Дефицит общения у ребенка с отцом и матерью с негативными последствиями может возникать и по таким уважительным причинам, как их загруженность по работе, длительные служебные командировки, хронические болезни и т.д. Такой дефицит должен быть компенсирован.
Психологическое отчуждение ребенка родителями не единственная причина формирования агрессивной личности. Нередко это происходит иным путем: у ребенка и подростка есть необходимые эмоциональные связи с родителями, но именно родители демонстрируют ему пренебрежительное отношение к нравственным и правовым запретам, образцы противоправного поведения (например, постоянно пьянствуют, учиняют хулиганские действия и т.д.). Поэтому подросток сравнительного легко усваивает эти образцы, соответствующие им взгляды и представления, которые вписываются в его психологию и начинают стимулировать его поступки. Можно сказать, что ненадлежащее воспитание в семье может стать причиной насилия против той же самой семьи или иной, созданной впоследствии.
Подростки, по разным причинам не включенные в эмоциональную матрицу семьи, ищут себе другую группу, в которой они способны найти понимание, поддержку и защиту, в том числе психологическую. Обычно это неформальная группа таких же вытолкнутых из семьи юношей и девушек. Такие группы становятся референтными для каждого из них. Поэтому они будут воспринимать их ценности и ориентации, в частности включающие в себя насилие как способ разрешения ситуации или привычную форму поведения.
Можно выделить преступников, совершающих агрессивные преступления против члена своей семьи, действия которых имеют достаточно четкий, даже иногда осознаваемый личностный смысл. Здесь имеет место не просто физическое уничтожение другого, но попытка уничтожить жертву и на психологическом уровне. Этот тип сопоставим с самоутверждающимся типом, описанным в литературе.
В этом случае преступник вызывает такие эмоции, как страх унижения, потери собственного достоинства, попытки любым унизительным способом спасти свою жизнь и т.д. Образно говоря, здесь происходит как бы двойное уничтожение - сначала личности, а потом человека как физического объекта. Мотивация таких действий отличается сложностью и имеет смысл глобального самоутверждения над другим. Корни такой мотивации обычно лежат в крайне жестких и унизительных условиях социализации будущего преступника начиная с его раннего детства. Подобные условия непосредственно предшествовали совершению преступления, причем они соседствовали и с такими обстоятельствами, которые унижали честь и достоинство человека на протяжении совместной жизни. В противном случае напряжение в связи с постоянным унижением и потребностью в самоутверждении не возникало бы. Результатом, выходом такого напряжения и является убийство родного человека. Оно может быть совершено в отношении любого члена семьи, который объективно вроде бы совсем не должен генерировать напряжение. Это возможно благодаря действию психологического механизма переноса. Он связан и со стремлением компенсировать собственные аналогичные ощущения, т.е. здесь имеет место не только попытка «возвращения ударов», но и стремление восстановить собственное внутреннее благополучие за счет постановки другого в наиболее унизительную и разрушительную позицию по отношению к себе.
Здесь мы не останавливаемся на объективных социальных причинах, влияющих на нравственно-психологические и социально-психологические отношения в семье, которые, в свою очередь, участвуют в формировании психической депривации ребенка. Однако несомненно, что такие причины существуют, поскольку семья множеством нитей связана как с иными сферами микросреды, так и с более широкими социальными процессами, находится в фокусе экономических, идеологических, нравственных и иных отношений.
Итак, нарушение первичных связей социализации, лишение ребенка необходимого эмоционального контакта с родителями предопределяет его дальнейшее социальное и психологическое отчуждение, что имеет криминогенное значение. Иными словами, он через семью не вводится в общество, а потому отчужден от него.
Такой очень важный для криминологии вывод полностью подтверждается результатами осуществленного нами эмпирического исследования. Анкетный опрос законопослушных граждан и убийц показал, что, например, степень уверенности в любви матери в десять раз меньше среди вторых по сравнению с первыми. Среди законопослушных лиц значительно больше тех, кто уверен в своей любви к матери, чем среди преступников. Также среди законопослушных оказалось больше людей, которые хотели бы быть вместе с отцом и матерью.
Аналогичными оказались результаты изучения с помощью Тематического апперцептивного теста (ТАТ) лиц, совершивших присвоение, растрату, кражи и убийства. Для выявления отношений с матерями и отцами были интерпретированы рассказы испытуемых по двум картинкам методики: № 6 «Пожилая женщина и молодой мужчина» и № 7 «Пожилой и молодой мужчины». Рассказы по первой из них дают возможность охарактеризовать отношения с матерями, а по второй - с отцами.
Рассмотрим еще один криминальный фактор - отчуждение от труда.
Отчуждение от производства материальных и духовных благ способно порождать отрицательное отношение к труду, который начинает представляться человеку проклятием и рабством. В числе других факторов это означает уход от семьи, семейных ценностей, иных важных микросоциальных условий, что может повлечь за собой преступное поведение, антиобщественный образ жизни, скитания без постоянного места жительства и т.д. Ж. Бодрийяр называл труд отсроченной смертью и утверждал, что трудящийся всегда остается человеком, которого не стали казнить, которому отказали в этой чести. Отлагая смерть трудящихся, капитал превращает их в рабов и обрекает на вечное унижение - жить в труде [7, с. 103].
Распространение у многих народов сказки об Иванушке-дурачке фиксирует это отношение к труду, создавая известный архетип - трикстера. Его основной чертой является умение жить, не работая, и добывать жизненные блага путем обмана и совершения действий, которые никак нельзя отнести к труду, например жениться на принцессе. Такие персонажи ни в коем случае не являются дураками, они лишь хотят представиться таковыми в глазах тех, кого намерены обмануть. Сами же подобные герои обаятельны и остроумны, всегда вызывают симпатию у читателя и зрителя.
На протяжении тысячелетий люди тысячекратно убеждались в том, что труд их приносит не достаток и спокойствие, а унижение, невосполнимую утрату здоровья, скорую смерть. Поэтому очень многие ищут иные, помимо труда, источники средств к существованию.
Попытаемся в заключение сделать некоторые выводы.
Отчуждение и одиночество могут быть следствием неблагоприятных влияний социальной среды, особенно семейной (раннесемейной), депривации родительского, в первую очередь материнского, эмоционального тепла.
Отчуждение и одиночество могут быть следствием субъективной предислокации личности, ее бессознательных стремлений, обусловленных особенностями психики, в том числе унаследованными. Ярко выраженная самодостаточность, некоммуникативность и эмоциональная холодность в совокупности - безусловный показатель такой предиспозиции. Сталин и Гитлер - типичные самодостаточные и эмоционально холодные личности.
Отчуждение и одиночество могут быть результатом действий среды при субъективной предрасположенности к этому, т.е. совокупного влияния внешних и внутренних факторов.
Отчуждение и одиночество - не синонимы, хотя выражаемые ими явления тесно связаны между собой и могут существенно влиять друг на друга. Отчуждение - это субъективная позиция по отношению к окружающему миру, а через него и к самому себе. Одиночество означает и физическое положение человека. Робинзон Крузо до появления Пятницы был одинок, но не отчужден.
Для некоторых людей отчуждение столь же необходимо, как для других постоянная принадлежность к группе. Человек за свою многовековую историю привык не доверять людям, и это было условием его выживания. Он давно понял, что страшны не только дикие звери, наводнения или пожары, но и другие люди, не только враги, но и соплеменники. Страх - его вечный и неизменный спутник.
Литература
криминологический отчуждение личности тревожность
1. Мертон Р Социальная теория и социальная структура. М., 2006.
2. Дюркгейм Э. Норма и патология // Социология преступности (современные буржуазные теории). М., 1966.
3. Дюркгейм Э. Самоубийство: Социологический этюд. СПб., 1912.
4. Яковлев А.М. Преступность и социальная психология (социально-психологические закономерности противоправного поведения). М, 1971.
5. Рыбак А.З. Криминология в человеческом измерении. М., 2020.
6. Мертон Р.К. Социальная культура и аномия // Социология преступности (современные буржуазные теории). М., 1966.
7. Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. М., 2015.
1. Merton, R. Social theory and social structure. Moscow, 2006.
2. Durkheim, E. Norm and pathology // Sociology of crime (modern bourgeois theories). Moscow, 1966.
3. Durkheim, E. Suicide: A sociological study. St. Petersburg, 1912.
4. Yakovlev, A.M. Crime and social psychology (socio-psychological patterns of illegal behavior). Moscow, 1971.
5. Rybak, A.Z. Criminology in the human dimension. Moscow, 2020.
6. Merton, R. Social culture and anomie // Sociology of crime (modern bourgeois theories). Moscow, 1966.
7. Baudrillard, J. Symbolic exchange and death. Moscow, 2015.