Максимальный вклад в естественно-научную картину мира того времени внесли Галилео Галилей (1564—1642) и Исаак Ньютон (1643-1727). Помимо физических и астрономических открытий Галилией установил принцип относительности. Намеченную Галилеем программу систематически развил Ньютон в своей книге “Математические начала натуральной философии”.:1) метод принципов. 2) математический язык, 3) законы и начальные условия.4) гипотетико-дедуктивную структуру механики. Ньютон считал, что надо исходить из двух-трех принципов и на их основе объяснять все явления. В механике Ньютона главным принципом является первый закон Ньютона, который представляет собой переформулировку принципа относительности Галилея. Принцип всегда выражается положениями максимально общего характера. Но принципы желательно формулировать математически: книга природы, утверждает Галилей, написана математическим языком. Математическое описание удивительно эффективно потому, что в адекватной форме фиксируется своеобразие физических теоретических конструкций. Широкой применимости физических принципов соответствуют математические преобразования, которые оставляют неизменными уравнения, выражающие физические законы. В теории структура мира как бы разбивается на законы и на начальные условия. Закон всегда один и тот же, а начальные и последующие условия всегда весьма изменчивы. .Строение ньютоновской механики фиксирует то, что называют гипотетико-дедуктивной структурой научной теорией От принципов на путях дедукции- к эксперименту. Принципы изобретаются и опровергаются, а потому целесообразно не отрицать их в определенной степени гипотетического, предположительного характера.
Блез Паскаль ( 1623-1662)- знаменитый французский математик, физик, философ и писатель. Он первый в истории мировой научной мысли ученый, пошедший через опыт механистического рационализма и поставивший вопрос о границах научности, отмечая, что ”доводы сердца”, отличные от” доводов разума”, превыше последнего. Он постоянно утверждал идею трагичности и хрупкости человека и одновременно говорил о его достоинстве, которое состоит в акте мышления.:“ В пространстве Вселенная объемлет и поглощает меня как точку, в мысле я объемлю ее“. Паскаль положил начало синтетической геометрии, открыл закон равновесия жидкостей, нашел общий алгоритм для нахождения признаков делимости любого целого числа на любое другое целое число, сформулировал ряд основных положений элементарной теории вероятностей. Паскаль считается основоположником классической гидростатики.
XVIII век одарил человечество целой плеядой выдающихся ученых. Среди них также нужно выделить Готфрида Лейбница (1646-1716)-философа, математика, логика, теолога, подлинного энциклопедичеста. Лейбниц следовал рационалистической традиции Декарта. Он стремился конкретно назвать, перечислить те интуиции, о который писал Декарт. Прежде всего принцип непротиворечия или тождества ( А есть А и не может быть не равно А), принцип тождества неразличимых ( нет и не может быть двух тождественных вещей), принцип идеальностей монад ( сущностей), принцип непрерывности и т.д.Очень значительны математические заслуги Лейбница.Сконструированная им счетная машина выполняла не только сложение и вычитание, но и умножение, деление, возведение в степень и извлечение квадратного и кубического корней. Разработанные им логика классов и исчисление высказываний в алгебраической форме лежат в основе современной математической логики. Важнейшей заслугой Лейбница является то, что он одновременно с И. Ньютоном, но независимо от него, завершил создание дифференциального и интегрального исчисления. Изучение работ Б. Паскаля и собственные исследования привели Лейбница в 1673-1674гг. к идее характеристического треугольника, который теперь используется при введении понятий производной и дифференциала в каждом учебнике дифференциального исчисления. Лейбниц ввел много математических терминов, которые теперь прочно вошли в научную практику: функция, дифференциал, дифференциальное исчисление, дифференциальное уравнение, алгоритм, абсцисса, ордината, координата, а также знаки дифференциала, интеграла, логическую символику.
Процесс интеллектуализации науки, начавшийся в конце XVIII в. сопровождался ростом социальной значимости гуманитарных знаний. Успех социальной философии, появление новых учений онтологического и гуманистического характера, в том числе позитивизма и марксизма, требовали более глубокого изучения всех сторон человеческой деятельности. Еще в конце пятидесятых годов XIX в., появилось такое научное направление как психология народов. Ее основатели, немецкие ученые Х. Штейнталь и М. Лацарус, попытались применить индивидуально-психологическую теорию И.Гербарта к культурно-историческому материалу. Они утверждали, что индивидуальное сознание подчинено некой психической динамике и статике. Например, движения умственных представлений способны самостоятельно создавать явления духовной культуры.
Механистические воззрения Х. Штейнталя и М. Лацаруса однако не нашли поддержки у продолжателя их теоретических исследований Вильгельма Вундта (1832 - 1920 г.г.), который определил психологию народов как науку об историческом развитии. По мнению ученого, и психология, и история весьма близки друг к другу, так как являются науками о духе. Но, если психологии принадлежит доминирующий феноменологический характер, то истории - описательный генетический. Согласно В.Вундту, основной двигатель исторического прогресса содержался в саморазвитии духовного начала благодаря волевым импульсам. Но, признавая изменения в содержании культуры, он отрицал изменения отдельных психологических элементов.
Значительный вклад в развитие исследований исторического материала внесли представители массовой психологии - Г. Тард, С. Сигеле, Г. Лебон, В. Бехтерев, Н. Михайловский, В. Райх, Э. Канетти и др. Хотя их работы различались по теоретико-методологической направленности, все они были сфокусированы на изучении группового поведения. Характерной чертой массовой психологии оставался поиск некой энергетической составляющей группового сознания. Огромную роль в привлечении историко-культурологических материалов как объекта исследования сыграли такие направления психологии, как бихевиоризм (Дж. Б. Уотсон, Л. Дуб, Дж. Доллард) и психоанализ (З. Фрейд, К. Г. Юнг, О. Ранк, Г. Рохейм).
Прогресс (от лат. progressus движение вперед) есть такое направление развития, которое характеризуется переходом от низшего к высшему, от менее совершенного к более совершенному. Заслуга выдвижения идеи и разработки теории общественного прогресса принадлежит философам второй половины XVIII в., а социально-экономической базой для самого возникновения идеи общественного прогресса послужило становление капитализма и вызревание европейских буржуазных революций.
Три характерных черты отличали первоначальные прогрессистские концепции.
Во-первых, это идеализм, т. е. попытка отыскать причины поступательного развития истории в духовном начале в бесконечной способности совершенствования человеческого интеллекта (Тюрго и Кондорсе) или в спонтанном саморазвитии абсолютного духа (Гегель). Соответственно этому критерий прогресса тоже усматривали в явлениях духовного порядка, в уровне развития той или иной формы общественного сознания: науки, нравственности, права, религии. Между прочим, прогресс был подмечен прежде всего в сфере научного познания (Ф. Бэкон, Р. Декарт), а затем уже соответствующая идея была распространена на социальные отношения в целом.
Во-вторых, существенным недостатком многих ранних концепций социального прогресса являлось недиалектическое рассмотрение общественной жизни. В таких случаях общественный прогресс понимается как плавное эволюционное развитие, без революционных скачков, без попятных движений, как непрерывное восхождение по прямой линии (О. Конт, Г. Спенсер).
В-третьих, восходящее развитие по форме ограничивалось достижением какого-нибудь одного облюбованного общественного строя. Весьма отчетливо этот отказ от идеи неограниченного прогресса сказался в утверждениях Гегеля. Вершиной и завершением мирового прогресса им провозглашался христианско-германский мир, утверждающий свободу и равенство в их традиционном истолковании.
Эти недостатки в значительной степени были преодолены в марксистском понимании сущности общественного прогресса, включающем в себя признание его противоречивости и, в частности, того момента, что одно и то же явление и даже ступень исторического развития в целом могут быть одновременно прогрессивными в одном отношении и регрессивными, реакционными в другом. Именно таков один из возможных вариантов воздействия государства на развитие экономики. Следовательно, говоря о поступательном развитии человечества, мы имеем в виду главное, магистральное направление исторического процесса в целом, его результирующую применительно к основным ступеням развития. Первобытнообщинный строй, рабовладельческое общество, феодализм, капитализм, эпоха социализированных общественных отношений в формационном срезе истории; первобытная доцивилизационность, земледельческая, индустриальная и информационно-компьютерная волны в ее цивилизационном срезе выступают основными «блоками» исторического прогресса, хотя по каким-то своим конкретным параметрам последующая формация и ступень цивилизации могут уступать предыдущим. Так, в ряде областей духовной культуры феодальное общество уступало рабовладельческому, что послужило основанием для просветителей XVIII в. смотреть на Средние века как на простой «перерыв» в ходе истории, не обращая внимания на большие успехи, сделанные в течение Средних веков: расширение культурной области Европы, образование там в соседстве друг с другом великих жизнеспособных наций, наконец, огромные технические успехи XIV- XV вв. и создание предпосылок для возникновения экспериментального естествознания.
Если попытаться в общем виде определить причины общественного прогресса, то ими будут потребности человека, являющиеся порождением и выражением его природы как живого и не в меньшей степени как социального существа. Эти потребности многообразны по своей природе, характеру, продолжительности действия, но в любом случае они определяют мотивы деятельности человека. В повседневной жизни на протяжении тысячелетий люди вовсе не ставили своей сознательной целью обеспечить общественный прогресс, а сам общественный прогресс отнюдь не является какой-то изначально заложенной в ход истории идеей («программой»), осуществление которой составляет ее сокровенный смысл. В процессе реальной жизни люди движимы потребностями, порождаемыми их биологической и социальной природой; а в ходе реализации своих жизненных потребностей люди изменяют условия своего существования и самих себя, ибо каждая удовлетворенная потребность порождает новую, ее же удовлетворение, в свою очередь, требует новых действий, следствием которых и является развитие общества.
Отметим сразу, что вопрос «как измерять» общественный прогресс никогда не получал однозначного ответа в философско-социологической литературе. Такая ситуация во многом объясняется сложностью общества как субъекта и объекта прогресса, его многоплановостью и многокачественностью. Отсюда поиски своего, локального критерия для каждой сферы общественной жизни. Но в то же время общество есть целостный организм и как таковому ему должен соответствовать основной критерий социального прогресса. И все же господствовавшая парадигма беспредельного прогресса с неизбежностью подводила к казалось бы единственно возможному решению вопроса; главным, если не единственным, критерием общественного прогресса может быть только развитие материального производства, которое в конечном счете предопределяет изменение всех других сторон и сфер жизни общества. Среди марксистов на этом выводе не раз настаивал В. И. Ленин, который еще в 1908 г. призывал рассматривать интересы развития производительных сил в качестве высшего критерия прогресса. После Октября Ленин возвращается к этому определению и подчеркивает, что состояние производительных сил основной критерий всего общественного развития, поскольку каждая последующая общественно-экономическая формация побеждала окончательно предыдущую благодаря именно тому, что открывала больший простор для развития производительных сил, достигала более высокой производительности общественного труда.
Примечательно, что вывод о состоянии и уровне развития производительных сил как генеральном критерии прогресса разделялся и оппонентами марксизма техницистами, с одной стороны, и сциентистами, с другой. Позиция последних нуждается, очевидно, в некоторых комментариях, ибо возникает законный вопрос: как могли сойтись в одной точке концепция марксизма (т. е. материализма) и сциентизма (т. е. идеализма)? Логика этого схождения такова. Сциентист обнаруживает общественный прогресс прежде всего в развитии научного знания, но ведь научное знание обретает высший смысл только тогда, когда оно реализуется в практике, и прежде всего в материальном производстве.
В процессе еще только уходящего в прошлое идеологического противостояния двух систем техницисты использовали тезис о производительных силах как генеральном критерии общественного прогресса для доказательства превосходства Запада, шедшего и идущего по этому показателю впереди. Тогда их оппонентами была внесена существенная поправка к собственной концепции: этот высший общесоциологический критерий нельзя брать в отрыве от характера господствующих в данном обществе производственных отношений. Ведь важно не только общее количество производимых в стране материальных благ, но и то, насколько равномерно и справедливо распределяются они среди населения, как способствует или тормозит данная общественная организация рациональное использование производительных сил и их дальнейшее развитие. И хотя поправка действительно существенная, но она не выводит критерий, принятый в качестве основного, за пределы одной экономической сферы социальной действительности, не делает его поистине интегративным, т. е. пропускающим через себя и впитывающим в себя изменения буквально во всех сферах жизни общества.
Таким интегративным, а значит наиболее важным, критерием прогресса выступает уровень гуманизации общества, т. е. положение в нем личности: степень ее экономического, политического и социального освобождения; уровень удовлетворения ее материальных и духовных потребностей; состояние ее психофизического и социального здоровья. Заметим, кстати, что внутри этого сложного по своей структуре индикатора можно и нужно выделить один, по сути дела объединяющий в себе все остальные. Таковым, на наш взгляд, является средняя продолжительность жизни. И если она в данной стране на 1012 лет меньше, чем в группе развитых стран, да к тому же обнаруживает тенденцию к дальнейшему уменьшению, соответственно должен решаться вопрос и о степени прогрессивности этой страны. Ибо, как сказал один из известных поэтов, «все прогрессы реакционны, если рушится человек».
Уровень гуманизации общества как интегративный критерий вбирает в себя в снятом виде рассмотренные выше критерии. Каждая последующая формационная и цивилизационная ступень является более прогрессивной и в плане личностном она расширяет круг прав и свобод личности, влечет за собой развитие его потребностей и совершенствование его способностей. Достаточно сравнить в этом отношении статус раба и крепостного, крепостного и наемного рабочего при капитализме. На первых порах может показаться, что особняком стоит в этом отношении рабовладельческая формация, знаменовавшая собой начало эры эксплуатации человека человеком. Но, как разъяснял Ф. Энгельс, даже для раба, не говоря уже о свободных, рабовладение было прогрессом в плане личностном: если раньше пленного убивали или съедали, то теперь его оставляли жить. Итак, содержанием общественного прогресса было, есть и будет «очеловечение человека», достигаемое путем противоречивого развития его естественных и общественных сил, т. е. производительных сил и всей гаммы общественных отношений. Этому содержанию должен быть адекватен основной критерий общественного прогресса.
Естествознание - это раздел науки, основанный на воспроизводимой эмпирическиой проверке гипотез и создании теорий или эмпирических обобщений, описывающих природные явления. Предмет естествознания- факты и явления, которые воспринимаются нашими органами чувств. От технических наук естествознание отличается нацеленностью на познание, а не на помощь в преобразовании мира, а от математики тем, что исследует природные, а не знаковые системы. Естественнонаучное знание традиционно трактуется, как “чистое”, фундаментальное, а техническое, как прикладное. Фундамантальные науки – физика, химия, астрономия- изучают базисные структуры мира, а прикладные занимаются применением результатов фундаментальных исследований для решения как познавательных, так и социально-практических задач. В этом смысле все технические науки являются прикладными, но далеко на все технические науки относятся к прикладным. Во многих областях исследований имеется еще один вариант разделения на два типа. Первый - работы с заранее запланированной практической целью - так называемая "прикладная наука". Второй - работы, ставящие целью познание, создание картины микро- и макромира, без заранее определенных практических задач.- фундаментальная наука.
У Энгельса в одной из его очень ранних работ есть блестящая характеристика общего движения науки в XVIII веке.
“XVIII век, - говорит он, - объединил результаты прошлой истории, бывшие до тех пор отрывочными и случайными, и развил их необходимость и внутреннее сцепление. Бесчисленные перепутанные данные познания были упорядочены, обособлены и приведены в причинную связь; знание стало наукой, и науки стали совершеннее, т.е. примкнули, с одной стороны, к философии, с другой - к практике. До XVIII века науки не существовало; познание природы получило научную форму лишь в XVIII в., в некоторых отраслях - несколько ранее. Ньютон создал научную астрономию своим законом тяготения, научную оптику - разложением света, научную математику - теоремою о биноме и теориею бесконечных, научную механику - познанием природы сил. Физика точно так же получила свой научный характер в XVIII в.; химия была еще только создана Блэком, Лавуазье и Пристли, география была поднята на уровень науки определением формы земли и многими путешествиями, теперь только начавшими приносить пользу науке; точно так же естественная история - Бюффоном и Линнеем; даже геология стала постепенно высвобождаться из болота фантастических гипотез, в которых прозябала. История естествознания этого периода значительно обогатилась новыми открытиями М. В. Ломоносова, в частности открытием закона сохранения и превращения энергии, закона сохранения материи и движения. Широкое распространение получает космогоническая гипотеза Канта, Лапласа, в биологии – клеточная теория Пуркине, теория развития Вольфа. Начинается постепенное проникновение диалектики в естествознание, положившее начало новому периоду в развитии естествознания – периоду эволюции идей. К этому времени относятся открытия эволюционной теории Дарвина, теории химического строения Бутлерова, периодического закона химических элементов Менделеева. Политика была поставлена на основу гуманности, политическая экономия была реформирована Адамом Смитом.Для XVIII век характерною была идея энциклопедии: она покоилась на сознании, что все эти науки между собою связаны, но она была еще не в состоянии заполнить переходы от одной науки к другой, а умела лишь просто ставить их рядом. Вершиною науки XVIII в. был материализм, первая система натурфилософии и результат этой законченности естественных наук.
Материализм XVIII века был механическим материализмом. И в этом он отражал состояние естествознания того времени, в котором наука механики и математики, далеко ушедшие в сравнении с другими науками (химия, биология), имела доминирующее значение. Но учитывая факт метафизической и механической ограниченности материализма XVIII века, все же надо сказать, что он в основе своей опирался на определенную ступень в развитии точного знания, объективных законов природы. Исторический взгляд на природу тогда еще только пробивал себе путь. Ступень, которой достигло тогда развитие естественных наук, была недостаточной для утверждения принципа развития. И все же материалистическая философия природы XVIII в. имела твердую почву научного знания, сформулированного в виде определенных законов механики, математики, астрономии, адекватно отражающих существующую природу и практически многократно проверенных. Краеугольное звено - понимание первенствующего значения природы, материи - было ясно и последовательно воспринято материалистической философией природы XVIII в. и сознательно, в тесной связи и соответствии с состоянием научного знания, утверждено в качестве основного, определяющего мировоззрения.