Насчет же проблемы совершенствования статьи 212 Уголовного Кодекса - как видится, ее необходимо дополнить следующим квалифицирующим признаком: то же деяние, совершенное по мотивам расовой, политической, идеологической, религиозной или национальной вражды или ненависти либо по мотивам вражды или ненависти в отношении некоей социальной группы, так как это деяние выступает примером активного, открытого проявления неприятия власти, юридических а также физических лиц и прочее. Кроме того, установить особо квалифицированный состав, когда за собой содеянное влечет смерть потерпевшего по неосторожности. В данном случае следует подчеркнуть, что совершающие беспорядки представители толпы осознают то, что своим преступным поведением они ставят жизнь других лиц под угрозу.
Статья 212 Уголовного Кодекса предусматривает ответственность за различные формы участия в массовых беспорядках, а также призывы к совершению таковых. Данная статья, если сравнивать со ст. 79 Уголовного Кодекса РСФСР 1960 г., существенно расширена и детализирована, дополнена также новым объектом данного преступления и состоит из 3 частей.
Основным объектом преступления, как уже было сказано выше, являются основы общественной безопасности. При этом дополнительными объектами считать следует любой формы собственность, здоровье, а также телесную неприкосновенность граждан. Второй дополнительный объект в качестве самостоятельно обособленного появился как раз таки в ст. 212 нового Уголовного Кодекса.
Опасность анализируемого преступления а также его отличительная особенность от иных посягательств на собственность, телесную неприкосновенность и здоровье граждан состоит в том, что в совершение данного деяния втягиваются (тщательно спланированно или же стихийно) массы людей. Достаточно хорошо известным является "эффект толпы", когда уравновешенные, законопослушные люди под воздействием массового психоза начинают совершать преступные действия. Как раз таки невозможность прогнозировать и сдерживать действия участников массовых беспорядков, от которых можно ожидать любых, даже наиболее тяжких деяний, и обуславливает особую опасность данного преступления. Если призывы к неподчинению законным требованиям представителей власти в обычной, нормальной обстановке состава преступления не образуют, то здесь таковые влекут ответственность сообразно ч. 3 ст. 212 Уголовного Кодекса.
Массовые беспорядки, описываемые в рамках ст. 212 Уголовного Кодекса, должны сопровождаться погромами, насилием, поджогами, использованием огнестрельного оружия, взрывных устройств или взрывчатых веществ, уничтожением имущества, оказанием представителям власти вооруженного сопротивления. Если же они не сопровождались названными действиями, их организаторы, а также участники в таком случае подлежат административной ответственности сообразно ч. 2 ст. 166(1) КоАП РСФСР при условии, что ими было допущено нарушение порядка организации или проведения публичного мероприятия. Участники массовых беспорядков могут также подлежать административной или уголовной ответственности по соответствующим статьям КоАП и УК за деяния, которые не охватывают диспозиции ч. ч. 1 и 3 ст. 212 Уголовного Кодекса.
Образуют объективную сторону преступления исключительно активные действия. Так, простое нахождение в совершающей массовые беспорядки толпе состава преступления не образует. Формами же активных действий выступают: организация массовых беспорядков; участие в них; призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти, а также к массовым беспорядкам, к насилию над гражданами.
Организация массовых беспорядков - наиболее опасная форма данного преступления - состоит в осуществлении определенных действий по вовлечению значительного числа людей в сопровождаемые погромами, насилием и прочим массовые беспорядки (сообразно ч. 1 ст. 212 УК). В частности, действия организаторов состоят в подборе, а также организации людей, которые склонны к совершению хулиганских действий, людей агрессивных и жаждущих публично выражать собственное "недовольство жизнью", неуравновешенных психически, а также склонных к насилию. В основном, проводится работа по вооружению таких людей, по подготовке предметов, используемых в качестве оружия. Организаторы планируют развитие беспорядков, меж собой распределяют роли при проведении таковых, обучают и готовят "боевиков" и "провокаторов", непосредственно на мероприятии оказывают воздействие на настроения людей, распространяя листовки с призывами к насильственным действиям, организуют выступления специально ими подготовленных ораторов. В особенности опасными являются действия организаторов, которые осуществляются на почве разжигания религиозной или национальной вражды, потому что, как демонстрирует практика, в данных случаях, чаще всего, неминуемыми являются посягательства на людские жизни.
Непосредственно же при совершении беспорядков организаторы лично или же через доверенных лиц управляют действиями толпы, координируют действия для максимально эффективного сопротивления органам правоохранения, поддерживают агрессивное и возбужденное настроение у людей выдвижением все новых лозунгов и сообщением сведений, которые вызывают у людей возмущение.
Оконченным преступление считается с момента, когда было начато совершение хотя бы одного из перечисленных в ч. 1 ст. 212 Уголовного Кодекса действий лицами, составляющими толпу, и именно тогда, когда она стала чинить массовые беспорядки.
Если же активные действия организаторов к массовым беспорядкам не привели, тем не менее сами данные действия ясно, недвусмысленно выражали их цели, также организаторы выполнили все планируемые мероприятия или не смогли их выполнить по обстоятельствам, от них не зависящим, содеянное следует квалифицировать как покушение на организацию массовых беспорядков.
Участие же в массовых беспорядках является по сравнению с действиями организаторов менее опасным. По смыслу рассматриваемой статьи уголовной ответственности подлежат лишь лица, непосредственно совершавшие поджоги, погромы, насилие, уничтожение имущества, использовавшие огнестрельное оружие, взрывные устройства, а также взрывчатые вещества, оказывали представителям власти вооруженное сопротивление. С нашей точки зрения, диспозицией данной статьи охватывается лишь то насилие, при котором оказывается физическое воздействие, так как, в случаях, если законодатель хочет предусмотреть ответственность в том числе и за насилие психическое, то он прямо говорит об этом непосредственно в тексте закона (в частности, "с применением насилия или угрозой его применения" - п. "а" ч. 3 ст. 286 Уголовного Кодекса). Если в результате насилия наступает тяжкий вред здоровью или смерть, совершается изнасилование, необходима дополнительная квалификация по соответствующим статьям Уголовного Кодекса.
Под погромами следует понимать повреждение, разорение, разрушение, разграбление, уничтожение, осквернение некоего представляющего ценность имущества. Происходит это дерзко, с задействованием значительного количества людей, с демонстрацией грубой силы, а также явного пренебрежения к обществу. Наряду с тем, поджог представляет собой умышленные действия, которые направлены на уничтожение имущества посредством организации пожара.
В случае, если имущество уничтожается не при поджоге или погроме, то для наличия состава преступления по ст. 212 Уголовного Кодекса нужно, чтобы уничтожение нанесло значительный ущерб.
Участие в массовых беспорядках является оконченным преступлением с момента начала участия в таких действиях, как погром или поджог.
Законодатель установил две формы уголовно наказуемого использования при массовых беспорядках оружия:
использование во время массовых беспорядков огнестрельного оружия, взрывных устройств, взрывчатых веществ образует состав преступления само по себе и при этом не обязательно то, чтобы таковое применялось против представителей власти;
образует состав преступления использование против представителей власти любого оружия, которое подпадает под положения Закона РФ "Об оружии".
Как видится, понятие "вооруженное сопротивление" расширенному толкованию не подлежит и применение используемых в качестве оружия предметов как вооруженное сопротивление расцениваться не может.
Ч. 3 ст. 212 Уголовного Кодекса предусматривает уголовную ответственность за призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти, к массовым беспорядкам, равно как и за призывы к насилию над гражданами. При этом законодатель, к сожалению, не установил, при каких именно условиях наступает ответственность за эти действия.
Как видится, данные призывы должны звучать на массовых мероприятиях, либо же в местах массового скопления людей. Данные действия различаются действиями организаторов массовых беспорядков. Отличие здесь можно провести лишь по субъективной стороне. Так, если организатор действует с прямым умыслом и хочет наступления всех вредоносных последствий, призывающий к активному неподчинению, насилию над гражданами и массовым беспорядкам действует с косвенным умыслом и только сознательно допускает вероятность наступления от своих действий вредных последствий. Так, он может даже не желать наступления таковых или надеется, что " не произойдет ничего плохого ", просто выражает таким образом собственную активную позицию, при этом о последствиях не заботясь. Следует подчеркнуть, что это лишь наше мнение, судебная практика по данному вопросу отсутствует.
Субъектом всех предусмотренных ст. 212 Уголовного Кодекса преступлений могут быть лица, достигшие шестнадцати лет. Мотивы при массовых беспорядках могут быть различными и не влияют на квалификацию преступления, а только учитываются при назначении наказания.
В заключение следует отметить, что состав массовых беспорядков претерпел существенные изменения с момента своего первоначального закрепления в отечественном уголовном законодательстве, однако его развитие все еще продолжается, потому что этого требует современная действительность.
1.2 Правовое регулирование массовых беспорядков
Этот состав преступления обладает длительной и весьма содержательной историей своего законодательного совершенствования и развития. Еще в ст. 21 главы II "О государевой чести и как его государьское здоровье оберегать" Соборного уложения 1649 года упоминалось посягательство на государя, на государевых бояр, на окольничих и думных, ближних людей, на воевод, а также приказных людей скопом или же заговором, сопровождавшееся побоями или грабежом. 6 Каралось же содеянное исключительно смертной казнью. Так, А.В. Наумов придерживается мнения, что "...эта норма, закрепляя понятие "скопа", характеризовала действия толпы, организуемой зачинщиками, как посягавшей не только на государственную власть как таковую, но и на общественный порядок и безопасность, и в какой-то мере являлась прообразом статьи нынешнего УК РФ". С этим выводом следует в некоторой степени согласиться, однако необходимо признать также ее взаимосвязь с составом вооруженного мятежа, потому что действия в основном направлены против представителей власти.7
В последующем в Своде законов Российской империи 1832 года установлена была уголовная ответственность за бунт, то есть восстание заговором или скопом многих подданных супротив государя, а также государства, сопряженное с различными насильственными действиями: убийствами, зажигательством, грабежом, взломом тюрем, а также освобождением преступников, кроме того, намерение совершить такого рода преступление.8
В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года. образующие состав массовых беспорядков действия можно отыскать в целом перечне различных преступлений. В частности, любое возмущение дворовых людей и крестьян против собственных помещиков, управляющих или владельцев, равно как и против общественных, а также волостных управлений (ст. 288).9
В советском уголовном законодательстве данный состав преступления приобрел новое содержательное развитие. С момента образования Советского государства массовые беспорядки приобрели существенное распространение, кроме того, они "...нередко сливались с контрреволюционными выступлениями, они сознательно организовывались врагами Советской власти для ее подрыва и ослабления.
Используя трудности, переживаемые страной, демагогически играя на националистических предрассудках, политической незрелости и невежестве отдельных слоев населения, прямые классовые враги Советского государства и всякого рода анархиствующие элементы организовывали массовые разграбления ценностей, погромы, поджоги, убийства представителей власти и т.п.".10 Впрочем, следует отметить, что и на сегодняшний день причины, а также условия для совершения таких преступлений не претерпели кардинальных изменений.
В УК РСФСР 1922 года массовые беспорядки определялись как государственное преступление, которое направлено против порядка управления. Сообразно ст. 75, они включали в себя следующий открытый перечень деяний: разрушение путей, а также средств сообщения, погромы, поджоги, освобождение арестованных, прочее. Обязательным признаком была указана вооруженность. Ответственность же дифференцировалась в зависимости от роли, а также непосредственного участия в посягательстве.
В ст. 77 назначалась уголовная ответственность за беспорядки, при отсутствии признака массовости, сопряженные с явным неповиновением законным требованиям властей или противодействием исполнению последними возложенных на них законом обязанностей или понуждением их к исполнению явно незаконных требований, хотя бы неповиновение выразилось только в отказе прекратить угрожающее общественной безопасности скопление. Такой законодательный подход максимальной дифференциации наказуемости участвовавших в массовых беспорядках лиц является обоснованным, однако выбор лишь в рамках одного вида наказания кажется ограниченным. В ст. ст. 59.2 и 59.3 Уголовного Кодекса РСФСР 1926 года были сохранены указанные положения.11