)1. Интересно отметить, что бывшие собственники не могли истребовать эти предметы у лиц, которые получили их в порядке распределения, даже в том случае, если такое имущество было изъято с нарушением установленных правил (ст.З Декрета СНК от 16 марта 1922 г. «Об ограничении права истребования предметов домашнего обихода бывшими собственниками от их фактических владельцев»2). По сравнению с первой половиной 1917 г. налицо противоположная ситуация: права собственника ограничиваются гораздо более беспощадно, что отражает отношение Советской власти к частной собственности.
В последующие годы положение о реквизиции стало неотъемлемым институтом гражданского права и имело место как в ПС РСФСР 1922 г. (ст. 69), так и в ПС РСФСР 1964 г. (ст. 149). В то время реквизицию определяли как изъятие государством имущества у собственника в государственных или общественных интересах с выплатой ему стоимости имущества.
Другим основанием принудительного изъятия имущества у собственника без компенсации является его конфискация. Ретроспективный анализ показывает, что данный правовой институт - явление далеко не новое в российском гражданском праве. Еще полтора века назад конфискацию определяли как «отобрание у собственника в казну его имущества в связи с преступлением, им совершенным»1. Она или предписывалась непосредственным актом верховной власти, или определялась общим законом. При этом первая представляла собой исключительное явление, применяемое лишь в крайних случаях, а именно: при осуждении лица за участие в бунте или заговоре. Конфискация, определяемая общим законом, касалась орудий и плодов некоторых преступлений, предусмотренных уголовным законом. «Так, при осуждении книгопродавцев за продажу недозволенных цензурой книг книги эти конфискуются; конфискуются товары, тайно вывезенные, если вывоз их запрещен, также вещи, привезенные пассажирами, если они ими скрыты от таможенного контроля и т.п.»2
На протяжении всего периода советской власти конфискация имела законодательное закрепление (Декрет СНК от 16 апреля 1920 г. «О реквизициях и конфискациях»; ст. 70 ПС РСФСР 1922 г.; Сводный закон РСФСР от 28 марта 1927 г. «О реквизиции и конфискации имущества»; ст. 149 ПС РСФСР 1964 г.) и широкую практику применения. Не менялась и сущность конфискации, которая определялась как конкретная карательная мера, выражающаяся в безвозмездном изъятии имущества в собственность государства в качестве санкции за правонарушение, направленная, в отличие от националюации и реквизиции, на личность собственника изымаемого имущества
Действующая редакция п. 1 ст. 243 ГК РФ под конфискацией понимает принудительное безвозмездное изъятие имущества у собственника по решению суда в случаях, предусмотренных законом в виде санкции за совершение им преступления или иного правонарушения. При этом имущество переходит в собственность государства, однако оно не отвечает по обязательствам бывших собственников конфискованного имущества, если эти обязательства возникли после принятия государственными органами мер по охране имущества. В иных случаях государство отвечает лишь в пределах перешедшего к нему актива имущества.
Юридическим фактом, который является основанием для применения конфискации имущества, всегда служит правонарушение, совершенное собственником2. В данном имеется в виду правонарушение в широком смысле, которое может выражаться как в преступлении, так и в административном проступке или нарушении таможенных правил, а также гражданском правонарушении.
Примером применения конфискации в гражданском порядке может служить норма ст. 169 ГК, согласно которой в виде санкции за совершение сделки, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, предусматривается возможность безвозмездного изъятия имущества в доход государства. Поскольку последствия, установленные ст. 169 ГК, довольно серьезные, то они применяются судом только после тщательного анализа доказательств, предоставленных заинтересованными лицами.