Введение понятия «жизнь» означает признание значимости эмпирического субъекта как
наделенного жизнью индивида. Обращение к феномену жизни предполагает расширение сферы рационального, введение новых его типов и соответственно понятий и средств концептуализации, а также порождение новых форм иррационального и принципов перехода его в рациональное, что осуществляется постоянно в любом познании и должно
быть также признано законной процедурой в научном познании в целом.
Как многозначное и синтетическое понятие, жизнь меняет свое содержание в зависимости от области применения. В социальных и гуманитарных науках это понятие приобрело культурно-исторические и философские значения, в которых на первый план выходят интуитивно постигаемые первичность жизненной реальности, ее темпоральность, событийность и непрерывность течения. Сегодня формируется новое, вбирающее в себя
оба подхода содержание понятия жизни на стыке учений о биологической и культурной эволюции — в идее коэволюции, а также в идеях геннокультурной теории и эволюционной эпистемологии.
В социальном и гуманитарном знании сегодня все активнее разрабатывается понятие жизни как необходимое для развития и теоретического осмысления этих наук. Вместе с тем надо учесть, что в истории философии и социально-гуманитарных наук накоплен достаточно богатый опыт разработки и применения этого базового понятия.
Один из ведущих исследователей понятия «жизнь» — немецкий философ и историк культуры В. Дильтей, для которого эта категория становится фундаментальной при разработке методологий наук о культуре (о духе) и «критики исторического разума». Он понимал жизнь как жизнеосуществление в истории и культуре и ставил перед собой задачу философски обосновать принципы исторического познания, в целом конкретных наук об обществе, исходя из «внутреннего опыта» и фактов сознания, связанных с ним. Важнейшими составляющими нашего образа действительности и нашего познания ее являются, по Дильтею, «живое единство личности, внешний мир, индивиды вне нас, их жизнь во времени, их взаимодействие». Все это, как и познание исторических взаимосвязей, может быть объяснено из целого человеческой природы и на основе жизни как входящих в круг жизнеосуществления.
Он руководствовался главным принципом — познать жизнь из нее самой и стремился представить мышление и познание как внутренне присущие жизни, полагая, что в ней самой формируются объективные структуры и связи, с помощью которых осуществляется ее саморефлексия. Основополагающим для всех определений жизни, по Дильтею, является ее временная характеристика — темпоральность, проявляющаяся в «течении жизни», одновременности, последовательности, временного интервала, длительности, изменения. Переживание времени определяет содержание нашей жизни как беспрестанное движение вперед, в котором настоящее становится прошлым, а будущее — настоящим.
Не менее значимым подходом для познания социальной реальности, повседневной жизни стало введение Э. Гуссерлем понятия «жизненного мира», в частности, как «смыслового фундамента» науки. «Жизненный мир» — это мир «субъективно-соотносительного», в котором присутствуют наши цели и устремления, обыденный опыт, культурно-исторические реалии, не тождественные объектам естественно-научного анализа. Стремление обратиться к «точке зрения жизни», особенно проявившееся в поздней философии Гуссерля, привело к постижению «жизни сознания», его отдельных переживаний, а также скрытых элементов сознания в бытийной значимости его целостности. Идеи Гуссерля и особенно понятие «жизненный мир» оказали существенное влияние на становление такого современного направления, как феноменологическая социология. Ее основатель австрийский философ и социолог А. Шюц включал понятие «жизнь» в определение «социальной реальности», под которой он понимал «сумму объектов и событий в социокультурном мире в том виде, как они воспринимаются в опыте обыденного мышления людей, живущих повседневной жизнью среди других людей, связанных с ними множеством отношений и взаимодействий». «Выдающийся вклад Гуссерля в социальные науки» он видит «в богатстве его анализа, относящегося к проблемам жизненного мира», той самой социальной реальности, которую изучают социальные и гуманитарные науки, базирующиеся «на объектах мышления, сформированных в рамках обыденного сознания людей, живущих повседневной жизнью в социальном мире».
По лекции:
Объективное время – вне зависимости от человека – это форма бытия материи, хар-щая длительность существования всех объектов, последовательную смену их состояния (т.е. изменение и развитие). Это структура изменчивости.
Субъективное время – отличное от объективного времени длительность, которая отражает в нашем сознании на основании информационного объема психологической памяти цепочку состоявшихся, ожидаемых и существующих событий и состояний. Это время, связанное с непосредственным переживанием чего-либо.
Такие понятия, как минута, час, год, век и тому подобное придуманы человеком, который начал измерять время. До появления разумной жизни время никем не измерялось, так как это было никому не нужно. Человек это единственное существо на земле, способное, как бы “улавливать” время и делить его на три составляющие: прошлое, настоящее и будущее. Наш мозг способен хранить информацию о прошлом, планировать или прогнозировать будущее на основе собранной информации и фиксировать настоящее, при помощи органов чувств. Ощущение темпа движения времени это чисто субъективное понятие и зависит от того, в каком состоянии находится ваш мозг. Когда человек ночью спит, то эта ночь для него проходит намного быстрее, чем тогда, когда он не спит. Тоже самое происходит, когда вы смотрите интересный фильм или читаете интересную книгу.
Можно привести массу примеров того, что время в нашем сознании может растянуться или сжаться. Более того, согласно всё той же теории относительности А. Эйнштейна, время в различных системах отсчёта течёт по-разному. Например, на Земле оно идёт медленнее, чем, скажем, на Луне, так как Земля имеет более сильное гравитационное поле. Конечно, разница хода часов в приведённом примере ничтожна и зафиксировать её крайне проблематично, но если мы захотим сравнить темп движения времени на Земле и на какой-нибудь нейтронной звезде (сверхплотная звезда с сильным гравитационным полем), то эта разница будет очень заметна. На нейтронной звезде время течёт медленнее, не говоря уже о чёрных дырах, которые обладают таким мощным гравитационным полем, что время там практически останавливается. Человек, пока он живой, “улавливает” время, то есть его мозг находится в неком временном поле и в зависимости от состояния этого мозга, наше сознание по своему воспринимает темп движения времени. В спящем состоянии наше сознание как бы подобно нейтронной звезде, нам кажется, что прошло всего, например, два часа или даже меньше, а прошла, на самом деле, целая ночь. В спящем сознании время замедляется, относительно внешнего мира, то есть относительно того, кто не спит.
Известный философ И.Кант писал: «Время есть ничто иное, как форма внутреннего чувства, то есть созерцания нас самих и нашего внутреннего состояния». Фактически, Кант отрицает время вне человеческого разума и по его убеждению, до появления человека разумного времени не было, ибо это плод человеческого воображения и не более того. И в наши дни эта концепция находит немало сторонников. Конечно, измерять время в секундах, часах, годах и тому подобное это чисто человеческое «изобретение», но то, что время существовало задолго до человека не вызывает сомнений. Задолго до человека, на Земле происходили какие-то события, которые сменяли друг друга. Не было бы времени, не было бы смысла говорить о смене тех или иных событий, той или иной эпохи, невозможным было бы движение, так как чтобы переместиться из одной точки в другую нужно время. Человек просто стал это время измерять, как ранее начал измерять пространство в определённых расстояниях.
Существует два понятия времени, а именно, самого времени, которое существует вне человеческого сознания (объективность), и темпа движения времени, который воспринимает наш мозг или ощущение скорости “текучести” времени (субъективность). Конечно же, само время существовало задолго до появления человека, ибо время, как известно, один из атрибутов существования материи. Земля двигалась вокруг Солнца и два миллиарда лет назад и три. По этому движению можно было бы тоже отмерять время, только вот отмерять было тогда ещё не кому. Что же касается темпа движения времени, то здесь всё зависит только от состояния нашего мозга. Вне мозга, не имеет смысла говорить о том, много ли прошло времени с того или иного события или мало, так как в разных системах отсчёта время течёт по-разному.
Особый поворот проблемы — категория жизни в онтологическом и культурно-историческом аспектах, который разрабатывал М. Хайдеггер, признававший, что проблема смысла человеческой жизни — одна из фундаментальных во всей западной философии. Хайдеггер стремился прояснить в человеке именно бытийные характеристики, увидеть человеческое бытие таким, каким являет оно себя в «повседневном здесь-бытии» (Dasein). Изначальная данность здесь-бытия в том, что оно пребывает в мире. Жизнь и есть такая действительность, которая пребывает в этом мире, причем так, что она обладает этим миром. Жизнь и ее мир никогда не бывают рядоположенными, жизнь обладает своим миром. Но человек в повседневности не принадлежит самому себе, «бытие-в-мире — это совместное бытие друг с другом».
«Человеческая жизнь не проходит во времени, но она есть само время». Очевидно, что Хайдеггер предложил свой — онтологический — вариант категориального осмысления жизни и способ введения этого понятия в текст философского рассуждения, тем самым преодолевая столь нежелательную «иррациональность», а по существу признавая правомерным другой тип рациональности.
В целом очевидно, что за термином «жизнь» в философском контексте стоит не логически строгое понятие или тем более категория, но скорее феномен, имеющий глубокое, культурно-историческое и гуманитарное содержание.
С введением в философию познания рационально осмысленной категории «жизнь», тесно связанной с эмпирическим субъектом, происходит расширение сферы рационального, введение новых его типов и понятий, средств концептуализации, а также принципов перехода иррационального в рациональное, что осуществляется постоянно в естественно-научном и гуманитарном познании и должно быть также признано в качестве законной процедуры в развитии философского знания и теории культуры.
Категория «жизнь» — базовая для самых различных гуманитарных и социальных исследований специального характера, широко обсуждаемая проблема этих наук.
Объективное с т. зр. ученых обладает характеристиками – метрические (момент, как квант времени, и длительность, как совокупность моментов) и топологические (это одновременность, необратимость, наглядность) Два способа описания времени: прошлое-настоящее-будущее, раньше-одновременно-позже.
Описание времени и пространства в социально-гуманитарном знании существенно отличается от их представления в естествознании. Основные особенности состоят в том, что развитие знания в науках о духе и культуре уже имеет в качестве неявной базовой предпосылки некоторую картину мира, включающую естественно-научные представления о пространстве и времени.
Рассмотрение проблемы времени в гуманитарном знании может опереться на важнейшие идеи философов, размышлявших о природе времени и пространства. Из концепции времени Канта следуют две идеи, важные для выяснения как форм присутствия времени в познании, с одной стороны, так и способов познания самого времени — с другой.
Первая — это идея об априорности (a priori — до опыта) времени как необходимом представлении, лежащем в основе всего познания как его «общее условие возможности». Оно представлено аксиомами, главными из которых являются следующие: время имеет только одно измерение; различные времена существуют не вместе, а последовательно.
Признавая, что кантовская идея априорности времени имеет фундаментальное значение для философии познания в целом, независимо даже от трактовки самого происхождения априорности, будем исходить из того, что априорность представлений о времени укоренена в культуре, в материальной и духовной деятельности человека. Однако известно, что каждое новое поколение обретает представления о времени не только как следствие собственной деятельности и опыта (a posteriori — после опыта), но и как наследование готовых форм и образцов, т.е. уже имеющихся в культуре представлений о времени.
Вторая важная идея, следующая из кантовского понимания времени, — это видение его как «формы внутреннего чувства, т.е. созерцания нас самих и нашего внутреннего состояния», как «непосредственного условия внутренних явлений (нашей души)», определяющего отношение представлений в нашем внутреннем состоянии. Из этих высказываний видно, что Кант ставит проблему «субъективного» времени, понимая, что, в отличие от физического, это собственно человеческое время — длительность наших внутренних состояний. Имеется в виду не субъективное переживание физического времени, а время «внутренних явлений нашей души», объективная характеристика нашей экзистенции.
Эта фундаментальная идея Канта о соотношении субъекта и времени, как известно, подверглась широкой критике, но одновременно послужила толчком для развития нового понимания времени в таких направлениях, как философия жизни, феноменология и экзистенциализм, а также социально-гуманитарного знания.
Французский мыслитель А. Бергсон, разработавший концепцию времени как длительности, «дления» (duree), пересматривал все основные понятия философии с точки зрения этой концепции, в том числе главные категории теории познания — субъект и объект. Он пришел к выводу, что «их различия и их соединения должны быть поставлены скорее в зависимость от времени, чем от пространства». Полемизируя с Кантом, он вместе с тем вдохновляется его идеями о времени как «внутреннем чувстве», о связи с ним субъективности. Однако время для него не априорная форма внутреннего созерцания, но непосредственный факт сознания, постигаемый внутренним опытом. Как длительность, время предстает неделимым и целостным, предполагает проникновение прошлого и настоящего, творчество (творение) новых форм, их развитие.
Введение Бергсоном понятия длительности свидетельствует об определенной философской переориентации, связанной со становлением исторического самосознания науки, с исследованием методологии исторического познания, попытками описывать саму реальность как историческую. Он осознает, что время человеческого, духовного и социального существования — это иная реальность, исследуемая и описываемая другими методами, нежели физическая реальность. Подобный подход является главным в феноменологии.
Итак, феноменологический метод анализа времени — это исключение объективного времени и рассмотрение внутреннего сознания времени на двух уровнях схватывания длительности и последовательности — уровне осознания времени и уровне темпоральности самого сознания. Феноменологические представления существенно меняют традиционные, часто упрощенные, наивно-реалистические представления о времени, преодоление которых служит условием понимания специфики времени в сфере «духа», общества и культуры.