Материал: По третьему вопросу

7. Субъект социально-гуманитарного познания.

Проблема взаимодействия субъекта и объекта — центральная проблема теории познания. Именно в познавательном отношении их взаимодействие наиболее четко выделено в качестве взаимосвязанных и нераздельных сторон. Часто говорят также о субъекте и объекте практики. И это перенесение познавательного отношения на сферу практики, по

существу, подчеркивает, что именно здесь субъект полагает предпосылки своей познавательной деятельности. В том и другом случае возможно упрощенное толкование их взаимодействия как натуральных объектов, с одной стороны, и сведение субъекта к сознанию — с другой.

Универсальный методологический статус субъект-объектного отношения характерен для классической науки и теории познания, сформировавшейся в XVII—XVIII вв. Наука развивала объектное, элиминирующее субъекта из результата познания понимание науки, ставшее идеалом объективности, В материалистических направлениях философской мысли это понимание принималось. Трактовка познания как отражения является разновидностью такого понимания. Философия часто рассматривала субъекта познания как «мыслящую вещь» (Р. Декарт), взаимодействующую с материальной вещью.

Познание осуществляется субъектом. В переводе с латинского этот термин означает «лежащий в основании». Без субъекта нет познания. Теория познания строится как теория отношений субъекта к объекту, обеспечивающих получение истинного знания. Нахождение истины есть длительный процесс, а не одномоментное действие. Субъект познания должен воспроизвести предмет познания, а значит, косвенно и его объект, стремясь исключить собственные многообразные характеристики, свои ценности и идеалы, обеспечить свободное от оценок познание. Это и будет означать объективность знания, его отнесенность к предмету, а не к познающему субъекту.

Субъект-объектные отношения в познании исторически конкретны. Расширялись пределы научного освоения мира, и то, что не было прежде объектом познания, со временем становилось им. Классические концепции субъект-объектных отношений в познании сложились только в XVII—XVIII вв. В классических концепциях требование объективности трактовалось как независимость полученного знания по своему содержанию от человека и человечества, как отражение в нем предмета и объекта познания, как объектность результата. Под субъектом познания имеется в виду тот активный деятель, который совершает процесс познания и получения истины. Сначала субъект трактуется как отдельный ученый, человек, который устраняет свои собственные свойства из процесса познания и воспринимает лишь свойства объекта познания. Для Гегеля этот субъект трансцендентен. Им является абсолютный разум. Для Маркса и социологов знания он социален. Это общество. Только общество в целом со всеми выработанными им способами познания изучает мир и самого себя. В итоге под субъектом познания сегодня понимается как эмпирический субъект — ученый или научное сообщество, — который направляет свою деятельность на объект познания посредством изучения сконструированного им предмета познания, так и общество в качестве конечного субъекта познания. Если общество не выработало адекватных предпосылок познания, не подготовило новых методов познания, то познание не сможет быть осуществлено наукой.

К специфике социально-гуманитарного познания относится то, что социальное познание ориентировано преимущественно на нормы и идеалы неклассической и постнеклассической научности. Субъект-объектная схема познания О — S с самого начала осложнена здесь присутствием субъекта. Прежняя схема принимает вид: O/S — S. Позже в ней начинает фигурировать практика O/S/P — S, где О — объект познания, S — субъект познания, Р — практика. В конечном итоге здесь усложняются критерии объективности, которые перестают пониматься в духе классической концепции истины, согласно которой истина есть тождество представлений познающего субъекта с объектом познания.

Но социально-гуманитарное познание интересуют также мотивы и ценности субъекта, групп, включенных в общество, и объективность познания в этом случае представляет собой адекватное понимание этих мотивов и ценностей. Имеются также важные особенности современного социально-гуманитарного познания: невозможность принимать теоретические конструкты за реальность и жить в соответствии с ними; плюрализм концепций как способ обеспечения разных типов или аспектов деятельности; неприемлемость монополии на истину, достигаемой социальными средствами; открытость

8. Научное сообщество и научная школа как субъекты познания.

Научное сообщество составляют ис­следователи с определенной специальностью, сходной научной под­готовкой и профессиональными навыками, освоившие определенный круг научной литературы. Благодаря основному труду Т. Куна «Струк­тура научных революций» (1962 г.) понятие научного сообщества проч­но вошло в обиход.

Наука – это прежде всего деятельность научных сообществ. Гра­ницы изученной научной литературы очерчивают круг интересов и предмет исследования научного сообщества. Научное сообщество мо­жет быть понято как сообщество всех ученых, как национальное науч­ное сообщество, как сообщество специалистов той или иной области знания или просто как группа исследователей, изучающих определен­ную научную проблему. Роль научного сообщества в процессе разви­тия науки может быть описана по следующим позициям:

Во-первых, представители данного сообщества едины в понима­нии целей науки и задач своей дисциплинарной области.

Во-вторых, для них характерен универсализм, при котором уче­ные в своих исследованиях и в оценке исследований своих коллег ру­ководствуются общими критериями и правилами обоснованности и доказательности знания.

В-третьих, понятие «научного сообщества» фиксирует коллектив­ный характер накопления знания. Оно дает согласованную оценку ре­зультатов познавательной деятельности, создает и поддерживает сис­тему внутренних норм и идеалов, этос науки. Ученый может быть понят и воспринят как ученый только в его принадлежности к опреде­ленному научному сообществу. Поэтому внутри данного сообщества высоко оценивается коммуникация между учеными.

В-четвертых, все члены научного сообщества придерживаются оп­ределенной парадигмы – модели (образца) постановки и решения на­учных проблем. Парадигма, как отмечает Т. Кун, управляет группой ученых-исследователей.

Научное сообщество представляет собой «гранулированную сре­ду». Вырабатывается специфический научный сленг, набор стереоти­пов, интерпретаций. Все существенное для развития научного знания происходит внутри «гранулы» – сплоченной научной группы, коллек­тивно создающей новые знания, а затем отстаивающих их истинность в борьбе и компромиссах с другими аналогичными группами. Наибо­лее глобальным оказывается сообщество представителей естествен­ных наук. В нем выделяется уровень физиков, химиков, астрономов, зоологов и пр., а также подуровни, например, среди химиков – спе­циалисты по органической или неорганической химии, среди филосо­фов– специалисты по истории философии, методологии, филосо­фии науки и пр. Оформляя членство, сопровождая его функциониро­вание выпуском научной периодики, научное сообщество углубляет дальнейшую дифференциацию знания. Этим достигается полнота про­фессиональных суждений, но одновременно возникает опасность глу­хоты к другим суждениям.

9. Природа ценностей и их роль в социально – гуманитарном познании.

В современной науке все более осознается «присутствие человека» в традиционных формах и методах научного познания. Система идеалов, методологических и коммуникативных норм и правил научно-познава­тельной деятельности, способа видения и парадигм, мировоззренческих и этических ценностей с необходимостью влияют на характер и резуль­таты научной деятельности исследователя. Особо следует отметить роль нравственного фактора как средства эффективного воздействия на доб­росовестность и честность исследователя. Методология науки смыкает­ся здесь не только с социальной психологией, но и с этикой, определен­ные принципы которой также могут выполнять регулятивные функции в научном познании, т.е. обрести методологическую значимость.

Такое понимание роли нравственных ценностей связано с кантовской постановкой пробле­мы как диалектики, взаимозависимости теоретического и практического разума. По Канту, теоретический (научный) разум направлен на познание «мира сущего», практический (нравственное сознание) разум обращен к «миру должного» ‒ нормам, правилам, ценностям. В этом мире господст­вуют нравственный закон, абсолютные свобода и справедливость, стрем­ление человека к добру. Практическому разуму, т.е. моральному (ценностному) сознанию, была отведена особая ‒ ведущая роль в человеческой деятельности, одновре­менно по-новому определены место и роль теоретического разума, выяс­нены и обоснованы его пределы и сфера действия. «Опасные возможнос­ти» теоретического разума проявляются, в частности, в том, что он обладает необоснованными претензиями решать все человеческие про­блемы, во всех сферах бытия, тогда как в действительности вне его воз­можностей остается сфера должного чувства долга и самопожертвова­ния, любви, прекрасного. Именно прак­тическое, нравственное сознание устанавливает моральные запреты на определенные формы и направления интеллектуальной активности, от­вергает использование субъектом ученым или организатором ‒ теоре­тического разума как «инструмента» в любой сфере деятельности. Наше время показывает, что это может быть сделано в узко корыстных и анти­гуманных целях, например, при разрушении экологии природы и челове­ка, в экспериментах на людях, разработке способов их уничтожения и др.

профессионального научного поиска и конкурентность научных трактовок.

Ответственность субъекта познания состоит в получении достоверного знания. Но в настоящее время сдвигаются рамки взаимоотношения науки и практики. Сегодня многие достижения науки получены при постановке практических целей, и функционирование науки в обществе влияет на ее познавательные средства. Поэтому часто субъект познания общества взаимодействует с субъектами его преобразования или сам одновременно становится таковым. Это расширяет область ответственности субъекта познания.

При расширении роли науки в обществе и ее взаимодействии с практикой, учете антропологических, экзистенциальных характеристик, обращении к повседневности субъект познания предстает как целостный человек, но конечным субъектом остается общество. Наука не может сделать больше, чем ей позволяют выработанные обществом познавательные средства и владеющий ими субъект.

Особенностью социально-гуманитарных наук является то, что здесь субъект представлен дважды — как познающий субъект (индивид, научное сообщество или общество) и как часть объекта познания, ибо в обществе действует наделенный разумом и волей человек. Это усиливает значимость культурцентристских методологий, понимания, герменевтики в познании субъектом познания субъекта деятельности. В целом же субъект-объектное отношение при всех его исторических модификациях сохраняет свою регулятивную роль в познании.

Итак, ученый как носитель теоретического разума должен обладать критической самооценкой и вы­соким чувством долга и гуманистическими убеждениями.

Учение о ценностях, или аксиология в применении к научному знанию, фундаментально разрабатывалось немецким философом Г. Риккертом, теория ценностей которого включает ряд моментов, значимых для пони­мания ценностей в науках о культуре и историческом знании. Философ ис­ходит из того, что ценности это «самостоятельное царство», соответст­венно мир состоит не из субъектов и объектов, но из действительности, как изначальной целостности человеческой жизни, и ценностей. Ценности - это фе­номены, сущность которых состоит в значимости, а не в фактичности; они явлены в культуре, ее благах, где осела множествен­ность ценностей. По Риккерту, различаются три сферы: действительность, ценно­сти и смыслы соответственно, и три различных метода их постижения: объяснение, понимание и истолкование (интерпретация).

Благодаря принципу ценности возможно отличить культурные процессы от явлений природы с точки зрения их научного рассмотрения. Соответственно выделенный Риккертом и его сторонниками исторически-индивидуализирующий метод может быть назван методом отнесения к ценности в противоположность генерализирующему (обобщающему) методу естествознания, устанавливающему закономерные связи, но игнорирующему культурные ценности и отнесение к ним своих объектов.

Философия истории имеет дело именно с ценностями, и, исходя из логики истории, Риккерт дает своего рода типологию ценностей в этой области знания. Во-первых, это ценности, на которых зиждутся формы и нормы эмпирического исторического познания; во-вторых, это ценности, которые в качестве принципов исторически существенного материала конституируют саму историю; и, в-третьих, наконец, — это ценности, которые постепенно реализуются в процессе истории.

Известный немецкий историк, социолог и экономист М. Вебер (1864—1920) исследовал проблему ценностей также непосредственно на уровне научного знания, различая естественные и социально-гуманитарные науки и их способы решения проблемы «свободы науки от ценностей». Существуют различные возможности ценностного соотнесения объекта, при этом отношение к соотнесенному с ценностью объекту не обязательно должно быть положительным.

Ценностный анализ, рассматривая объекты, относит их к ценности, независимой от какого бы то ни было чисто исторического, причинного значения, находящейся, следовательно, за пределами исторического.

Вебер рассматривал также соотношение проблемы ценностей с противоположной ей проблемой «свободы от оценочных суждений», в частности в эмпирических науках, которая, собственно, проблемой ценности не является. В отличие от Риккерта, полагающего самостоятельное «царство ценностей», Вебер считал, что выражение «отнесение к ценностям» является «не чем иным, как философским истолкованием того специфического научного интереса, который господствует при отборе и формировании объекта эмпирического исследования. Итак, по Веберу, отнесение к ценностям — это методологический прием, который не влияет напрямую на субъективно-практические оценки, однако выполняет регулятивные и предпосылочные функции.

В целом Вебер не считал науки свободными от ценностей и не предполагал полное исключение ценностных высказываний из познания.

Вместе с тем он настаивал, что социальные науки и науки о культуре, так же как и естественные, имеют свои устойчивые объективные характеристики, но здесь разнообразные, неповторяющиеся явления «подводятся» не под закон, а под «идеальный тип», позволяющий иным способом зафиксировать общее и необходимое в этих науках.

Сегодня под ценностями понимают не только «мир должного», нравственные и эстетические идеалы, но и любые феномены сознания и даже объекты из «мира сущего», имеющие ту или иную мировоззренчески-нормативную значимость для субъекта и общества в целом.

Возникла необходимость различать две группы ценностей, функционирующих в научном познании: первая — социокультурные, мировоззренческие ценности, обусловленные социальной и культурно-исторической природой науки и научных сообществ, самих исследователей; вторая — когнитивно-методологические ценности, выполняющие регулятивные функции, определяющие выбор теорий и методов, способы выдвижения, обоснования и проверки гипотез, оценивающие основания интерпретаций, эмпирическую и информативную значимость данных и т.п.

Дискуссия о том, может ли быть наука свободной от ценностей, продолжается и представлена двумя основными подходами: 1) наука должна быть ценностно нейтральной, автономной, освобождение от ценностей является условием получения объективной истины, это признавалось классической наукой, но сегодня все больше осознается как упрощенное и неточное; 2) от ценностей невозможно и не следует освобождаться, они являются необходимым условием для становления и роста научного знания, но необходимо найти рациональные формы, в которых фиксируется их присутствие и влияние на знание и деятельность, а также в целом понимается их роль и особенности в каждой из наук. Второй подход, основанный на признании, что ценности в науке выражают ее социокультурную обусловленность как неотъемлемую характеристику, становится определяющим в философии и методологии науки, особенно СГЗнания.